Promise

Со временем эта странная ситуация разрешается. Наверное, не превратись Джексон в чокнутую ящерицу, их сотрудничество с Дереком могло и не начаться, а с тем могла и не закончиться вражда с Айзой. Не сказать, что все вдруг стало радужно. Нет, конечно. Дерек продолжал быть мрачным мудаком, коим его окрестил Стайлз, Эрика не переставала играть на нервах школы, а Айза не становилась нежной и ласковой. Просто все стало немного лучше. Может дело было в том, что Стайлз все – таки уговорил Скотта хотя бы формально вступить в стаю, а может в том, что Айза протянула ему руку помощи, когда Джексон чуть не убил их всех, а, может, помогла лечебница с больной собакой, заставившая Лейхи расплакаться. Так или иначе, напряжение между ними пошло на убыль и Скотт смог вздохнуть спокойно, осознав, что больше не является объектом ненависти девушки. А потом все вдруг стало еще хуже. Скотт понял, что влюбился. В Айзу. Потому что Айза была милой. Вернулись прежние черты, какие Скотт замечал в ней еще до обращения. Она была веселой, ослепительной улыбавшейся, красивой и самостоятельной девушкой. Вместе с Эрикой они обжили новое временное пристанище стаи, внося небольшие, но уютные мелочи, вроде откопанного на распродаже ковра с густым ворсом или набора кружек с мультяшным изображением героев Marvel. После решения всех конфликтов, Айза не отказалась от новых черт характера, вроде чрезмерной язвительности и нахальных взглядов, но Скотт не жаловался. Да и смысл? Айза может издеваться сколько угодно над каждым из стаи, но при этом готова защищать их от любой внешней опасности. Скотт до сих пор не может забыть то, как Лейхи спасла их шкуры. Это было буквально через пару месяцев после того, как с Джексоном – канимой было покончено, и вся стая готовилась к головной боли в виде Джексона-беты. На территорию Хейла вдруг пришла стая из соседнего города, изгнанная кем-то более сильным. Дерек, как назло, уехал из Бекон-Хиллс, захватив с собой Бойда, для решения каких-то проблем со строительством нового дома. Они действительно собирались все решить миром. Скотт думал наладить общение, обрисовать ситуацию и попытаться перенести расправу хотя бы до возвращения Дерека. Айза, Джексон и Лидия были категорически против этого, желая показать силой, кто хозяин территории. Джексон скалил зубы и рвался в бой, остывая лишь на время, под успокаивающими поглаживания тонкой ручки мисс Мартин, которая в последнее время все чаще напоминала Скотту ведьму. Огненно-рыжие волосы и горящий огонек кровожадности в её глазах, заставляли Маккола чувствовать бегущих вдоль позвоночника мурашек. Элиссон не выражала никаких идей, наверное, оттого, что за два прошедших месяца, в принципе, не сказала Скотту ни слова. Но отчего-то, подросток был уверен, что юная Арджент не раздумывая бы взяла арбалет и пристрелила всех пришедших. Наверное, именно поэтому, Скотт поступил как полный кретин и вышел к новой стае, захватив с собой только Стайлза. Да и тот, честно говоря, оказался в лесу по собственной инициативе, не желая оставаться дома в полном одиночестве. Поэтому стоило им появиться на небольшой поляне, как пришедшая стая тут же бросилась на них, не давая вымолвить и слова. Их было немного - всего две беты и альфа, но даже с таким раскладом Скотт оказывался в меньшинстве. У Стайлза, конечно, была бита и отцовский пистолет с аконитовыми пулями, да только все это оказалось выбито из его рук в первую же секунду. И если биту еще можно было найти, то пистолет укатился куда – то в листву. Скотт думал, что им поможет только чудо. От Стайлза его оттеснили быстро. Скорее, даже профессионально. Он не считал себя плохим бойцом, но эти трое работали так, как будто слышали мысли друг друга, предугадывая каждое движение. Чужаки разделились. Один из бет, молодой мужчина лет тридцати вальяжно направился к Стайлзу, что был отброшен им же к ближайшей сосне. Медленно. Расчетливо. Так, как будто никуда не спешил. И так оно, скорее всего, было. У них был численный перевес и торопиться им не было нужды. В то же время, альфа, эффектная женщина лет тридцати пяти, и бета, девчонка не старше шестнадцати лет, принялись за Скотта, нанося точные удары когтями по лицу и шее. Девчонка смеялась. Холодным, почти безумным смехом. Нанося удары по шее и лицу Скотта, она хищно улыбалась и ускользала от него слишком быстро, не давая себя задеть. Её альфа двигалась почти столь же стремительно, и Скотт чувствовал, что силы вот-вот покинут его. А потом появилась Айза. Словно дикая фурия, взмахнув светлой копной волос, она налетела на парня, что заносил когтистую руку над потерявшим сознание от удара Стайлзом. Скотт даже не успел заметить, как она взлетела к чужаку на плечи и точным сильным движением свернула ему шею. Он только услышал хруст и звук, падающего на землю, тела. - Майк! – истошно завопила девица-чужак и, потеряв весь интерес к Скотту, переключилась на Айзу, рыча и кусаясь. Все остальное он помнил смутно, наверное, оттого, что растеряв почти все силы, попал под удар почти полностью обратившейся женщины. Он пролетел не один метр, прежде чем сломал себе пару ребер об ближайшую ель. После этого, он помнил лишь знакомый вой Айзы, много рыка, когти вспарывающие его живот и рев Дерека, заставивший все его существо сжаться в один трепещущий комок. А потом он просто потерял сознание. Очнулся он тогда быстро, судя по ощущениям. Маккол продолжал лежать на той же поляне, только теперь не было слышно ни рева, ни криков. Вокруг стояла почти мертвая тишина, нарушаемая лишь близким к нему сердцебиением. Судя по знакомому аромату, пробивавшемуся через металлический запах крови, рядом с ним сидела Айза, осторожно поглаживая его по волосам. - Очнулся? – мягко спросила она, убирая руку и поворачиваясь так, чтобы можно было заглянуть Скотту в глаза. – Ты как? Раны почти затянулись, но тебе стоит полежать еще немного. - Нормально, вроде. – Он улыбнулся, приподнимаясь на локтях и тут же падая обратно. Тело болело так, будто его всего пропустили через мясорубку. - Лежи спокойно. – Айза нахмурилась и снова заглянула ему в глаза. – Эта сука глубоко в тебя когти запустила. - Не важно. – Скотт мотает головой, не желая акцентировать внимание на собственной слабости. – Что случилось, когда я вырубился? - Как обычно, Дерек пришел и всех спас, залив все вокруг кровью. – Айза улыбается, и какое-то неясное благоговение проскальзывает в её словах. Волчьей половине Скотта отчего-то это не нравится. - Как он узнал, что он нужен? Ну, в смысле, он ведь уехал, да? - Ага, уехал. – Айза закатывает глаза и улыбается, как мать, глядя на несмышленое дитя. – Я ведь знала, что ты не отступишься от своей идеи «решить все миром», и сразу же позвонила Дереку, чтобы тот возвращался. Ох, слышал бы ты, как он ругался на тебя, когда ты сознание потерял. – Айза улыбается, будто воспоминания действительно веселят её. – Это было смешно. - Действительно. – Скотт хмурится и отворачивается, фокусируя взгляд на кустах, растущих на поляне. Смотреть Айзе в глаза не хочется – чувство, что он опять облажался не покидает его. - Эй, ты чего? – Удивленное лицо девушки появляется с другой стороны. – Обиделся, что ли? - Да нет, просто устал. – Это не совсем ложь, потому что, организму Маккола до сих пор очень хреново, и он не уверен, что его желудок не пожелает вывернуться наружу через пару минут. – Где Стайлз? - С Дереком. – Айза ложится напротив Скотта, кладя подбородок на скрещенные руки. – У него, кажется, плечо выбито, но Дерек все вправит. - Откуда такая слепая уверенность в Хейле? – слова срываются с губ быстрее, чем Скотт успевает задуматься. Замечая, как мрачнеет Лейхи, он спешит реабилитироваться. - Ну в смысле, каковы шансы, что Дерек не убьет Стайлза за его длинный язык? Он же ненавидит его. - Ты действительно такой слепой или притворяешься? – Айза удивленно выгибает брови, а губы кривит усмешка. – Дерек же второй месяц носится со Стилински, как с писаной торбой. – Она фыркает, будто ситуация её забавляет. – Под окнами стоит, в дом его залезает, все вертикальные поверхности перестал им протирать. Даже огрызаться почти прекратил на него. - Что? - Только не говори, что не заметил, что от Стилински воняет Дереком, иначе я решу, что ты действительно идиот. - Но, я ведь думал, это потому что Стайлз часто проводит время с Хейлом, помогая проектировать новый дом. – Скотт действительно так думал. - Идиот. – Сокрушенно выдает Айза, роняя голову на руки. – Меня поражает твоя наивность. Скотт чувствует себя полным придурком, поэтому просто прикрывает глаза, стараясь скрыть смущение. - Айза, мне что-то нехорошо, я посплю, ладно? – Тихо произносит он. - Хорошо, я буду рядом. – Произносит девушка, и Скотт чувствует тепло девичьего тела рядом с собой и тонкую ручку у себя в волосах. Удивительно, но он действительно засыпает. И с того самого момента он твердо знает, что влюбился в Айзу Лейхи. Эта влюбленность не похожа на ту, что он испытывал к Элиссон. Любовь к юной Арджент была подобно урагану, тайфуну ворвавшемуся в его жизнь так стремительно, что, казалось, Скотт и не смог к ней привыкнуть. Любовь к Элиссон была яркой, горячей, разжигающей огонь страсти, заставляющей глаза вспыхивать янтарным блеском, и желать доказать всему миру о том, что Скотт достоин этой любви. Влюбленность у Айзе совсем другая. Легкая, теплая и какая-то до боли родная. Скотту больше не хочется никуда бежать, что-то доказывать и вырывать зубами свое. Подростку хочется заботы и тепла в небесных глазах, уютных вечеров вместе и тонкую ручку в своих волосах. Возникнувшая любовь к Лейхи будто воскрешает, поднимает из пепла, сожженное в пламени чужой страсти, сердце, заставляет Скотта прекратить преследование Элиссон и присоединиться к стае. Эта любовь лечит. *** Вечера со стаей больше не раздражают. Скотту нравится собираться на широком диване в квартирке Хейла за просмотром очередного фильма. Здесь Дерек не похож на хмурого маньяка-убийцу. Хейл, сидящий в домашней серой футболке рядом с дремлющим Стайлзом, - почти уютный. Этот Дерек вызывает у Маккола симпатию, заставляя возвращаться снова и снова. Они собираются здесь не в первый раз. Как обычно, на диване и в кресле места хватает не всем, поэтому Скотт, Эрика и Бойд занимают места на ковре, обхватывая руками разноцветные подушки, что Лидия принесла двумя сеансами ранее. Кресло уже давно закреплено за Джексоном и восседающей на его коленях мисс Мартин. Диван – неприкосновенная собственность Дерека и Стайлза. А еще Айзы, что прижимается к боку своего альфы, опуская голову ему на плечо. И Скотт совсем не ревнует. Хотя то, как меняется взгляд Дерека, когда он смотрит на Айзу – напрягать не может. Нет, он вполне добр ко всем, по крайне мере добр так, как может только Хейл. Он помогает Бойду с домашним заданием, мотается по магазинам ненужных мелочей с Лидией и Джексоном, дает советы Скотту и охраняет сон Стайлза каждую ночь, потому что тот все-таки согласился с ним встречаться. Но то, как он смотрит на Айзу – почему-то не нравится Скотту, и Маккол не может себе это объяснить. Просто когда Дерек переводит взгляд на Лейхи, в глазах его что-то зажигается, что-то теплое, светлое, что-то такое, что нельзя видеть никому кроме Айзы. И Скотт чувствует себя сталкером, вмешиваясь в эту интимную обстановку. Потому что он знает, насколько верна Айза. Потому что он знает, насколько суров может быть Дерек. Потому что он видит, что Айза отличается от всей остальной стаи, получая от Дерека что-то более теплое и заботливое, нежели остальные. Скотт не хочет в это верить, но, кажется, он в пролете. Потому что то, как Айза прижимается к Хейлу, защищает Дерекову спину и безоговорочно верит в хмурого волчару – Скотту никогда не заслужить и не почувствовать. Потому что даже если Хейл и выбрал Стайлза, как свою пару, желая защищать того от всего на свете, то Айза никого не выбирала, посвящая всю себя стае и Дереку. Глядя, на прижимающуюся к Дереку, Айзу, Скотту становится почти физически больно. Любовь к Айзе одновременно лечит и убивает его. Но он не готов отказаться. Ахтунг, не отбечено. Бета спит, завтра отбетим^^