night drive

у субина в голове галактика смятений и мыслей. по возвращении домой он думает лишь об одном — как бы сказать бомгю о том, что младшенькому следует покинуть их укромную квартиру на следующий день. субин честно не хотел, чтобы бомгю и ёнджун хотя бы раз в жизни снова пересеклись, ведь бомгю — влюблённый, эмоциональный и гиперактивный, а ёнджуну не нужны серьёзные отношения. все мысли субина заканчиваются лишь одной фразой: отправьте меня в могилу. он бы хотел молиться всем богам мира, чтобы вселенная не схлопнулась от очередной встречи, потому старается думать усерднее. и не находит решения лучше, чем почти сказать правду. — бомгю-я, а ты мог бы завтра уехать к тэхёну? бомгю удивлённо смотрит, а потом хитро улыбается. субин знает наверняка: этот маленький чертёнок уже выдумал что-то в своей голове. — зачем это? ты устал от меня? или, может… — бомгю прикладывает палец к подбородку, делая задумчивое выражение лица, но маленькие чертята не перестают резвиться в его взгляде. — ты решил позвать к нам своего кая? тогда не вопрос, хён, я даже ночью не приеду. подмигивает и хихикает так хитро, что субину хочется шлёпнуть по губам за недосказанные фразы, которые всё равно понятны, да и вообще за такие мысли. — дурак, мне надо будет заняться одним проектом, и я хочу спокойствия, — почти правда. проект-то существует, но вот спокойствия в нём нет от слова совсем, как и участия лишь одного субина. — зануда. и вообще, чего это ты меня по таким пустякам прогоняешь тогда? может, я бы чем-то помог. — ага, много ли ты понимаешь в бизнесе? бомгю показывает язык и строит обиженную моську. это всё, конечно же, в шутку, но субину искренне стыдно перед братом. за ненужное враньё, за то, что за спиной брата приходится контактировать с объектом его воздыхания. и субину бы хотелось признаться во всём, но он знает, что бомгю будет расспрашивать о ёнджуне, вероятно даже приедет в университет, лишь бы увидеться с ним. субин также знает, что бомгю рассыпется, когда узнает, что ёнджун не такой замечательный. прямо как сам субин на первом курсе. старший не хочет, чтобы бомгю страдал, а потому ему лучше ничего не знать. он надеется, что даже если бомгю и узнает об этом, то нескоро, а значит и простит сразу субину все маленькие недосказанности, которые имеют на самом деле огромное значение. ночь проходит неспокойно для субина. мысли путаются и перескакивают с ёнджуна на бомгю и наоборот. иногда субин думает о хюнин кае и его замечательной улыбке, а потом хочет окунуть себя в холодную воду — хюнин кай для субина стал точкой невозврата в своих чувствах и напоминании себе о том, что субин вообще-то тоже человек, который может испытывать нежность к кому-то кроме семьи. субин засыпает только под утро, а со звонком будильника снова ненавидит эту жизнь, ведь в ней есть ненужные чувства и ёнджун. а ещё кай, но хюнин не тот человек, который заслуживает ненависти. кай заслуживает любви, и субин решает разобраться с этим вопросом как только сдаст чёртов проект. а пока стоит подумать о том, как вообще контактировать с невыносимым чхве ёнджуном. бомгю на кухне сонно смотрит в одну точку и едва ли не проносит ложку с хлопьями с молоком мимо рта. субина эта картина умиляет, ведь бомгю так похож на сонного мишку или щенка. — я через часик где-то уеду, так устроит, хён? — бомгю зевает слишком громко и улыбается слишком ярко. субин кивает, а потом вспоминает, что ёнджун даже не сказал, во сколько он приедет. взяв телефон, субин открывает пустой диалог с одногруппником и несколько секунд бездумно смотрит в экран, прежде чем спросить во сколько же собирается явиться ёнджун. в ответ он получает «часика через два, надеюсь, ты не сильно заскучаешь 🤭», отчего субину хочется больше никогда не пересекаться с ёнджуном. что у него в голове остаётся только догадываться. а в голове у ёнджуна есть только одна мысль: живи. пока ты молод, ты можешь позволить себе всё, что ты захочешь. поэтому проживай эту жизнь так, как ты сам хочешь. и ёнджун, вроде как, даже следует своему совету. на запястье красуется «ma vie, mes règles» — моя жизнь — мои правила. с переводом помог кай, он ведь изучает языки. и всё же иногда жизнь ёнджуна не устраивала. бывали моменты, когда ёнджуну хотелось вернуться не в пустую квартиру. родители приезжали крайне редко — они работали в штатах, времени на поездки в корею практически не было, так что в восемнадцать лет ёнджун, проживший почти всю жизнь в америке, оказался один посреди незнакомого города. было страшно и сложно, но ёнджун любил испытания жизни. он быстро познакомился с новыми людьми, а потом встретил хюнин кая. тот, как оказалось, тоже приехал из америки, ему тоже было страшно. только хюнин не такой общительный, как ёнджун, поэтому знакомых он не нашёл, зато с ёнджуном они стали лучшими друзьями. ёнджун был избалованным. мама одаривала его своей любовью даже на расстоянии, а отец — деньгами. поэтому ёнджун никогда не мог себе отказать, а тем более не принимал отказов от других. сам чхве понимал, что это плохо, что надо учиться перевоспитывать себя, но не получалось. ёнджун принимал себя таким, какой он есть, с напоминанием на подкорке, что надо стать лучше. а пока ёнджун собирается к субину. делать проект совершенно не хотелось, но компания в лице субина прельщала очень сильно. ёнджун знал о том, что в какой-то момент субин сох по нему. знает, что сейчас субину он, мягко говоря, не нравятся. поэтому ёнджун с великим удовольствием хотел подразнить чхве и понаблюдать за реакцией младшего, ведь каждая встреча в пределах университета заканчивалась тем, что субин чуть ли не отскакивал от ёнджуна, словно последний — ток, а потом смотрел бездумно в одну точку, как будто его ударили по голове чем-то тяжёлым. ёнджуна, если честно, это забавляло. субин был таким невинным, но в то же время он старался показать, что если к нему сунуться — он укусит. и ёнджуну хотелось довести субина до состояния, когда последний смог бы укусить. ёнджун выходит из дома и слегка ёжится — первые дни мая выдались прохладными в отличие от апреля. он надевает капюшон толстовки и поправляет кепку под ним. чупа-чупс во рту сменяется сигаретой, ёнджун затягивается, прикрыв глаза. и всё же субин был не в его вкусе. да, красивый, да, заинтересован, но только в том, чтобы вывести субина на эмоции. зачем? ёнджун сам не знает. просто так веселее жить. вот только где найти ту самую точку, на которую можно надавить, ёнджун пока не знает, но уверен, что обязательно найдет. дорога до дома субина не занимает слишком много — двадцать минут на машине с учётом заторов. ёнджун поправляет солнцезащитные очки и настойчиво звонит в дверь пока субин не открывает. на губах сразу же появляется ухмылка. — приветик. — тебе запретили смотреть на мир глазами тупого человека, поэтому ты решил их скрыть? — субин складывает руки на груди, а ёнджун готов улыбаться от напряжения между ними. — субин-а, ты как разговариваешь со старшими? тебя не учили быть вежливым? — ёнджун дуется и заходит в квартиру, слегка задев плечом субина. — и гостеприимству тоже не учили. а то даже в квартиру не пускаешь. субин молчит, наблюдая за старшим. он очень надеется, что его нервы достаточно крепкие, чтобы выдержать присутствие ёнджуна. — и вообще, если ты хотел увидеть мои глаза, то мог бы просто попросить. и всё же ёнджун чертовски красив. особенно с голубыми линзами. субин быстро отгоняет от себя дурные мысли и кивает в сторону кухни. — пошли уже. субин едва ли удерживается от вздоха, когда ёнджун садится на столешницу. он невыносим, правда. и угораздило же нарваться на такое наказание. субин ненавидел мыть полы, но делал бы это целый год, если бы ему дали выбор: сделать один проект с ёнджуном или мыть полы триста шестьдесят пять дней. — с чего мы начнём? и слезь со столешницы кстати, ты не еда, чтобы на ней валяться. — с идеи, бинни, с неё родной, — ёнджун спрыгивает со столешницы и подходит слишком близко к субину. — вот у тебя есть какие-нибудь в голове? у субина миллион идей, и все они о том, как заставить ёнджуна заткнуться, но ни одной по поводу проекта. как тут можно на нём сосредоточиться, когда перед тобой мельтешит раздражитель? — то-то же. эх, субин, мой тебе совет: лучше думай по делу, а не огрызайся, — ёнджун довольно усмехается, а субин едва заметно сжимает руки в кулаки. нашёлся тоже, кто вообще дал ёнджуну право думать, что если он старше на пару месяцев, то умнее? — если ты не прекратишь действовать мне на нервы, то я точно ничего не придумаю, — субин устало потирает переносицу. они ещё даже ничего не сделали, но младший чхве был уже утомлён. — хорошо, что ты не один это делаешь, — ёнджун все колкости словно мимо ушей пропускает. — думать-то даже особо не надо. кофейня — вот отличный старт для бизнеса. всегда популярно среди любой категории населения. надо только сделать соотношение затрат и примерной прибыли. субин, если честно, ёнджуна глупым не считает, да ёнджун и не был таковым, а потому кивает, соглашаясь. они обдумывают детали проекта, а на столе незаметным образом появляются две банки пива. и субин даже как-то расслабляется, ведь ёнджун умный, а ещё, оказывается, человек, умеющий слушать и понимать. их разговор постепенно переходит на тему жизни, когда субин внезапно спрашивает: — тебе не бывает одиноко? ёнджун в привычной манере усмехается, делает глоток пива и пожимает плечами. — тебе бывает? субин молчит и едва заметно кивает. если бы кто-то ему сказал пару часов назад, что он чуть ли душу не начнёт открывать перед ёнджуном, субин бы не поверил. но сейчас ёнджун комфортный, а пиво расслабляет. спокойствие субина длилось недолго: дверь в квартиру открылась и из коридора послышалось пьяное «субин-хён, я дома!». — так ты не один живёшь? — ёнджун усмехается, а субин молится, надеясь, что бомгю уйдёт к себе в комнату. он идёт в коридор и тут же останавливает ёнджуна, который пошёл следом за ним. — не ходи. — почему… ёнджун не успевает договорить, как на субина вешается пьяный бомгю. — субин-хён! — бомгю жмурится и пьяно смеётся, а потом открывает глаза и словно трезвеет. — ёнджун?… ёнджун теряется всего на секунду, но тут же улыбается. — так субин твой брат, который забирает тебя из клубов? но бомгю молчит. и не из-за стеснения, бомгю просто хочет разрыдаться. он запомнил, что ёнджун может быть в мыслях, но не наяву. а теперь он наяву, так ещё и в их квартире. — какого хуя ты тут делаешь? субин, что он тут делает?! — бомгю срывается на крик и отскакивает от брата. — гю-я, успокойся, давай ты протрезвеешь, и я тебе всё объясню, — субин берёт бомгю за руку, но тот её одергивает. — объяснишь что? вы что, трахаетесь? — бомгю бледнеет и произносит последние слова почти шёпотом, изумлённо смотря на субина, а после убегает к себе в комнату, не дав брату что-либо ответить. ёнджун идёт за бомгю, но субин его останавливает. — не надо. не ходи за ним, — почти умоляет субин, но ёнджун его не слушает. он знает наверняка, что бомгю нужны объятия и поддержка. сам ёнджун не знает причины такой заботы по отношению к младшему, но бомгю слишком милый, чтобы о нём не заботиться. что тогда — немного пьяный в клубе, смущающийся, что сейчас — слишком пьяный дома, матерящийся, бомгю был и будет милым. и ёнджуну хочется о нём позаботиться хотя бы сейчас. — я сказал тебе не ходить к нему! — и, кажется, ёнджун нашёл ту самую точку, которая заставит субина быть агрессивным, — бомгю. — а то что? — ёнджун усмехается, отстраняясь от субина, и почти доходит до комнаты бомгю, как его резко впечатывают в стену. — я сказал тебе не ходить, — у субина крепкая хватка и злой тон, но ёнджуна это не пугает. — ты думаешь, что можешь появиться в его жизни, разрушить её, а потом свалить как ни в чём не бывало? ну уж нет, я не позволю тебе, чхве ёнджун, ломать его, как ломал меня. ёнджун отталкивает субина, а в следующую секунду он получает удар по лицу. из носа сразу начинает капать кровь, но ёнджуну всё ещё не страшно. — идиот, — лишь шипит старший и валит субина на пол. за стенкой сидит бомгю со слезами на глазах. он слышит, как дерутся субин и ёнджун, слышит каждое их слово, но разнимать не бросается. он вообще не хочет ничего делать, только если выйти в окно в этот момент, потому что мойры его явно ненавидят. звуки за стеной стихают, и дверь в комнату бомгю открывается. бомгю не поворачивается, он надеется, что это субин, но хриплый голос совсем не принадлежит брату. к бомгю пришёл ёнджун. — бомгю… — ты убил субина? — тихо спрашивает бомгю, смотря на свои руки. — что? — ёнджун непонимающе смотрит на младшего и садится рядом. — субин не хотел тебя пускать ко мне, но ты здесь, значит, субин скорее всего больше не встанет, иначе он бы тебя любым способом выгнал бы. ёнджун тихо усмехается и качает головой. — я просто очень уворотливый и быстрый. поэтому пока субин приходил в себя, я прошмыгнул к тебе в комнату и запер нас изнутри. бомгю молчит, а потом поворачивает голову, и ёнджун замечает в глазах слёзы. они текут по щекам, размазывая крупные блёстки. — я сделал что-то не так? — тихо говорит ёнджун и осторожно вытирает большим пальцем слезинку с щеки младшего. бомгю лишь отрицательно качает головой. — что у вас с субином? — бомгю решается посмотреть в глаза старшему и хватается за него. у ёнджуна глаза подобно океану, а бомгю не умеет плавать, поэтому он тонет сразу же. — мы с ним одногруппники. вот и всё, — у бомгю волосы мягкие, и сам он такой податливый. ёнджун понимает, что украл очередное сердце и ему гореть в аду за это. но бомгю почему-то хочется вручить своё сердце в ответ. ёнджун любить не умеет, но он хотел бы полюбить бомгю. и всё это так странно, внезапно и резко, но ёнджун считает, что надо принимать всё, что подкидывает жизнь. даже если ты не успеваешь опомниться, а твоё сердце уже стучит как ненормальное от вида парня, которого совсем не знаешь. — давай отдыхать, боми? — ёнджун заправляет прядь волос за ухо бомгю и смотрит в глаза, а бомгю не хочется засыпать, словно ёнджун исчезнет, как только младший проснётся. но всё же сдаётся и говорит, что ему нужно умыться и переодеться. ёнджун кивает и осматривает комнату бомгю, пока последний ушёл в душ. гитара, проигрыватель пластинок, много фотографий на стене и все они с субином и каким-то ещё парнем, даже гирлянда есть, полароид, ноутбук — комната бомгю выглядит красиво. впрочем, неудивительно, ведь сам бомгю тоже был красивым. — интересно? — бомгю стоит в дверном проёме в широкой футболке и не менее широких домашних штанах. ёнджуну кажется, что он не человек. плюшевая игрушка, которую хочется обнимать и желательно всегда. — ага. ты играешь? — ёнджун кивает на гитару. — да, мне это помогает расслабиться. когда-нибудь я сыграю тебе. бомгю садится на кровать, а потом забирается под одеяло с головой. ёнджун ложится рядом и поверх одеяла обнимает младшего. у бомгю, кажется, нехватка воздуха, он вообще перестал дышать от такого действия ёнджуна, но отталкивать ни за что не станет, даже если умрёт. — а я вот петь немного умею. тебе спеть колыбельную? — длинные пальцы ёнджуна перебирают волосы бомгю, и младший хочет мурчать, если бы умел. — давай. под тихий голос ёнджуна, напевающего колыбельную, бомгю проваливается в свой самый спокойный сон, всё же подумав, что иногда жизнь его любит и он её тоже.