В море корабли

Первый час Матвей только и делал, что занимался успокаиванием своего беспрестанно бьющегося сердца. Вокруг кружились в танце под ненавязчивую музыку пожилые и не очень пары, разговаривали и двигались с место на место молодые люди, и каждый, каждый ожидаемо, как и раньше, был одет во что-то элегантное, сидящее по фигуре идеально. У них имелся вкус, имелись деньги, возможности, Матвей работал их официантом и очень боялся напортачить, так как его обучение удовлетворять запросы участников банкета получасовым экскурсом с кратким рассказом на десять минут и тренировкой на оставшееся время. Он старался представлять себя рыбой в воде, плыть мимо опасных акул, скрываясь за маскировкой в виде улыбки. У него в руках постоянно находился поднос. Подать бокалы с шампанским, долить шампанское, забрать пустой бокал, отнести, и постоянно вглядываться и угадывать желания гостей — его задачи на эту ночь. Свыкшись и почувствовав себя героем фильма, словно бы шпионом на какой-то вечеринке высших лиц, чтобы украсть у них изюминку будущего аукциона, Матвей стал больше приглядываться к гостям. Он скользил по залу, ловко протягивал бокал с алкоголем милой мадам и замечал, что у неё на пальце обручальное кольцо, хотя у её партнёра такого нет. Где-то сбоку мог резко зазвучать шёпот прямо ему в ухо от семнадцатилетнего паренька, который выпрашивал шампанское с протянутой манящей купюрой. Когда стихла музыка и зазвучал старческий голос капитана корабля, Матвей не придал этому никакого значения, так как его интерес сейчас был полностью отвоёван напивающимся вусмерть другим дедом. Тем самым, который явно обладал огромным количеством денег, но одевался крайне неопрятно. На его расстёгнутой рубашке, на отогнутом в сторону воротнике красовалось жёлтое пятно, нашедшее там пристанище по-видимому достаточно давно. Не доставало пуговицы. Пиджак неуклюже открывал свои объятья каждому проходящему. Штанины у дряхлых туфель серели от пыли и какой-то грязи, может, от луж. Дед попросил где-то уже десятый бокал за вечер, и это только у Матвея. Тот отказать возможности не имел и послушно отдавал последний со своего подноса в трясущиеся руки, слыша бормотание: «Сколько ему там было бы лет, как тебе, наверное, да? Я уже даже не помню, сколько ему было лет…» Максим силой заставил себя мягко отвернуться и пойти дальше расхаживать по залу, чтобы забрать пустую посуду и унести её на мойку на кухню. Он нервно укусил щеку и снова улыбнулся, всё это время не произнося ни единого слова. Снова зазвучала треклятая музыка, закончилась речь капитана. Матвей закрутил головой в его поисках, чтобы запомнить, как тот выглядел, но не нашёл никого похожего на обладателя старческого голоса со сцены и невероятно расстроился. Что-то старики сегодня расшатывают его равновесие. — Ауч! — Матвей сделал шаг назад, непроизвольно издав громкий звук, привлекший внимание ближайших гостей. В него врезался морщинистый и растерянный мужчина, рассматривающий его слишком долго и даже не пытаясь помочь удержаться на месте и не уронить ни единого бокала, стоящего больше, чем билеты на этот круиз, за которые, к слову, нужно было отдать немало. Чувствуя недовольство, Матвей скрипнул зубами, когда натягивал улыбку обратно и кроме растерянности незнакомца обнаружил, что его костюм несколько выбивается из общей массы. Мужчина неловко поправил свою бабочку, немного удлинённый сзади пиджак, боулер на голове и застучал тростью по полу, когда огибал препятствие без каких-либо извинений: — Странно, странно… Любитель старины Матвею совершенно не понравился. Замечательным оказалось то, что больше они на банкете не встретились.