Лунное затмение

      Хантер вскочил с постели в холодном поту, тяжело дыша и озираясь по сторонам. На мгновение он позабыл, что вокруг уже не человеческий мир и даже не Кипящие Острова, а таинственная Эквестрия — мир не менее таинственных пони. Спрыгнув с кровати и приземлившись на копыта, гримволкер чуть не рухнул на пол, так до конца и не привыкнув к своему новому телу. К счастью, остальных он не разбудил.       Стараясь сильно не шуметь, Хантер вышел из комнаты и отправился на поиски ванной, попутно вспоминая маршрут, показанный днём принцессой Твайлайт.       Как бы гримволкер не старался гнать Белоса из мыслей, но тот всегда возвращался, превращая очередной сон в отвратительный кошмар, будто небольшая частица императора даже после изгнания всё ещё оставалась внутри его разума.       Наконец отыскав нужную комнату, Хантер приоткрыл дверь и заглянул внутрь, рыская копытом по стене в поисках выключателя, и только спустя пару секунд безуспешных попыток вспоминая, что здесь освещение создавалось при помощи кристаллов, включавшихся автоматически через какое-то время. Над головой Хантера как раз зажёгся один из таких, наполняя ванную комнату мягким светом. Открыв кран с водой, гримволкер уставился на отражение в зеркале, откуда на него смотрел молодой жеребец с растрёпанной светлой гривой, большущими глазами с малиновой радужкой и огромными шрамами на лице, прорезавшими кремовую шёрстку.       — Хэй, мог бы ты когда-нибудь подумать, что в один прекрасный момент вдруг станешь пони? — улыбнулся себе Хантер, прогоняя остатки дурного сна и наконец спокойно умываясь. Выключив воду, он сам же ответил: — Нет, определённо никогда… После этих слов Хантер негромко фыркнул.       — Ну вот, уже сам с собой разговариваю… Внезапно свет в ванной погас, а за спиной послышались шаги. От неожиданности пригнув уши, Хантер не моргая смотрел в зеркало, отражение которого, помимо него самого, показало ещё одну фигуру, медленно выплывшую из коридора. Два ярких голубых глаза сверлили затылок гримволкера.       — Здравствуй, Хантер.

***

      Луна приземлилась на балконе дворца Твайлайт, отдышавшись, и скорее забежав внутрь покоев принцессы дружбы, опасаясь того, что уже слишком поздно что-то делать. Так оно и оказалось. Кровать Твайлайт была пуста, входная дверь открыта нараспашку, а на полу виднелись зелёные капли, цепочкой уходящие в тёмный коридор. Пройдя по ним, принцесса ночи ужаснулась, встречая в других комнатах дворца сущий бардак, словно здесь случилась небольшая битва. В последней комнате всё было ещё печальнее, — несколько кроватей было перевёрнуто, окно выбито, а на полу валялись одеяла с подушками и разбитые светильники.       Присмотревшись внимательней, Луна заметила торчавший из-под одеяла фиолетовый хвост. Воззвав к магии и с трудом добившись её работы, аликорн подняла одеяло в воздух.       — Нет, не подходи!..       — Спайк, это я, — принцесса ночи подскочила к фиолетовому дракончику, позволяя лучше себя разглядеть. — Что здесь случилось?       — П-принцесса? — Спайк поднялся на дрожащие лапы и растерянно уставился на аликорна, будто до конца не верил в то, что это действительно она. В слабом сиянии рога дракончик увидел многочисленные шрамы по всему телу принцессы, делавшие её не похожей на саму себя. Ужаснувшись увиденному, он пробормотал: — Ох, что же это происходит… Почему это всё происходит?..       — Спайк, куда делась Твайлайт? — требовательнее спросила Луна. — Это очень важно.       — Она уш-шла. Она… вдруг разгромила дворец, потом напала на нас, схватила новых пони, которых сама же и приютила сегодня, и исчезла, — запинаясь, рассказал Спайк. — Ещё у неё глаза светились…       — Бирюзой. Став мрачнее, принцесса ночи подхватила Спайка телекинезом и посадила того себе на спину.       — Это была не Твайлайт. Нечто опасное попало в наш мир вместе с теми пони, и с этим нужно разобраться, пока никто не-… — аликорн запнулась, понимая, что словосочетание «никто не пострадал» давно уже неактуально, — …пока всё не стало ещё хуже.       — Принцесса, ваша кьютимарка! — внезапно крикнул дракончик, заметив сияние. Луна и сама ощутила лёгкое покалывание сбоку, догадавшись, что это значит.       Быстро спустившись на первый этаж дворца и чуть ли не ворвавшись в тронный зал, принцесса ночи уставилась на сверкающую в ночном мраке карту дружбы, отобразившую её метку над развалинами Замка Двух Сестёр.       — Он здесь, — прошептала Луна.       — Он?       — Тот, кто всё это устроил, — хмыкнула аликорн, разворачиваясь к выходу. Уж точно не прогулку в Вечнозелёный лес она ожидала от сегодняшней ночи, но делать было нечего. — Держись крепче, попробую пролететь над лесом. Спайк послушался и вцепился аликорну в спину. Его собственные крылья отказывались слушаться из-за сильного стресса.

***

      Откашляв комок зеленоватой жижи, Белос выпрямил голову и продолжил следовать к развалинам. Глаза сосуда блестели в темноте, при этом часто тускнев или вовсе гаснув, поскольку жертва упорно сопротивлялась, но хватка бывшего императора оказывалась сильнее. Наконец, среди руин старого замка, Белос обнаружил то, что искал. Каменную арку.       — Знаешь, что это такое, Хантер? — сдвоенным голосом произнёс пурпурный аликорн.       Гримволкер понуро смотрел на друзей в отключке, заключённых в парящие звуконепроницаемые пузыри и лежавших в отключке. Луз, Эмити, Уиллоу, Гас… в этот раз они не смогут прийти ему на помощь, а значит, он остался наедине с чудовищем.       — Я не слышу! — рыкнул Белос, пурпурной магией дёрнув за верёвку и придвинув клона ближе. Хантер весь сжался от страха и сильнее пригнул уши к голове.       — Портальная арка. Взгляд Белоса немного потеплел.       — Похоже, я недостаточно научил тебя хорошим манерам, Хантер, — произнёс он, довольствуясь тем, что новое тело принесло беглому Золотому Стражу и ворох проблем, главная среди которых — неспособность в должной мере сопротивляться. — Ничего, когда с Кипящими Островами будет покончено, мы наверстаем этот момент. Аликорн подошёл к арке и провёл копытом по её шероховатой поверхности, покрытой тонким слоем мха, под которым скрывался замысловатый глиф, не похожий ни на один из тех, которые император когда-либо использовал по жизни.       — Через неё я попал в этот ничтожный мирок, и отсюда же мы вместе уйдём прочь.       — Разве без крови Титана она…       — Здесь мне не нужна кровь, — повысил голос император, одёрнув Хантера. — Достаточно лишь знаний, полученных из разума этих мясных сосудов. Рог Твайлайт ярко засиял, заставляя глиф зажечься пурпурным огоньком, а следом и все остальные, разбросанные по поверхности арки. Невесть откуда подул сильный ветер, а напротив аликорна появилась яркая жёлтая точка, стремительно растягиваясь во все стороны.       — Белос, прошу… пощади хотя бы их, — взмолился Хантер, наблюдая за открытием портала. — Забери только меня.       — Ну нет уж, — покачал головой бывший император, повернувшись к земному пони. — Вы все разрушили мои планы однажды, так что пришло время расплаты. К тому же… Мордочку аликорна исказила жуткая улыбка.       — Какой из меня охотник на ведьм, если я не добуду себе головы нескольких в качестве трофеев, мм.? Луна приземлилась на землю и, не успев сложить крылья, помчалась сквозь заросли к развалинам; Спайк только успевал держаться. Когда Белос уже собрался зайти в открытый портал, магией левитируя пузыри и верёвкой утягивая за собой Хантера, принцесса ночи выскочила на поляну перед аркой и, окончательно восстановив контроль над собственной магией, атаковала Твайлайт молнией, отбросив её в сторону.       — То же мне, охотник, — презрительно фыркнула Луна, разрывая верёвку на шее Хантера и освобождая из пузырей четверых друзей — троих единорогов и одну земную пони. Когда те упали на землю, Спайк бросился приводить их всех в чувство. — Хантер, стой за спиной.       — П-принцесса…       — Луна, — улыбнувшись, кивнула ему аликорн. — Приятно познакомится. Белос поднялся с земли и копытом потёр ушибленную шею, затем бросил взгляд на Луну и расплылся в безумной улыбке.       — Готова причинить ей ещё больше вреда, чтобы достать меня, принцесса?       — Хантер, слушай внимательно, — вместо ответа на провокацию строго произнесла Луна, — когда я подам сигнал, ты сможешь делать абсолютно всё, что только представишь себе… Воспользуйся этим сполна. На каменной арке зажёгся последний тайный глиф, на миг отвлекая внимание Белоса и позволяя принцессе взмыть над землёй, призвав заклинание сновидения. Кончик её рога ярко засиял и к земному пони, а затем и к Твайлайт потянулись две тонкие белые нити, касаясь их голов и мгновенно погружая обоих в сон. Спайк был осведомлён о плане Луны и остался сторожить бессознательных пони в реальном мире, чтобы никакие древесные волки не причинили им вреда.       Распахнув глаза, Белос стал озираться вокруг, не понимая, что именно случилось с ним в последний момент. Вокруг больше не росли деревья и не было портальной арки с развалинами старого замка, лишь сплошное поле из красной травой, окрашенное в цвета восхода небо над головой, и костяные остатки гигантского существа вдалеке, торчащие из бескрайней морской глади. Принцесса Луна тоже была здесь, зависнув в воздухе и магией поддерживая сон в стабильном состоянии. Её строгий взгляд был направлен Белосу за спину.       — Хантер, сейчас! Белос вздрогнул и обернулся, наконец увидев гримволкера.       Зажмурившись, Хантер представил, что умеет летать, и, к собственному удивлению, взмыл вверх без всяких крыльев. На Белоса это произвело достаточный эффект и он попытался сделать нечто похожее, вспоминая про возможности мира снов, однако ничего не вышло.       — Где мои силы?!       — Вот какое дело, Белос, — заметила сверху Луна. — Ты сейчас в его сне.       — Ах ты гадкая лошадь… — прорычал бывший император, тут же пожалев о сказанном и отлетев на десяток метров из-за сильного удара, с размаху нанесённого земным пони. Приземлившись у кромки воды, аликорн рассвирепел и выпустил в гримволкера магический луч, но Хантер легко от него уклонился и, в мгновение ока сократив до расстояние до Белоса, схватил того за хвост и запустил в обратную сторону.       В полёте метнув взгляд на Луну, Белос вырвался из тела Твайлайт и массой зелёной жижи устремился к принцессе ночи, чтобы вновь вселиться в неё и покончить с этим сном. Земля под Луной тотчас развезлась и вверх поднялась стена из зелёных лиан, закрыв её от чудовища. Ударившись в зелёную преграду, монстр издал вопль и ринулся обратно к Твайлайт, но и тут Хантер успел раньше него, силой мысли отодвинув кусок острова с приходящей в себя принцессой дружбы. Часть субстанции Белоса угодила в воду, зашипев и причинив тому боль.       Обернувшись, монстр уставился на земного пони, не узнавая в нём прежнего Хантера. Его грива и хвост развевались по воздуху и горели красным пламенем, глаза светились золотом, и взгляд был суровым, как никогда. Словно испуганное животное Белос поскорее отрастил конечности и попытался убежать от погибели, но гримволкер легко настиг его, замахнувшись и ударом запустив в небо. Затем догнал и ударил ещё раз, и ещё, пока не вытащил бывшего дядю на высоту, откуда был виден весь архипелаг Кипящих Островов. Не успел Белос рассмотреть его получше, как Хантер разогнался до невиданной скорости, оставляя за спиной жёлтый след, и врезался в монстра, отправив его вниз.       Очнувшись, Твайлайт задрала голову и увидела два метеора, несущихся в сторону земли. Из последних сил Белос попытался вселиться в Хантера, выпустив в него щупальца зелёной слизи, но те тут же сгорели, а следом и сам Белос врезался в землю, оставляя после себя небольшой кратер. Хантер приземлился рядом, переставая сиять.       Остатки зеленой жижи на дне кратера пришли в движение и объединились, превращаясь в статного единорога с длинной гривой, укутанного в императорскую мантию. На лице пони-Белоса появилась отеческая улыбка, с которой он посмотрел на гримволкера.       — Хантер, я ведь никогда и ни за что не желал тебе вреда! Всё это… — на лбу Белоса выступили капли пота, — всё это моё ужасное проклятие! Это из-за него я порой не контролирую себя и…       — Неа, — мотнул головой Хантер, подняв копыто. Глаза бывшего императора расширились, прежде, чем испепеляющий луч стёр его лживый облик в порошок. С прошлым было покончено навсегда.       Опустив стену из лиан, Хантер повернулся к принцессе ночи и с благодарностью ей кивнул. Луна ответила тем же.       Белые нити возвратились к рогу принцессы и исчезли, а сама аликорн приземлилась на землю и сложила крылья по бокам, приветствуя пробудившихся друзей Хантера, только-только узнавших от Спайка всё произошедшее. Когда гримволкер вскочил с земли на копыта, то тут же оказался зажат в объятиях друзей.       Пошатываясь на ватных копытах, Твайлайт подошла к Спайку и Луне, только сейчас заметив на теле последней множество шрамов.       — Принцесса, что это было?       — Паразит из другой вселенной, — лаконично окрестила Белоса принцесса ночи, задумчиво посмотрев на работающий портал. — Когда отправим этих детей домой, ох и долго же нам придётся объяснять Тии, сколько всего случилось в эту ночь…       — И откуда у нас все эти шрамы, — грустно добавила Твайлайт.       Недалеко от развалин замка, на лесной тропе, маленькая зелёная капля задвигалась и с хлюпаньем превратилась в жука-оленя. Две сияющие голубые бусины в бессильной злобе уставились сперва на принцесс пони, а затем на Хантера, бодро делившегося с друзьями подробностями битвы во сне. Развернувшись, жук шустро пополз прочь, взяв курс на одинокую пещеру под склоном, информацию о которой успел подхватить из чужого разума. Желание поквитаться, как с пони, так и с собственным творением, оказалось превыше чувства долга перед человечеством…       Не успел Белос уползти далеко, как внезапно оказался пойманным в стеклянную банку. Из темноты леса вышел силуэт, поднимая банку с земли и мелодично постукивая металлическим когтем по стеклу. Последнее, что увидел бывший император — как за спиной фигуры открывается портальная дверь.