Воздушная

Как много времени нужно для построения человеческих взаимоотношений и как мало нужно, чтобы их разрушить. Это как дом, давший трещину, в который при каждом тяжелом дыхании природы врывается ветер, колыхая легкие предметы в помещении. После нескольких сильных порывов трещина утолщается, разрыв увеличивается, вещей задевается больше, и эмоциональный хаос дает чувствам негодования выплеснуться наружу, подобно воде, наполнившей сосуд через края. Кэйа не был плохим человеком, и любил лишь одну девушку в жизни, но его чувства были неумелы, неуклюжи, порывисты, как шквальный ветер. Чувство собственничества заставляло захлебнуться негодованием, стоило ему понаблюдать за Сахарозой и Альбедо со стороны. Они были слишком похожими друг на друга, - это раздражало. Они имели общие интересы, и все их разговоры вне работы тоже были профессиональными, и обычно тихая Сахароза могла оживленно обсуждать что-то с главным химиком во время обеда, а тот, не замечая других, энергично поддерживал беседу. Альберих замечал, что что-то между этими двумя происходит, как легкая, словно сам воздух, девушка встала между их дружбой, разрушая абсолютно все уютные союзы… Или он разрушал их сам? С дружеской точки зрения, он должен радоваться за этих двоих, но собственные интересы боролись со справедливостью и ощущением покинутости. Все беды исходили из одиночества, коснувшегося его мокрых щек еще в детстве, когда парень узнал, что он приемный. Потом, благодаря Альбедо, Кэйа очень долго приходил в себя, даже поговорил на чистоту с родителями, и, хоть те и не были родными, относились к нему столь же тепло, как и к Дилюку. Они любили его, но он так и не смог сказать им, как сильно он их любит, как благодарен в ответ, ведь они бесследно исчезли во время их юбилейного путешествия на яхте заграницей. Кроме Альбедо, когда-то вспыхнувшей симпатии к Сахарозе и дальней бабушки, балующей внуков, у Кэйи никого не было. Поэтому, глядя на то, как Альбедо сближается с Сахарозой, парню казалось, что он теряет всех разом снова и снова, как в замедленной съемке. Как будто его прокляли сами небеса, но это было не так. Из пучины отчаянья и смешанных чувств его вывел звонок бодрой бабули, которая любила своих внуков и старалась пристроить их в этой жизни. Она безуспешно пыталась организовать занятому Дилюку брак, но, когда тот умело съезжал на иные темы, взялась за Кэйю. Из братьев Альберих более открыто выражал эмоции, когда Дилюк казался холодным и отстранённым, но Кэйа любил брата, зная, что он хороший человек, просто у него иной типаж личности. Всё-таки, на аловолосого свалилось почти всё наследство родителей, весь бизнес, в котором Альберих отказался участвовать. Воодушевленная бабуля радостно оповестила, что решила найти жен сразу всем, организовав свидание во время их рабочей поездки на острова, пригласив туда тщательно отобранных дам. Не сказать, что Кэйа был в восторге от этого, но посмотреть на сосватанную даму, приготовленную и для Альбедо, он хотел. Как от такого веселого зрелища можно отказаться? Эта поездка могла бы помочь решить недомолвки между всеми, поэтому Альберих очень долго уговаривал на нее друга, конечно же, умолчав о «подарке» бабули.

***

Сахароза никогда не путешествовала дальше двух ближайших городов, потому что ее семья была не слишком богата, да и у них были достаточно сложные отношения. Они не поддерживали дочь в профессии, стыдились ее украшений, внешнего вида, незаинтересованности в отношениях. Поставив мысленный крест на ее будущем, считая чадо безнадежным, они не замечали, сколько тяжести на плечах у их дочери. Она умело скрывала свои переживания, молча плакала в своей комнате, когда так паршиво поступил с ней Кэйа еще в школе, несла в себе тяжелый груз отдалившихся подруг. Но, стоило им узнать, что она начала работать под управлением самого великого химика страны и выдающегося писателя, они активизировались, названивая каждый день и слишком очевидно выражая заинтересованность в их с Альбедо отношениях. Это было тяжело. Сахароза часто вздыхала, выпуская тяжесть, иногда была рассеяна, и это не осталось незамеченным ее начальником. Он согласился на поездку, дабы девушка развеялась и смогла полностью отдать себя после этого работе. Альбедо видел в ней таланты, замечал в неловкости тонкую душу, со стороны любовался блеском ее глаз во время экспериментов. Ему было хорошо рядом с Сахарозой, ведь от нее не исходило волн невежества или интереса личностных потребностей. Она была такой, какая есть, и это вдохновляло. Он написал множество прекрасных картин после их работы, и каждая была наполнена красками, как будто бы дышала жизнью. Они были словно тянущиеся друг к другу травинки, которых терзает ненастье. Родство душ было ощутимо так явно, что химик понимал, какие проблемы могут возникнуть у девушки в будущем, и хотел во время поездки подумать над тем, как их решить. Он начал приходить на работу раньше других, выкидывая письма с угрозами в адрес девушки. Поставил камеры наблюдения, усилил охрану и даже приготовился написать письмо в полицию, но Сахароза отказалась от этого. Она не желала поднимать шум, не хотела портить кому-то жизнь, будучи слишком хорошей для этого мира по мнению Альбедо. Разумеется, он замечал и то, какие взгляды посылает в их сторону Кэйа, и это тоже нужно было решить, но химик терялся в этом вопросе, не понимая, что именно испытывает Альберих к Сахарозе: чувствует ли он дружескую ревность или нечто большее, - что-то, что самому Альбедо чуждо в понимании. Химик не верил в любовь, ведь наука объясняла любой вопрос так, что тот казался бездушным, понятным, но сухим. Ему было хорошо рядом с мятноволосой, хотелось ее защитить, дать стимул для роста, но, он и своих чувств разобрать не мог. Когда Сахароза сидела вместе с ними в самолете, а Кайа бросал на нее задумчивые взгляды сбоку, Альбедо впервые в жизни почувствовал что-то неизвестное. Будучи между приоритетами двух важных в жизни людей, химик решил, что справится с двумя вопросами сразу же, сохранив дружеские отношения между всеми, но он не знал, что его ждет дальше.

***

Прилетев на остров для исследований, прямо в холле гостиницы их встретили две девушки: одна была одета в фиолетовый сарафан с рюшиками, вторая в салатовую блузку и светлую юбку. И если в первой Кэйа узнал известную чудачку-блогершу с породистыми тараканами Фишль, то вторую бы он обходил стороной еще энергичнее. Одетая с иголочки Лиза таращилась на него убийственным взглядом, но, стоило подойти к ним Альбедо с Сахарозой, она примерно помахала ладошкой, напустила дружелюбия в образ, будто бы совсем другой человек. Фишль же нашла в ушках Сахарозы очарование и, внезапно взяв ту под руку, сразу же ляпнула, что бабуля Кэйи предложила ее бабуле познакомить ее с Альбедо, но за ней бессовестно увязалась Лиза, стащив билет из рук их общей подруги Моны, променяв телескоп на полет. Повисло загадочное молчание, и сумочка из рук Сахарозы забавно шлепнулась на пол.