Грустные люди
24 мая 2023 г., 19:24
Примечания:
⚪️ Жду обратной связи.
***
Рабочий день прошёл, на удивление, спокойно. В списке её дел были только две плановые операции, осмотр вчерашнего больного с огнестрелом и работа с документами на поставку медицинского оборудования. Последнее, как ни странно, отняло больше всего сил. — Привет, Родная… — Принимая входящий вызов, Лена машинально взглянула на часы. — У тебя что-то срочное? Я занята немного. — Экселевскую таблицу всё-таки пришлось закрыть. — Ничего важного, если не считать того, что я завтра утром возвращаюсь домой. — Ксюша слегка нахмурилась, но всё же смягчилась к занятой маме. — А тебе стоит завязывать с работой во вторую смену. — А какое сегодня число? — Миронова почти в панике взглянула на отрывной календарь. — 11 июля. Прости меня, Милая. Совсем закрутилась… — Хорошо, что я догадалась позвонить. — С губ слетела усмешка. — Я же знаю тебя. Совсем помешалась на своей работе. — Ну, не преувеличивай… — Миронова попыталась пойти в отказ, хотя прекрасно понимала всю несостоятельность данной затеи. — Завтра весь день проведём вместе. Ты, Стёпка и Я. — Взгляд сам собой упал на семейное фото. — Завтра мы с Лидой идем на концерт в Музеон. — Спокойно сообщила Ксюша. — Так что… — Ах вот как… — Елена до единого тона скопировала «обидчивость» дочери — Ну что ж, значит придётся сверить наши графики… — Хорошая идея. Я скину Тебе на электронку. — Можно было посмеяться, если бы в этих словах была лишь доля шутки. — Желаю тебе неспокойно ночи где-нибудь подальше от клиники… — Целую. — В ответ на задорный дочкин смех она лишь улыбнулась.***
— Лена, ты всё ещё здесь? — В кабинете вдруг появился главный врач клиники, явно не ожидавший увидеть своего заместителя на рабочем месте. — Пётр Андреевич? А где мне быть ещё? — Женщина непонимающе нахмурила брови, выключая монитор компьютера. — Там Агапов во дворе. — Совершенно невинное уточнение, от которого внутри резануло приятной дрожью. Неужели действительно приехал? Весь день они не созванивались, а Лена почему-то решила, что его утреннее предложение о встрече — не больше, чем просто слова на ветер. Интересно, как долго он сидит в своей машине и ждёт её при всём честном народе? — А с чего Вы взяли, что он ко мне? — Голос стыло дрогнул, а щёки ало вспыхнули. — Ведь не ко мне же. — Его уточнение почему-то звучало серьёзно даже сквозь улыбку. — Иди, Девочка. Иди.***
Улица обдала душистым жаром прошедшего солнечного дня. Воздух был тяжёлый и вязкий. Женщина огляделась по сторонам: ну, конечно, встал буквально «в центре зала». Сложно было бы не заметить. — Ты бы мог встать где-то в менее заметном месте… — Он встретил женщину сам, распахнув перед ней дверь переднего пассажирского. — Я не думал, что Ты от кого-то скрываешься. — Совершенно буднично бросил мужчина, вновь оказавшись за рулём. — Впредь я буду парковаться за три километра. — Смешно тебе? — Лена нервно подёрнула плечами, пристёгивая ремень безопасности. — Ты здесь уже второй вечер подряд меня караулишь. Знаешь, на что это похоже? О да! Вот уже двое суток он не мог найти себя прежнем. А всему виной была Лена. Эта женщина, которая однажды утром нечаянно подвернулась под руку и перевернула его жизнь с ног на голову. Для неё он — не больше, чем взбалмошный и угрюмый тип. Социопат и Хам. А Она для него… Чёрт знает вообще: кто она. И почему так пробирало светом её глаз и терпким уже знакомым запахом. — Знаю. — Спокойно кивнул мужчина, следя за дорогой. — Ты имеешь что-то против? Агапов был бы не собой, если бы даже в столь мурашечно романтичный момент, не остался бы внешне рассудительным. — Я пока ещё не решила. — Вдруг совершенно искренне заявила Миронова, глядя на него без тени смущения. Они по сути были знакомы всего два дня, если не брать в расчёт их «добре утро» в аэропорту. Верхом безрассудства было бы броситься к нему как в омут с головой сейчас. Будто бы ей нужен спаситель, или толстый денежный кошелёк. — Ну вот я и помогу Тебе принять решение. — Его голос не дрогнул ни на тон, только пальцы крепче вцепились в кожаный ободок руля.***
Он наверняка затащит Её в самый дорогой ресторан, где от блеска люстр и паркетов женщине сделается дурно, где официанты ходят по струнке. Елена бывала в таких местах, и все подобные вечера протекали скучно и тоскливо. Михаил явно захочет пустить пыль в глаза и сразиться её ценами в меню. Как и все они до Него. Все, для кого статус — главное мерило успеха, а интерес к женщине — потраченная на неё кругленькая сумма денег. Миронова, собственно, уже решила, чем закончится этот вечер. Она отужинает с Михаилом, поддержит светскую беседу, как воспитанная девочка, а потом навсегда расставит все точки над i. — Приехали. — Мужчина тихо усмехнулся, заглушив мотор, и заметив в её глазах тотальное непонимание. Рестораном тут и не пахло. Здесь вообще было немноголюдно, и от этого место конечной остановки ещё больше обескураживало. — Что… Сюда? — Лена не сдержала недоверия и покосилась на мужчину рядом. — Ты уверен? — Как никогда. — Безапелляционно заявил Агапов крепко схватив спутницу за локоть. — Пошли давай… Набережная горела яркими панорамными огнями, подчёркивая красивые виды ночного города. Шли молча. Каждый думал о чем-то своём. Лена сама отошла на пару шагов, а он не стал возражать. Стук шпилек врезался в сознание гулким эхом. По спине бежали крупные мурашки, пробирая до костей. Она даже глаза закрыла на минуту. — Забавно… — Прохрипела женщина, не сдержав мягкой улыбки. Оказаться здесь вновь спустя столько лет, да ещё и не по своей воле — ни то досадное совпадение, ни то подарок судьбы. Она частенько бывала здесь в детстве, именно летом. Как на исцарапанной плёнке перед глазами мелькали: ленты в косах, пошитое на заказ платье, разбитые колени, эскимо и нерушимо молчаливая фигура рядом. Папа. Самый умный, сильный и смелый. Понимающий и бесконечно любящий свою Девочку. — Что такое? — Михаил будто бы нехотя выбрался из-под толщи собственных воспоминаний. — У папы здесь друг неподалёку жил. Мы часто здесь бывали. — Миронова не скрывала совершенно искренней и немного тоскливо улыбки со слезинками в глазах. — А кем был твой отец? — Вопрос вырвался совершенно неосознанно. — Кардиохирургом. Заведовал институтом в Первом медицинском. — Ну правда, глупый вопрос. — Агапов усмехнулся, сокращая расстояние между ними. Михаил понимал, что рискует, когда решался привести понравившуюся ему женщину на набережную, где временами и присесть-то негде. Что уж там говорить об иных проявлениях роскоши. Вот только почему-то интуиция подсказывала мужчине, что на финансовую сторону вопроса Лене было плевать. — Он покупал мне мороженное. Мне тогда казалось, что вкуснее нет ничего в мире. — Женщина теперь уже неосознанно опиралась на крепкую мужскую ладонь. — Да в детстве всё было вкусно. — С ноткой ностальгии протянул Агапов. — Ну или почти… Кроме молока с пенкой или холодного киселя. — Я была здесь пару раз после, но… Всё было не то. Солнце светило уже не столь ярко, мороженое было не таким вкусным, а рядом не было, пожалуй, самого главного. — А мы часто здесь с друзьями шатались. — Мужчину потянуло желанием заговорить о счастливом и беззаботном. — Денег ещё тогда особо не было, и мы пили самый дешёвый портвейн, и плавленным сырком заедали. Я этот вкус точно не забуду. Как собственно, не сотрёт из памяти ни Сёму, ни этого идиота Гошу. Как бы ни старался. При условии, если вообще начнёт стараться. — Хочешь вина? — Лена вздрогнула плечами и нахмурилась, услышав так запросто его голос. — Белое. Женщина обескураженно не понимала, что стоит ответить, а потому осталось молча наблюдать как из-под пиджака явилась небольшая бутылка. — Из горла? — Недовопрос — недоутверждение. — Давай… — Глотнула прилично. Улыбнулась его блуждающему взгляду и вручила бутылку обратно. — Сладкое. — Он с непривычки поморщился. — Почти портвейн. И вроде стоило как чугунный мост. — Ладно, про друзей ты мне уже рассказал. — Женщина оперлась ладонями и каменный парапет. — А семья? Жена? Дети? — Сын… Двадцать лет — Михаил прикрыл глаза. — Моя самая большая проблема и самое большое счастье. И жена раньше была. Теперь — нет. Развелись пару лет назад. — А Он с ней остался? — Лена наивно полагала, что разгадала загадку той самой семейной проблемы. — Лёшка со мной. — Глухо выдохнул Агапов, поморщившись. — У него с матерью сложные отношения. Видимо ещё и поэтому он колючий. — Они в этом возрасте все не особо плюшевые. — Успокаивающе бросила Лена. — Что девочки, что мальчики… — А твои? — Да мои тоже не без заскоков. — Честно протянула женщина, глотнув ещё вина из бутылки. — Но с ними интересно! — О да! — Звучало согласился Агапов. — А муж? — Потом осёкся и спросил тише. — А что муж? — Не моргнув глазом, повторила женщина. — Был. И — нет. Вернее, есть где-то, конечно… — Выдохнула тихо и досадно. — А знаешь, не удивлюсь, если окажется, что ни Ксюша, ни Стёпка не помнят: как отец выглядит… Потом они пили, говорили и молчали. Вдруг оказалось, что молчать в компании друг друга — чертовски приятно. Приятно настолько, что гулять можно почти до самого утра. А когда столица просыпалась к новому дню, в Михаила проснулось острое желание. Губы у неё — сладкие. И запах кожи такой, что голова закружилась. Сердце аритмично колотилось о грудную клетку. — И каков твой ответ? — Насилу оторвавшись от влажных губ, но не разорвав объятий, прохрипел мужчина. — На набережную на первой встрече меня ещё никто не тащил… — Мысли крутились в сладкой истоме. — Ты странный… — Это нет? Но мне интересно. — Это да… Агапов столько лет не помнил: как иногда бывает хорошо рядом с женщиной. Просто. По-настоящему. Когда внутри разливается приятным теплом. И вот теперь, кажется, всё медленно, но верно становилось на свои места.***
