𝓹𝓾𝓰𝓷𝓪𝓻𝓮 𝓬𝓾𝓶 𝓽𝓮 𝓲𝓹𝓼𝓸.

      Когда она впервые встретилась с Ичиро ей было тринадцать.       Был апрель, удивительно теплый для Нью-Йорка, весна в тот год наступила рано и деревья постепенно зеленели, как и мягкая трава на заднем дворе здания. Она уже два года жила в борделе, проданная собственным отцом лишь из-за собственной сущности. Как же сильно ее душила обида, обида на природу-суку, отца и на мать. Ту самую, что сбежала забрав единственного родного человека.       В первый раз оказавшись за закрытыми дверями оплаченной комнаты наедине со взрослым, очень взрослым, мужчиной она испугалась до чертиков и истерики. Альфа отказался от нее увидев слезы и глава борделя выпорол её кнутом. Оказавшись там же во второй раз, она попросила остановится, за это ее избили. В третий она не проронила ни слова. А в четвертый она перестала воспринимать происходящие события, как реальность. После пятого она начала все забывать. Это было лучшим решением в той ситуации, это спасло ее моральное состояние и она благодарна своему мозгу, что он держал воспоминания закрытыми пока она не набралась смелости, чтобы проработать каждую из своих травм.       Все было не так радужно, увы и ах, но отцовский характер и природная упрямость не желали оставаться в стороне, а длинный язык не упрощал ситуации. На самом деле, Амелия знала, они не могут убить её, а побои она переживет, но растоптать гордость не даст. Поэтому она спорила, ругалась, кусалась и дралась. Единственным рычагом давления на нее стал секс, в таких местах не спрашивают хочешь ты этого или нет, ты лишь инструмент и обязана работать. Словно по щелчку пальцев, она замолкала стоило оказаться в запертой комнате с клиентом и потому ее отправляли к ним чаще остальных, за два года она побыла под сотнями мужчин и среди них находились даже омеги. Ей было смешно до одури, омега трахает другую омегу за деньги, глупость и вздор, но такова реальность.       Тот день был её законным выходным, во время них ты можешь свободно пройтись по всему зданию и близлежащей территории, тебя никто не трогает и не обращает внимания. На заднем дворе стояла обветшалая скамейка, потрепанная временем и непогодой. Амелия часто сидела на ней и находила в этом толику спокойствия, ведь находясь в единении с природой ты обретаешь внутреннее равновесие. Но именно в день её выходного в бордель должен был пожаловать важный гость, вроде как для контроля работы, и все словно посходили с ума. Бурная деятельность по уборке, чистке и глажке всего что было можно и нельзя. Всех работников согнали в душ, чтобы те подготовились к визиту господина, девушка лишь закатила глаза на это, они не животные, что не знают понятия гигиены. К счастью после быстрого душа ей удалось незаметно выскользнуть на задний двор.       Она просидела на скамейке пару часов прежде чем услышала звук подъезжающей машины и спряталась в небольшом пространстве между стеной здания и забором. Дождавшись пока машина снова отъедет, она вышла из убежища и снова села на скамейку. Прошло всего несколько минут прежде чем она почувствовала запах чего-то свежего и рядом с ней кто-то сел. Повернув голову, она увидела парня в черном костюме и белоснежной рубашке.       — Ты не против? — молодой парень лет двадцати вежливо обратился к девушке, ветер трепал его уложенные волосы, она отрицательно качнула головой и снова отвернулась. — Как тебя зовут?       — Зачем вам это знать? — скрыв удивление от чужой заинтересованности, спросила она.       — Мне интересно.       — Амелия. — сделав еще один вдох, она тихо выдохнула: — Амелия Веснински.       — Ты знаешь кто я, Амелия?       Разумеется она знала кто он, парень сидящий рядом с ней был владельцем этого борделя и каждого человека, что находился в нем. В его руках была власть над чужими жизнями и судьбами, но даже эта власть не могла сравниться с той, чем он должен был владеть в будущем. Черные глаза, что скрывали в себе тьму, с непонятной эмоцией смотрели на неё, она не успела разобрать её, темные глаза заволокло холодом.       — Вы Ичиро Морияма, — она подняла на него взгляд голубых глаз и по-птичьи наклонила голову в бок, рыжие волосы спали с её плеча за спину.       — Ты первая, кто назвал меня по имени. — на дне темных, почти черных, глаз снова промелькнула непонятная искра— Обычно все говорят господин, или на-крайний случай хозяин.       — Вы мне не господин и уж точно не хозяин.       — Это место принадлежит мне и люди в нем тоже.       — Я не принадлежу, я свободный человек и останусь им пока сама не решу иначе.       — Но ты здесь.       — Это не было моим выбором.       Молчание послужило ей ответом и тишина повисла с ними на долгие полчаса, пока брюнет не начал собираться. Он встал прямо перед ней и заслонил уходящие лучи солнца, вечерняя прохлада и ветер заставили покрыться кожу мурашками, все-таки выйти в тонкой рубашке было не самым лучшим решением. Встретившись взглядом с агатовыми глазами, девушка молча смотрела в ответ. Решив что-то в своей голове, Ичиро вытащил из кармана небольшую бумажку и вручил девушке, а на непонимающий взгляд ответил:       — Это мой номер.       — Зачем?             — Можешь считать, что заинтересовала меня.       — У меня нет телефона.       — Будет.       Усмехнувшись удивлению в девичьем лице, он развернулся и не прощаясь, ушел забирая с собой запах крепкого алкоголя и ментола.       Этот день полностью изменил её жизнь.

      ***

      Автомобиль мягко ехал по загруженным дорогам. Если все пойдет по плану, то завтрашним днем Амелия полетит в Южную Королину для встречи с братом. Но сейчас неизвестность обвивала хрупкую шею и заставляла задыхаться, она пыталась вырвать тревогу еще в зародыше, однако подрагивание пальцев ясно показывало её проигрыш в этой битве. Черный Роллс Ройлс, излюбленная машина японца, осторожно остановился перед дверями какого-то отеля. Теплая ладонь обхватила её руку и не сильно сжала, это чувство заземляло и не давало поддаться панике.       Удивительно его влияние на неё. Ичиро был самым опасным человеком из ныне существующих, но она нигде не чувствовала того чувства безопасности, какое было с ней, когда она находилась в его руках.       Девушка повернула голову и устало встретилась глазами с мужчиной. Он изогнул бровь на её неспокойное состояние, на дне черных глазах теплилось беспокойство. Между ними повисло молчание, им не нужно было говорить, чтобы понять друг друга. Передняя дверь машины хлопнула и через пару минут открылась задняя со стороны японца.       — Господин, мы приехали.              Мужчина в черном костюме поклонился и шире открыл дверь. Ичиро молча кивнул и сжав её руку в последний раз, вышел из машины. Он неспешно обошел Роллс и остановился перед выходом с её стороны, легкое нажатие и дверца мягко открывается. Амелия принимает чужую руку и аккуратно ступает на землю. Тепло ладони исчезает, чтобы через секунду коснуться ее поясницы и мягко подтолкнуть к дверям отеля. Пятизвёздочный отель со стеклянными дверьми встретил их негромкой музыкой, в холле здания все передвигались спокойно и без лишней спешки. Суета большого города осталась за его дверьми. Атмосфера уюта и покоя сразу понравилась девушке.       Получив ключи от номера, они вошли в лифт и отправились наверх, по пятам за ними шли несколько телохранителей. Вся дорога до роскошного номера прошла в тишине и уже сидя на диване в отдельной гостиной, Амелия могла расслабиться. Морияма стоял у дверей и негромко разговаривал с охранниками, знакомый шелест японского языка давал ей возможность понять сказанное, но она не хотела нагружать свои мысли. Пара мужчин поклонились и тихо вышли из номера, через пару минут на низкий столик опустился бокал вина, диван прогнулся под тяжестью чужого тела. Девушка протянула руку и взяв бокал за длинную ножку, осторожно покрутила давая вину возможность пропитаться кислородом. Алкоголь мягко окутал ее язык, легкая кислинка с приятным фруктовым послевкусием. Повернув голову, она увидела, что Ичиро уже снял свой пиджак и закатал рукава черной рубашки, тканевые перчатки были сняты еще в машине. В руках он крутил стакан с янтарной жидкостью, а его взгляд задумчиво устремился в противоположную стену. Моргнув, он расслабленно окинул её взглядом и мягко прикоснувшись ладонью к веснушчатой щеке, спокойно спросил:       — Разве ты не должна прыгать от счастья и безудержной радости?       — Я рада, — её слова не соответствовали тихому голосу, она ближе прижалась в теплой ладони.       — И поэтому ты выглядишь так, будто увиделась не с братом, которого ты на минуточку искала несколько лет и после просила о его жизни, а пережила садистские увлечения отца?       — Я правда рада, — она усмехнулась от саркастичного тона. — Я просто боюсь, вдруг он не захочет связаться?       — Ты столько сделала, чтобы сейчас терзаться не разумными мыслями? — он сделал глоток и выгнул бровь, его пальцы зарылись в мягкие волосы, автомотически перебирая — Я думал, ты умнее.       — То, что я искала брата и нуждалась в нем, не значит, что ему нужна сестра. В последний раз мы виделись почти десять лет назад, мы были детьми. У него другие убеждения, новая семья, да у него даже имя другое, новое. Я искала Натаниэля, но увиделась с Нилом. Я даже не знаю его, вдруг он не хочет увидеться со мной?       — Судя по его реакции, он был счастлив тебя видеть.       — Это может быть интуитивной реакции, когда он все обдумает, то может решить, что ему это не надо.       — Не думай об этом, — мужчина взял её за руку и приподняв на уровень лица, мягко коснулся губами тыльной стороны. — Подожди пока не напишет.       Девушка кивнула и постаралась расслабится. Она мечтала о встрече с братом с того момента, когда узнала о его существовании от Рико. Глупый мальчик, который так мечтал о внимании со стороны брата, был убит им же. Она не жалела его, но и не горевала о его потере, он был никем и ей было плевать на него. Все, кого она защищала и хотела защитить уже ушли из-под его власти и находились под защитой главной семьи. Кевин, Жан и Натаниэль.       — О чем думаешь? — притянув её за талию, спросил Ичиро.       — О том, как впервые оказалась в Гнезде и встретилась с Кевином и Жаном.       — Рико ты не считаешь? — мужчина усмехнулся на явное недовольство рыжеволосой.       — Он никто, был никем и останется им навсегда.

***

      Билет на самолет в Западную Вирджинию лежал на столе и раз за разом приковывал к себе взгляд. Наступило лето, школа в которой училась Амелия закончилась и наступили каникулы. На самом деле, она не хотела в школу, но дядя настоял и нашел лучшую из всех возможных. Единственный важный плюс в этом месте — это абсолютное игнорирование её прошлого. Мало людей из Англии знали фамилию Веснински и это было прекрасно, она даже раздумывала о том, чтобы поменять фамилию на Хэтворд, но все-таки оставила свою.       Благодаря помощи Ичиро, обладательница небесных глаз уже два года жила в Англии под опекой дяди. Надо было видеть лицо Стюарта, когда перед порогом его дома появилась племянница, которая считалась пропавшей и наследник японской мафии. Сказать, что он был удивлен все равно, что ничего не сказать. Однако он быстро взял себя в руки и предложил им зайти. Долгий разговор и сделка между Ичиро со Стюартом. Почти все это время девушка молча просидела на мягком диване с чаем в руках. Рядом сидел Морияма, тепло его тела и запах, что окутывал коконом, дарил чувство спокойствия и безопасности. Она почти не переживала.       — Амелия, ты хочешь остаться здесь? — Хэтворд посмотрел на неё, мягко и тепло.       — Если можно, то да, я бы хотела. — крепче сжав чашку и прижавшись к теплому плечу, тихо ответила она.       — Тогда мы все решили? — на этот раз, мужчина обращался к Ичиро.       — Да. — кивнув, парень подозвал одного из телохранителей и взяв из его рук папку, положил на стол — Здесь её документы и отказ от Натана, все заверено в суде, документы законны. Так же здесь банковский счет с деньгами.       — Я способен обеспечить свою племянницу, — пролистывая папку, отозвался он.       — Не сомневаюсь, — спокойно парировал японец.       Дальше девушка уже не слушала, она была рада, что дядя согласился принять её и взять над ней опеку. Он был единственной надеждой, пока Ичиро разбирался с отцом и последствиями своего безрассудного поступка. Забрать её из борделя, заставить Натана подписать отказ от ребенка и тайно вывезти из Америки было глупо, но он сделал это ради её безопасности. Чувство благодарности затапливало её, но обычного спасибо казалось недостаточно. Ей хотелось поблагодарить его так, чтобы он понял весь спектр её эмоций. Мягкое прикосновение ладони к её плечу отвлекло от мыслей.       — Амелия, мне пора уезжать.       — Уже?       Легкая тень разочарования проскользнула в её тоне, мужчина кивнул и приглашающе мотнул головой к выходу. Поняв намек, она встала и вместе они прошли в сторону коридора. Стюарт понимающе остался на месте. Ичиро мягко коснулся ее щеки и убрал прядь волос за ухо.       — Он согласился взять опеку и пообещал защиту. Здесь ты будешь в безопасности, ни мой, ни твой отец не смогут забрать тебя отсюда. Их полномочия не распространяются на Англию. Я вернусь в Нью-Йорк и разберусь с последствиями, — он приподнял её за подбородок и поймав блуждающий взгляд, твердо сказал: — не волнуйся за меня, максимум, что сделает отец — это отправит на какое-нибудь якобы невыполнимое задание или запретит выезд из страны. Я прилечу, как только смогу, не забывай писать.       — Зачем ты это делаешь? — на выдохе произнесла рыжеволосая.       — Мы вроде разобрались, я захотел и сделал. — увидев, что девушка собирается возразить, он поднял руку призвав к молчанию — Нет, не спорь. Это было мое решение, ты не просила, но ты заслуживаешь этого и раз я могу тебе это дать, значит я это сделаю. Наслаждайся свободой, Лия и живи своей жизнью, так как тебе захотелось бы. У тебя больше нет ограничений.       — Спасибо, — поднявшись на носочки, она обняла мужчину за плечи и выдохнула это слова куда-то в район шеи. Чужие руки крепко обхватили талию и прижали ближе, нос уткнулся в рыжую макушку и незаметно вдохнул дурманящий аромат.       — Если что-то случится, звони сразу же, я оставлю здесь пару людей.       Последней раз вдохнув цветочный запах, мужчина аккуратно выбрался из объятий и губами коснулся чужой ладони. Молчаливое прощание и обещание вернуться.       Разумеется в течение двух лет они виделись, но сейчас она могла вернуться на родину, в Америку. Её отец тоже находится там, но триста двадцать миль разделят их и это было безопасно. Ичиро окончательно решил все проблемы с отцом и договорился о её существовании, а потому теперь она могла свободно передвигаться по Америке находясь под защитой Морияма. Ей было чертовски страшно, но она должна была доказать сама себе - она в безопасности и она сможет. Ей больше нечего боятся, Натан не доберется до нее, а даже если сможет, то не сделает ничего - между ними бетонная стена в виде его хозяев.       Ичиро попросил прилететь в Гнездо, чтобы побыть там ненадолго, это было нейтральной территорией и она могла вернуться в любой момент. Пожить в Гнезде Воронов было безопаснее всего, появление Ичиро там не будет вызывать особых вопросов, а вероятность встречи с отцом снижается почти до нуля. К тому же, это было тем местом куда должен был отправится Натаниэль в десятилетнем возрасте.       Вороны были ведущей командой по экси и она чувствовала странную близость с братом, от мысли, что она будет в этом месте. А еще там будет Ичиро, ради встречи с ней. И эта мысль теплом разливалась в груди. Они не виделись полгода, а общение в переписке и редкие разговоры по звонку не могли сравнится с личной встречей. Амелия была в предвкушении, она хотела по скорее оказаться в его объятиях и снова вдохнуть родной запах, почувствовать ни с чем несравнимое чувство спокойствия и безопасности. Рыжеволосая знала, те чувства, что цвели в её сердце были далеки от дружбы и благодарности, но они всегда были больше, чем друзья. Она говорила об этом с психологом, это был тяжелый разговор, но он принес чувство облегчения и внутреннего равновесия.       — Эмили, послушай, когда ребенок влюбляется во взрослого человека это нормально. Тот, о котором ты говоришь сделал для тебя очень многое, сделал такие подарки, как свобода, спокойствие и безопасность. Это нормально, что ты влюбилась. Возможно это просто привязанность, но я хочу, чтобы ты поняла, если взрослый человек влюбится в ребенка, то это ненормально. Если он вступит в сексуальный контакт с тобой, это ненормально. Тебе всего шестнадцать и ты должна знать, что если такое случится, ты должна будешь поговорить об этом с дядей, а не молчать из чувства благодарности.       Прошел год с этого разговора и Амелия знала, японец не сделает ничего против её воли. Он даже не касается её со скрытым подтекстом, легкие прикосновения к плечам и талии были лишь актом поддержки, а прикосновений тонких губ к её ладоням выражали искренность его намерений в обещании быть рядом. Она знала, Ичиро был для неё семьей, так же как и она была семьей для него. Может её чувства не были влюбленностью, ведь в животе не порхали бабочки, а без его присутствия она могла жить так же спокойно, как и с ним. Однако, теплота его тела и успокаивающий запах коньяка и ментола дарили еще большее спокойствие.       Вздохнув, она подошла к шкафу и вытащила небольшую коробочку, маленький подарок для Ичиро - часы сделанные на заказ, его день рождение прошло всего пару дней назад. Аккуратно убрав её в чемодан, она закрыла его и уселась на кровать. Два чемодана, небольшой рюкзак и сумка стояли возле двери. Это было первый выезд из Англии за два года и Эмили не знала чего ожидать. Чувство неизвестности окутывало собой и вызывало тревогу, девушка начала дышать на счет, стараясь прогнать липкое ощущение. Звук рингтона от телефона заставил её вздрогнуть от неожиданности. Увидев имя звонившего, улыбка сама появилась на розовых губах.              — Привет, Иччи.       — Привет, — в низком голосе послышалась усмешка — волнуешься?       — Как ты понял? — не было смысла скрывать, он знал её как свои пять пальцев.       — Почувствовал. Ты готова?       — Да, собрала вещи. Два чемодана и рюкзак, а дядя все пытается впихнуть что-то еще, ощущение будто не на пару месяцев еду, а на пару лет. — откинувшись головой на подушки, девушка улеглась и закрыла глаза.       — Стюарт суетливый, когда это касается тебя. — по ту сторону телефона прозвучал звук заведенной машины и негромкий шелест японского языка — Но я спрашивал не о вещах, ты готова вернуться в Америку?       — Я не знаю, — она тяжело вздохнула и перевернулась на бок. — Но я должна это сделать.       — Ты никому ничего не должна, — серьезно возразил он, девушка могла представить, как он почти незаметно нахмурился.       — Я себе должна. Доказать, что он больше не имеет надо мной власти.       — Хорошо, как пожелаешь. Тебя встретят с аэропорта и отвезут в Гнездо, поживешь в общежитии. Я постараюсь прилететь как можно быстрее, но не думаю, что получится раньше, чем через неделю. Тецудзи обеспечит тебе максимальную безопасность, но с тобой будет еще пару людей. Потом заберу тебя и отправимся в Нью-Йорк.       — Во-первых, мне не нужны няньки. — цокнув сказала она — Во-вторых, с чего это твоему дяде защищать меня?       — Я с ним поговорил, — спокойно ответил Ичиро.             — Угрожал?       — Всего лишь сказал, что будет отвечать головой.       — Ты перебарщиваешь, — пробурчала она. — Я согласна с сопровождением из твоих головорезов во время прогулок по городу, но что со мной случится в Гнезде?       — Рико, — она могла знать точно, тонкие губы скривились в презрение. — Он своеобразный и может решить, что ты легкая добыча.       — Твой брат, просто ребенок, я смогу с ним справится сама. — не давая ему возразить, она протараторила: — Я способна защитить себя от какого-то недолюбленного мальчишки. У меня есть ножи и навыки ближнего боя. Я ведь смогла победить тебя однажды.       — Это было один раз и не считается, если он решит навредить тебе, то пойдет не один. Что ты сделаешь против нескольких крупных парней?       — Хорошо, — она закатила глаза и пошла на компромисс. — Тецудзи внутри Гнезда и сопровождение во время выходов в город. Пойдет?       — Да, — улыбка послышалась в его тоне. — До встречи, Лия.       — До встречи, Иччи.       Уже после того, как она прилетела в Гнездо и освоилась в комнате, то поняла правоту Ичиро. Рико был маленьким ублюдком с развязанными руками, а его дядя был большим и взрослым ублюдком с большей властью. Если бы не угрозы Ичиро, Тецудзи полностью игнорировал бы выходки племянника, а так он даже делал вид, что защищает.       Как только она познакомилась с Рико, то сразу же захотела врезать ему. Но она обещала не влипать в неприятности, а потому молчала пока парень оскорблял её между строк, вот вроде не на прямую лезет, но в душу будто насрали. Амелия познакомилась с его свитой и хотела рассмеяться ему в лицо. Рико и его выходки вызывали жалость. Глупый мальчик, который пытался добиться внимания отца и брата, наверное поэтому он и оскорблял её с первой встречи.       Девушка на самом деле довольно долго терпела, целых три дня. Но, когда Рико решил, что может оскорблять её напрямую, его захотелось окунуть лицом в то дерьмо, которое он так любит заваривать. Тот день был плохим с самого начала, кошмары мучили всю ночь и не выспавшись, она решила позавтракать со всеми в столовой. Обычно она старалась свести встречи со спортсменами к минимуму, но в этот раз ей надо было развеется. И вот, она идет со своим подносом, где расположилась тарелка с овсянкой, фруктами и горячим чаем, и пытается найти свободный стол. К счастью она нашла его, к сожалению он стоял чуть ли не в середине комнаты, разумеется она знала, этот стол был местом «короля и его свиты» и по хорошему, ей стоило уйти, но она плюнула на осторожность. Уже сидя за столом, она оказалась под взглядами почти сотни людей, они смотрели на неё, как на смертника, но предвкушение в их глазах показывало, что их такой расклад устраивал. Придурки, как будто Рико сможет сделать ей что-то кроме как оскорблять.       — Разве ты не знаешь свое место, Веснински? — вспомни солнце, вот и лучик.       — Просвети меня, Рико. — показательно глотнув чай, девушка расслабленно откинулась на спинку стульчика.       — Вали с моего стола, у такой грязи, как ты нет права сидеть здесь. — он презрительно скривил губы.       — Ты выглядишь, как придурок, когда пытаешься показаться крутым. У меня нет настроения на твои выходки, отъебись.       — Кто бы говорил, — гнев мелькнул в его глазах, но тут же сменился на чувство превосходства, он усмехнулся и ядовито выплюнул: — шлюха.       — О черт, — она подавила дрожь в голосе и издевательски улыбнулась. — Ты ранил меня до глубины души. Что же мне теперь делать?       — Сходи убейся, тебе же нравится это, да? — Эмили не скрывала шрамов на запястьях, но от издевательского тона в его голосе хотелось прикрыть их.       — Блять, ты такой маленький ублюдок. Но я понимаю, ты просто злишься, верно? Злишься, что братик и папочка не обращают на тебя никакого внимания. — она улыбнулась и оперившись локтями на стол, переплела пальцы и положила подбородок на них, усмешка отца расползлась по её губам — Скажи мне, Рико, какого тебе с осознанием, что какая-то шлюха имеет намного больше значения для Ичиро, чем ты?       В следующую секунду её сдернули со стула, чужая ладонь сдавила горло и приподняла над полом, она может признать, Рико силен. Его глаза пылали чистой яростью, но где-то на дне зрачков плавала обида. Его эмоции такие открытые, что Амелия не обращая внимания на недостаток кислорода, растянула губы в острой улыбке.       — Заткнись, — прошипел Рико.       — А что? Правда глаза режет? — она рассмеялась хриплым смехом и продолжила: — Давай, Рико, ударь меня, задуши или чего ты там хочешь. Сделай это и заткни меня, но ты умрешь едва успеешь опомниться. А знаешь почему? — следующие слова она прошептала так тихо, чтобы только он услышал их — Он убьет тебя за это.       Видимо эти слова подействовали на него и Рико разжал пальцы и толкнул её тело к столу. Удар об угол был не сильным, но бровь она все же рассекла. Не обращая внимания на текущую кровь, она усмехнулась и спокойно встала, чтобы снова сесть за стул и продолжить завтрак. Японец резко развернулся и вышел из столовой, но его свита осталась, высокий француз, вроде бы Жан, что-то шипел на ухо Кевина, а тот просто отмахнулся. Зеленые глаза со скрытым страхом смотрели на девушку, он что-то обдумывал и почти развернулся, дабы последовать за Рико послушной собачкой, как остановился на половине пути и в два шага преодолел небольшое расстояние между собой и рыжеволосой. Одним движением он вытащил черный платок и протянул его Амелии, девушка удивленно посмотрела на ткань и перевела взгляд на парня, выгнув бровь. Кевин пытался скрыть дрожь в пальцах и поджав губы, молча протягивал ей платок. Искренне улыбнувшись, она приняла вещь и приложила к рассеченной брови. Дэй не сказав ни слова, развернулся и потянув француза за футболку, вышел из столовой.       Глупая ситуация, но благодаря ей она смогла поближе познакомится с Кевином и Жаном. Ирландец казался трусом, но близких защитить мог, хотя себя нет. Ему нужна была правильная мотивация и правильные слова, чтобы улететь из клетки построенной Мориямой. В тот день, когда ему сломали руку, он знал, что так и будет, но он вышел на поле и показательно поддался японцу. Он боялся, чертовски сильно боялся, но он доказал себе, что является больше, чем свой страх. В тот день он отправил ей сообщение, а она была в ужасе. Пообещав защиту, она все же не могла остановить партию, что уже была разыграна. Все, что могла девушка — это подготовить путь отхода для друга. Амелия хотела вытащить и Жана, но он отказался.       Поговорив с Жаном всего пару минут в первую их встречу, Веснински сразу поняла, он был олицетворением фразы: «Птица, рожденная в клетке, думает, что полет — это болезнь.» Он знал, что не свободен и даже желая свободы, не находил в себе сил выбрать её. Жан был бетой и он был прекрасен так, как может быть прекрасно искусство. Аккуратные кудри цвета вороньего гнезда доходили до ушей, глаза цвета стали напоминали Англию своими серыми тучами, прямой нос и точенные черты лица. Он выглядел так, будто его слепили самые лучшие архитекторы мира. Он выглядел так, что даже статуя Дэвида созданная Микеланджело блекла по сравнению с ним. У него был французский акцент, он картавил и слушать его рассказы о Марселе было чудесно. Он был спокойным как танк, психи Рико принимал как должное, но не отмахивался от помощи. Жан научил её французскому и она предложила ему защиту. Амелия не справилась с этим, Моро слишком глубоко погрузился в свой личный ад и вытащить его оттуда было почти невыполнимо, только он сам мог помочь себе. И девушка плакала от облегчения, когда получила короткое сообщение от него, где он сообщал, что сбежал из Гнезда. Она не защитила его, но она сделала все, чтобы сдержать Рико и дать французу время на восстановление.

***

      Воспоминания проносились вихрем в её голове, она улыбалась своим мыслям, Амелия знала, все наладится, не сразу, но наладится. Теплая ванна с пеной расслабляла мышцы, а цветочный аромат не давал погрузиться в тревожные думы. Дверь тихо открылась и в комнату вошел мужчина. Тонкие пальцы вплелись в волосы мягко распутывая рыжие пряди, подставившись под прикосновения, девушка довольно промычала. Родные руки помассировали кожу головы и невесомо прошлись по лицу, чтобы остановится на подбородке и приподнять чужую голову. Черные волосы спадали на глаза, уголки губ немного приподнялись в легкой улыбке, знакомые черты лица сгладились и выражали бесконечное спокойствие. Ичиро был озером, тихой гладью, островом спокойствия. Он был стеной между ней и остальным миром. В его руках все проблемы отходили на второй план, в его объятиях не было места страху и тревоге, а его прикосновения лечили.       — Вода остывает, ты уже почти три часа лежишь в ванне, пора выходить.       — Хорошо.       Мужчина встал с бортика ванны и протянул ей руку, вложив в неё свою ладонь, она аккуратно вылезла из воды, мурашки прошлись по её коже от прохлады. Она не стеснялась своего тела и могла быть обнаженной в его присутствие, помогая девушке надеть шелковый халат, он мягко коснулся губами её ладони. Этот жест полюбился им обоим, таким способом Ичиро показывал свою привязанность к ней, а она чувствовала себя нужной.       Время приближалось к полночи, а сна не было ни в одном глазу. Амелия сидела перед зеркалом и расчесывала влажные волосы, вечерняя рутина была приятной, японец как обычно проверял отчеты, а девушка готовилась ко сну привычными движениями. Заплести волосы в косу, нанести уходовые средства для лица и душистый крем на руки. Все было обычно, так как она привыкла. Уже завязывая густую косичку резинкой, она услышала вибрацию собственного телефона, быстро закончив, девушка тут же разблокировала устройство.       Неизвестный номер: привет, это Нил.       Вы: привет, Нат. я же могу так называть тебя?       Неизвестный номер: да, конечно можешь.       Вы: спасибо. так ты подумал над моими словами?       Нати: да, я хочу увидеться с тобой и поговорить. когда тебе удобно?       Вы: я сейчас в Западной Вирджинии, ты уже вернулся в Пальметто?       Нати: да, когда мы сможем увидеться?       Вы: я могу прилететь завтра, тебе нормально?       Нати: напиши время, я могу встретить тебя в аэропорту.       Вы: думаю, где-то к обеду. встречать не надо, я сама доберусь. где мы сможем встретится?       Нати: в принципе, можно будет в нашем общежитие или в кафе, если тебе будет комфортно.       Вы: не думаю, что это тот разговор, который можно обсуждать при других. как насчет отеля, куда я заселюсь?       Нати: да, хорошо. во сколько?       Вы: в четыре нормально? я скину адрес позже.       Нати: хорошо, жду.       Теплое чувство разлилось в груди, девушка медленно выдохнула и улыбнулась. Повернувшись к мужчине она пропела:       — Я лечу завтра в Пальметто, мне нужен отель и машина.       — Рад за тебя, с отелем и машиной разберемся. — отложив бумаги, Ичиро взял телефон и набрав номер, приложил к уху. Прошло пару минут прежде, чем он отключил звонок и сказал: — Comfort Inn & Suites, заселение в два часа дня, пока снял номер на три дня, если останешься на дольше, то предупреди меня и подойди к администратору.       — Спасибо, Иччи.       Она подошла к мужчине и невесомо коснулась губами чужой щеки. Чужая ладонь коснулась лица, удерживая на месте, Ичиро большим пальцем погладил мягкую щеку и притянул к себе для нежного поцелуя. Мягкое касание губ и тихий выдох, девушка схватилась за крепкое плечо удерживая себя от падения. Вторая рука японца коснулась тонкой талии и скользнув к бедру мягко, но твердо усадила на колени. Закинув руки на чужую шею, Амелия приоткрыла губы и углубила поцелуй. Когда воздуха перестало хватать, они оторвались друг от друга, глубоко вдохнув, рыжеволосая прошептала:       — Мне надо написать адрес.       Мужчина кивнул и убрал руки, позволяя соскользнуть со своих бедер. Девушка быстрыми шагами подошла к оставленному телефону и в считанные секунды набрала сообщение:       Вы: 1305 Tiger Blvd, приходи один.       — Иди сюда.       Спокойный голос и приглашающий жест рукой, Амелия улыбнулась и мягкой походкой снова подошла к брюнету.

***

      Прочитав адрес, Нил отложил телефон и позволил улыбке коснутся губ. Он был рад, жизнь налаживалась и кажется белая полоса все же наступила. Ему хотелось снова увидеть сестру, коснуться её и убедиться, что это и есть реальность. Чужой палец ткнул его в плечо и невозмутимый голос спросил:       — Ну, и?       — Она прилетит завтра.       — Её надо встречать? — по лицу Миньярда было трудно определить его отношение к развивающимся событиям, но парень знал, блондину интересно.       — Нет, мы встретимся уже в отеле и она попросила прийти одному. — он взъерошил челку и снова улыбнулся, его глаза не отрывались от родного лица.       — Пялишься.       — Бесстыдно.       Эндрю закатил глаза, и движением руки отвернул чужую голову в противоположную сторону от себя. Теплые пальцы остановились в сантиметре от тонкого запястья в молчаливом вопросе. Вместо ответа, блондин переплел их пальцы и сжал. Ладонь соскользнула к его запястью и подтянула к лицу. Нил снова повернул голову и невесомо прикоснулся губами к запястью в повязке. Даже сквозь ткань, Эндрю почувствовал жар чужого рта и отдернул руку, кончики его ушей заалели и чужая усмешка показывала, что Джостен заметил это.       — Ложись спать, наркоман.       — Спокойной ночи, Дрю.