Полюбить тебя снова

Следующие дни после Заковии прошли как в тумане, даже для Локи, который отделался мелкими царапинами и минимумом эмоциональных потрясений. Помотало, но это было терпимо. На душе тоска и какая-то пустота. Он беспризорно слонялся по башне, пока остальные пытались вернуться к своим обязанностям: Старк и Стив затеяли перенести базу Мстителей в пригород; Тор обещал помочь, а после собирался вернуться в Асгард; Нат пыталась найти Брюса, который счел более разумным на время залечь на дно; Клинт не стал долго задерживаться в Нью-Йорке и уже через день отчалил домой, написав увольнительную; Сигюн и Ванда разошлись по углам разных комнат без желания показываться другим на глаза. Других Локи не знал, потому сторонился компаний незнакомцев, которые сновали по базе. Ему становилось здесь скучно, и хотелось побыстрее претворить в жизнь план по отъезду куда-нибудь в глушь, но некоторые обстоятельства тормозили его: Сигюн. Локи старался не давить на Юн — все-таки ей и без того было тяжело, — но просто наблюдать, как она терзает себя, он тоже не мог. То, что случилось, не ее вина. Так сложилось, что Пьетро решил погеройствовать, а она просто попалась под руку. Не то чтобы Локи не был ему благодарен, но теперь Сигюн собиралась всю жизнь нести на себе ношу вины перед Вандой, зная ее. Признаться, к ведьме Локи питал какие-никакие добрые чувства, что для него было невиданной редкостью, и ему не хотелось бы, чтобы у нее были какие-то стычки с его любимой женщиной. К Сигюн он наведался после завтрака, поскольку она отказалась спускаться и даже вежливые уговоры Джарвиса не помогли. А есть-то надо. С собой Локи захватил тосты с джемом (зная тягу Сигюн к сладкому), кофе (как она любит) и яичницу (потому что другого он готовить не умел, несмотря на то, что больше года проработал в кафе). Он коротко постучал в дверь и получил вялое разрешение войти. Локи зашел. Комната Сигюн была чуть в более запущенном состоянии, чем он предполагал, но он воздержался от комментариев про разбросанные вещи и поставил поднос с едой на стол. Эта комната была в ее правах уже довольно давно — с тех пор как она стала работать на Старка, потому здесь были следы ее давнего пребывания: обилие заумных книжек по медицине, несколько по физике, квантовой и молекулярной; парочка кашпо и горшков на полу, поскольку Сигюн имела тягу к цветам; напольная вешалка с ворохом неприбранной одежды; на столе кавардак из бумаг, ноутбука, каких-то листков и фантиков; на полу тянется мягкий белый ковер до самой кровати. Среди всего этого вороха Сигюн сидела у окна, закутанная в одеяло, и неотрывно куда-то смотрела. На появление Локи отреагировала коротким поворотом головы. — Доброе утро. Ты не спустилась, поэтому я принес тебе завтрак. — Спасибо, но не стоило. — Тебе надо поесть, — строже продолжил Локи, но пока не подходил. Не давить, помнил он, ей и так тошно, должно быть. — Я не хочу, спасибо. — Юн… Сердце Локи сжалось. Больше всего он ненавидел, когда она терзалась, а он был бессилен, не мог забрать ее боль себе и от этого злился. Конечно, он обещал не принимать решения за двоих, но тут уже сто раз все решили за него, а ему остались только последствия, с которыми приходится если не бороться, то мириться. Локи сделал шаг к ней, но осторожно, будто она пугливая лань, а он хищник. Сигюн от движения позади заерзала и еще больше ушла в свой серый кокон, так что теперь торчали только спутанные рыжие пряди. — Не смотри на меня, — она, жалобно протянув, в самом деле отвернулась сильнее, как маленькая черепашка, спрятавшаяся в панцирь. — Я ужасно выгляжу. Локи осторожно сел рядом и коснулся ее плеча — по крайней мере, через толщу одеяла казалось, что это именно оно. — Не важно, как ты выглядишь, какую одежду ты носишь, как убираешь волосы и по какой земле ходишь — для меня ты всегда была и будешь богиня. Милая, пожалуйста… не вини себя. Она, помолчав, медленно развернула одеяло, высовывая бледный веснушчатый нос, словно маленький ребенок, и поглядела с недоверием на Локи. — Я… убила его, — наконец произнесла Сигюн, тихо, но твердо. Локи знал, что она очень боялась сказать это вслух, признаться в этом, кроме того он так не считал. Это была сопутствующая потеря, по его мнению, даже если слишком циничному. Более того, он думал, что другие тоже не считают Сигюн в чем-либо виноватой, даже Ванда — в глубине души. Но толку, если она чувствует так, хоть сто раз ее никто не будет ни в чем обвинять. — Ты никого не убивала. Потому что ты не отвечаешь за выбор других людей. А вот Локи очень даже много раз убивал. И в самый первый, хоть и по принуждению, но от его руки умерла та женщина, и Киллиана он добровольно убил, и всех остальных, имена которых он даже не знает, не то что не помнит. Потому что он хотел этого и с полной трезвостью осознавал это. А Сигюн никого не убивала. Никогда. — Но я виновата, Локи. Ванда лишилась последнего близкого человека из-за меня. Если бы я не полезла туда, если бы я нашла другое место, чтобы укрыться, если бы я была более полезной, всего этого можно было избежать… — она тяжело замолчала. — Если бы ты знала, то не пошла спасать ребенка, хочешь сказать? — пошел он от обратного. — Нет, конечно, пошла бы… — смутилась Сигюн. — Вот поэтому никто не виноват в этом, даже Старк, на которого можно всех собак повесить — в конце концов, это все его заслуга. Что-то случается, потому что должно случиться. Если бы там была не ты, а, например, Соколик, мальчишка спас бы его, но все равно погиб. Понимаешь? — Мы не знаем, что бы было… — И именно поэтому поступаем так, как считаем нужным, правильным. Если я правильно помню, это и называется жить жизнь. Сигюн вздохнула и, сдавшись, прислонилась головой к плечу Локи. — Ты прав. Просто мне очень тяжело. Ванда никогда мне этого не простит… — Локи показалось, что Сигюн всхлипнула, но она лишь вздохнула и спрятала нос у него на груди. — Пожалуйста, давай уедем… — Хорошо, как скажешь. — Локи обнял ее, стараясь захватить одеяло целиком и спрятать Сигюн в кольце рук. — Я даже знаю куда. — Когда? — спросила она. Локи удивился, что Сигюн не стала любопытствовать, ведь она всегда расспрашивала все до последнего. Он и не подозревал, что ей настолько плохо. Будь он чуть более эгоистичным, уволок бы ее в другое измерение, куда-нибудь в Ванахейм. Там вечное лето и вкусная еда. И проблем нет, кроме как с сантехникой. Ну а где их нет? Про ее день рождения, который совсем скоро, он даже заикаться не стал. Вряд ли в таком состоянии она захочет устроить вечеринку или даже банально выбраться в город. Лучше будет тактично не заострять на этом внимание, а просто приготовить ей завтрак получше и помочь собратья. — Когда будешь готова. Хоть сегодня. Сигюн интенсивно закивала и устало закрыла глаза, устраиваясь удобнее в объятиях. Кажется, ее клонило в сон. Недолго думая, Локи решил дать им обоим еще два дня на передышку, размышления и сборы, а потом отчаливать в Непал, в Катманду. В Нью-Йорке им больше нечего делать. Теперь уж точно. Локи умостил подбородок на макушке Сигюн и сонно прикрыл глаза.

***

Дни до отъезда прошли в туманном ожидании. Локи некуда было себя деть, поэтому он решил наведаться в «У Мориса», разузнать, как там миссис Дарлинг, может, даже извиниться за внезапное исчезновение, оставленный в комнате бардак. Все-таки женщина была к нему добра. А Локи добро не забывает. Да и он ощутил какую-то тоску, как обычно бывает, когда покидаешь место, которое, казалось, не останется позади никогда. Тем не менее, по Нью-Йорку он бродил со скучающим равнодушием. Может, теперь он казался ему не таким уж и мерзким, но все равно холодным и чужим. Понятно, почему люди такие злые — жить в таком месте не сказка. В кафетерий Локи зашел под личиной женщины средних лет, чтобы не вызывать особых подозрений у работников и посетителей. Правда, в кармане было всего четыре доллара, на которые он едва ли мог купить дешевенький обед. Ну это не так уж и важно. Заказ — предлог, чтобы задержаться чуть дольше. А может, и не придется задерживаться. Зайдя, он воровато оглянулся, будто кто-то его преследовал. Здесь, казалось, мало что изменилось: чуть передвинуты столы, новые фартуки у официантов да лампы поменяли, — будто он отошел всего на несколько часов. Несколько зевак сидели за стойкой и уныло потягивали кофе, вот и мамаши на диванчиках, пытаются накормить своих дитяток, группа старушек ест вафли по утренней скидке… Да, ничего не изменилось. — Не стой столбом, протри столы! Локи по привычке вздрогнул и обернулся на грубый голос повара, который уже замахивался грязной зеленой тряпкой, чтобы отправить ее в свободный полет. Локи сжался, но объект пролетел мимо и распластался на груди у тощеватого юнца в очках, который подрагивая закивал и принялся неумело натирать стол. Светлые волосы вечно лезли ему на глаза, и от этого он нервничал еще больше, пытаясь убрать их подальше. Локи невесело хмыкнул. Неужели и он выглядел настолько патетично? — И прими заказ у клиентки! — гаркнул мужчина и уже добавил тише: — Всему-то тебя учить надо… Мальчишка угукнул и поправил очки. Локи неторопливо сел за свеженачищенный стол, хотя вряд ли он был таким уж чистым, и выдавил из себя любезную улыбку, вспомнив, что сейчас он все-таки женщина, а не злой хмурый дядька. Да и ребенок и без того перепуган. — Здравствуйте, вот м-меню. Локи кивнул и для вида даже полистал его. Не будет же он так сразу говорить, что знает его наизусть: завтраки, салаты, закуски, горячее, напитки… Одним глазом оглядел официанта, которого, если верить бейджику, звали Чед. Бедолага, еще и с именем не повезло, подумал Локи с досадой. — У нас сегодня акция: два пончика по цене трех, если берете капучино на банановом молоке, — мальчишка робко сжал блокнотик в руках, готовясь записывать. Локи в уме прикинул, хватит ли ему тех четырех долларов на все и сразу. — Хорошо. Давайте капучино и три пончика. С собой. Сколько это будет? — 3.80. Локи поблагодарил и стал дожидаться заказа, который был готов спустя шесть минут. Чед робко поставил пакет с кофе на стол и поправил очки. — Спасибо, и еще кое-что… — Да? — официант нервно сжал блокнотик. Наверное, готовился выслушать парочку претензий. — Как поживает миссис Дарлинг? Я ее… постоянная клиентка… была… какое-то время назад. «Господи, я разучился врать! Какой позор!» Чед без задней мысли сочувствующе закивал. Кажется, непринужденный диалог слегка успокоил его, и он опустил руки вниз. — Миссис Дарлинг сейчас проходит курс лечения в больнице. Проблемы со здоровьем. — Вот как… — кивнул Локи. — Тогда передавайте ей скорейшего выздоровления. Локи выложил все имеющиеся купюры в стаканчик для денег и встал, хватая коричневый пакет. Через несколько мгновений он уже был у двери. — Мисс, вы забыли свой кофе и сдачу! — Это тебе. Хорошей смены! Локи махнул ему рукой и вышел, пока мальчишка не надумал уговаривать его и отпираться от предложенного кофе. Сегодня было настроение сделать что-то хорошее кому-нибудь, так что нечего упираться и отказываться от халявы. Есть Локи не хотелось, но он быстро придумал, куда денет приобретенные пончики, которые, на минуточку, были каждый по четыре дюйма! Да и крема в них было предостаточно, но не слишком много — идеально, в общем. Довольно скоро, не задерживаясь в городе, Локи вернулся на базу и выяснил, что отсутствовал он чуть больше часа. На кухне, куда он пошел, чтобы вскипятить воды и заварить чаю, он столкнулся с Сигюн. Она выглядела чуть свежее, чем пару дней назад, но Локи подозревал, что тому способствовал макияж, который Сигюн нанесла на лицо — подкрашенные ресницы, естественный румянец и блестящие губы, — а в остальном она чувствовала себя одинаково паршиво, просто делала вид, что это не так. Одежда на ней говорила о том, что она почти собралась. Локи оценивающе оглядел голубые джинсы, подчеркивающие бедра, и белую свободную рубашку, в которых Сигюн выглядела совсем уж непривычно, но ничего не сказал. Это не его дело. — Привет, как прогулялся? — Нормально. Вот, принес Ванде пончиков. Хочешь? — Локи протянул ей коричневый ароматный пакет. — Нет, спасибо. При упоминании Ванды она поникла, и Локи досадливо прикусил язык. Вечно он говорит невпопад. В тишине заунывно гудел чайник. Когда он вскипел, Локи налил в кружку заварку, залил кипятком и недолго подождал, тем временем наблюдая, как Сигюн ковыряет мандарин ногтем, будто не собирается есть его, а только делает вид. Локи осторожно подошел к ней и приобнял, потом коснулся губами виска. Он не мог найти подходящих слов и верил, что Сигюн чувствует его отчаянное желание помочь ей. — Я буду в порядке, — она чуть отстранилась и одарила его тихой улыбкой. — Не заставляй Ванду ждать. Локи чуть нервно улыбнулся в ответ. «Еще бы она ждала меня». Не попрощавшись, Локи пошел к лифтам и уже скоро поднялся на нужный этаж. Он был занят размышлениями о Ванде, о ее судьбе и о брате, который теперь умещается в цветочный горшок. Похороны Пьетро случились на третий день после битвы за Заковию. Старк все уладил и покрыл все расходы, чтобы хоть как-то компенсировать причиненный Ванде и ее покойной семье вред. Хотя это, конечно, несравнимо с масштабами ущерба и травмами, оставленными в душе, и не способно воскресить их, но если бы он не сделал и этого, то впору его прижучить. Однако хоронить брата Ванда не решилась, потому его кремировали в оранжевый цилиндр из-под Принглс — Пьетро обожал его, особенно с паприкой. Локи долго топтался у двери в комнату Ванды. У нерешительности было много причин: во-первых, Ванда запретила кому-либо приходить к ней, даже завуалированно пригрозила; во-вторых, он не знал, какие слова подобрать, ведь, зная на собственной шкуре, потерю близкого человека никакими словами не облегчить; ну и в-третьих, Ванда в нестабильном состоянии была опасна, даже для него. Под горячую руку не хотелось как-то. Но выбора не оставалось, потому что они с Сигюн планировали в это время уже быть у дверей Камар-Таджа, а поэтому постучался он на седьмую минуту пребывания под дверью, когда чай начал постепенно остывать и больше не дымил. — Уходите! — приглушенно донеслось изнутри. Хорошее начало, ничего не сказать. Но Локи упорства было не занимать, поэтому он сжал ручку двери. — Я вхожу! На удивление, дверь поддалась — если бы Ванда была категорически против впускать кого-либо, вряд ли он просто так вошел бы. В комнате царила темнота и стояла духота. Видимо, девушка заперлась здесь с самого прибытия, стоило Старку предложить какую-нибудь из комнат. По крайней мере, Локи ни разу не видел, чтобы она появлялась на кухне, хотя, может, она питалась ночью, кто знает. Но что она избегала людей — это был неоспоримый факт. Она сторонилась одинаково всех, но особенно незнакомцев, которые периодически появлялись в башне. Локи ступил на холодный паркет и огляделся: комната Ванды была пустой и мрачной. Нет, все необходимое было (кровать, письменный стол, шкаф), но довольно уныло и одиноко. Наверное потому, что Ванда еще не успела обзавестись собственными вещами и пользовалась теми, что предоставляла база — а оно все было однотипным и обезличенным, белого или серого цвета. Ей как-то не до вещей было, с ее-то потерями. Ванда сидела на полу, между кроватью и столом, одетая в синюю толстовку брата, которая, вероятно, уже неприятно пахла, растеряв былой запах, но, по всей видимости, она не собиралась стирать ее где-то в ближайшую вечность. Из-под капюшона торчали белые провода вперемешку с русыми волосами, а у ног лежал маленький красный плеер. Что-то подсказывало, что в таком положении Ванда сидит уже давно. У Локи сжалось сердце при ее виде. Черт, а ведь у него было практически все, а он чувствовал себя таким несчастным. Как же чувствует себя Ванда сейчас, осиротевшая окончательно? Локи осторожно поставил еду на стол и присел на корточки рядом, но не слишком близко. От греха. — Там чай и пончики. Подумал, ты голодна. — Уходи, — буркнула девушка и еще больше натянула капюшон на глаза. Локи вздохнул. Он сам был таким и даже хуже. Ванда, по крайней мере, никого не убила. Пока что. Локи недолго просидел на корточках и встал, когда ноги начали затекать. — Я знаю, каково это — терять близких. И могу понять твое состояние, как и отсутствие всякого настроения. — Ванда подняла на него мрачный взгляд. — В общем, я всего лишь хотел оставить тебе это. Мы с Юн уезжаем. Сейчас. Подумал, некрасиво уходить не попрощавшись. Локи медленно положил возле плеера сложенную вдвое бумажку и поднялся на ноги. Ванда продолжала сиротливо обнимать себя за плечи. — Это адрес места, куда мы едем с Юн. Там помогают таким, как мы. Ты и я. Если вдруг тебе некуда будет идти и ты надумаешь, я буду там, ждать тебя. Приходи. Ванда кивнула и снова натянула капюшон на глаза. Локи озадачила эта холодность, но он отнесся к этому с пониманием. Она потеряла последнего близкого человека, и требовать от нее энтузиазма слишком нагло и глупо. Поэтому Локи на секунду еще задержался у двери, убеждаясь, что Ванда так и останется сидеть на полу, и тихо вышел, снова оставив девушку наедине со своими мыслями.

***

День отъезда выдался теплым — начало мая все-таки. Постепенно градус повышался, особенно в Нью-Йорке, где превосходно нагреваются здания и асфальт, но не остывают. Пожитков у Сигюн и Локи было немного, поэтому из вещей у них был один небольшой чемодан. Провожать вышли на крышу — Локи посчитал, что откроет портал выученным способом. Он не хотел снова переживать ад поездки сначала на машине, потом на самолете несколько часов, потом еще бог знает на чем и сколько. Проще было так. Ну в крайнем случае Старк предложил им свой личный вертолет, который прям отсюда доставит их в Непал — но опять же вопрос времени. Да и ни Сигюн, ни Локи не любили летать и оставили это на самый крайний вариант. Оставшиеся Мстители вышли проводить Сигюн и Локи (среди них были только Стив, Наташа и Старк, а Ванда так и не осмелилась показаться). Закатное солнце залило площадку красным — в Непале, по расчетам, должно быть сейчас утро. Пока Старк раздавал Сигюн наставления и инструкции на все случаи жизни, а Стив воздерживался от подколов в его адрес, Локи смотрел на горизонт и грелся под закатными лучами. На душе становилось с каждой минутой осознания, что они покидают Нью-Йорк. Казалось, их ждет мирная и спокойная жизнь, какой раньше никогда у них не было, даже во времена жизни в Асгарде. — Локи, на минутку, — Наташа кивнула чуть в сторону, где было посвободнее и никто не мог услышать их. Локи пожал плечом, но не стал противиться и отшагнул, не теряя из поля зрения Сигюн, которую уже тискал в объятиях Старк, а она похлопывала его по спине и говорила что-то утешающее. Все-таки прощаются они, скорее всего, на долгий срок, оба прикипели друг к другу, так что Локи с пониманием отнесся к этому и был готов потратить на это столько времени, сколько потребуется. — Не хочу вас задерживать, знаю, Юн хочет поскорее убраться отсюда — да кто не хочет, честно говоря, — она усмехнулась и перемялась на другую ногу. — В общем, я так и не поблагодарила тебя за свое спасение. Хоть ты мне и не нравишься, но ты спас мне жизнь. Я ценю это. Spasibo. — Что бы это ни значило, пожалуйста. — И заботься о Юн, раз теперь она вверила себя тебе. Локи твердо кивнул. Позади раздался жалобный возглас Старка — видимо, Сигюн решила заканчивать с прощаниями. — Не знал, что он такой сентиментальный. — О, поверь мне, еще как! Они, посмеявшись, менее враждебно посмотрели друг на друга. Кажется, лед между ними оттаивал. — Пойдем. А то Старк еще долго будет размусоливать. Они подошли ближе, и до них долетели обрывки разговора, в ходе которого Старк уговаривал Сигюн остаться еще на денек, а она вяло сопротивлялась. — Я буду навещать вас, — она погладила мужчину по руке, будто он был малым ребенком. — Я чувствую себя стариком, брошенным в доме престарелых. — Я уверена, вы преувеличиваете, мистер Старк, — Сигюн улыбнулась ему. Наконец дав попрощаться и другим, Старк понуро встал рядом с Локи. Сигюн молча обнялась с Наташей. — Береги себя, цветочек. — Ты тоже. — Юн отстранилась. — Стив. — Сигюн. Они пожали друг другу руки. Они особо не сблизились после Битвы за Нью-Йорк по различным причинам, но числились друг у друга на хорошем счету. Локи тем временем принялся крутить правой рукой портал, который стремительно начал искриться, и в пространстве появилось окно во двор Камар-Таджа. Старк с любопытством заглянул внутрь, а Стив опасливо отшагнул. От такого пристального внимания Локи напрягался еще больше — порталы не были его коньком, но научиться пришлось, ведь это гораздо проще, чем чертить рунический круг, руны, а потом тратить кучу внутренней энергии на осуществление телепортации и бороться после с мигренью. — Идем? — Локи обернулся на Сигюн, когда был уверен, что держит под контролем портал и тот не барахлит. — Приглядывайте за Вандой, — она грустно улыбнулась и подтянула к себе чемодан. — И увидимся. — Звони почаще! — Последнее, что услышал Локи, когда шагнул следом за Юн в портал. Нью-Йорк остался позади. ㅤ