Пособие для тех, кто снова хочет стать маленьким

      С Исаги было тяжело. Очень тяжело. Ребёнок был вездесущим, быстрым, шумным, вечно крутившимся под боком. Он не отпускал Рина, словно хотел раствориться в его тени, и от этого становилось неловко.              Рин пытался держаться строго, сухо, отстранённо. Но строгим нужно быть постоянно, а Рин не умел вечно держать оборону. Иногда он ловил себя на том, что смотрит на ребёнка мягче, чем хотел бы. И это раздражало ещё сильнее.       Ты ведь строгий, Рин, правда? — ехидно шептал внутренний голос. Строгий, холодный, чужой. Но с ним… почему ты каждый раз сдаёшься?       Йоичи же, казалось, только крепче прикипел к нему. Когда взрослые предлагали мальчику выбор, с кем он проведёт время, он неизменно тянулся к Рину. Тот лишь вздыхал, закатывал глаза, делая вид, что это обременительно. Но всегда послушно протягивал руку первым. Это была неприкаянная смесь обязанностей и добровольного согласия — Рин терпел, потому что так было проще.       Неудовольствие таким раскладом испытывали и другие ребята. Некоторые из них хотели тоже проводить время с мальчиком. Для них это было забавно и весело. Исаги был таким милым ребёнком в их глазах, что желание затискать его было просто невероятным. Они не понимали, что забота о ребёнке — это не игра. Они не только играют. Они не всегда милые. Они плачут, кричат, пытаются манипулировать, постоянно требуют внимания, а забота о них включает и такие аспекты, как кормление, одевание и даже водные процедуры.       Рин вспоминал тот первый вечер в ванной с дрожью, как будто его заставили выйти на поле в одиночку против целой команды. Он думал, что придёт Анри, заберёт мальчика и все. Ему больше ничего не надо будет делать. Анри действительно пришла, и Рину пришлось поубавить радость, которая стремилась превратиться в улыбку. Да, Футболист устал и хотел немного покоя. Провести немного времени без ребёнка — что может быть лучше для юноши. Но счастье не продлилось долго. Недоумение явно отразилось на лице подростка, когда девушка принесла маленькую пижаму, детские зубную щётки, шампунь и гель для душа, а затем как ни в чем не бывало ушла. Рин растерянно смотрел на предметы. И что дальше? Это все?       Из состояния замешательства его вывели вернувшиеся Бачира, Арю и Токимицу. Довольные и уставшие. Аж бесило! Рин, конечно, тоже вымотался, но все это было не то…. Ребята удивленно уставились на Итоши: тот выглядел необычайно непохожим на себя. Просить помощи у новопришедших Рину не хотелось. Да и это было не в его стиле. Просить что-то у кого-то слишком унизительно, поэтому он, аккуратно поймав за шиворот бегающего по комнате Исаги, обреченно повел того в ванную комнату. Отдельная ванная — хоть какое-то облегчение.       Йоичи совершенно не хотел купаться. Рин закрыл дверь на замок, чтобы ребенок не выбежал, но превратив сам процесс в мини-битву. Попытки договориться заканчивались отказами. Даже элементарное чистка зубов была настоящим испытанием. Когда ребенок в очередной раз отказался, Рину пришлось посадить Исаги на колени и разбираться со всем самому.              Дальше было хуже. Мыть ребенка — процесс естественный, но ни тогда, когда этот ребенок — вполне известный тебе взрослый человек. Смотреть на голенького Исаги было странно и неловко. Конечно, в общих душевых они виделись, но Рин не уделял этому внимания. Теперь ему приходится находиться слишком близко к мальчику и намывать его тело. Когда всё закончилось, Рин мечтал забыть этот вечер как страшный сон.              Поначалу отдыхающие в комнате ребята с напряжением ожидали Рина. Из-за двери не доносилось ни звука, это пугало. Через какое-то время, устав томиться в ожидании, спортсмены пришли ко мнению, что Рин и сам отлично справляется. Ребята не успели заняться своими делами, как дверь ванной открылась. Оттуда показалось румяное детское лицо. Сырые волосы торчали во все стороны. Ребенок мялся у двери. Теплая вода успокоила его, он был необычайно тихим. В маленькой новой пижаме Исаги выглядел слишком милым, почти кукольным. В глазах юных спортсменов разгорелось желание затискать ребёнка.              Это чувство преследовало их до тех пор, пока в проеме не появилась высокая темная тень с горящими глазами. Это был Рин, очень злой и насквозь промокший. На его одежде не осталось сухого места, а с волос капало. Видимо, что-то все-таки пошло не так. Рин решительно пересек комнату и направился к шкафу с чистой и сухой одеждой. Этот вечер оставил яркий отпечаток в памяти Итоши. (Удивительно, но Со временем он наловчился справляться с водными процедурами быстро и почти без потерь.)              В общем, жизнь была насыщенной. Итоши старался играть в футбол с мальчиком каждый день, улучшая его навыки. Рину нужно было и самому тренироваться. Время матча приближалось непреодолимо, нависая тревожной и даже пугающей волной.              Эго понимал, что одному из его лучших игроков необходимы более усиленные тренировки, которым препятствовала постоянная забота о ребёнке. Пока они не нашли выход из сложившейся ситуации и не поняли, как вернуть Исаги привычный возраст, так что глава всея Блю Лока придумал, как он считал, наилучшее решение вернуть Итоши в строй.              Дать Рину отдых на время. Отдых от Исаги, понятное дело. Пока мальчик будет под надзором какого-нибудь другого спортсмена, Итоши будет усиленно улучшать свои навыки на поле. Осталось только озвучить свое решение юным эгоистам.              Рин не знал, что чувствовал, когда ему сообщили, что забота об Исаги на время переходит … Итоши даже не помнил имя того спортсмена, настолько тот был никудышным игроком в его глазах. С одной стороны, он был рад. Наконец-то настоящие тренировки. Его мышцы скучали по этому чувству, но, с другой стороны, в груди разрасталась какая-то боль, которую Рин пытался отогнать от себя. С какой стати ему расстраиваться? Он ненавидел присматривать за мальчиком. Именно такую мысль повторял Итоши у себя в голове. Исаги ему никто. Ему не нравится проводить время с его маленькой копией.              Совладав с собой, Рин с безжизненной маской на лице отправился на тренировку. Сначала он хотел пойти к Йоичи и все ему объяснить, но потом подумал, что стал слишком мягким. Такое проявление слабости, такая зависимость ему не нравились. В этот момент он даже не подумал, что может почувствовать маленький мальчик, успевший за такой короткий срок привязаться к Итоши.              Исаги тихо сидел и ждал, когда придет Рин. Старший мальчик сказал ему перед уходом, что его вызвал ненадолго какой-то главный дядя. Почему же Исаги не шумел и не баловался, а послушно ждал спортсмена? Такой вопрос может возникнуть у вас в голове. Все просто. Йоичи просто не хотелось. Он же не должен был постоянно бездельничать и создавать везде разруху. Иногда он был довольно смирным. А еще ему просто было скучно. Без Рина все было неинтересно. Живя в этом странном месте без мамы и папы, Исаги было одиноко и грустно, и только Рин стал для него по-настоящему близким человеком. Другом. Все розыгрыши и непослушание было полностью показными. Мальчик просто хотел, чтобы Итоши обращал на него еще больше своего внимания, чтобы замечал его.              Дверь открылась, и мальчик радостно вскочил. Улыбка сползла с его лица, когда в проеме показалась неизвестная ему ранее фигура. Мальчик попятился.              — Ты кто? Когда придет Рин? — растеряно произнес Исаги.              Парень в проеме незамедлительно ответил.              — Никогда, — но увидев, как мрачнеет лицо мальчика, добавил — Точнее он придет потом. Я не знаю точно когда, но пока что за тобой слежу я. Я, кстати, Сайко.              Исаги никак не отреагировал. Неужели Рин бросил его? Слезы начали наворачиваться на его глазах, поэтому мальчик, чтобы спрятать их, быстро отвернулся.              — Ну все, пошли. У меня куча дел. — Сайко понравилось чувствовать какую-то власть, пусть и даже над ребенком.              Исаги не сдвинулся с места. Тогда Сайко, изобразив добродушную улыбку, потянулся потрепать ребенка по волосам.              Йоичи отшатнулся.              — Я с тобой никуда не пойду. Я подожду Рина здесь.              Выйдя из себя, новоиспеченный надзиратель, схватив мальчика за руку, повел того на выход из комнаты. Исаги пытался сопротивляться, но у него не получалось. Тот был намного сильнее него. Слезы скрывать уже не получалось. Он разрыдался.              Как бы странно это не звучало, но они пришли на стадион. Сайко усадил мальчика, утирающего слезы на покрасневшем лице, на скамейку, находящуюся на краю футбольного поля, практически прямо у двери.              — Посиди пока здесь, — голос футболиста был непреклонным. Речи о совместной тренировке, понятное дело, даже не было. Парень развернулся и побежал на поле, уверенный в том, что мальчик его послушается. Он всего лишь ребенок, никуда не денется…              Исаги первое время честно пытался сидеть на скамейке. Сайко немного пугал его. Пытаясь хоть как-то развлечь себя, мальчик пытался разглядеть в пробегающих футболистах Рина, но его не было видно. Не было и других знакомых ему спортсменов, например, Бачиры. Йоичи погрустнел еще больше и сжался. Ему больше не хотелось находиться с неприятным ему футболистом. Мысль о том, что когда-нибудь тренировка закончится и Сайко снова будет его донимать, приводила в дрожь.              Единственным, что пришло на ум мальчику в тот момент, был побег. Он так и сделал. Оглядываясь, мальчик тихонько спрыгнул со скамейки и проскользнул в небольшой проем, так кстати оставленной открытой двери.