Возраст ничего не значит!!!

      Семья Чон подъехала к самому разгару праздника. Прежде чем выйти из машины, Намджун, сгустив серьезность в голосе, решил расставить последние точки над "i".       — Помнишь наш уговор, о котором мы говорили дома? — спросил он, поворачиваясь к Чимину.       Чимин, накрыв напряженные руки мужа своей ладонью, одарил его легкой, успокаивающей улыбкой.       — Я помню, мы должны изображать идеальную семью. Но и ты не забывай о нашей договоренности.       Намджун коротко кивнул, и Чимин уже было потянулся к дверце, но его остановил спокойный голос мужа.       — Мне нужно спросить еще кое о чем… — протянул Намджун. — В последнее время я улавливал от тебя запах Чонгука, но списывал все на ваше сближение. — Чимин побледнел, наблюдая за невозмутимостью мужа, в то время как его собственное сердце отбивало безумную чечетку. — А недавно я почувствовал на Чонгуке запах течного омеги… твой запах, Чимин.       Омега потупил взгляд, нервно перебирая запонки.       — Сначала меня охватила ярость от мысли, что ты, мой муж, изменил мне с моим же сыном, да еще и провел с ним течку, — все так же ровно произнес альфа. — Но потом я вспомнил, как сам когда-то убивался, коря себя за измену, и мне было стыдно смотреть тебе в глаза. И я подумал… почему ты не можешь позволить себе то же самое? — рассуждал альфа. — Но мне нужны объяснения, хотя бы какие-то. Пусть между нами и нет прежней страсти, но в этой ситуации замешан и мой сын.       Чимин удивленно вскинул на него глаза.       — Но ведь ты… еще час назад… хотел со мной… в отеле… — пролепетал он в полном замешательстве.       Намджун устало вздохнул.       — Я хотел выяснить наверняка, испытываю ли к тебе ту же тягу, что и много лет назад, ту, что испытываю к своему омеге.       — Ну и… что ты почувствовал? — робко спросил Чимин.       — Конечно, почувствовал. Ты все тот же мой Чимин-и, — омега затаил дыхание. — Но это уже не те чувства. Я люблю тебя, безусловно, но скорее как брата, как родственную душу, чем как мужа. И если ты будешь счастлив с другим альфой, пусть даже с Чонгуком, я буду только рад за тебя.       Слезы потекли по щекам Чимина, но на губах играла счастливая улыбка. Намджун подался вперед и заключил его в крепкие объятия.       — Прости и ты меня, Джун-и, — всхлипывал Чимин, уткнувшись в плечо мужа. — Прости за грубость в отеле, я просто хотел показать, что тоже не так прост. Прости, что скрывал наши отношения с Чонгуком… прости… — омега рыдал, не в силах остановиться.       Намджун улыбался, понимающе поглаживая его по спине.       — Ты любишь его? — Чимин поднял на мужа заплаканные, ничего не понимающие глаза: — Ты любишь Чонгука?       Чимин вновь прижался к плечу пока еще своего мужа.       — Раньше я не понимал, что меня так тянет к Чонгуку. Но когда он повзрослел и начал отвечать мне взаимностью, мы осознали, что нас связывает истинная связь, — теперь пришла очередь Намджуна удивляться. — Я был ошарашен не меньше тебя, если честно, просто в шоке. Но Чонгук пошел в тебя и очень быстро меня влюбил.       Мужчина самодовольно хмыкнул, а Чимин легонько хлопнул его по спине. От этого незначительного, но такого милого жеста Намджун расхохотался в голос. Они еще несколько минут просидели в таком положении, а затем отстранились друг от друга и, крепко держась за руки, вышли из машины.

***

      Бал-маскарад искрился огнями в самом сердце Сеульского Чхондам-дона, где собрался цвет корейской аристократии. Омеги, словно экзотические птицы, блистали в калейдоскопе диковинных нарядов, в то время как альфы хранили сдержанный шик в своих костюмах.       Музыка вальса уже владела залом, и галантные альфы устремлялись к приглянувшимся омегам, приглашая их в вихрь танца. В центре внимания оказался высокопоставленный чиновник Чоль, недавно осыпанный поздравлениями: его зрелый супруг, в свои 46 лет, подарил ему здорового альфу-наследника. Эта новость гремела всю неделю, вознося смелость необычной пары до небес. Но сейчас он кружил в танце с юным и прелестным омегой, чьи щеки, словно лепестки роз, пылали румянцем от близости мужчины.       Чимин, бросив мимолетный взгляд на эту сцену, брезгливо скривился и направился к фуршетному столу в сопровождении своего мужа.       – Да, недолго парень продержался, – протянул Намджун с легкой иронией. – Чимин, не делай такое кислое лицо. Это их выбор, их путь, и платить по счетам придется им.       Омега бросил на альфу недовольный взгляд, но затем смягчился в лучезарной улыбке.       – Я хочу танцевать, – промурлыкал он. – Пойдем покажем им, что такое настоящее искусство движения.       Альфа, в ответ на это предложение, широко улыбнулся и, нежно взяв парня за руку, повлек его в центр зала. Они плавно скользили по паркету, демонстрируя гармонию своих отношений. Искренний смех и лукавые взгляды соединяли их в едином порыве, даже неловкие моменты, когда кто-то наступал на ногу партнеру, вызывали лишь заразительный хохот. Вальс подошел к концу, и Намджун отлучился к давнему деловому партнеру, чтобы обсудить текущие вопросы компании, а омега решил немного развеяться, выпив бокал игристого шампанского.       Но, как назло, ни одного официанта не было поблизости, и Чимин решил просто отвлечься, наблюдая за парами, кружащимися в страстном танго. Его сердце томилось по Чонгуку, по возможности прижаться к его сильному плечу и вновь обрести то душевное спокойствие, которое царило между ними раньше. Но еще сильнее он жаждал испытать всю гамму обжигающих эмоций, всю сексуальную напряженность, которую мог подарить им этот танец.       Погруженный в сладкие грезы о любимом, Чимин не заметил, как кто-то приблизился и встал прямо перед ним. Омега, увидев перед собой безупречно начищенные черные туфли, медленно поднял взгляд. Он скользнул по длинным, мускулистым ногам, облаченным в элегантные классические брюки, затем его взгляд задержался на очертаниях мощной груди, просвечивающей сквозь тонкую черную рубашку.       Этот альфа, а то, что это был именно альфа, не вызывало сомнений – от него исходила мощная, доминирующая аура – был безупречно сложен. Наконец, подняв взгляд на лицо незнакомца, Чимин встретился с бездонными карими глазами, которые теперь жадно пожирали его взглядом. Лицо альфы скрывала черная маска ворона, но Чимин безошибочно узнал эти глубокие, такие родные и невероятно красивые глаза.       – Чонгук…