***
Её беременность протекала образцово показательно: хоть с учебником сверяй. Малыш был абсолютно здоров и развивался в соответствии со сроком. Об этом Маше сообщала врач на еженедельном плановом осмотре. У***
7 лет назад...
Егор себя в декорациях столь второсортного ночного клуба представлял слабо. Явиться всё же пришлось. Туда, где гитарные басы нещадно били по ушам, а запах алкоголя и табака наверняка уже въелся в каждый сантиметр. Такие места он всегда старательно обходил стороной: да и сегодня ноги бы его здесь не стояло, если бы не одно "но"... Это самое "Но" — Маша — глушила горячительное стаканами, приземлившись у барной стойки. Болтала с подружками, громко и звонко смеялась и много шутила. Уставший и измученный тяжёлым трудовым днём Свиридов даже разозлиться на неё нормально не смог. Так она была хороша: глаза горели неистово ярким светом. Залюбовался: откровенно и без стеснения прожигал блондинку взглядом, усевшись на жутко продавленный диванчик немного поодаль. Всё бы и дальше шло хорошо: присматривай себе за этой взбалмошной барышней, да потягивай что-то безалкогольное со льдом... Маша его заметила, неловко обернувшись, в секунду узнала силуэт в костюме, цена которого была, кажется, выше, чем весь этот бар вместе взятый. Загнанное хмельной эйфорией сердце пропустило пару ударов, а потом отозвалось глухой дробью и болью в солнечном сплетении. Ладони похолодели от какого-то липкого страха. Что этот Эстет несчастный тут забыл? Ответ на вопрос у креативной Маши нашёлся незамедлительно: наверняка выполняет Мишкину просьбу и блюдет её нравственность. Ну, ничего: сейчас она Ему устроит. Она пила, хотя как только увидела Его, пьянеть расхотелось совершенно. Она всё также задорно и громко смеялась, хотя в голове неприятно звенело осколками стекла. Танцевала, хотя ноги гудели от высоты шпилек. Маша знала, что Егор не сводил с Неё глаз. От Его внимательного взгляда по коже табуном носились крупные мурашки. Скоро Белокурая бестия и вовсе пошла в разнос, подцепив у барной стойки мимо проходящего паренька. Завела с ним светскую беседу и на шутки его несмешные реагировала бурной волной хохота. — Маша, что с тобой? — Возмущённо прошипела подруга, улучив момент, когда их новый знакомый отвлёкся: заказать ещё виски. — Ты на таких и внимание не обращаешь никогда! Очнись! — Да оставь ты Её... — Вкрадчиво бросила спутница по левую руку. — Что не ясно? У нашей Машеньки концерт для благодарного зрителя в самом разгаре. — Девушка незаметно цепанула Свиридова взглядом. Егор медленно закипал. Чисто физически чувствовал, как всего его переворачивало с ног на голову и потрошило изнутри. Маша не должна быть ни с кем. Кроме него. Никто не смел быть с ней рядом так близко. У Егора болели пальцы: так сильно хотелось зарядить этому проходимцу по физиономии. И теперь Эстет даже был благодарен упёртому Сёме за то что некоторым приёмам друг его всё-таки исхитрился обучить. Егор не станет устраивать прилюдных сцен и скандалов, не будет бить морду этому недоразумению и требовать что-то от Белокурой Бестии тоже не будет. Не в Его стиле... Не в Его характере. Мужчина смиренно принял Её правила игры и теперь столь же смиренно ждал пока Его Девочка устанет."Поиграй, Милая... Всё равно ведь надоест... Я подожду..."
— Только, по-моему, ему все твои сольные выступления — как слону дробина. — Усмехнулась Света, ещё раз обернувшись к тому самому диванчику. — Сидит себе и не шевелится. Маша неосторожно усмехнулась: как же хорошо они друг друга знали. До миллиметра. Она прекрасно понимала: Егор держится из последних сил. Но содержится и добьётся своего. Маша не вытерпит того напряжения: искрами между ними. Свиридов здесь, а значит уйти она сможет только с ним, и не потому что Гоша вероломно закинет её безвольной куклой себе на плечо, а потому что она сама этого захочет. — Чёрт! Стрелка пошла... — Выругалась Маша, уронил взгляд на ноги. Чёрный капрон был безнадёжно испорчен. Теперь она всё больше походила на барышню с низкой социальной ответственностью. Одномоментно надоело всё: и громкая музыка и толпы пьяных малознакомых людей, и виски, от которого её вот-вот вывернет. — Мне колготки нужны. — Совершенно чётко без предисловий заявила Маша, едва приблизившись к его столику. — А то с таким видом: боюсь: дома грозят разборки. Поднявшись из-за стола, мужчина крепко взял её за руку и увёл прочь из этого заведения. — Егор... — Маша нахмурилась и напряглась всем телом, когда поняла, что его машина проехала мимо поворота. Вести девушку к ней домой мужчина явно не собирался. — Что ты устраиваешь? — Голова трещала по швам. Доползти бы до постели. — Избавляю тебя от домашних разборок. — Запросто бросил Свиридов, глядя вперёд на дорогу. — Расслабься. Завтра с утра отвезу тебя, куда скажешь. Спать буду на диване в гостиной. — Истинный Эстет. — Какой Ты воспитанный мальчик... — Огрызнулась блондинка, усевшись на сидение с ногами. Ничего не оставалось кроме как испепелять Свиридова взглядом, отчаянно пытаясь не заснуть. Всю дорогу от машины до просторного коридора его квартиры Егор галантно поддерживал расторможено неуклюжую девушку за локоть.***
— Отпусти! — Прошипела девушка, оттолкнув его прочь. — Какого чёрта Ты туда явился?! — Извини, что помешал тебе развлекаться. — Мужчина нахмурился, снимая пиджак и откладывая тот в сторону. — Хотя, впрочем, ты сама ко мне подошла... — Ослабил галстук. — Наверное с тем запойным не так уж и весело было. — Ой, а вот об этом не тебе судить! — Маша скривилась, наконец-то сташив с ног неудобные туфли. — Оставь меня в покое, иначе я Мишке пожалуюсь. — Угроза из угроз. — Да хоть сейчас... — Совершенно невозмутимо протянул Свиридов, приземлившись на диван рядом. — Помочь номер набрать? — А где же твоя Катенька? — Наигранно удивилась Маша, оглянувшись по сторонам. — Неужели она смогла оставить тебя хоть на минуту? — Совершенно надоедливая и прилипчивая особа — эта самая Катерина. — Её больше не будет. — Сказал, как отрезал. — Жаль. — Ни капли... — Ну а Я тебе зачем? — Девушка на автомате стянула с себя порванные колготки, абсолютно не стесняясь его присутствия. — Я все тебе уже сказал... — Устало выронил Свиридов, расстегивая верхние пуговицы рубашки. — Люблю тебя... — сжал её холодную ладонь в своей руке. — И ты меня любишь... — Чушь какая! — Фыркнула Маша, выдернув пальцы из его хватки. — Очень ты мне сдался старый и занудный. — Ты забавная, когда злишься. — Всё её хмельные колкости он пропустил мимо ушей, ласково обнял и коснулся мягкой щеки своими губами. — Очень красивая... — Я с другим мужиком спала. — Вырвалось свистящим хрипом. Она хотела больнее ударить Его, но поранилась сама. Неприятно было вспоминать о таком. Нельзя сказать, что фраза о её прошлом не задела Егора ни капли. Тело напряглось струной, а в голову полезли отвратительные мысли. Но смысла выказывать своё недовольство мужчина не видел. При всей своей внешней самоуверенности Маша оставалась хрупко боязливой. И реакции Свиридова боялась тоже. Вон как глаза затрещали молниями. Пугать её ещё больше мужчина не хотел. В конце концов: глупо было подумать, что Маша останется на года ждать его возвращения в высокой башне, после всего того, что он ей наговорил. — В жизни такое иногда случается. — Совсем уж философски заявил Гоша, но увидев скользнувшее недоверие, обнял, уложил её голову к себе на грудь и тихо выронил. — До меня: пусть хоть до чёрта, а после всё равно не будет никого.***
Всё случилось через месяц после этого разговора. В его квартире: Маша и Егор долго сидели в гостиной у электрического камина, болтали, обнявшись, пили вино и целовались. Как только мужчина почувствовал, что склонен потерять остатки самообладания: поднял девушку на руки и унёс в спальню. Он просто не мог позволить себе любить её на полу. Может: когда-то потом, а сейчас всё должно было быть мягко и ласково. Машу и так потрясывало при воспоминании о её первом опыте с мужчиной, из чего нетрудно было сделать вывод: прошло всё не так уж и гладко. Она долго приходила в себя, молчаливо прижавшись щекой к его торсу, дрожала, пыталась восстановить сбившееся дыхание. — Прости, что меня не было так долго... — Вдруг произнёс слегка хрипло, крепче прижал к себе, запутав пальцы в пшенице её волос.7 лет назад...
***
Эта свадьба многолетнюю мужскую дружбу не упрочила, а скорее расшатала. Егор предполагал, что всё случится именно так: Мишка заартачился, сделался угрюмым и будто замороженным. Оттаял только через пару месяцев после громкого праздника. Сестра была абсолютно счастлива рядом с Гошей. А большего Агапову собственно было и не нужно.***
Как Её, беременную, вообще занесло в этот бар, так и осталось загадкой даже для самой женщины. Уселась за столик в самом тихом местечке. Старший брат позвонил ей ещё утром: поздравил, спросил о малыше, позаботился о подарке крупным денежным переводом. Мишка ей сегодня отчаянно понравился бодростью и лёгкостью голоса. А потом блондинка зачем-то решила заглянуть в аккаунт электронной почты: и там её поздравили, казалось, абсолютно все друзья и знакомые. Наверное, потому что её телефон был всё также недоступен. Среди вороха электронной корреспонденции затерялась и весточка от Егора. Ничего не может длиться вечно, и наше молчание — не исключение. Может не через неделю, через месяц, через год... Когда-то ты позволишь мне всё тебе объяснить. Я буду ждать. С Днём рождения, Милая. Понимаю: звучит смешно и пошло... Я не стану тебя торопить. Просто береги Себя. Себя и нашего ребёнка...***