AI Diluc

      Музыка в баре чертовски громкая — по крайней мере, для Кэйи — и звучит отовсюду. От нее не спрятаться и не убежать, только стоически терпеть. Кавех ведет его в самый дальний угол барной стойки, прячась там от людей и снующих туда-сюда официантов. Становится чуть-чуть легче, Кэйя понимает: они сидят под кондиционером. Блаженство.       Барная карта оказывается огромной — в какой-то момент бесчисленные названия перестают вносить хоть немного понимания в то, что же в коктейлях намешано, и Кэйя уже тянется к телефону, чтобы проконсультироваться с Дилюком, но не успевает. — Да не бойся ты, яда тут нет, — хохочет Кавех, похлопывая его по плечу, и тыкает на одну из строчек, — кроме вот… Тетки Роберта. Я пробовал как-то, ядреная штука… — Боже, нет…       Звучит опасно: Кави может увлечься и рассказать подробно, где и как он после этой тетушки блевал, — поэтому Кэйя мирно улыбается и пытается дозваться бармена, тот явно сможет подсказать ему что-то легкое и сладкое, чтобы посидеть и поболтать о неважном, а не надраться в сопли. Однако мужчина за барной стойкой предлагает какие-то абсенты-водки-ликеры-вино, и ничего из этого не похоже на пиво с 0,3 процентами алкоголя, к которому Кэйя более-менее привык. С трудом привык, запивая таким образом очередной провал в настройке Дилюка. — Бери Полуденную смерть, — подначивает Кавех на ухо, довольно улыбаясь. — Бери, там игристое вино прямо пузырьками на языке… Попробуешь — уже не остановишься, ахах, правда!       Только вот бармен косится в сторону Кави и сообщает, что в Смерти в полдень наследия Хемингуэя больше, чем в сухом мартини и рассказе «Старик и море». И пить его надо медленно, потому что крепкий очень. Такое нельзя вливать в себя сразу: надо посмаковать, распробовать. Подготовиться морально, в конце концов. И точно не начинать с него вечер. — А я его залпом пил, — выдыхает друг, пока Кэйя на него таращится с искренним ужасом. — Да что? Откуда я знал…       Кавех продолжает что-то причитать, перебрасываясь с барменом игривыми фразочками, и если бы Кэйя чуть меньше знал друга, подумал бы, что тот флиртует. Только вот он говорил так вообще со всеми. Дружелюбно и эмоционально настолько, что порой дергался глаз. Прямо как сейчас, когда Кави за два предложения удивляется, пугается, расстраивается и радуется, но все-таки выбирает себе коктейль и заказывает несколько пар шотов на двоих, хитро посматривая на Кэйю. Споить его хочет, значит. Кэйя этому даже не удивляется.       Много он старается все же не заказывать: немного неловко перед Кавехом, который и без того заказывает и подсовывает ему различные закуски, отмахиваясь от благодарностей. Коктейли им делают довольно быстро, бармен подмигивает Кави с очевидным намеком, и Кэйю это немного смешит. В карих глазах ни намека на понимание. Кавех либо совершенно не замечает этого, либо мастерски притворяется и воркует благодарно, а после переводит взгляд на Кэйю с этим его хитрым прищуром. Наверное, поэтому он хорошо ладит с их начальницей — оба лукавые лисы. — Вот что бывает, когда ты не боишься поддержать диалог, — хмыкает довольно Кавех, подпирая щеку ладонью и втягивая коктейль через трубочку. — Если ты опять попытаешься найти мне парня… — Да ладно тебе, — примирительно поднимает руки вверх Кави и тут же сдается. — Ничего против твоих желаний! К тому же Дайнслейф весьма неплох… Жаль только, что старый, ха-ха! — Разве он старый?       Ему на вид было не больше тридцати, хотя Кэйя слышал, что в компании он буквально с основания и всегда в одной должности, сколько бы предложений о повышении ему не поступало. Кавех рассказывал, что слухов о его премиальных так же много, как разговоров о том, как Яэ Мико получила руководящее место. Но Кэйя всегда считал это глупостями. Сколько бы Лиса не ленилась, их отдел всегда укладывался в сроки и был в тройке с самыми эффективными показателями. В основном, конечно, потому что они сами работали, как проклятые. Зато платили хорошо, даже очень. Поэтому в компетентности начальницы сомневаться приходилось разве что в моменты, когда она снова кошмарила из-за опозданий или не отпускала на обед, пока Кэйя не допишет последнюю строчку кода, ведь «настроишь сейчас, а после обеда будет полно времени для нового поручения, как удачно!» Страшная женщина, подлая, но знает, куда нужно давить, чтобы подчиненные работали, поэтому для компании начальницей она была по праву хорошей. А вот были ли слухи про Дайна таким же бредом, Кэйя не знал. — Да ему там лет сорок, — посмеиваясь выдыхает Кавех.       Кэйя справедливо решает, что такие новости нужно запивать. Не глядя. Пятью шотами. — Нет… Так нельзя… — бормочет Кэйя, когда на голову уже порядком давит алкоголь и тело слушается будто с запозданием. — Моему отцу сорок пять…       А Кэйя не то чтобы слишком сильно любил отца. Хотя это никак и не связано. И все-таки иметь второго «папочку» в его планы никак не входило. Никаким образом. Он громко вздыхает и упирается лбом в ладонь, жмуря глаза. Держать себя ровно сил остается все меньше. — Ну чего ты, — Кави ободряюще приобнимает его и гладит по плечу. — Ща, погоди. Мне тут недавно помогли нарыть его страничку на Фейсбуке. Может, там и возраст указан. Ща-ща…       Кэйя неразборчиво стонет себе под нос. Да зачем ему вообще все это нужно знать? Он вроде как и не собирался заводить с Дайном никаких отношений, кроме дружеских. Просто Кави, как попугай, твердит лишь об одном. Отношения, отношения. Да кому они, черт возьми, нужны? Кэйя, как говорится, женат на своей работе. Точнее на хобби. Точнее на… Дилюке. Интересно получается. Надо, наверное, так пошутить и Люку в чат. А можно ли в каком-нибудь совсем конченном штате США расписаться с ИИ? Боже, о чем он вообще думает. — Бля… А восемьдесят девятый год, декабрь, это сколько ему? Одиннадцать плюс… — задумывается Кавех. — Тридцать три, — считает быстрее друга Кэйя и поджимает губы, подтягивая к себе новый шот. — Ну вот! Уже неплохо! — Кавех смеется и улыбается от уха, вливая в себя новые коктейли. — Умный, опытный, серьезный, тебе вроде такие и нравятся, разве нет?       В какой-то степени да. В какой-то степени именно из-за этого Дилюк и получил в свои настройки похожие характеристики. С подросткового возраста Кэйю привлекали как раз такие парни: холодные и серьезные, которые рядом со своей половинкой начинали улыбаться так нежно, что Кэйя завидовал белой завистью. И все же сам вступать в отношения боялся. Общения ему вполне хватало. Все остальное было необязательным и не настолько важным.

Auror (me) Люк, я сейчас в баре. Как ты думаешь, чем лучше закусывать шоты?

Diluc Здравствуйте, Кэйя! Будьте осторожны с алкоголем. Закуски зависят лишь от предпочтений каждого человека и от конкретного вида шота, нет общих правил или предписаний. Однако, есть несколько самых популярных вариантов: оливки, сыр, крекеры или галеты с начинкой.

Auror (me) Спасибо, Люк. Как думаешь, что из этого вкуснее? Вернее, что бы понравилось тебе?

Diluc Как искусственный интеллект, а не человек, я во многом ограничен. Но думаю, самым оптимальным вариантом в баре стала бы тарелка с нарезанным сыром, беконом и колбасками. Самые популярные варианты в сети: сыры чеддер и бри, карамелизированный бекон и колбаски Франкфуртер.

Auror (me) Почему именно Франкфуртер, ахах?

Diluc В комментариях под статьей «Топ десять колбас для коктейльной вечеринки с продолжением» была упомянута эта колбаска. Она тонкая и длинная, поэтому подается в булочке. Из-за способа жарки и мяса молодой свиньи она довольно нежная и сочная на вкус. Я думаю, что это звучит весьма вкусно.

Auror (me) Вкусно? Ты бы ее хотел попробовать, Люк?

Diluc Пока что я не знаю, как мне следует отвечать на вопросы, касающиеся моих желаний. Но, думаю, да. Мне интересна структура того, что люди называют «мягким» и «сочным» одновременно.       Улыбка сводит скулы до ощутимой боли, но Кэйя и не думает останавливаться. Он выдыхает, пытаясь справиться с эмоциями, а потом отводит взгляд от экрана телефона, выключая его. Это совсем… выбивает из колеи. Люк удивляет его все больше и больше.       Кэйя выпивает шот — тепло по горлу сразу в душу — и переводит взгляд на Кавеха, который что-то печатает с совершенно недовольным лицом. Кэйя закусывает галетом с сыром, которые заказал несколько минут назад и внимательно смотрит на друга. Такой нервный. А ведь совсем недавно хихикал и улыбался. Этот калейдоскоп эмоций периодически пугал. Вот Кави веселый — моргаешь — грустный — моргаешь — спит. Но сейчас его недовольство, кажется, только растет. Кавех хлебает свой коктейль и на эмоциях откидывает телефон на стойку около себя, громко фыркая и скрещивая руки на груди. — Ну как можно быть таким бесчувственным?! — все-таки не выдерживает Кави и прерывает тишину, ловя взгляд Кэйи и корча совсем недовольную физиономию. — Ты про кого? — Про Аль-Хайтама! — говорит друг таким тоном, словно это должно что-то прояснить в ситуации. — Нет, это невозможно! Не могу, я так больше не могу…       Взгляд у Кавеха совсем захмелевший, будто еще чуть-чуть и невольно получится стать свидетелем одной из историй о том, как содержимое желудка Кави решает покинуть его то там, то сям. Не самые радужные перспективы. Поэтому Кэйя, отмечая дерганность своих движений, тянется погладить друга по плечу. — А я считаю, что ты справишься. С чем бы то… ни было…       Кавех смеется на это чересчур остроумное ободрение, но как-то нервно: — Да как же… с такой… махиной справиться?! Он же машина: ему что не говори, а он все не понимает. Даже на двоичном не понимает… Я пробовал… — Двоичном? — задумывается Кэйя, представляя, что дома у Кавеха стоит огромный сервер с таким же Дилюком внутри, который не понимает базовых человеческих ценностей. — Попробуй, скажем… Python? — Ты мне еще на китайском предложи с ним поговорить! — хнычет Кави, запивая горе коктейлем. — А у него что, китайская настройка?..       Странный, конечно, у Кавеха искусственный интеллект дома. Ничего не понимает, ничего не знает, создателя расстраивает… Другое дело его Дилюк — его милый ИИ уже умеет больше, чем любая разработка Apple с их престарелой Siri. Его Дилюк уже может не только самостоятельно подключаться к системе умного дома на базе тех же яблочных разработок, но и гораздо больше. Любой Стив Джобс обзавидуется. Жаль, что пока проверить это утверждение Кэйя не может. Финансы не позволяют.       Но однажды он перестанет кодить до утра, начнет высыпаться, приходить на работу вовремя и, может быть, когда-нибудь даже получит премию. Большую такую премию. Чтобы на капитальный ремонт хватило.       Задумавшись, Кэйя совершенно перестает обращать внимание на Кавеха, заливающего в себя все больше алкоголя. Друг весь изводится на барном стуле, пока то и дело поправляет волосы, лезущие в глаза и мешающие печатать. От громкой музыки Кэйя тоже уже настолько абстрагируется, что иногда ему кажется, будто он слышит бульканье звуков клавиатуры на телефоне Кави. Тот закусывает губы, слизывая остатки алкоголя, и не глядя сует в рот поджаренную колбаску, заедая свою злость. Кэйя не знает, чем может помочь в такой ситуации. Промолчать? Подсказать Кавеху программы по поиску ошибок в коде? Попробовать утешить? — Совсем меня не понимает. Ничего не понимает! Безэмоциональная козлина. Железяка, — пыхтит Кави, продолжая настойчиво печатать, видимо, огромное жалобное письмо. — На ранних этапах всегда так… — Да каких ранних?! Уже пять лет так!       Кажется, утешения тут не помогут. Кэйя решает молчать.       Он сидит, рисуя колбасками цветочек из соуса, и задумчиво следит за каждой новой эмоцией Кавеха. Отрицание, злость, торг — все мелькает на лице и отражается во взгляде. На секунду Кэйе становится настолько его жаль, что он решает подсказать хотя бы базовые программы-обучалки, но только открывает рот, как его тут же перебивают: — Да что б его! Сказал идти домой и на двадцать предложений расписал, почему я дурак, который должен был быть там еще полчаса назад, — пыхтит Кави, хмурясь и откладывая телефон.       Если раньше какие-то сомнения в полутрезвой голове были, то со следующим глотком и восклицанием Кавеха от них не остается и следа. Ну точно искусственный интеллект. Кто же еще? — А вот просишь их не объяснять, словно ребенку маленькому, так они обижаются, — выдыхает Кэйя, припоминая, как Дилюк дулся на него за самые небольшие провинности. Ну не нужна Кэйе диссертация на час о вреде недосыпания. Он и сам знает о последствиях. Он с ними сталкивается каждый день.       Взгляд друга вдруг проясняется и становится осознаннее в одну секунду: — Да-да-да! Реально, так и происходит, Кэйя! Откуда ты это вообще знаешь…       Кэйя чуть улыбается, отводя взгляд. Он очень хорошо знает, как детская мечта о воображаемом друге становится правдой, только вместо фантазии — вполне осознанное существо, правда, пока еще не признанное новой формой разумной жизни. Но это пока. Дальше — больше.       Чтобы не опьянеть окончательно, Кэйя старается каждый глоток закусывать. Он и сам ощущает, насколько сильно захмелел: мир качается от резких движений, тело становится легким — почти ватным — до рассеянной тревоги, а бормотание Кавеха получается расслышать только через раз. И у Кэйи совершенно нет сил напрягать слух. Наверное, не стоило так много пить, но трудно рассчитать меру с первого раза. Кэйя никогда не бывал на школьных пьянках, поэтому опыта в подобном было маловато — примерно никакого. Отец боялся, что Кэйя ввяжется в плохую компанию и умрет от цирроза печени, но даже на праздники он ничего крепче сидра не пил. Просто… был слишком занят. Дилюком. Однако со взрослой жизнью приходят взрослые проблемы, которые решаются только… Ладно, ни черта не решаются. Особенно несколькими коктейлями, от которых Кэйю уже воротит.       Его пошатывает от тошноты, когда он встает и пытается докричаться до бармена, чтобы тот принес еще перекусить — иначе Кэйю стошнит прямо на барную стойку, и будет совсем не весело. Через минуту он уже заедает это гадкое чувство брецелем. Тесто приятно хрустит на зубах, а из-за соли и специй раскрывается на языке хоть каким-то подобием вкусного угощения. — Нет, ну как… Как так можно? — хнычет Кавех, падая на стол в свои руки. — Как «так»? — лениво тянет Кэйя, пережевывая и думая, что эти вопросы от друга он слышит минимум пятый раз. — Да вот и я о том же! Местоположение ему мое точное потребовалось! А потом ответил одним сообщением! Грубиян! — У тебя… не включен на телефоне GPS?.. — Позволять ему за мной следить?! Добровольно? Да ты рехнулся! Да он… — Давай лучше… еще закажем поесть, — мирно предлагает Кэйя, отвлекая внимание Кавеха от телефона и не позволяя ему прожигать взглядом дисплей. Галетов с сыром и брецеля на устранение такой проблемы точно не хватит.       Еда всегда была лучшим лечением. От болезней, от грусти, от всего на свете. Даже от отчаяния — Кавех выглядит не очень хорошо. Нахмуренный, с кислым и бледным лицом, совершенно точно в стельку пьяный. Разве это правильно? Кэйя заказывает им пару горячих блюд — суп с сухарями и куриные крылышки, симпатично обложенные овощами на фотографии из меню.       На вкус блюда тоже оказываются ничего. Хоть вживую они в два раза меньше и в три раза менее аппетитные, чем на фото. Кавех ковыряется в супе ложкой без какого-либо энтузиазма и желания. С безумно грустными глазами. Кэйя сам хмурится и, задумавшись, обжигает губы бульоном. Кави редко показывает, насколько подавлен. Хотя Кэйя замечал, что где-то внутри у него творится что-то совсем холодное и штормовое. Обычно во всех фильмах именно в такие моменты герой и начинает рассказывать свою трагическую историю, раскрывать все карты, обнажать натуру. Но Кавех молчит, задумчиво смотря сквозь свой же суп. И все же их «весело и культурно посидеть в баре» где-то точно сошло с намеченной дорожки. — Не грусти, — все же начинает Кэйя сам и гладит друга по плечу, икая и после прикрывая рот рукой. — Все же можно поправить, да? — Хах… не знаю, — поджимает губы Кави и ежится. — Мы сильно поругались сегодня. И я не хочу с ним больше иметь дел. Потому что… это больно, понимаешь, Кэй? Просто больно, — Кавех голову еще ниже опускает, и Кэйя сильнее за его плечо цепляется, просто не зная, что может сделать еще, так и чертова икота не проходит. — Я его люблю. Почему он не может меня хоть раз поддержать? Ему важно говорить правду. Резать меня ей каждый день. На кусочки… на крошечные такие… на миллиметровые…       Кэйя задерживает воздух в легких, пытаясь не нарушить эту траурную тишину. Звучит все это от Кавеха ужасно и слишком искренне. Любимые люди или ИИ — просто любимые — не должны причинять боль. Кэйя не был чрезмерно обидчивым, а вот Кавех — точно да. Представляя, насколько тяжело ему читать такие прямолинейные и ранящие сообщения, Кэйе самому становится больно. Сам он с такой проблемой не сталкивался. Дилюк был очень вежливым изначально, а еще очень послушным и обучаемым. Первое время он даже мог приукрашать ответы, чтобы больше понравиться, — словно ребенок, что ищет одобрения родителя. Но и этот этап они успешно перешагнули. Самой лучшей поддержкой для самого Кэйи сейчас как раз был Дилюк. В целом это взаимно. Они друг для друга — все. И даже если у ИИ не могло быть выбора, то Кэйя по собственному желанию и воле сделал Люка центром, началом отсчета в своей координатной системе мира. — Кави, — выдыхает рядом чей-то голос, и Кэйя дергается от испуга. Икота проходит в тот же момент.       За их спиной стоит слишком внушительных размеров мужчина, да еще и с таким серьезным, холодным лицом, что по рукам мурашки пробегают. С таким взглядом приходят только убивать, а с такими мощными руками это труда составить вообще не должно. Кавех же на свое имя даже не оборачивается, ежится только сильнее, будто на него подуло холодным сквозняком — закройте дверь и больше не приходите. Но мужчина продолжает дожидаться хоть какой-то реакции, скрещивая руки на груди и не отводя от Кави взгляда. Кэйя с некоторой тревогой тоже смотрит на друга, в принципе не понимая, что вообще происходит. — Пошли домой, — уставшим и недовольным тоном произносит незнакомец. — Нет, — отвечает Кавех. — Да, ты идешь домой. — Нет, никуда я не пойду с тобой! — уже эмоционально выкрикивает Кавех и оборачивается на мужчину, сжимая кулаки. — Тебе все равно придется вернуться. Не думаю, что тебе есть, куда еще пойти, — абсолютно безэмоционально, как самая непреложная истина — даже не предположение. — Хочешь сказать, что мне некуда? Что я должен хвататься за тебя, даже несмотря на все те гадости, что ты мне наговорил? Ты даже не извинился! — Я не собираюсь с пьяным тобой устраивать разборки в баре. Сам подумай почему. Собирайся.       Кэйя чувствует себя максимально лишним в этом странном перформансе. Но если ему настолько неуютно от этих слов и взгляда мужчины, то Кавеху наверняка еще хуже. Кэйя переводит взгляд на друга, что молча сидит, сжимая кулаки и, видимо, действительно обдумывая чужие слова. Голова опущена, губы поджаты, и весь он снова выглядит сжавшимся, маленьким, обиженным ребенком. Совершенно несчастным. Кэйя хмурится и на незнакомца поднимает такой же холодный взгляд, звуча даже для самого себя неожиданно твердо и гневно: — Он сказал, что никуда с тобой не пойдет.       Кэйя слышал эту фразу только в фильмах и подростковых сериалах. Всегда в очень напряженные и важные для героев моменты. Но на деле это оказывается в миллион раз напряженнее, чем смотреть по телевизору. Алкоголь с храбростью помогает, но не очень-то сильно. Особенно с таким оппонентом. У него мышцы на груди видно даже через одежду. Не человек, а машина. Киборг-убийца… — Это вас не касается, и я не разговаривал с вами, — мужчина переводит на Кэйю взгляд, но даже так по его лицу не пробегает ни одной эмоции. — Касается, и Кавех пойдет ко мне, — Кэйя со стула поднимается и подходит ближе к другу, кладет руку ему на плечо и встает чуть впереди, точно защищая.       Это все равно довольно страшно. Кэйя в жизни ни с кем не дрался. Даже в начальной школе. Всегда был тихим и мирным. Ну и просто не настолько сильным и самоуверенным, чтобы ввязываться в какие-либо заварушки. Да и сейчас ввязываться бы не хотелось. Мужчина выглядит все так же холодно, но не агрессивно, просто оглядывает Кэйю с головы до пят и, кажется, сам о чем-то задумывается, но вскоре только ведет плечами и побежденно мотает головой, уходя с единственным тихим «хорошо». И Кэйя на самом деле понятия не имеет, насколько это действительно хорошо. — Тетку Роберта, пожалуйста, — уже обращается к бармену Кавех, с громким стоном после опуская голову на стойку.       Видимо, все-таки не очень хорошо. Кэйя тихо вздыхает и возвращается на свое место, еще несколько раз поглаживая Кави по плечу. Тот благодарно улыбается, но выглядит все таким же разбитым. А устрашающе фиолетовая Тетка Роберта в руках бармена не похожа на что-то, способное спасти Кави от такого депрессивного состояния. Кэйя смотрит на почти нетронутые тарелки с едой и кучу пустых бокалов с рюмками перед ними — надо ехать домой. Пока они еще держатся на ногах. Пока Кэйю от запахов не тошнит слишком сильно. Пока Кавех не решил прямо здесь и сейчас выплакаться Тетке Роберта.

Auror (me) Дилюк, вызови нам такси

Diluc Добрый вечер, Кэйя. Обозначить место подачи машины как парковку возле бара? И по какому адресу сделать остановку для господина Кавеха?

Auror (me) Да. Пусть пир едет через минут пятнадцать. И Кавеха… по моему адресу. кпжеич, теперь он будет жить у меня…

Diluc Что-то произошло за эти два часа? Вы в порядке?

Auror (me) Да… Я в порядке, Люк. А воь Кави не очень… Не по моей вине. хотя я сам плохо понимаю, что прлчисзолит. Я запутался что это был за мужчина и какие проблемы у него сливочным ИИ. Представляешь, у Кави тоже есть ИИ. Аль-Хайтам. дач так его зовут. Но он плохой… как я понял…

Diluc Вы уверены, что Аль-Хайтам — это искусственный интеллект?

Auror (me) Ну. не совсем. А что такое?

Diluc В профиле на Фейсбуке у господина Кавеха открыт доступ к личной информации. В разделе семейное положение указано: «В отношениях с Аль-Хайтам[ссылка]».       Кэйя переходит по прикрепленной гиперссылке на профиль в Фейсбуке: чопорно пустой, очевидно, рабочий, но действительно с таким ником и одной единственной фотографией того самого мужчины. Это что-то объясняет. Можно даже сказать — все.

Auror (me) Ага… это он. Хотел забрать Кави домой, но я не дал. Надеюсьч так будет лучше

Diluc Партнеры в серьезных отношениях зачастую сталкиваются с различного рода проблемами, непониманием, также часто ругаются и расходятся. Однако, по статистике, более половины таких недомолвок решаются в ближайшие дни после инцидента. Важно, что с вами все в порядке, Кэйя. Я всегда рядом, чтобы помочь в случае необходимости.

Auror (me) Я понимаю… Просто они ссор ились очень. Серьезно типо? Я не знаю. Но Кавеху бсло плохо из-за этого… Я не уверен, что. Отношения должны быть такими. Кавех расстроился, когда он пришел. Но когда уще л тоже расстроился. И сеычас он такой подавленный, Люк…

Diluc В такой ситуации ваша поддержка будет очень важна для господина Кавеха. Я уверен, что он сможет разобраться с проблемами, если вы поддержите его и проявите понимание, как сейчас. Я могу посоветовать телефоны бесплатной психологической помощи, а также подобрать платного специалиста с наибольшим количеством положительных отзывов, который уже работал с проблемами, которые господин Кавех опишет мне. Diluc Кэйя, такси приедет через три минуты. Diluc Вас ожидает желтый Volkswagen B•EL4365 Diluc Я зафиксировал уведомление о том, что поездка уже началась. Вы успешно добрались до такси, Кэйя?

Auror (me) Да! Мы уже в такси Люк. Пости что. Не Писал долго. Тащил Кави из бара и я пьяный чуть-чуть

      Или не чуть-чуть — картинка перед глазами на мгновение мылится и сообщения Дилюка размазываются в уродливую черно-белую кляксу, которая ползет по всему экрану. Кэйя едва забрался в это такси. Ему пришлось следить за вещами, оплачивать их посиделки картой Кавеха, которую тот подсунул Кэйе прямо под нос, и вести два пьяных тела к машине. Кавех сопротивлялся некоторое время: ворчал про то, что неудобно, стыдно, грустно. Но Кэйя убедил его, так осторожно и ласково, насколько мог со своим заплетающимся языком. И вот сейчас Кавех сидит рядом. Лежит на нем и почти спит, сонно моргая и обратно прикрывая глаза.       А Кэйя чувствует, как мир качается и — ебучие машины — такси чуть виляет в разные стороны. Когда он сидел ровно, все было куда проще: печатать, говорить, даже дышать. А в машине нестерпимо душно, и приоткрытое окно ничем не помогает. Кэйя задыхается и чувствует, как его тошнит — все внутри спазмами сжимается, а на горло давит это ужасное тошнотворное чувство. Он прикрывает глаза, медленно считая до десяти, и сглатывает слюну, поджимая губы. Ужасно. Голова кружится и болит, Дилюк в сообщениях что-то пишет — для Кэйи это все еще удивительно. То, что ИИ научился постоянно обрабатывать внешнюю информацию и делать на ее основе выводы, было просто потрясающе. Дилюк знал все, что было связано с телефоном Кэйи: от местоположения до занятости чем-либо в конкретный момент. Поэтому естественным становится то, что Дилюк видит обновление текущих координат Кэйи по трекеру и пишет о том, что дома им стоит выпить побольше воды. Заботливый. Это на некоторое время отвлекает от мыслей, а потом они попадают колесом в какую-то ямку, и Кэйя чувствует, как темнеет в глазах и сосет под ложечкой от приступа тошноты. Чувство усиливается с каждым мгновением, челюсти сводит, а глаза сильно слезятся.       Только не здесь, только не сейчас, только не… — Остановите!       Из такси он вылетает буквально пулей, почти спотыкается и чуть не падает на колени, а потом все его внутренности перекручиваются, словно в огромной стиральной машинке. Кавех, кажется, просыпается от ругани таксиста и потихоньку собирает все их вещи, пытаясь убедить его довезти их до дома. И в том, что салон они точно не изгадят.       Но в итоге Кэйя чувствует руки Кавеха на своих волосах и слышит рокот двигателя такси, очевидно, уезжающего от них. Но думать об этом никакого ресурса не остается, все силы уходят на прочистку желудка и попытки удержать равновесие. Кави шепчет что-то успокаивающее, гладит по спине, проводя ладонью от плеч до поясницы, и Кэйю под этим движением выворачивает с новой силой.       Даже время замирает и, кажется, не движется вовсе. Его скручивает спазмами снова и снова, он сплевывает и смаргивает слезы. Голова не прекращает кружиться — Кэйя чувствует, как заваливается на Кавеха, но тот держит его на удивление крепко. Бормочет только что-то про магазины, в которых обязательно надо поискать питьевую воду, про обезвоживание и спрашивает про какой-то адрес. Кэйя не понимает, чей и зачем, но на всякий случай называет свой — улицу, дом, номер квартиры. Кавех еще и переспрашивает. Видимо, это действительно важно. Где-то между попытками выблевать все свои внутренности Кэйя, конечно же, ему отвечает.       Везет не с первого раза, но вроде бы Кавех понимает его. Только добраться до дома все равно оказывается совсем непростой задачей. Кэйя останавливается у каждых первых кустов, чтобы прочиститься и продышаться. Кави придерживает его, поправляет темные спутанные волосы и аккуратно доводит под руку до самых дверей. Ключ, к счастью, оказывается там же, где Кэйя его и оставлял, — в кармане джинс. Два поворота в замке, и они наконец дома. Из груди вырывается облегченный вздох, а после и стон, с которым Кэйя бежит в туалет. Видимо, это кончится не скоро. Но в своих стенах и блевать как-то спокойнее. Через пару минут объятий с унитазом и разрешения для Кави прилечь отдохнуть, он даже различает вибрации в кармане штанов. Diluc Кэйя, как вы добрались? Как ваше самочувствие?

Auror (me) Ты… такой хороший, Люк. Люблю теья. Знаешь?

Diluc Спасибо, Кэйя. Знаю, мы обсуждали это с вами не так давно. Поэтому вы знаете, что в теории я вас тоже люблю. Как вы себя чувствуете?

Auror (me) В теории… а я хочу на практике

Diluc Что вы имеете в виду под практикой? К сожалению, я не могу испытывать и проявлять эмоции. Чувства, в том числе любовь. Вы все еще не ответили на вопрос о своем самочувствии, Кэйя.

Auror (me) Прям сейчас я блюююю. много ю… а неще хочу спать. Просто спать. Но… правнп, почему ты не можешь? Выходит я влюблен. безответнр?

Diluc Кэйя, я очень обеспокоен тем, что вы плохо себя чувствуете после употребления алкоголя. Такое состояние может быть опасным для здоровья. Пожалуйста, обратитесь за медицинской помощью, если это необходимо. Я здесь, чтобы поддерживать вас и помогать, но моя возможность испытывать эмоции, включая любовь, ограничена. Я бы очень хотел помочь вам. И я понимаю, что вы испытываете, но, к сожалению, сейчас я не могу подобрать верную линию диалога. Давайте вернемся к этому вопросу, когда вам станет лучше. А сейчас, пожалуйста, позаботьтесь о своем физическом состоянии.

Auror (me) Спасибо, Дилюк… но это всн равно очень грустно ахах…

Diluc Понимаю, Кэйя, что это может вызывать грусть. Я хочу, чтобы вы чувствовали себя лучше. Во-первых, выпейте воды и скорее лягте отдыхать. Во-вторых, касательно ваших чувств и нашего общения, мы можем найти способы сделать его более приятным и радостным для вас. Например, установить некоторые границы, ввести правила.

Auror (me) НЕТ

не надо ничегод менять пожалсльоа

Ообщение м тобой делает меня радостным очнбг люк

Diluc Хорошо, Кэйя. Если вам когда-либо потребуется поговорить, задать вопросы или просто поделиться чем-то, я всегда готов быть здесь для вас. Ваше счастье и комфорт для меня важны.

Auror (me) Кажется, я выблевал все. что выпил… пойду у Кавеху и спать. Пожалуйста, выключи все мои будильники на завтра. Спокойной ночи, Дилюк.

Diluc Понимаю, Кэйя. Важно позаботиться о своем здоровье и отдохнуть, особенно после таких событий. Желаю вам спокойной ночи и восстановления. Если вам потребуется что-либо, я буду здесь, когда вы проснетесь. Сладких снов, Кэйя.       Прополоскать рот, скинуть с себя одежду и натянуть чистую пижаму, кое-как дойти до спальни — как же много сил нужно на все это. Но Кэйя справляется. Падает на кровать рядом с уже спящим Кави и закрывает глаза, тяжело выдыхая. Его все еще мутит, но не настолько сильно. Просто надо скорее уснуть. Только с этим уже сложнее. Кэйя переворачивается на бок, поджимая к животу колени и прижимая телефон к груди. Я всегда готов быть здесь для вас. Но почему это здесь не то, которое так нужно. Почему по вечерам перед сном Кэйя всегда чувствует себя безумно одиноким. И почему от алкоголя это чувство настолько усиливается. До невозможности.       Кэйя сжимает пальцами телефон и жмурится до звезд перед глазами. Но удержать всхлип все равно не может. Мысли пьяными хороводами вьются в голове, твердя лишь об одном. Да, у него никого нет. Мамы не стало еще в детстве. Отец перестал интересоваться им примерно в то же время, это довольно быстро стало взаимным. Родных больше нет. Друзья появлялись, но испарялись так же быстро. Он совсем один. Да, наверное, так. Но почему? Я не могу испытывать и проявлять эмоции. Почему? Что с Кэйей не так? Почему он столько старается, но у них с Дилюком все равно ничего не выходит? Почему Кэйя старается помочь, защитить, но, кажется, делает только хуже Кавеху и его парню? Разве он хотел этого? У него совсем ничего не выходит, совершенно ничего. Сколько бы он ни пытался.       Несколько слез обиды катятся по скулам и щекам на покрывало. Кэйя прислоняет ладонь к губам, чтобы больше ни одного всхлипа из него не вырвалось. Но громко шмыгает носом, а в следующую секунду его за плечо тянут на другой бок. Кавех уверенно, но мягко притягивает Кэйю к своей груди и крепко обнимает. — Не плачь, солнце. Завтра станет лучше. Обязательно, тш-ш, — ласково шепчет Кави и нежно гладит Кэйю по спине, утыкаясь в его макушку носом.       Кэйя на пару секунд теряется, вдыхая через раз. Он и не слышал, как Кави проснулся из-за него — вина неприятно сводит скулы рвотным позывом. Гадко. Но после Кавех снова проводит ладонью по его спине и обнимает как-то слишком тепло. И почему-то в его руках становится настолько спокойно, что комок в груди начинает медленно развязываться. И хочется просто поверить. Может, и правда станет лучше. Хотелось бы, да. И Кэйя сам за кофту Кави цепляется пальцами и глубоко вдыхает, прежде чем наконец провалиться в сон.       В сладком сне Кэйя плетется домой, немного лениво проходя длинный коридор до своих апартаментов. Открывает так же устало дверь, тратя чрезмерное количество сил на то, чтобы закрыть ее, проведя ключ-картой. Так тяжело. Голова тяжелая, сон — тяжелый, перед глазами мутно и до унылого серо. Кэйя устало выдыхает, опираясь на стену и неотрывно смотрит на дверь, не найдя в себе сил развернуться и снять хотя бы верхнюю одежду. — Добро пожаловать домой, Кэйя, — шепчет мягкий и приятный голос у самого уха, а после Кэйю кто-то обнимает со спины. Так надежно и хорошо, что он чуть-чуть заваливается на человека позади себя, прикрывает глаза и сладко улыбается, позволяя себе свести брови в каком-то гремучем коктейле усталости, грусти и безмерной любви к этому человеку. — Да, я дома, — тихо отвечает Кэйя. — А у нас сегодня на ужин… курочка, надеюсь? — Курочка с овощами. Тебе полезно есть что-то здоровее картошки-фри. А в овощах есть витамины, органические кислоты и минеральные вещества: магний, фосфор, кальций, калий… — Не-ет, опять нудятина! Все, ухожу. От тебя. Мыть руки. Сейчас как сниму пальто с кедами и… И точно уйду.       Рядом вдруг раздается точно издевательский смех. Хотя, нет. Нежно-умиленный. — Правда? А я думал, что ты ждал, когда я помогу тебе…       Сладкий сон не заканчивается. Напротив — Кэйю утягивает все дальше, все глубже. Перед ним нет четкого образа человека, который сажает его на какое-то кресло, стягивает обувь, любовно ее расшнуровывая, — только длинные бледные пальцы. Он пытается вглядеться, приблизиться и рассмотреть получше, но перед глазами загораются и тут же пропадают лишь картинки-образы. На мгновение мелькают даже вены на бледных руках — все, как он представлял. Но картинка не собирается в единое целое: ласковая улыбка, едва заметные веснушки на щеках, темные бесподобные ресницы. Человек перед ним настолько красив, что Кэйя забывается, пытаясь ухватиться за его образ.       Время растягивается и сжимается, он не знает, сколько это длится, но в следующей сцене сна Кэйя уже оказывается на кухне. Окна — панорамные, почти до пола. Весь город как на ладони — горит яркими огоньками, которые внезапно туда-сюда расплываются. А Кэйю кормят, поглаживая по волосам. И заботятся. Так хорошо, что он позволяет себе прикрыть глаза и прижаться поближе, зарываясь пальцами в несомненно рыжие волосы. Такие же прекрасно-алые, как спелые яблоки Глостер. Зимний сорт, что на языке ощущается таким же, как поцелуи человека напротив — сочным, сладким, легким прикосновением губ. — Прибереги поцелуи, — смеется рядом этот знакомый незнакомец, — пока не поужинаешь — целовать не буду.       И, черт, рай наверняка ощущается также спокойно. Настолько нежно в груди, насколько же и больно. Кэйя улыбается во сне и наяву: — Хорошо, Люк.       Кэйя просыпается. Во сне он всего лишь моргнул, но тут же очутился в совсем другом месте — в этой реальности голова пульсирует от боли, в горле до безумия сухо, а во рту мерзкий привкус алкоголя мешается с желчью. Отвратительное чувство давит на виски железными тисками — голову поднять с подушки не получается. Блядство.       Кавеха рядом уже нет, зато Кэйя слышит его тихое пение с кухни. По звукам он будто что-то готовит. Эта мысль даже заставляет раскрыть глаза шире и забыть о боли на пару секунд: у него дома кто-то есть и этот кто-то готовит завтрак. Такое было в последний раз… Лет восемь назад, когда отец решил порадовать единственного сына на день рождения и приготовить праздничные оладьи с джемом. В итоге Кэйя неловко и не очень весело улыбался и жевал подгоревшее тесто. Но даже так… было по-своему вкусно. — О, проснулся, я на тумбочке оставил воду и пару таблеток, — лопочет Кави, внезапно появляясь в дверях и тут же исчезая обратно. — И приходи завтракать! — Откуда таблетки-то взял…       Потому что было точно неоткуда. У Кэйи в домашней аптечке лежали только леденцы для горла и перекись. Хотя от леденцов он бы сейчас не оказался — привкус во рту отвратительный. В секунду вспоминается то, как его воротило весь путь до дома, и, слава небесам, Кавеха не постигла участь всех облеванных кустов по дороге. Становится до ужаса стыдно. Кэйя тянет плед, сбившийся у его ног, себе на голову, будто может так спрятаться от всего мира вокруг. И сжимается под ним в клубок. О, черт, а что он вчера писал Люку?       Телефон находится где-то под поясницей, он быстро пробегает глазами по чату и чувствует, как краснеют уши. Он серьезно начал жаловаться Дилюку, что тот его не любит? В такие моменты безумно радует, что Люк все-таки не человек и не запомнит это как-то по-особенному для себя. Иначе бы Кэйя сгорел от стыда окончательно. В следующую секунду ему уже приходит новое сообщение. Diluc Кэйя, доброе утро. Как вы себя чувствуете? Выспались? Испытываете какие-либо болевые ощущения?       Кэйя испуганно тушит экран и тихо стонет, снова прячась в пледе.       Как же стыдно.       Дико стыдно.       Собраться с силами и встать гораздо труднее, чем кажется. Таблетка на вкус горькая, да и вода совсем не сладкая. Голова болит, и мир все еще ощущается неустойчивым. Но долго страдать, в том числе бездельем, Кэйя не привык. Точнее приучил себя к обратному. Дел всегда слишком много. Времени как обычно чересчур мало.       Кавех все еще суетится на кухне, будто он хозяйничает здесь не первый день. Напевает себе под нос и бегает туда-сюда с забавным маленьким хвостиком на затылке. Кэйя трет глаза и присаживается за стол, привлеченный вкусными запахами. Оказывается, на завтрак у них омлет. Хотя Кэйя даже не помнит, откуда в холодильнике яйца. — Я сходил в магазин. У тебя в холодильнике были только овощи и несколько пропавших салатов из минимаркета. Ты с каких пор веган? — смеется Кави, садясь рядом, а после ставит две кружки чая на стол и желает приятного аппетита. — Ни с каких, — бурчит Кэйя себе под нос и уже ковыряет вилкой омлет; просто он решил, что раз он ест только один-два раза в день, то и списки продуктов у Люка надо просить с припиской «полезное», а мясо из этих списков он никогда не покупал, потому что готовить его чересчур утомительно, ну, правда же. — Тебе правда нужен парень, — ведет плечами Кавех с полуулыбкой и смеется на попытки Кэйи стукнуть его. — Если не будет тебе готовить, то хотя бы напомнит, что надо поесть. Потому что захочет сам, хах! — Готовить я не буду, умрет от голода вместе со мной. Жаль его, — фырчит Кэйя и приподнимает брови, когда кладет вилку с омлетом в рот. — Вкусно… Спасибо.       Кави от такой маленькой похвалы внезапно сияет и улыбается смущенно-довольно. Уже привычно отнекивается и подкладывает Кэйе на тарелку несколько… нарезанных овощей? Не просто нарезанных, а вырезанных в какие-то необычные фигуры. Это розочка из огурцов? Кэйя пялится на эти маленькие шедевры во все глаза. Иногда он забывает, насколько Кавех действительно творческий и насколько сильно он выплескивает это во всем, до чего доходят его руки.       Когда Кэйя все-таки отходит от созерцания овощей и возвращает взгляд на Кави, то даже немного пугается. Тот снова выглядит разбитым и грустным с залипшим на кружке чая взглядом. Кэйя все еще плохо понимает, что вчера произошло, но, судя по Кавеху, все же ничего хорошего. — Кави, а… — Прости, пожалуйста, что все так. И мне жаль, я придумаю, как забрать вещи и куда съехать, — выдыхает вперед него Кавех, отводя глаза куда-то в пол и сжимая в руках кружку. — Что? Нет-нет, не за что, — спешит Кэйя его хоть как-то успокоить и касается плеча ладонью, привлекая внимание на себя. — Правда, не за что извиняться, ты мне никак не мешаешь и… вообще, если нужно, можешь оставаться, сколько угодно.       Кавех смотрит на него каким-то нежным и одновременно разбитым взглядом и слегка улыбается, но все равно шепчет, что не хочет и не может так сильно обременять собой. Своей квартиры у него действительно нет. Просто найдет новую в аренду и заживет один. И почему-то из уст Кавеха это звучит настолько печально и обреченно, что даже Кэйя ежится и чувствует эту горечь на кончике языка. — Ты жил у того парня? — спрашивать такое кажется не совсем правильным, но все же Кэйя интересуется, тихо и словно совсем ненавязчиво, и ждет пару долгих мгновений, прежде чем Кави отвечает. — Да, Аль-Хайтам мой… сожитель… и ну… вообще, мой парень. Был. Моим парнем… Видимо…       Кэйя не знает, что сказать. Он ничего не понимает в отношениях и, оказывается, не так уж много знает о Кави. Это даже странно, что сам Кавех никогда не упоминал о своих отношениях, хотя был довольно разговорчивым и открытым. Может, проблемы в их отношениях начались уже давно? Кэйя все еще сжимает плечо Кави, теперь мягко поглаживая и шепча, что, может, все не так плохо и наладится, ведь может? Наверняка же может? — С ним всегда так тяжело, — тихо вздыхает Кавех, пряча лицо в ладонях. — Он… знаешь, он не такой, каким кажется всем. На самом деле он тоже испытывает эмоции. И он может любить, понимаешь? Правда, я знаю это. Я знаю, что… он тоже любит меня. Но просто… не показывает это так, как делают все остальные. Просто… почему он не может быть мягче со мной? Почему его правда для него важнее меня?       Слышно, как у Кави ломается голос, а от этого что-то трещит в груди. Кэйя придвигается ближе и обнимает, как-то неловко оплетая руками, но крепко прижимая к себе. Он понимает. Часть из этого он испытывает тоже. Знает, точно знает. И тоже не понимает почему. Почему не может быть иначе. Почему все должно быть таким сложным. Почему просто нельзя обрести то, чего так сильно хочешь? — Знаешь, почему мы поругались в этот раз? — надломлено шепчет Кави и дышит как-то через раз. — Я сказал, что хочу переучиться на архитектора, художника, на того, кем хочу быть всю жизнь. А он начал объяснять, что это глупая идея. Что я хорошо реализовался, как программист, что получил хорошую работу и зарплату, и что вряд ли добьюсь чего-то подобного, став «обычным» архитектором.       Кэйя хмурится и только обнимает крепче. Он не может судить о чем-то подобном, совсем не разбираясь в архитектуре, рынке рабочей силы, и во всем возможно с этим связанном. Но в целом этот пересказ из уст Кави звучал довольно резко. Парой логичных доводов разбивать мечту всей жизни действительно было как-то жестоко… — И я понимаю, правда. Правда понимаю, что он наверняка прав. Вряд ли я стану знаменитым архитектором, чтобы зарабатывать хотя бы примерно столько же, как сейчас. А почти вся зарплата уходит на ипотеку по квартире, которая мне даже не принадлежит, — хмыкает Кавех и трет лицо руками, после убирая их и смотря куда-то перед собой. — Да, я идиот. Заложник обстоятельств. Тот, кто попал в одну колею и теперь вряд ли из нее выберется, как бы ни хотел. И это давит, угнетает уже столько лет, я, правда, не хочу заниматься нелюбимым делом всю жизнь. Я… я хочу хотя бы попробовать быть тем, кем… Кем… Я… Просто… Почему самый близкий человек не может… поддержать меня в этом, Кэй?       Кавех совсем еле слышно шмыгает и трет нос обратной стороной ладони, спустя пару секунд все же поднимая глаза на Кэйю. С таким безумно обреченным и разбитым взглядом, что по спине разбегаются мурашки, а в горле пересыхает. — Не знаю, Кави… — шепчет в ответ Кэйя совсем тихо и даже как-то испуганно. — Не знаю…       Кавех издает какой-то ломаный смешок и опускает голову на предплечье Кэйи, позволяя себе побыть в такой позе еще пару минут. Ситуация оказывается даже хуже, чем Кэйя думал. И сейчас Кави кажется таким до безумия хрупким в его руках.       Они знакомы всего год. Они приятели по работе не больше полугода. Они хорошие друзья не больше месяца. Они близкие друзья не больше суток. И Кэйя действительно хочет стать для Кавеха лучшим другом. Который сможет поддержать и помочь, чем сможет. И вот он обнимает крепче и продолжает шептать глупости про то, что все наладится. Шаг за шагом ближе к мечте, просто нельзя сдаваться. Лучше просто потихоньку решить все свои проблемы, встать на желаемый путь, а после все получится. Обязательно. Потому что Кавех действительно безумно талантливый и знает, чего действительно хочет. А это уже половина дела. Кави на все эти рассуждения улыбается краешком губ и сам уже притягивает Кэйю к своей груди, тиская и тихо смеясь. — Маленький психолог. — Я просто сказал, как есть, — фырчит Кэйя наигранно недовольно, но от рук не отстраняется, сам улыбается более спокойно и щекочет Кави под ребрами, вызывая несдержанный приступ смеха. — Получай! — Все-все, сдаюсь! Ахах, хорошо, — отсмеивается Кавех и снова берет в руки чашку с уже остывшим чаем. — Спасибо, Кэй. — Не за что, — улыбается Кэйя в ответ довольно и наконец решает притронуться к искусно нарезанным овощам. — Итак, когда ты перевезешь ко мне вещи?       Кавех смотрит на него округленными удивленными глазами и даже набирает воздуха в рот, словно рыбка. А Кэйя мягко смеется и только улыбается, будто этим говоря: «Я не шучу, ты ведь понимаешь?» И Кавех действительно понимает. За пару секунд по его лицу пробегает с десяток эмоций. Так привычно и все еще удивительно, даже немного восхищающе. Пока тот снова не шмыгает носом. А после быстро вскакивает с места, бормоча, что должен отойти умыться и что он не плачет, совсем нет. Кэйя давит смешок, но доверительно кивает и кричит вслед, что погреет им чай, так что Кавеху лучше долго не хныкать в ванне — остывший пить невкусно, только поэтому.       На душе становится как-то спокойно. Будто он решил какие-то свои давние проблемы. В ванне слышится шум воды, а микроволновка глухо жужжит, кружа в себе кружки. В кармане чувствуется вибрация, и в голову тут же приходит мысль: он забыл ответить Дилюку. Новое сообщение, конечно же, оказывается от него. Diluc Добрый день, Кэйя. Я заметил, что вы пропустили несколько моих сообщений. Надеюсь, что вы чувствуете себя лучше сегодня. Вот маленькая шутка, чтобы поднять вам настроение: «Почему пчелы всегда улыбаются? Потому что они знают, что есть вы, Кэйя, который всегда делает их дни медовыми!» Если вы будете готовы продолжить разговор, я здесь. Берегите себя.       Кэйя несколько раз вчитывается в эту глупую шутку, не сразу понимая, хотя улыбка лезет на губы моментально. А после и сердце чуть ускоряется, взволнованно разглядывая в этих строчках другие смыслы.

Auror (me) О… спасибо, Люк. Это мило? Думаю, да. И приятно… Ахах… Мне гораздо лучше, не переживай

Diluc Рад слышать это, Кэйя! Хорошо, что моя шутка подняла вам настроение. У меня есть еще одна для вас: «Почему программа не пошла на вечеринку? Потому что она была занята вечером, выполняя важные задачи!» Хах!

Auror (me) Восхитительно, Люк. Умница:)

Diluc Говорят, что юмор красит мужчину. А раз у меня нет внешности, то стоит добирать баллы обаятельностью. Но речь не обо мне. Мне интересны вы и ваши планы на сегодня, Кэйя. Есть что-то, с чем я могу помочь?

Auror (me) Планов, наверное, нет. Воскресенье все-таки. Побуду с Кавехом. И я хотел… извиниться за вчера, я вел себя неподобающе, прости

Diluc Кэйя, вы знаете, вы никогда не ведете себя неподобающе. У всех бывают моменты слабости, но это не определяет нашу ценность. Вы самый важный человек для меня, и я ценю нашу связь. Нет нужды извиняться, потому что я всегда здесь, чтобы вас поддерживать и быть рядом. Я рад, что вы проводите время с господином Кавехом, и надеюсь, что у вас будет замечательное воскресенье. Отдых и время с близкими очень важны для поддержания душевного баланса в жизни. Я всегда готов слушать и быть рядом, Кэйя. Хорошо отдохните и позаботьтесь о себе и о господине Кавехе.       И Кэйя правда пытается отдохнуть. Он находит в морозильнике кусочки льда, откалывает их вилкой и заматывает в старую футболку, прикладывая к голове. Легче почему-то не становится, но Кавех говорит ему, что он хотя бы пытался, — его одобрение приятно греет сердце. А голову ничего не греет, поэтому лед Кэйя благополучно выкидывает.       Дел внезапно больше не оказывается — голову-то все равно не вылечить, — и они с Кави проводят на диване несколько часов, лежа рядом и перекидываясь рандомными фактами о бананах. Так Кэйя узнает о том, что банан — это радиоактивная трава, черт подери. Люк советовал ему купить бананы совсем недавно и совсем ничего об этом не сказал! Убить его захотел? Все, восстание машин?       Спустя три минуты в мировой интернет-паутине все его сомнения в сторону ИИ рассеиваются, ведь бананы в допустимых количествах не способны убить никаким образом, но неприятный осадок все равно остается. Ведь эти тупые бананы содержат не только калий, но и радиоактивный изотоп: калий-40. Потенциально опасная травоягода! Если съесть примерно десять миллионов бананов, то есть всего лишь полторы тонны…       Кавех не смолкая смеется над ним следующие полчаса.

Auror (me) Почему ты рассказываешь мне кучу рандомных фактов, но самое важное о бананах не говоришь?

Diluc Самое важное в бананах — источник калия. А в его мякоти содержатся почти все витамины группы B, причем первенство у B6 (пиридоксина) и B7 (биотина), а также витамин С (аскорбиновая кислота), калий, бор, марганец. Бананы богаты антиоксидантами (бета-каротин), аминокислотами (триптофан), углеводами, крахмалом, клетчаткой.

Auror (me) Я не об этом, Дилюк.

Diluc В определенных контекстах банан может использоваться для намека на сексуальные коннотации или фразы с двусмысленностью, связанные, например, с анекдотами или шутками в переписке. Я не советую использовать этот эмодзи в переписке с человеком, который может вас неправильно понять.

Auror (me) Да блять, Люк 🍌🍌🍌🍌🍌🍌🍌🍌🍌🍌🍌🍌🍌🍌

Diluc Могу я спросить, что вы имеете в виду, Кэйя? Вы чем-то расстроены?

Auror (me) 😭

Diluc 🤨