А если бы все было по другому?

***

Прошло больше месяца с их первой прогулки.Они успели сблизиться, поэтому уже общались как лучшие друзья и ходили друг к другу в гости.Чаще всего они бывали у Тёмы, потому что тот настаивал, да и приставка у него была, в которую они часами рубились.Никита порой замечал, как комфортно в подобной обстановке им обоим, и поражался, когда он успел найти себе достойного компаньона.Этот день не стал исключением, на дворе был уже самый пик лета — середина июля, сильная жара, поэтому гулять они выходили не раньше 6 часов вечера.Иногда вообще не выходили, слишком уж были увлечены приставкой. Время близилось к ночи, Никита решил остаться на ночевку у Тёмы, расположившись в гостинной на диване.Они доверяли друг-другу, поэтому уже не в первый раз оставались у друг друга на ночевке.Это была именна та дружба, которая была в мечтах у Никиты. –Будешь есть? , — отлипшись наконец от дивана, невзначай спросил Тёма. –Не откажусь. Тот тоже встал и поплелся за своим товарищем на кухню.На кухне горел свет, а у плиты уже стоял Тёма.Он что-то готовил, но Никите лень было посмотреть, поэтому он устало взглянул на товарища, уселся за стол, и уткнулся носом в свои руки.Чувствовался запах томата, разносящийся по всей кухне.Изначально показалось, что он творит зажарку для борща, но она пахла по другому, а нюх у Никиты был отличный.Он все же встал из-за стола и подошел к Тёме, увидев в сковороде мокороны в томатно-сливочном соусе.Он был в предвкушении.Тёма буквально угадал его любимое блюдо.Он вообще любил макароны в любом виде, особенно в каком-нибудь соусе.Он принюхался, но вдруг с какой-то неожиданностью ему прилетел подзатыльник от Тёмы, со словам: –Сядь.Иначе напортачу, не люблю когда смотрят во время процесса, — с неким приказным тоном сказал Тёма. Никита послушно сел обратно, дожидаясь кулинарного шедевра Тёмы.Что-то в его движениях было изящным, он так синхронно двигался, пока готовил, поэтому Никита задумался, и услышал Тёму только после очередного подзатыльника, причем не слабого. –…Ты меня слышишь или нет? , — в его голосе слышалась нота возмущения и одновременно насмешки. –А, бля, сори.Задумался просто, — растянул он, увидев вопросительное выражение лица Тёмы. –О чем же ты так задумался, что даже не слышишь меня? , –с хитрой ухмылкой спросил Артём. –Тебя не касается. На этом их диалог закончился, на тарелке уже красовались макароны светло-алого оттенка, Никита с удовольствием уплетал их, поглядывая на Артёма.Тот тоже ел, однако поймал на себе взгляд Никиты, и начал пристально смотреть в ответ, несмотря на то, что тот давно отвел взгляд в тарелку.Тарелка была необычного дизайна, будто бы традиционная чтоли.Никита решил поинтересоваться: –Где ты приобрел эту тарелку? , — с явным не наигранным интересом спросил Никита. –Та, мама давно покупала, на рынке где-то.А что, нравится? Можешь забрать, мне не жалко, — без капли сарказма изложил Артём. –Правда? Тогда заберу, раз разрешаешь. Они сытно поужинали, и опять скоротали время за игрой в приставку, убив на это больше трех часов.Но время летело незаметно, поэтому они даже не почувствовали, сколько прошло.Ощущалось как будто они проиграли всего десять минут, не больше.Это все было потому что Тёма был комфортным собеседником, и проводить время с ним было веселее.У него было прекрасное чувство юмора и интересные темы для разговора.Вообщем, не друг, а находка.

***

Время уже близилось к 6 утра, и Никиту стало до боли клонить в сон и глаза по просту не могли смотреть — они слипались.Именно поэтому Никита предложил пойти спать, Тёма согласился, хотя был из тех людей, которые могут не спать долгое время, при этом остаются бодрыми.Он ушел к себе в комнату, Никита же в свою очередь сел уже на расстеленный диван.Он подумал про себя: –Гостепримный… Он благополучно улегся на диван.Рядом с ним стояла тумбочка, на которой стояла лампа, тускло освещавшая всю комнату, а также раздражавшая Никиту.Он дернул за выключатель и расслабился, как только комнату накрыл сущий мрак.Он сразу же уснул, однако даже это не перекрыло то, что произошло позже…

***

Вокруг виднелась лишь старая, похожая на заброшку школа, которая и сейчас так выглядит.Она явно давно нуждается в ремонте.Был солнечный день, однако до жути сырой.По всюду красовалась слякоть, а также пахло сыростью.На земле виднелась еле пробившаяся из-под слоя грязи трава.А на этой самой земле находился Никита, с надеждой на то, что это скоро закончится.Рядом с ним стояло трое людей, два парня и одна девушка.Распологались они так, что окружали Никиту со всех сторон.Первый парень стоял спереди, смотря на него с высока.Даже если бы он был не в таком положении как сейчас, например в простой стойке, то тот все равно бы так смотрел, поскольку был намного выше Никиты.Второй парень тоже кстати смотрел с подоьной гримассой, только если на первом это смотрелось грозно и серьезно, то на втором это выглядело как минимум нелепо и простите меня.смешно, что Никита даже захотел рассмеяться во весь голос.То ли от этой ситуации, то ли от защитной реакции.Первый, более серьезный был шатеном с темно-рыжими глазами и зрачками, полностью перекрывавшими радужку, поскольку были максимально расширены.У него была светлая, мраморная кожа, которая красиво отливалась на солнце.У него также виднелись вены на руках, ибо он какого-то черта был в майке, хотя на дворе был конец февраля и все ходили еще в зимних куртках.Да и на улице не смотря на солнце жарой и не пахло.Но видимо ради пафоса он решил надеть ее.У него было худощавое телосложение, но при этом подтянутое и виднелись не хилые такие бицепсы, а также не сразу бросающаяся в глаза сутулость.Он явно не был настроен положительно.Второй же был полноват, глаза его выглядели так, будто бы он испытывает ужаснейший ужас.У него были черные как уголь глаза, а также волосы с таким же цветом.Кожа у него была проблемная, причем даже очень.Однако часть этой проблемы перекрывала густая чёлка и смуглая кожа, которая хоть чуть-чуть была похожа оттенком с акне.Парень имел пухлые губы, и в школе его впринцепи называли губошлепом и обжорой.Неподалеку от парней стояла девушка.Не сказать что красивая, но вполне привлекательная.Он загляделся на нее один раз, поскольку удивился ее необычному стилю.Она относила себя к субкультуре эмо по видимости, была наделена голубыми словно небо глазами, причем они были яркого цвета, поэтому сразу бросались в глаза.Челка на бок, полу перчатки в черно-фиолетовую полоску — впринцепи все, что можно было отметить в ней еще.Кожа у нее была светлая, но не такая как у первого парня, которого кстати звали Михаил, второго Лёня, а девушку Даша.Люди эти были ему давно знакомы, параллель. –Чё пидор, вижу совсем берега попутал? Ты хули на мою малую глазеешь? Пизды щас отхватишь, –выдал с яростью Миша, замахнувшись, как бы подчеркивая свои слова, синхронно. –Здохни. И тут ему влетел удар, причем сильный, и еще, и еще.Было до жути больно, да и кровь хлынула ручьем.Но он держал слезы, поскольку это было именно то, что преследовали его обидчики.Он не позволит им распространить это видео, которое они прям сейчас записывают.Они хотели, чтоб его в таком виде увидела не только вся школа, но и весь город, в котором сплетни распространялись с мимолетной скоростью.Его явно бесило то, что он никак не может заплакать, поэтому он жестом пригласил за компанию друга и они уже вместе начали издеваться над ним до тех пор, пока тот не потерял сознание.Девушка еще в начале, с самого первого удара убежала прочь, потому что не хотела быто соучастницей и впринцепи испугалась.Пока она смотрела на него, он даже не видел никакого высокомерия с её стороны, наверное безразличие с ноткой жалости и испуганности, в этом он точно был уверен.

***

Он проснулся от запаха какого-то препарата, впитанного в марлю, лежавшую на носе Никиты.Он сразу понял, что находится в госпитале.Было паршиво.Паршиво от всего.От травм, от того, что он не смог достойно постоять за себя и выдал только это жалкое «…–Здохни…» Было паршиво за то, что он получил сотрясение мозга, а также позволил им сломать себе нос и вывехнуь ногу уже после потери своего сознания.Неожиданно, прервав все его раздумья, в комнату зашла мать вся в слезах и доктор, отчаянно пытавшийся ее успокоить и что-то объяснить.Никита не слышал их, точнее слышал, но было слышно как-то не разборчиво.Причиной этому было то, что его постепенно и медленно проваливало в сон, но вдруг резко он почувствовал что-то мокрое на лице.Он понял, что это была слеза, поскольку одна из них скатилась прям на губу, и почувствовался солоноватый привкус.Он не просто плакал, он ревел.И что самое интересное, что не только тут.

***

Проснулся Никита по той же причине, что и в своем сне.Он оглянулся и заметил рядом с собой обеспокоенного Тёму, державшего в руках стакан воды.Он приопустился, чтобы напоить Никиту.Никита приподнялся и жадно опустошил разом весь стакан, попутно слушая слова Тёмы: –Что случилось? Чего сырость тут развёл? Приснилось что? , — он выглдяел крайне обеспокоено, да и в голосе его было слышно волнение и одновременно любопытность. –Приснилось.Сон, связанный со средней школой, –Никита еле сдерживался, чтобы не всхлипнуть и не запнуться, старался чётче произносить эти слова — Ты не против если я выговорюсь тебе? Никита очень хотел высказать все, что терзает его на протяжении этих лет.Он знал, что Тёма не откажет и выслушает его, поэтому не опасался отрицательного ответа и эмоций.Перед ним он не боялся быть таким. Как и ожидалось, он дал подожительный кивок, Никита присел рядом и начал свой монлог: –Как ты знаешь, меня растила одна мама, и из-за отсутствия отца она начала работать круглосуточно, лишь бы я был обеспечен всем самым необходимым.Чтоб я не нуждался ни в чем.Однако все равно я был без внимания, и нет, маму я в этом не виню, она у меня лучшая.И вот в таких условиях сформировался такой мягкий характер и неспособность постоять за себя.Я выгляжу наверное жалко.Ну так к чему я клоню.В этом сне я попал в ситуацию, которая произошла в 8 классе.Двое парней избили меня до сотрясения мозга.Они начали делать это примерно в середине седьмого класса, может даже раньше.До этого обходились лишь буллингом, со временем их перестала удовлетворять моя типичная реакция, поэтому они решили перейти на жесткие меры.Изначально они могли обойтись только парочкой синяков, однако со временем их издевательства становились все жестче и жестче.Было паршиво, от того что не могу дать отпор.Они прекратили это все в восьмом классе, когда мы с мамой подали в суд и потребовали выплатить моральный ущерб.Суд мы выиграли, поэтому их поставили на учёт, жаль, что конечно не в колонию.Сны мне такие снятся редко, я замечал, что обычно перед чем-то хорошим.Но кто его знает… Всё это время Тёма внимательно слушал.Никите нравилось это.Тот был обеспокоен и не скрывал уже своей ненависти к этим парням. –Ублюдки… — сказал Тёма, скорее всего не смог подобрать нужных слов и выдал только это. Тёма, в знак поддержки приобнял Никиту за плечи, от чего тот даже удивился.В объятьях Артёма было тепло и чувствовалась безопасность.Он обнял его в ответ.Они просидели так достаточно долго, но всё же отлипли друг от друга.Тёма решил, что расположит матрас рядом с диваном, чтоб в случае чего быть рядом.Пожелав спокойной ночи, он уснул, но не его товарищ. У него было какое-то странное чувство после объятий с Артёмом.Чувство эйфории чтоли.Он сам не мог объяснить что это и долго думал, что это вообще такое.Но сон взял вверх над ним и он всё же уснул.Почему-то хотелось еще раз обнять Тёму, но он быстро no отбросил эти мысли в сторону.