КГБ СССР

Вот уже четвертый день полковник Щербаков искренне пытался поговорить с Аней наедине. Однако... Девушка словно избегала оставаться с наставником с глазу на глаз, постоянно оказываясь то в обществе так называемого жениха, то по уши в обсуждении каких-то важных медицинских вопросов с доктором Даниловым, с которым, как уже успел понять Щербаков, успела подружиться настолько, что с удовольствием бегала к нему за советами всякий раз, когда в этом была нужда. Близость девушки с доктором, а особенно тот факт, что в их совещаниях не участвовал Костенко, да и вообще, зачастую, бывал о таковых не в курсе, навевали определенные подозрения. Василия тревожили эти странные отношения, беспокоила эта спешная, безумно непонятная свадьба. Мужчина прекрасно помнил, как долго и тяжело завоевывал доверие Ани, как долго учил ее не шарахаться от прикосновений, да и то, девушка не позволяла никому себя трогать, а его, Василия, прикосновения терпела лишь из уважения. Но сейчас-то полковник видел совершенно иное! Девушка не то, что не шарахалась от чужих рук, а наоборот, не раз и даже не два сама подходила к Сергею, пряталась в его объятиях, а то и вовсе садилась на колени мужчины и словно бы не замечала, как при этом его рука скользит по ее спине. Нет, норм морали эти двое умудрялись все же не переступать, но дело ведь не в этом! Какой-то провинциальный капитан умудрился за пару месяцев сделать то, чего он, полковник, не смог сделать за долгие годы! Да еще эта свадьба... Ну, вот зачем Аньке свадьба в ее-то возрасте?! Да еще и с таким, как этот капитан Костенко?! Молодая девчонка, отличное будущее и вот... Побег к черту на кулички и брак с человеком, которого она знает без году неделя! Не иначе, как Костенко умудрился как-то воздействовать на его воспитанницу... Все же... Старший по званию, фактически начальник. Мог ведь и приказать, и принудить, и обозвать сие мероприятие способствующим служебным делам. А что, если все куда проще? Он ее совратил, девчонка забеременела, а свадьба - попытка прикрыть произошедшее? Василий устало потер виски, в который раз погружаясь в эти чертовы размышления, словно в омут. То, что он увидел здесь, в Припяти, заставило его мировоззрение пошатнуться, засомневаться, но, что хуже всего, на сей раз у него не было ответов на вопросы, которых с каждым днем становилось все больше. Откладывать разговор еще дальше он не стал. Зайдя в кабинет, занимаемый будущими супругами, он с удовольствием заметил, что Сергей в гордом одиночестве перебирает какие-то документы, чуть хмурится и время от времени, поверх бумаг, поглядывает на пустующий стол эксперта. - Опять, что ли, к Данилову убежала? - полюбопытствовал Щербаков и тут же добавил. - Сергей, что-то она слишком часто к нему наведывается, не находишь? С ней все в порядке? - И вам доброго утра, товарищ полковник, - Костенко встал из-за стола, пожал вошедшему руку и вновь опустился на сове место. - Физически Аня полностью восстановилась после своего отравления. А ее беседы с Даниловым... Капитан махнул рукой и улыбнулся. - Они со Степанычем сдружились. Я не вижу причин этому препятствовать. Анюта через многое прошла и... Это хорошо, что есть кто-то, кто может ей помочь советом. Ну, или, хотя бы просто выслушав. Меня она явно не станет во все свои секретики посвящать. Полковник внимательно посмотрел на собеседника и, вдруг, совершенно не меняя тона, в лоб спросил - Чего ты от нее хочешь? Зачем вся эта дурь со скорой свадьбой? Костенко оторопело уставился на Щербакова, в первые секунды даже не сообразив, о чем идет речь. - Товарищ полковник, - капитан встал из-за стола, предварительно убрав документы в папку, ибо, если Анюта увидит беспорядок в заботливо составленном заключении, то не миновать ему скандала. - Потрудитесь объяснить, что это за расспросы такие?! - А чего тут непонятного?! - Щербаков развел руками. - Кажется, я предельно ясно спросил. Что тебе нужно от лейтенанта Ветровой. Казалось, еще слово и Костенко попросту бросится в драку, но... Вместо этого, он неожиданно улыбнулся и пожал плечами. - А что может быть нужно мужчине от умной, красивой девушки? Вот так, глобально, не затрагивая все то, что принято называть романтикой? Семью я от нее хочу, товарищ полковник. Чтоб спать в одной постели. Любить друг друга. Чтоб она была только моя, ничья больше. Чтоб дети были. Насколько я понимаю, у нее примерно те же желания, так почему нам и не пожениться, раз уж имеем общие цели. Правда, Анечка? Полковник до того увлекся рассматриванием капитана в попытке уличить его во лжи, что совершенно упустил из виду дверь в кабинет... А в дверях, прислонившись плечом к косяку и скрестив руки на груди, стояла сама лейтенант Ветрова и, судя по всему, стояла уже достаточно давно, чтобы услышать то, что ее ушам и не предназначалось вовсе... Невольно Щербаков обратил внимание и на то, чего раньше не замечал - на то, как девушка стала одеваться. Если раньше она предпочитала брюки, рубашки и ботинки, словно пытаясь сойти за парня, то теперь на ней был ярко красный в белый горох сарафан, чуть ниже колена, белоснежные, видимо, те самые, свадебные туфли, а волосы, заплетенные в косу, переброшенную сейчас через плечо, почти достигали пояса. Единственное, что выглядело достаточно чужеродно, выбиваясь из всей картинки - наплечная кобура с пистолетом, но, похоже, самой девушке она ничуть не мешала как физически, так и в качестве штриха, портящего красоту. Красивая такая, нежная... И попалась в лапы этому балаболу Костенко... Разве это справедливо?! - Дядь Вась... - Аня зашла в кабинет, отлипнув, наконец, от дверного косяка, закрыла за собой дверь и почти прорычала. - Ты что это удумал?! Как тебе в голову пришло сомневаться во мне?! В моих, мать его, чувствах?! Неужели ты думаешь, что я такая идиотка, что совсем не разбираюсь в людях и побежала под венец с первым, кто меня пальчиком поманил?! Такой Аню Сергей видел первый раз. Девушка вся раскраснелась от злости, практически рычала, но, тем не менее, все еще умудрилась не перейти на совершенно неприятные истеричные вопли. Красивая, умная, смелая и... И если бы он не захотел ее прибрать к рукам раньше, то непременно возжелал бы этого прямо сейчас. Тем временем, полковник, очевидно, не собираясь ввязываться в словесные баталии с воспитанницей, что-то буркнул о том, что у него еще много дел, попросту исчез из кабинета. А Аня, оставшись без оппонента, повернулась теперь уже к Сергею. Злость медленно таяла на ее лице, а губы невольно изогнулись в улыбке. - А ты правда хочешь... Ну... Всего, что тут озвучил? - почему-то повторить слова о постели и детях для девушки оказалось чересчур смущающе, даже щеки окрасил румянец. - Ты себе даже представить не можешь, как сильно я этого хочу, - Сергей сверкнул улыбкой, притягивая невесту к себе в объятия. - Того, что озвучил и даже немножко больше... Договорить мужчине Аня не позволила, накрыв его губы поцелуем. Потом, оставшись наедине сама с собой, она, возможно, еще и поплачет о том, что произошло. О том, как единственный близкий человек из прошлого внезапно оказался... Совершенно не тем, кем представлялся. Да, он задавал вопросы Сергею, но этими вопросами показывал и то, как сильно сомневается в Ане, считает ее едва ли не идиоткой, не способной отвечать за собственную жизнь. Услышать такое было обидно, но... У нее есть Сережа, есть цель, даже целый список целей в жизни и концентрироваться на этой обиде она не станет...