Ведьма

Семь — лет долгий срок. Целая жизнь, пролетевшая как один день. Возможно, это и есть самый большой недостаток счастья? Когда оно приходить, время мчится словно необъезженный конь, не позволяя насладиться моментом. Семь лет — долгий срок, за который можно раскаяться в чем угодно. Но Эстер ни о чем не жалела, ни одного мгновения, даже когда Майкл уплывал на битвы и она выбивалась из сил следя за их хозяйством. Не жалела, когда соседи опасливо косились в его сторону, шепчась за ее спиной. И даже когда кончики пальцев покалывало тысячей иголок от неиспользованной магии, Эстер не жалела. У нее были они... ее дети... Улыбка, кажется навечно приклеилась к ее красивому лицу, когда измученная после многих часов схваток она впервые взяла на руки свою прекрасную дочь из рук повитухи. Даже в глазах Майкла, суровейшего из мужчин, что она знала появилась останавливающая сердце нежность. В этот миг Эстер Майклсон узнала, что такое абсолютное счастье. Как она могла сожалеть о своем выборе? Спустя год после рождения дочери, названной в честь мудрой богини Фреи, родился их сын Финн. Любовь, которую Эстер испытывала к своим детям была не похоже ни на что другое, она не могла выразить ее словами. — Что же затеяли мои Хугин и Мунин? — подойдя к слезшим с дерева детям, сложила руки на груди ведьма, наградив сына и дочь суровым взглядом — он ни один раз запрещала им лазить по деревьям. — Мы собирали желуди, мама, — улыбнулась Фрея демонстрируя ямочки на щеках. В подтверждении своих слов она вытянула вперед маленькую ладошку и продемонстрировала свое сокровище. — Отец обещал научить меня делать из них фигурки прежде чем уедет, — один из желудей скатился с маленькой ладошки, но словно испугавшись насупившейся девочки вернулся назад не долетев до земли. Эстер подавила дрожь и с улыбкой погладила светлые, как у нее самой локоны дочери. Магия Фреи пробудилась несколько недель назад вызвав беспокойство у ее матери. — Если отец обещал, то научит, — успокоила детские страхи ведьма. Майкл боготворил их первенца и никогда не причинил бы боль ее маленькому сердечку. — До отъезда еще есть время. — Я не хочу, чтобы он уезжал, — подал голос Финн, привлекая внимание матери. Фрея согласно закивала. — Он пропустит рождение Элайджи. Подойдя к матери она положила маленькую ладошку на большой живот Эстер. Словно почувствовав присутствие сестры, ребенок внутри Эстер сильно ударил ножкой, вызвав у Фреи полную восторга улыбку. — Ваш брат силен, меня словно Тор молотом ударил, — прижала руку к животу Майклсон под смех детей. — Пора домой, погода портиться. Возведя серые глаза к небу, Эстер обеспокоенно нахмурилась. Погода и правда портилась, а в груди женщины появилось плохое предчувствие, изгнать которое смогли лишь объятия мужа. Но через несколько дней Майкл уехал и беда пришла в дом полный счастья и любви...

***

— Мама! Мама! Эстер изо всех сил боролась с удерживающими ее людьми, чтобы прийти на отчаянный зов дочери, но силы были не равны. Ковен нашел ее спустя семь лет... Они пришли на следующий день после отъезда Майкла. Эстер застали врасплох. Ее сила, что когда-то внушала им ужас была погребена под жизнью, что они построили с Майклом. Эстер оказалась беспомощной. — Брианна, клянусь, если ты хоть пальцем тронешь мою дочь, я вновь займусь магией и не остановлюсь пока не уничтожу вас всех! — Твоей первенец принадлежит нам! — словно змея прошипела Брианна, крепко держа за тонкую ручку перепуганную Фрею. — Может когда-то ты и обладала силой, но сейчас ты слаба и если осмелишься пойти против нас, я отдам богине всех твоих детей, как отдала Сюзанну! Они ушли. Эстер без сил упала на пол словно мешок, сотрясаясь в беззвучных рыданиях. Перепуганный Финн бросился в объятия матери. По его щекам катились слезы. — Все будет хорошо, мой мальчик, — прижала сына к груди Эстер. — Я верну твою сестру. По другому и быть не могло. Прошло семь лет. Долгий срок. Но призрак прошлого обрел плоть...