night drive

родная квартира встречает субина тихой музыкой из проигрывателя бомгю и запахом еды. а ещё самим младшим братом. тот улыбается, обнимает субина и что-то лепечет про то, что постарался приготовить ужин и даже ничего не сжечь, а субин лишь смотрит сквозь него. бомгю стало лучше, он принял участь делить мысли на два — на нормальные и о ёнджуне. и кажется, что живёт он с этим просто прекрасно. а вот субину только предстоит учиться. — …в общем-то на ужин у нас моя не совсем удачная попытка пасты карбонара, но она вроде вкусная, я попробовал, до сих пор живой. кстати, ты так и не рассказал о своей идее, это так нечестно по отношению ко мне — заставлять меня столько ждать! — на секунду бомгю замолкает, видя, что субин смотрит куда-то в пустоту. — хён?… субин дёргается и трясёт головой. он должен быть в порядке хотя бы ради бомгю, а потому улыбается. — карбонара, говоришь? отлично. а по поводу идеи… я решился на парные тату, гю. бомгю удивлённо смотрит на брата, а затем хмурится. это точно чхве субин? бомгю кажется, что его подменили. да и улыбке субина бомгю мало верит — она выглядит слишком неестественно, тем более после того, как взгляд старшего был абсолютно пустым. — что случилось, субин? субин усмехается. план делать вид, что всё в порядке, успешно провалился, не успев даже начаться. с другой стороны субин и не надеялся на успех — бомгю знает его с пелёнок, своих конечно же, он уже выучил все привычки субина, как и субин его, а значит, что ничего не спрячется от глаз друг друга. тем более когда они живут под одной крышей уже почти три года. они прямо как пожилая женатая парочка, которая понимает друг друга без слов и замечает всё по одному лишь действию. — чхве субин, если ты продолжишь молчать, то сейчас вся паста будет на тебе, и стирать одежду буду не я! — бомгю прикрикивает в своей привычной манере, и субин даже слегка улыбается — его брат слишком дотошный и громкий. но вопрос о том, что рассказать и рассказывать ли что-то вообще, словно звоном раздаётся в ушах. рассказывать про ёнджуна субин не хочет — бомгю только пришёл в себя. поэтому решает рассказать про хюнин кая, засевшего в мыслях слишком сильно. — я тут сегодня… чуть не подрался в университете, — субин, если честно, не знает, как начать-то даже свою историю. бомгю слушает внимательно, не перебивая. — несколько каких-то ублюдков зажали мальчишку с младшего курса из-за того, что он метис. ну я решил заступиться за него, а он такой… субин замолкает, не зная, что и сказать. какой кай? субин не знает, они знакомы-то даже меньше суток. но почему-то субин уверен, что хюнин кай очень добрый и милый, а ещё в душе ребёнок, ведь от него пахнет детской жвачкой, а в светлых волосах субин увидел на секунду заколки со стразами. хюнин кай громко смеётся, он вообще сам по себе громкий, если судить по его поведению в университете. и нет, субин не маньяк, он не следил за каем, но хюнин всегда привлекал его внимание, с самой первой встречи, которую и встречей-то назвать было сложно — субин просто увидел кая в коридоре вместе с ёнджуном, но уже тогда сердце пропустило удар. субину кажется, что хюнин кай — это бесконечное юношеское лето, такое тёплое и лёгкое. лето, которое согреет своей улыбкой и объятиями. субину почему-то кажется, что хюнин очень тактильный. от мыслей улыбка появляется на лице, и субин слышит тихий визг бомгю. — так ты влюбился! — бомгю хлопает в ладони, пищит и бросается на брата с объятиями, едва ли не переворачивая тарелку со спагетти на столе. — вы обменялись с ним номерами или что-то типа? — нет, — пожимает плечами субин и тихо вздыхает. — и вряд ли мы ещё пересечёмся. поэтому я и подумал… давай набьём тату. у меня будет «loser», а у тебя «lover». он слышит смешок бомгю, от которого на сердце становится почему-то печально. — говоришь, я — возлюбенный, а ты — лох какой-то? ужасно, субин-хён. у тебя-то шансов побольше на взаимность. субин усмехается. бомгю, конечно, был прав, но сам старший считает, что по-хорошему они разделяться не должны: они либо оба возлюбленные, либо оба лузеры, но субин любит брата больше себя, поэтому не может назвать его лузером, а себя — возлюбленным, какой он из него? субин, конечно, хочет быть любимым и любить в ответ, но он не уверен, что когда-нибудь его чувства будут взаимны. и дело даже не в хюнин кае и его, казалось бы, недосягаемости при всей детской простоте и доверчивости (кто же садится в машину к незнакомцам? только бомгю и хюнин кай). субину порой казалось, что он не достоин жизни на этой планете. не достоин тех условий, в которых растёт и живёт, не достоин любящих родителей и прекрасного брата. субину порой кажется, что его место где-то на помойке, если честно, потому что иногда вера в себя пропадает с потрохами и остаётся только что-то неприятное от вида своего отражения в зеркале. иногда субину тоже бывает плохо, но он старается держаться и верить в лучшее, потому что ему так спокойнее. с детства привыкший никого не беспокоить пустяками и справляться с трудностями сам, он не представляет, каким он мог бы быть в отношениях, где должны быть доверие и взаимопомощь. субин-то всегда поможет, но никогда не примет помощь в ответ, потому что не умеет этого делать. и чхве думает, что вряд ли с ним таким кто-то уживётся. а уж тем более кто-то как хюнин кай. да впрочем, к чёрту. субину сейчас не хочется заваливать себя грустными мыслями. — бомгю-я, если ты решил выпендриваться, то мы никуда не поедем, — субин даёт лёгкий подзатыльник брату и цокает языком. — ладно-ладно, уговорил. но если твой кай спросит, почему ты лох, то я не виноват. поедем после ужина? субин кивает и слегка улыбается. его хюнин кай звучит как-то особенно приятно, хотя хюнин кай не его, не был и не будет. за ужином они разговаривают об учёбе, о чём же ещё. бомгю хвастается успехами в живописи, а ещё делает несколько набросков их будущих тату, и субин восхищается талантом бомгю. не зря же говорят, что талантливый человек талантлив во всём. бомгю говорит, что хочет в скором времени набить ещё несколько татуировок и делает небрежный эскиз. небольшие цветы, звёзды, разбитое сердце со стрелой внутри — всё это сливается в одну вселенную, таящуюся внутри бомгю. субин это прекрасно видит и надеется, что когда-нибудь его сердце заживёт. улица встречает их прохладным после дождя воздухом и бомгю громко выдыхает. — хорошо, что нам даже не надо искать студию. субина немного передёргивает, ведь тату им будут делать не в стерильном помещении с профессиональными мастерами, а дома у какого-то знакомого бомгю, которому он в своё время очень помог. но раз бомгю доверяет этому человеку, то субин тоже. наверное. по пути он думает о том, как вообще докатился до татуировки, ведь всю жизнь считал, что ему это не нужно. но субин тоже человек, а людям свойственно меняться. видимо, пришло время для изменений в жизни старшего. он смотрит на бомгю и улыбается. бомгю счастлив. он поёт под тейлор свифт, жмурится и иногда выкрикивает какие-то фразы. субин даже немного завидует младшему, ведь бомгю хоть и чувствителен, но может быть счастливым. либо он просто хорошо скрывает своё несчастье внутри, медленно умирая. но всё же субин надеется, что бомгю не пытается заглушить эхо внутреннего отчаяния своим смехом. квартира, находящаяся в приличном расстоянии от центра сеула, встречает их громкой музыкой и запахом сигарет, смешанным с какими-то резкими духами. бомгю кашляет и открывает окно раньше, чем здоровается с хозяином. — бля, тэён, ты бы хоть иногда окна открывал, а то задохнёшься в своих запахах, и никто тебя не найдёт. тэён — знакомый бомгю — тихо засмеялся и обменялся фирменным рукопожатием с бомгю. в голове субина пролетела мысль о том, как они вообще помнят все эти движения, потому что встречались крайне редко. хотя, возможно, теперь будут чаще, раз бомгю решил набить себе ещё несколько татуировок. — а ты, наверное, брат бомгю? субин, да? — новый знакомый тут же переводит взгляд на старшего чхве и улыбается. — приятно познакомиться. ну что, кто первый? бомгю, конечно же, вызвался первым, а субину только и остаётся, что наблюдать за тем, как младшенький корчит рожи, делая вид, что ему совсем больно, а потом, заливаясь смехом и дразня субина, рассматривает свою татуировку в районе ключиц, крутясь у зеркала. — уверен, субин-хён сейчас будет умирать от боли! субин лишь глаза закатывает и садится в кресло, на котором минутой ранее сидел брат. он иногда смотрит на тэёна, подмечая его красоту. маленький шрам у глаза цепляется за взгляд и помогает расслабиться, пока обладатель этого самого шрама спокойно бьёт тату. к слову, всё не так уж и плохо, как ожидал субин. он явно не умрёт от боли, как говорил бомгю. — кстати, почему лузер и возлюбленный? — тэён слегка улыбается, вырисовывая на коже субина буквы. — если это личное, то лезть не буду. — да мы просто оба лоха, которые влюбились. и субин-хён решил, что сейчас самое время бить тату по этому случаю. только он немного перепутал — это я лохом должен быть, но хён сказал, что если я буду спорить, то он вообще откажется от тату, — бомгю показывает язык субину и улыбается, а взгляд грустный-грустный. — да уж, хреново, — констатирует тату-мастер, заканчивая работу. — ну ничего, из всякого говна можно выбраться, из этого тоже выберетесь. тэён закуривает, сев у окна, а субин морщится — он, как и бомгю, ненавидел запах табачного дыма. в голове снова пусто, а потом субина как будто окатывает водой. завтра ёнджун должен ввалиться в их дом, чтобы начать работу над проектом. субин думает, что последнее, чего бы он хотел в своей жизни, — это встречу ёнджуна и бомгю.