Stay / Останься

      Спит он этой ночью плохо, очень беспокойно — и даже теплый уютный Галф под боком не способствует хорошему сну. А все потому, что Мью очень нервничает и боится проспать.              Он постоянно проверяет время на телефоне, стараясь не разбудить сопящего рядом альфу, и около 6 утра с облегчением выдыхает: можно вставать.              Единственная его слабость — это еще несколько минут понежиться, осторожно гладя пушащиеся темные волосы с непонятным для себя умилением, чтобы затем осторожно выбраться из захвата этой коалы под внимательным взглядом Азара, который, как всегда, все контролирует:              — Что, ты тоже уже не спишь?              Тот мурлыкает что-то невнятное и неспешно идет в сторону кухни, точно зная, что его там покормят. Спать хочется невероятно, но еще больше ему хочется что-то начать делать, поэтому Мью осторожно прикрывает дверь в спальню, оставляя щель для кота, чтобы тот не возмущался, что ограничивают его кошачье величество.              Холодная вода немного помогает, но все равно крайне сложно собрать мозги в кучку, чтобы выполнить действия по простейшему алгоритму.              — Соберись, Суппасит! Это же не высшая математика!              В том-то и проблема, что с дифференциалами и интегралами у него проблем нет, а вот с тем, чтобы приготовить завтрак — точно есть. Но первый пункт Мью в состоянии выполнить: достать из холодильника яйца, молоко и ветчину.              Какое-то время пришлось потратить на то, чтобы найти в шкафу муку и странный порошок под названием “разрыхлитель теста” — кто его вообще туда положил? У него в жизни таких продуктов не водилось! Но ответ может быть только один: тот, кто сейчас мирно спит в соседней комнате и не подозревает, что тут затевается что-то очень серьезное.              Разбить яйца в миску? Легко!       И не важно, что одно из них разбилось о пол.       Сложнее это сделать без скорлупы в вязком белке, но у него получается все-таки извлечь эти кусочки под сомневающимся взглядом Азара.              — Что смотришь? — Мью бурчит, ковыряясь пальцем. — У тебя вообще лапки! Ты и этого не можешь!              Кот насмешливо фыркает и забирается рядом на стол, чтобы помочь вылавливать скорлупу.              Хорошо, что рецепт — с картинками, потому что венчик он находит только по схожести с изображением, но его ума и сообразительности хватает, чтобы начать взбивать яйца, не выплеснув их на стол. Да, Мью — не профессиональный повар, но уж с этим-то справится! Сложнее становится, когда приходится добавить молоко: будущий омлет так и норовит убежать из своей емкости при размешивании, но он и не с такими багами справлялся.              Азар флегматично слизывает с поверхности стола лужицу молока, пока Мью читает рецепт дальше:              — “Добавьте щепотку соли и специи по вкусу, 3 ложки муки и немного разрыхлителя”. Немного — это сколько? А?! Разве нельзя написать точный алгоритм?!              Программист в нем рыдает от неопределенности, а кот даже ухом не ведет на его страдания, поэтому он решает, что половины пакетика хватит — там вроде не очень много. Но будущий великолепный завтрак все еще вызывает сложности, потому что тесто никак не желает становиться красивым и однородным, как на картинке, и продолжает бесить его комочками.              Мью тихо матерится и яростно вымешивает венчиком до тех пор, пока комочков становится не так ужасно много, а потом чертыхается, когда оказывается, что соль он все-таки забыл. Он оставляет на столе миску со смесью и идет сражаться с ветчиной: кромсает ее на куски и бросает на сковороду, которую, оказывается, нужно было предварительно разогреть. Вероятно, с маслом Мью все-таки немного переборщил, поэтому ветчина немного плавает, но он ложкой вычерпывает излишки жира:              — А что такого? В первый раз можно и чуть ошибиться.              Азар благоразумно сидит подальше от плиты и наблюдает за тем, как он осторожно переворачивает кусочки, чтобы румяная корочка была с обеих сторон. На вытянутой руке Мью выливает омлетную смесь, боясь брызг раскаленного масла, а потом с облегчением выдыхает:              — Ну вот и все! Теперь только ждать, пока приготовится.              — Мяу?              — Да, да, знаю, что нужно накрыть крышкой и сделать небольшой огонь!              Он обессиленно падает на стул возле плиты:              — Минут 10 у меня есть, да?              Азар флегматично вылизывает вытянутую ногу рядом с ним.              — 5?              Кот поднимает голову:              — Мурр.              — Да, ты прав, лучше далеко не отходить, а то сгорит все к чертям.              Омлет под крышкой словно в ответ на его слова начинает медленно увеличиваться в размерах.              — Вот же колдунство! — Мью изумленно ахает. — Так и из сковороды вылезет!              Но тяжелая стеклянная крышка мужественно сдерживает блюдо, поэтому он лишь периодически поднимает ее и поддевает омлет лопаткой, чтобы убедиться, что низ не пригорел. Когда корочка, по его мнению, уже достаточно аппетитная, приходит пора нового подвига: перевернуть.              Мью берет в руки сразу 2 лопатки и нависает над сковородой:              — И что же с тобой дальше делать?              Азар всячески демонстрирует, что у него все-таки лапки, поэтому лишь наблюдает со стороны за его попытками поднять и аккуратно перевернуть эту лепешку, но та не поддается и норовит постоянно соскользнуть. Поэтому он применяет золотое правило своей жизни: не можешь решить проблему целиком — раздроби ее. Поэтому осторожно разделяет омлет на 4 части и переворачивает каждую из них по отдельности.              — Ну вот! Все равно надо будет разрезать его на порции!              Кот одобрительно машет хвостом, а затем шумно прыгает со стола на сонный голос:              — Что у вас тут происходит?              Сонный и немного помятый Галф — это удар в самое сердце, поэтому Мью смущенно улыбается:              — Завтрак?              Парень окидывает скептическим взглядом испачканный стол, столешницу и пол:              — Правда? Решил покормить мебель?              — Я все уберу! — ему мучительно стыдно, что он развел на кухне такой срач.              Но Галф почему-то на него даже не злится:              — А почему ты вообще решил заняться готовкой? Мы же, вроде бы, договорились, что это не твой путь.              Его щеки горят от смущения:              — Потому что мне стыдно, что только ты этим занимаешься, а я хорошо устроился на всем готовом.              — Мью, — ладонь успокаивающе ложится на его плечо. — Это нормально, что мы с тобой разделили обязанности, потому что не все умеют готовить. Ты покупаешь продукты и заказываешь доставку, а я занимаюсь завтраками и ужинами через день.              — Но… — внутри все еще горько и противно. — А как же вторая смена для омег…              Улыбка на лице напротив согревает его и утоляет печали:              — Так я не омега, помнишь? — парень дожидается ответного кивка. — Мы с тобой сразу решили, что вот такой вариант устраивает нас обоих: мы оба вкладываемся в домашнее хозяйство по мере сил и возможностей. Я не зарабатываю очень много, поэтому мне выгоднее готовить самому — никаких обид.              — Никаких, — он расстроенно бормочет. — Только тебе как омеге платят копейки…              — О, — рот парня изумленно округляется. — Так ты в курсе…              — Я читал, — Мью признается, — чтобы понимать, что на самом деле происходит. И мне отвратительна мысль, что я ничего не могу с этим сделать. Это бессилие бесит!              Теперь обе руки лежат у него на плечах:              — Помнишь, о чем я просил тебя?              — Ммм? — ему все еще стыдно смотреть альфе прямо в глаза.              — “Начни с себя”. Этого уже достаточно для того, чтобы сделать ситуацию немного лучше. А ты это уже делаешь.              Мью робко поднимает глаза:              — Правда?              Галф улыбается:              — Правда. И один подгоревший омлет не улучшит жизнь омег в этой стране, но я правда ценю твои попытки.              — Ой!              Теперь и до него долетает неприятный запах подгоревшей еды, но парень его утешает: если соскоблить черную часть, то это будет вполне съедобно. И он готов из штанов от радости выпрыгнуть, когда Галф хвалит его стряпню:              — У тебя отлично получилось для первого раза.              — Да? — тепло сворачивается в груди пушистым котенком.              — Ага, — тот отправляет еще кусок омлета в рот. — Если хочешь, я могу тебя потихоньку учить готовить, чтобы ты продолжал это делать и тогда, когда мы уже не будем жить вместе.              Вилка падает из его ослабевших пальцев:              — Что?..              Галф, видимо, по-своему понимает его реакцию:              — Ну да, ты не совсем безнадежен — поверь! Немного потренируешься — и будешь отлично готовить для себя и своей омеги.              Аппетит пропадает окончательно, он отодвигает тарелку:              — Пойду, наверное, умоюсь и буду одеваться — нам скоро выезжать.              Парень кивает:              — Угу, я потом сам закину посуду в машинку.              А Мью уже почти этого не слышит, бредя в ванную комнату, чтобы уставиться в пока еще не запотевшее зеркало, откуда на него смотрит почему-то бледное и какое-то испуганное собственное лицо.              — Ну что ты расклеился? Ничего нового Галф тебе не сказал: ты сам планировал, что когда-нибудь будешь строить серьезные отношения.              Но отражение как-то болезненно кривится:              — А сейчас у тебя что?              — Эммм… Вынужденное сожительство? Пока я не разберусь с базой данных.              — Ты сам-то себе веришь, Суппасит? Поэтому ты буквально силой уволок Галфа к себе в постель, стоило только появиться новому дивану?              — Это ничего не значит!              — Ага, как и то, чем вы занимаетесь в этой самой постели.              — Это просто взаимопомощь!              — Ты это можешь рассказать Майлду или Буму, но давай ты не будешь врать самому себе?              Мью обессиленно вздыхает:              — Но мы оба альфы…              Внутренний голос — самый беспощадный и бескомпромиссный:              — Тебя это ебет?              — Но…              — Ебет?              — Нет, но Галф…              — А давай ты не будешь себя накручивать и спросишь его самого, что он по этому поводу думает?              Боль простреливает грудную клетку где-то в области сердца:              — Так он сегодня и сказал, что научит меня готовить, чтобы я кормил своего омегу!              — Ой, просто сказочный долбоеб…              Дверь в ванную приоткрывается, демонстрируя немного обеспокоенное лицо Галфа:              — Что-то случилось? Ты меня звал?              Он тут же открывает кран, делая вид, что умывается:              — Нет, все в порядке.              — Ну ладно, — и исчезает.              А Мью снова смотрит на свое суровое отражение:              — Да, просто сказочный…