Всего лишь игра

      Ино протопала босыми ногами на кухню, потирая сонные глаза. Уже прошёл месяц с того момента, как она завершила пари с Сакурой, но по привычке всё так же поглядывала на запястье, не веря собственному счастью, словно это был всего лишь сон.       На кухне кто-то гремел посудой и по всему дому расползался запах свежеиспечённого омлета и поджаренного мяса. Она тихонько отодвинула сёдзи и заглянула внутрь кухни. Шикамару стоял возле плиты, повязав на шее её розовый передник, и что-то активно помешивал на сковороде.       Ино, коварно хихикнув, подкралась к нему из-за спины и накрыла прохладными пальцами глаза.       — Угадай, Шика, кто испортил мою сковороду для омлета на прошлой неделе? — она проговорила это, придавая своему голосу таинственной мрачности.       Шикамару едва вздрогнул от неожиданности, пытаясь шумно поймать сковородку, норовящую сбежать с конфорки.       — Мендокусе, женщина, — он отодвинул от своего лица её руки и повернулся к ней, обнимая за талию, — тебе обязательно каждый раз так подкрадываться?       Шикамару недовольно ворчал, но Ино смеялась, зная, что он на неё вовсе не злится. Ну или немного. Самую малость.       — Расслабься, Шика, в доме никого, кроме нас нет, — она поцеловала его в щёку. — Доброе утро.       Шикамару прикрыл глаза, улыбаясь одними уголками губ.       — Доброе утро. Омлет сейчас сгор…       Не успел он договорить, как Ино запечатлела поцелуй на его губах, притягивая к себе.       — Мне больше нравится, когда ты молчишь, — проговорила она в его губы, явно веселясь от своей наглости.       Шикамару усмехнулся, резко развернув её спиной, прижимая к себе крепкими объятиями.       — А мне больше нравится, когда ты без одежды, — прошептал он ей на ухо, скользнув рукой под рубашку её пижамы, проводя рукой по груди.       Ино прикрыла глаза, когда он поцеловал её в шею. Его нежные касания всегда были для неё желанны, но если они продолжат, она опоздает на работу… В который раз за месяц.       Она вывернулась из кольца его рук. Отправила оставшемуся ни с чем Шикамару только воздушный поцелуй. Проскользнула в ванную комнату, крикнув напоследок:       — Смотри, не сожги омлет! Я хочу есть!       Шикамару тихо рассмеялся, возвращаясь к плите, и продолжил готовить завтрак. А Ино включила воду в душе и чуть не ахнула от неожиданности, увидев на полочке с косметикой маленькую Кацую.       — А ты что тут делаешь? — возмутилась Ино, заметив у слизня небольшую записку.       — Ино-сан, вам послание от Сакуры-сама.       Кацую оставила после себя записку и небольшую лужицу прозрачной слизи, испаряясь в лёгкой дымке.       — Хорошая ты, но до чего же противная, — произнесла Ино вслух, слегка поморщившись от отвращения и раскрыла послание.       На маленьком линованном листочке ровным почерком Сакуры было написано:

      «Спасибо за пари».

      Ино, прочитав запись, только усмехнулась. А доносящееся с кухни фальшивое мужское пение, заставило рассмеяться во весь голос, наполняя их маленькую квартирку искренним счастьем.

***

      В клановом особняке Какаши за окнами пели птицы. Было тихо. Он встал с кровати, стараясь не разбудить спящую Сакуру, и направился в душ. На сердце было светло и легко, как не было никогда раньше. Смывая со своего тела мыльную пену, он думал о том, что в последнее время стал крепче спать и лучше высыпаться. Даже голова болела меньше.       Какаши вышел из душа, обернув бёдра белым махровым полотенцем, и встряхнул влажные волосы. Сегодня у него и Сакуры выходной, но ему всё равно придётся посетить свой кабинет, хотя бы для приличия, потому что об их отношениях ещё никто не знал.       Он и так стал уходить с работы раньше обычного. Но если перестанет появляться в выходные, как делал это прежде, то это повлечёт ненужные вопросы. Не то, чтобы Какаши из-за этого переживал. Но ему не хотелось подставлять Сакуру.       Он тихонько прошёл в комнату и отворил дверки платяного шкафа. Какаши надеялся, что пока Сакура спит, он сможет улизнуть и пораньше вернуться, не разбудив её. Но не успел он обернуться, как сразу же встретился с её изумрудным взглядом.       — Уже уходите, господин Шестой? — сонно протянула Сакура, нежно улыбаясь ему.       Всё никак не могла привыкнуть к тому, что с недавних пор они живут вместе. Она протянула к нему руки для утренних объятий.       — Да, хотел по-тихому сбежать, пока ты спишь, — он вернул ей шутку и присел на край кровати, обнимая её тёплое ото сна тело.       Сакура промурлыкала что-то невнятное и снова упала в подушки, вызывая смешок Какаши.       — Мне надо сходить в Башню, это быстро. Не скучай!       Только он поднялся с кровати, как в тот же момент рука Сакуры схватилась за полотенце, повязанное на его бёдрах, и потянула вниз, сбрасывая единственное, что его прикрывало, на пол.       — Упс! — она приложила руку к губам, притворно хихикнув. — Интересный у вас наряд, господин Хокаге.       Какаши лишь пожал плечами, делая невинное выражение лица.       — Чего только не сделаешь ради счастья женщин Конохи.       Он тихо засмеялся, когда ему в лицо прилетела подушка. Сакура поманила его пальцем к себе, призывно раздвигая колени. Какаши отбросил в сторону мешающее одеяло, устроившись поудобнее между её ног, мягко целуя в губы.       Сакура провела ноготками по его спине, напоследок впившись ими в плечи. Он зашипел, поморщившись от боли и подхватил руками её ноги, закидывая их себе на спину.       — За что, Сакура-чан? — спросил Какаши, намеренно растягивая гласные, и так же медленно стягивал с её бёдер хлопковые шортики пижамы.       — Это тебе за счастливых женщин Конохи, — бросила Сакура и подвинулась навстречу, упираясь уже влажным входом в его член.       Он усмехнулся в ответ на её колкость, нежно погладил по розовым прядям, и, коротко мазнув пальцем по раскрасневшейся щеке, вошёл в неё, накрывая поцелуем сдавленный стон. Двигаясь плавно, он накинул на себя одеяло, скрывая их от наглого солнца, взошедшего на небе.       Башня Хокаге сегодня пустовала, а в самой уютной спальне кланового особняка Хатаке остались двое. И только заливающиеся пением птицы были свидетелями их счастья.