Страсть в бою может стать страстью и в любви.

Проспав почти сутки наши главные герои совсем никакие встают, но только морально, физически они в мягкой постели ворочаются, понимая, что мышцам конец — знаете это чувство, когда в ногах появляется очень «лёгкая» в ощущении усталость, из-за которой прямо-таки встать тяжело? Так вот, примерно поэтому пара лежит. Для них стало привычным спать в одной постели, оба стали воспринимать друг друга не как людей противоположного пола, а очень нейтрально в этом плане. Тем более, после пережитого и взаимной помощи, сцепки во всех действиях, они доверяют друг другу. Ну и, извините меня, комнаты с одной кроватью дешевле. В какой-то прекрасный момент Дилюк вспомнил, что у него на руке пулевое отверстие, — положил руку под подушку и ошалел от боли, — нужно сменить повязку. Сам он не в состоянии по-человечески замотать себе руку, поэтому встать пришлось и Астрид, которая вчера отбила себе задницу, но хотя бы не ранена. Бинт сначала немного размочили, чтобы парень не помер, когда ему будут отдирать засохшую кровь от ранки вместе с марлей, а потом аккуратно сняли. Промыли, замотали, а потом поняли, что оба кашляют и, что стало понятно из разговора, у обоих болит горло. Вот и погуляли по пещеркам. Но это для наших ребят совсем не повод отчаиваться, чем лечиться найдут, а чем заняться уж тем более — чай с мёдом, за которым и пойдёт обсуждение новых будущих планов. Как только слегка придут в себя, займутся этим вплотную. Дуэту нужно каким-то образом попасть в Сумеру, поскольку в гео регионе теперь просто небезопасно находиться. Вот только в этом есть некоторая проблема, ведь самый лёгкий способ — пройти через Разлом, а там горе-герои уже натворили дел, туда им возвращаться категорически нельзя. Значит придётся каким-то образом обходить его и желательно с остановками. Оба и сами удивляются, откуда в них столько силы воли и терпения, раз смогли так много пройти в течении нескольких дней. Удобнее и быстрее будет пройти под разломом, с учётом нынешнего местоположения парочки, да и это не должно быть сложно, придут, может быть, даже не ночью в пункт назначения. А первым местом, куда они собрались, будет Гандхарва. В скором времени все было оговорено — идут под уже знакомым озером Цинсю, через пещеру под Глазурным Утесом и Ущельем Тяньгун, а уже оттуда по тропинке можно пройти как раз к Городу Сумеру, поселятся, отдохнут с дороги и выяснят, где им найти приличную библиотеку, где можно хорошенько покопаться и найти что-то про павшую цивилизацию, Бездну, Снежную и другие интересные события. К огромному счастью сейчас им позволено немного расслабиться, особенно пока валяются простывшие и это вполне является поводом ничего не делать. Друзьям недавно стало интересно, про какой такой Орден Бездны им рассказали и почему он считается чем-то таким же серьёзным, как сведения о Каэнри’ахе. Можно будет поспрашивать, может получится найти людей, которые могут поделиться информацией. За очередными бурными обсуждениями и разговорами прошёл ещё один день, тихий-мирный, а оттого комфортный. Раны затягиваются, слабость уходит, жизнь приобретает свои обычные, часто яркие краски, как только чувствуешь себя нормально. Постоянное нахождение рядом с кем-то, грубо говоря совместный быт, очень сближает любых людей, если они в состоянии поладить. Становится обыденно-комфортно рядом, стеснения все меньше, дружба укрепляется, такой отдых идёт нашим бойцам на пользу. А раз они чувствуют себя лучше, пришло время доделать дела, которые были намечены на ближайшее будущее, ведь чем быстрее они дойдут до нового города — тем быстрее получится достигнуть микро цели. Мотивирует, знаете ли, тем более оба понимают, что скорее всего задержатся там надолго. Выдвинуться дуэт решил через четыре дня отдыха — собрали все вещи, укомплектовали все это дело, отдали ключи от комнаты и отправились в путь. Карта теперь не кажется расплывчивым рисунком, по которому сложно и непонятно как ориентироваться, пара понимает как и куда им идти, топографическим кретинизмом никто из них не обладает. Именно поэтому дорога показалась короче, чем раньше — до пещеры прошли без происшествий, даже почти не встретив Фатуи, которые на местности разбросаны очень хаотично и неясно с какими целями. Далее быстрым шагом пройдена темень, в которой поджидала пара слаймов, а уже после этого ребята оказались на территории Сумеру, идя по сети троп над Деревней Вимара. Уже через час Дилюк с Астрид видели Гандхарву, к этому времени им уже надоело постоянно таскаться где-то в неизвестных местах, поэтому пришло время ненадолго осесть, особенно после устроенного в Разломе беспредела. В плане есть пункт запастись книгами и вычитать оттуда, например, что-нибудь подробное про Каэнри’ах, Рагнвиндру это даже интереснее, чем напарнице, потому что информация каким-то образом связана с братом, если он правильно помнит все что произошло. А помнит он… Он не хочет помнить, лучше бы просто забыл как страшный сон. А вот и город — весь в лианах, цветах, их свежести и чудесной красоте. Люди тут другие, традиционная национальная одежда, также как в Ли Юэ, отличается от чего-то привычного для обоих. Климат тоже другой, показавшийся обоим очень приятным. Теперь им нужно найти где поселиться. Задача оказалась не сложной — оказывается тут можно арендовать отдельные небольшие комнатки, как студии. Это и сделала пара, в итоге на путь у них ушло около семи часов, а сейчас пришло время для очередного отдыха и желательно вообще сна, с которым у них совсем плохо. Вот вроде ничего особо не делали, только перешли с одного места на другое, а усталости будто дрались все это время. Кстати о драках… — Как твоя рука? Не сильно болит? — интересуется Дитрих, пока достаёт из рюкзака вещи, в которых планирует спать. — Уже нет, только когда особо активно верчусь. Хорошо, что она хотя бы левая, — он постоянно это говорит и полностью прав. — Ноги болят опять. Отвратно, давай никуда не пойдём завтра? — поворачивается на подругу, которая стоит напротив него у своей кровати. А комната малюсенькая: две односпальные кровати по обоим стенам перпендикулярно входу, между ними большой стол с окном над ним, напротив входная дверь, соответственно по правую руку от двери проход на небольшую и компактную кухню, а уже из неё проход к ванной, помещения идут как бы буквой «п». Всё сделано прилично, но минималистично, как раз за те деньги, которые платятся за посуточный съём такого жилья. — Хорошо, я тоже никуда не хочу, — девушка садится на кровать, сразу облокотившись спиной о стену. — Нужно будет придумать, где и у кого спросить о местных архивах. — Да, а ещё по-хорошему записать темы, по которым искать литературу, — парень повторяет действия подруги, садясь напротив неё. Между кроватями не больше двух метров, удобно. — А то по несколько раз ходить будет не очень приятно, с учётом того, что всё это нужно искать. — Ты прав, надо, — теперь вздох, после которого лучница пальцами взявшись за воротник дёргает его, впуская воздух под одежду. — Тут так жарко и душно, ужас. Напарник соглашается, после этого пара по очереди идёт переодеваться во что-то более лёгкое и домашнее. Вещей у них не много, грубо говоря самое необходимое, типа двух пар штанов, футболок, рубашек и нижнего белья, да и верхняя одежда, которую они носят на себе или поясе. Оба уже посмеялись с того, что собирались как на войну. Ночь прошла, свободный день был занят выдумыванием и фантазированием того, что им было бы хорошо узнать, а ещё они все-таки пошли и спросили о месте нахождения библиотек и ненавязчиво спросили, с кем бы таким им можно было бы связаться, чтобы выведать что-нибудь о Фатуи, но ответить собеседник затруднился. Что ж, должно быть очень интересно. Прогулки по городу выдались невероятно приятными, поскольку красиво до ужаса и атмосфера царит каждый день чуть ли не праздничная, хотя, в этом скорее виноват энергичный народ. В процессе попыток команды не заседать дома они и зашли в соответствующее их целям заведение — набрали две стопки книг, занесли и вот тогда засели конкретно и надолго. С чтением, особенного того что надо, а не хочется, всегда происходит одинаковая ситуация — сначала тебе скучно и лениво, потом ты зачитываешься, а далее одна книга заканчивается и ты уже на верном пути — практически по своему желанию берёшь следующую. Жаль только, что нашли они кучку легенд и совсем малое количество реальных исторических фактов — до войны Архонтов вообще мало чего о мире понятно и известно, а после неё хроники имеются, но очень многое умалчивается. О катаклизме пятьсот лет назад вообще ходят какие-то байки, в какие-то регионы и места с Селестии падали колонны, что вообще за события, какие-то слегка дурацкие? Вот и нашим героям стало дурно. Поэтому они оставили чтиво и решили, что, видимо, так легко они не узнают не правды, не того, что им нужно. — Может в бездну спустимся? —Дилюк быстро перелистывает страницы книги, зажимая их на краю переплёта и отодвигая палец с книжного блока, чтобы странички скатывались вниз. — Ты совсем с ума сошёл? — шутка понятна не сразу. — Это ад на земле, я туда ни за какие деньги не попрусь. — Это хотя бы будет интереснее, чем сидеть и выискивать из этого, — показательно выставляет в руке книгу. — Хоть что-то полезное. — Это разве не ты у нас отвечаешь за духоту и дотошность? — с лёгкой улыбкой Астрид закрывает сборник-характеристику регионов, где читала о Снежной. Ну и ради интереса о Мондштадте, хотела ещё о Фонтейне, что логично. — А как по-другому? Ходить как идиотам и всех подряд опрашивать? — Нет, почему, — дотягивается до стола, чтобы положить предмет в руках на него. — Всегда можно пойти в людное место и послушать, что происходит. Так всегда и очень легко можно узнать о слухах. Даже если снова не узнаем чего-то важного, можно будет пойти и путешествовать дальше, мы же уже знаем как по-другому добывать информацию. — Что-то мне не хочется снова убивать кого-то и так далее, — девушка отводит взгляд в сторону с неприязнью, жутко даже вспоминать о том, что уже произошло. — А ещё нас могут искать. Я вообще не понимаю, как нас приняли в Разломе, если кто-то уже знал наши приметы, — благодаря форме, но оба понимают, что это никогда не работает на сто процентов. — Видимо, не успели доложить. — Похоже на то, иначе сразу задержали бы, — иногда удивляет полет фантазии этой парочки. — Знаешь, я кое о чем думаю уже пару дней… — Что такое? — новые идеи всегда приветствуются. — Давай останемся тут на месяц-другой? Меня волнует то, что может подняться шумиха и из Ли Юэ информация о каких-то двух подозрительных лицах может перейти сюда. Фатуи же буквально везде с некоторых пор, — Астрид, пока он говорит, все ещё смотрит куда-то в окно. — Если мы будем тихо сидеть и спокойно жить какое-то время, можем и полезных знакомых найти. — Ты кстати дело говоришь, — переводит взгляд на Рагнвиндра. — Тут же есть своя Гильдия Искателей Приключений, мы можем подключиться туда, набраться боевого опыта. Тут и цены приятные, походу под студентов для Академии, и находиться в регионе приятно. — Да, — слегка кивает, как и подруга загораясь идеей. — Но мне кажется, что официально устраиваться туда нельзя. Занесут в реестр и будет сложно сделать вид, что нас тут не было. — Ммм… В целом так и есть, — рассуждение, похоже, не придёт к логическому завершению, потому что обсуждать такое можно вечно, пока не сделаешь и всё. — Плюс, если мы туда пойдём, как раз таки там и можно найти или союзников, или связи. Хотя тут больше учёных, чем бойцов, как я понимаю. — Мне тоже так кажется. Кстати, уже вечереет. Может пойдём пройдёмся? — перевёл тему или просто вспомнил? Хороший вопрос, но подозревать тут нечего. — А? — она слегка ушла в свои размышления. — Давай, пойдём. За город? В ответ ей кивают, а далее ребята собираются на прогулку. Все как и до этого — привести себя в более менее приличный вид, на всякий случай взять с собой порчу и глаз бога, а потом отправиться смотреть на красоту вечерних тропиков. В самом городе они уже ходили, поэтому уже второй день выходят за его пределы, наворачивая круги вокруг, хоть из-за воды вокруг это напоминает не круги, а хождение туда-сюда. На этот раз дуэт решил пройтись вниз, под Пруд Язадаха и прогуляться в сторону Гандхарва, потом собственно обратно. Лишний час времени они потратят с пользой, физическую форму запускать нельзя, а значит можно даже пробежаться на «кто последний до того дерева тот дурак». Они ведь ещё подростки, может и обремененные тяжёлой судьбой, но совсем молодые ребята. А когда тебе не угрожает опасность и ты можешь не думать о плохом, игривость юношества укротить становится тяжело. Вот только такие моменты иногда заставляют чувствовать боль, как это бывает в самом центре груди — у обоих мёртв кто-то из родителей, у обоих мертвы родные люди, у одной — сестра, у второго — брат, хоть фактически это не так. Так решил сам Дилюк, настолько ему противно и мерзко от поступка. Скорее из-за неправильно подобранного для признания момента, чем из-за самого признания. У Дитрих ситуация другая — в Фонтейне отец, ради которого она находит лишние силы двигаться дальше, если совсем нет мотивации, он ждёт её дома после странствий, а у Рагнвиндра… У него тоже есть такой человек, но это ещё предстоит осознать. К счастью прямо сейчас оба не думают об этом, снова завели разговор о чем-то отвлеченном от своих дел, дошли до небольшой затопленной полянки у размашистого дерева, а тут… — Астри, — Дилюк останавливается и смотрит в сторону. — Что? — она сделала пару лишних шагов, поэтому на обращение оборачивается. — Ты же говорила, что занималась фехтованием? — двуручник, как истинный мужчина, подходит к дереву, увидел опавшие с дерева палки. Вот скажите, какой мальчик в состоянии пройти мимо такого сокровища, как хорошая палка? — И что? Мечи нашлись? — та с улыбкой подходит, ожидая чего угодно. — Вроде того, — он не стыдится сесть на корточки и отобрать из кучки, которую видимо собрали стажёры лесного дозора, нужные части дерева. — Плевать ведь, чем биться? — Сам же знаешь, что не плевать, — ей уже протянули палку, отмахиваться некуда. — Да уж, придумал, чем заняться. У тебя ещё и рука не до конца за жила. — А почему нет? Лишний раз подраться, особенно в нашем положении, никогда не будет лишним, — Рагнвиндр и себе нашёл «меч» или «шпагу», тут уж как фантазия сработала. — Хорошо-хорошо, — она заряжается позитивом и азартом, оглядывает новое оружие, а после спарринг партнёра. — Мы и драться будем? — Да, я же обещал, — это правда, он говорил, что хочет на себе проверить умения девушки в рукопашном бою. — До первой крови? — До «сдаюсь», — Дитрих встаёт в стойку «плуг», парень повторяет за ней и кивает. Несколько секунд ребята настраиваются, а ждать дольше нет смысла — Дилюк первый наносит горизонтальный удар, вынуждая девушку отойти в стойку «глупец», сразу же парируя атаку резким движением в сторону, далее она сама нападает нижним ударом, от неё отшагивают, напарник по привычке прокручивает конец палки в кисти и бьёт диагональю снизу-вверх, заставляет слегка наклониться туловищем назад, но теперь горизонтальный удар наносит Астрид, видя зеркальное своему первому движению, значит учились по одной технике. Вот только следующей атакой двуручник попадает по центру палки противницы и она ломается. Вот и пробились на мечах. — Простите, миледи, — он самодовольно совершает реверанс, улыбается и сразу после девушки аккуратно откидывает своё оружие назад, туда, откуда взял. — Продолжим? — Конечно, месье, — она, немного встряхнув кистями рук, по которым неплохо прошлась вибрация от ударов, встаёт в боевую стойку, выставив согнутые в локте руки перед собой. — Сухожилия порвешь, — издеваясь подмечает парень, видя, что подруга его большие пальцы рук поместила под четверню, хотя по технике ударов правильно ставить их на фаланги. — Не переживай, ещё никогда не рвала, — конечно же ей просто удобнее держать кулаки так, как держит. А далее первая напасть решила Дитрих — подходит к партнёру и сразу совершает банальный удар ногой в голову, её тут же останавливают рукой на лодыжке, Рагнвиндр толкает конечность от себя рассчитывая на потерю равновесия, но этим помогает врагу — по инерции она разворачивается и, нападая правой ногой, уже левой рукой заряжает парню локтем в челюсть. Его будто не ударили, хватает за руку находящуюся ближе, разворачивает к себе спиной и сразу заламывает руку, да так, чтоб сразу было больно, не щадя. При таком заломе итак дыхание спирает, а он ещё и делает захват на шее, придушивая сильнее. Девушка шумно кряхтит, но зачем-то вместо попыток вырваться пытается наклониться вперёд. Дилюк быстро понял, зачем — он то держит её, тянет на себя, а она резко откидывается назад, чтобы затылком попасть противнику по лицу благодаря его же силе, вот теперь от напарника слышен недовольный звук, почти протяжное мычание. Отпустил. Но отпустил только из-за боли, которая не обошла и Астрид, которую снова берут за руку, чтобы кинуть на прогиб через плечо, а та не дура, сразу хватает друга за волосы, этим обозначая, что если её бросит, сам повалится на спину. Конечно же это не спасло её, вместо приёма просто бьют под дых, выбивая из колеи, а там и на колени поставить не далеко. Рагнвиндр уже почти попытался ударить её головой о землю, но за волосы взять не успел, та нарочно на локоть ложится на смятую траву, чтобы ударить оппоненту в колено, он тут же падает. Девушка хочет снова ударить ногой, но конечности снова ловят, теперь рывком подтягивая к себе, одежда задирается и пачкается, а драчка переходит в избиение. Дитрих закрывается руками, по ним приходится удар, после которого части тела разводят в стороны и прижимают к земле. Оба тяжело дышат, у Дилюка виднеется кровь в уголках губ, потому что щека ударилась о зубы и кожа во рту лопнула, Астрид всхлипывает, поскольку у партнёра рука тяжёлая, бьёт так, что боль не скоро отпускает. Их окликают. — Эй, вы что там устроили?! — синхронно поворачивают головы в сторону голоса. — А ну-ка прекратить драку! — это лесной дозор дежурит. — Мы, — парень сразу садится ровно, его перебивают. — Мы дурачимся, — истерично посмеиваясь лучница тоже садится. — Именно, — двуручник встаёт, сразу подаёт руку напарнице, теперь тоже улыбаясь. — Уверены? — тем временем мужчина в форме подходит к парочке, осуждающе смотря на них. — Да, — кивает фонтейнка, понимая, что мнение женщины в конфликте между разными полами важнее, ибо обычно они слабее. В нашем же случае с этим можно поспорить. — Всё хорошо, простите, мы для профилактики придуривались. Стоят — одна с синяками на руках вся красная от удушения, другой с почти разбитым лицом, говорят, игрались. Ситуация комичная до ужаса, но, к счастью, отпустили с миром. Теперь под шутки и взаимную похвалу можно отправиться домой, зализывать раны и успокаиваться, естественно не забыв пожать руки в знак сотрудничества. Вот оно — веселье, вот она — лёгкость, которой не хватало угрюмым и побитым судьбой детям. Им просто нужно было побить друг друга. Ха-ха. Верх юмора. Уже дома оба помылись, покушали, по очереди постирали одежду и сели дальше читать, общаться и дожидаться прихода сонного состояния, чтобы лечь спать и открыть глаза уже в новом дне, не менее интересном, чем остальные. В Сумеру у дуэта началась самая что ни на есть настоящая бытовуха. Они со временем пришли в гильдию, присоединились к искателям приключений, постепенно выполняя поручения и, что очень хорошо для пары, за это получали хоть какие-то деньги. Дома всё также изучали литературу, стараясь вычленить из всего что попадалось важную информацию, распределили обязанности по дому, на который аренда небольшая и жить тут можно достаточно долго. Такое сожительство оказалось очень удобным: и уборка и готовка в два раза быстрее, отсутствие противного одиночества, а там уже и грусть и радость легче и приятнее переживать вместе. Простое сотрудничество постепенно перетекает в дружбу, а эта дружба потом перетечет в привязанность, поскольку быть напарниками в бою станет удобно и не только выгодно, также, как удобно и хорошо иметь под рукой верного друга с убеждениями, полностью схожими с твоими. Так первый месяц, собственно, и прошёл — за рутиной. За это время, к слову, у ребят появилось куча вопросов, которые присоединились к глобальной цели дополнительными пунктами: Первый — откуда вообще взялись глаза порчи? Как их создают в таких количествах, из чего, как Фатуи смогли обладать силой, равной или даже большей, чем у глаз бога? Рагнвиндр пользуется им из личных соображений, но как тот оказался у отца, ещё и не элементальный, будет огромной загадкой ещё очень и очень долго. Второй — почему Орден Бездны хочет «уничтожить всё человечество», если люди не особо виноваты в катаклизме? Если цель Фатуи, о которой они узнали в Разломе — противостоять Селестии, то почему какие-то непонятные монстры объединяются для истребления человечества? И что у них за язык такой, который даже можно пытаться учить и понимать? Это же монстры, существа с минимальным уровнем сознания, как это возможно? Третий — почему же Боги Селестии или Архонты выдают людям глаза бога, при этом сбрасывая колонны или другим образом усмиряя неугодные им народы? Зачем им даровать силу простым смертным, если Богам это не выгодно? Дилюк получил свой в десять за усердие, Астрид в пятнадцать за помощь и защиту, другие люди за подобные не самые заурядные поступки, как это работает и почему души остаются в созвездиях? Вопросов оказалось намного больше, чем внятных ответов. Сошлись Рагнвиндр с Дитрих на ненависти к предвестникам, а продолжат путь за правду о мире, что ж, интересное стечение обстоятельств. Но сейчас речь не совсем об этом. Однажды между ними был разговор о том, что было бы весело и полезно посидеть в каком нибудь заведении и послушать о местных слухах, может, завести новые знакомства. Они уже решили, что на неделе отправляется в таверну «Ламбада», даже просто для того чтобы посидеть и хорошо провести время, не всегда же быть начеку. И вот это «на неделе» наступило, пятница, идеальное время для таких прогулок и посиделок. Что же, войдя в заведение парочка сразу приметила один из буквально двух пустых столов на первом этаже, он находится почти напротив входной двери, но у стены, где внимания к ним будет не много. А далее пошли не слишком интересные полчаса, в течении которых ребята общались и пытались слушать, что происходит, но выяснили, что, видимо, пришли они только поужинать, ничего непонятно в гуле голосов. Тем временем девушка вспоминает, что они вообще-то сидят в таверне, а ей уже исполнилось восемнадцать лет. Соответственно грех не выпить — она заказывает себе коктейль, Рагнвиндр отказывается от любого алкоголя, а это и не особо мешает Астрид пригубить, хотя осуждающий алый взгляд испытывать на себе не совсем приятно. — И что такого вы находите в алкоголе? — с усталым выдохом парень ставит щеку на кулак, оперевшись рукой о стол. — Расслабление и отдых, — отвечает девушка, облизав сладкие от напитка губы. — Не знаю, просто принято пить чтобы провести весёлый вечер. — Вечера можно проводить иначе, чтобы отдохнуть, — недовольно щелкает пальцами по чужому бокалу, отслеживая характерные при опьянении блики в глазах собеседницы. — А алкоголь туманит разум, который нам с тобой очень даже нужен. — Прямо сейчас нужен? — озорно улыбнувшись дама за ножку пододвигает тару к себе. — За последнее время никто даже не пытался найти нас и что-то сделать. Мне кажется, как раз сейчас нам можно немного побездельничать, — Дилюк сам не заметил, как уголками губ улыбнулся, наблюдая за веселой подругой. Общая атмосфера позитивная, его она задела. — Возможно ты права, — оценивающий взгляд опустился сверху-вниз по стенам помещения. — И что ты пьешь? — Что-то очень пряное, ха-ха. Хочешь попробовать? — есть вероятность того, что она хочет споить товарища. Но это не точно. И это вышло слишком легко. Рагнвиндр просто заказал себе такой же напиток, а Дитрих взяла уже второй. Ей в целом было неловко пить одной, а потому совсем немного давления и веселого посыла привели к почти профессиональной пробе. Ничего поразительного не случилось, парочка спокойно беседует, рассуждая о том, как же так им не повезло со слухом. Но на самом деле это не беда, на их работе интересных слухов намного больше, чем в каком-то баре. Время шло, ребята хмелели, особенно мужчина, у которого обыкновенно низкая толерантность к спирту. Опять же ничего феерического не происходит, разве что время постепенно переваливает за глубокий вечер, пора бы идти домой и отдыхать уже там, но… Есть одна проблема. — Все нормально? — сдерживая смех спрашивает Астрид, наблюдая за тем, как друг широко шатнулся поднявшись из-за стола. — Да, — очаровательно пьяным голосом послышался ответ. — Все под контролем. — Я… Вижу, — нежный женский смех послышался ближе, чем секунду назад. — Давай руку, бедолага, — она почти взяла спутника под локоть, но его отдернули. — Ещё будет меня тёлка водить, — хмыкает Дилюк, начиная широкий шаг в сторону выхода первым. — Пошли. На такую то ли грубость, то ли наглость напарница решила не реагировать, во избежание конфликтов. Порог «Ламбады» пройден, светлая ночь Сумеру встретила душной прохладой и ярким жёлтым светом фонарей города. Пара размеренно идёт к дому, пока обоим становится все веселее и веселее. Какие-то глупые шутки вызывают приступы хохота, разговор переходит из обычно серьезного русла во что-то очень забавное и непринужденное. Идти им совсем не долго, но чувство посреди груди упрашивает не заканчивать прогулку. Под дурманом ощущения опасности и паранойи, которые преследуют ребят, приятно успокоились, позволяя не думать о плохом. Да, строить планы и пытаться разобраться во всем на свете невероятно интересно, это бурная жизнь, кипящая, вот только эти двое все ещё подростки. Они слишком рано прочувствовали предательства, увидели смерть, жестокость этого мира. Их удел в восемнадцать лет — учиться и отдыхать, проводить свою молодость счастливо, но судьба распорядилась иначе. Хотя причем здесь судьба? Они сами довели себя до того, во что вмешались. Двери тяжело поддаются нетрезвой молодёжи, но сопротивление было не долгим, они наконец-то дома, в уюте и чуть большей прохладе, чем на улице. Напарникам предстоит хотя бы переодеться в домашнее и умыться, что в их состоянии кажется сложной задачей. Никто не напивался в дрова, но делать ничего не хочется, особенно в таком хорошем настроении. Делать нечего, ныть и не хотеть можно сколько угодно, но сделать то что положено приличным самостоятельным людям будет быстрее. Через полчаса оба уже сидят на кровати Дилюка с холодной водой в стаканах, дальше болтают. — Вот за что нам все это? — грустит Астрид, немного наклоняясь вперёд, чтобы поставить локоть на колено и сидеть в полусогнутом положении. — Мир жесток, — почти хрипло отвечает Рагнвиндр, кладет ладонь на спину девушки. — Я тоже не понимаю. Возможно, если бы отец не решил приютить брата, он бы и не погиб… — голос стал тише и на секунду скрипнул, будто только ломается. — Если бы Астра, дура, молчала, мама и она бы не умерли. Лучше бы вместо них убили меня, — уже почти слезливо произносит Дитрих и садится ровно, чужая рука опускается с ее спины на одеяло постели. — Люк, — она поворачивается к названному. — Ты можешь пообещать мне кое что? — Что? — глаза обоих поблескивают не из-за алкоголя, а из-за слез. Взгляды встречают друг друга в упор. — Что мы не разойдемся, пока не добьемся справедливости, — теперь сдался тон Астрид, выдавая желание плакать. — Я… — парень смотрит слегка ниже, в нетрезвом состоянии поддаваясь любым эмоциям, особенно негативным. — Обещаю, но только если и ты пообещаешь тоже самое. — Обещаю, — уже тихо, почти шепотом. Ледяная вода морозит пальцы, щеки теплит пьяный румянец, в глазах слегка двоится. Ночная тишина отдает звоном в ушах, пальцы мужской и женской рук на мягком постельном белье сплетаются в знак ласковых дружеских чувств. — Спасибо, — негромко благодарит мондштадтец, на что получает вопросительный взгляд напарницы. — За то что тогда подошла и помогла. Стыдно, но в одиночку я бы не смог сделать так много, как уже сейчас сделали мы вместе. — Полностью согласна, и тебе спасибо, — улыбается лучница, смотря на замок из пальцев. — Надеюсь, у нас все получится. Да? — переводит взгляд на лицо Рагнвиндра, ища в нем какую-то поддержку вместе с вниманием. — Конечно, — роль мужчины выполняется, то есть роль опоры и стержня, подачи надежды, хотя мальчик и сам ни в чем не уверен, боится и единственная его мотивация это ненависть. Снова тишина, гляделки и атмосфера, в которой витает нечто подозрительно напоминающее романтику в книгах про приключения отважных героев, борющихся исключительно за добро. И это совсем не удивительно, поскольку наша история завязана именно на этом.