Небо, самолёт, разное

- Ешь. Игорь лежит на неразобранном диване и меньше всего сейчас хочет бутербродов с сыром. - Юр, я потом. - Ты всегда потом, ешь, бля, сказал. Для этого надо вынырнуть из состояния грогги, прийти в себя, прикинуть, есть ли чувство голода вообще, взять и откусить то, что Юрка, детка, даже постарался нарезать потоньше, специально для него. - Подогрей? Сегодня можно капризничать, сегодня последний день безумно долгой командировки и семь часов в воздухе, и сил нет никаких, только что добраться до дома и рухнуть на диван. Есть не хочется, на самом деле, ничего не хочется. Юра приносит бутерброды с оплавленным сыром – микроволновкой они быстро обзавелись – и сидит рядом, вынуждая сесть и есть. Бутерброды неожиданно вкусные, и чай тоже – сладкий, отвратительно сладкий, но Юрка знает, что так надо. - Мультики? – как наждачкой по сердцу, вскрывая слой; мультики помогают, но сейчас не надо, нет, и так все хорошо. - Себе чай и ложись, - выходит невнятно, но Юрка понимает, приносит свою кружку и устраивается с краю, поставив ее на пол. - Я устал, - неожиданно признается Игорь, укладываясь на его плече. Юрка хмыкает, но свое «Я знаю» он скажет только тогда, когда Игорь уснет.