Летняя сирень

На дворе стоял 1988 год. Это время навсегда оставило в памяти ощущение весеннего утра и свежего ветра перемен, от которого захватывало дух и кружилась голова. История перешла в галоп и каждый новый день приносил очередное удивление: "как, и этого развенчали?", "что, у нас теперь и это можно?" 
Люди смелели просто на глазах и пытались прощупать всё новые пределы дозволенного. Миллионы советских граждан с растущим интересом вслушивались в то, что вещают с трибун. Так и для нашей героини - это было абсолютно простое и беззаботное время. Будучи пятнадцатилетним подростком, она только-только закончила 8 класс. Впереди было три месяца каникул, а её голова была полна планов и идей. Тогда лето выдалось жарким и солнечным, провести весь отдых в стенах квартиры за стопками книг, заданных для летнего чтения, совсем не хотелось. Именно поэтому семья Сашковых приняла решение отправить детей в деревню «Сычева», находящуюся неподалёку от Москвы. Там у них жила бабушка. Всё хозяйство держалось на ней одной, хоть и было совсем небольшим. Пожилая женщина в одиночку ухаживала за скотом, собирала урожай и следила за домом, да ещё и помогала соседям, если те об этом просили. Маленький дом и участок достались ей в наследство от покойного мужа. Одноэтажное здание, слегка покосившееся из за суровых зим, с небольшими окошками и крыльцом, на котором летними вечерами, бабушка любила пить чай. Женщина зарабатывала на жизнь преподавая в сельской школе, а летом, когда ученики уходили на каникулы, та частенько работала в поле, совсем не обращая внимание на свой возраст и боли в шее и спине. Сильная была женщина, закалённая жизнью. В одиночку вырастила двух дочерей, работала с утра до ночи, дабы одеть и накормить их, открыла им дверь в достойную жизнь, а дети отправили её подальше от себя, оставив там среди лесов и полей. Хотя мама частенько говорила, что бабушка сама отказалась покидать село, мол та обстановка ей намного привычнее, чем шумный город с многоэтажками или «серыми муравейниками», как женщина их в шутку называла. Антонина Сергеевна никогда не менялась, всё так же оставалась доброй и весёлой, несмотря на все трудности жизни. Лишь по морщинкам на её лице и седым волосам можно было понять, что за спиной огромный опыт,за который жизнь и время, взяли с неё свою расплату. Тогда у нашей семьи всё ещё была машина. Белая «девятка», любимица отца. Однажды он даже сказал, что это его третья дочь. После чего сидя за завтраком мама частенько шутила, о том, что: “пора государству выплачивать ей пособие по многодетности, а то кто же будет покупать платья третьему ребёнку в семье”? Папа ездил на этой машине на работу, а в выходные мог часами пропадать в гараже, отлаживая и ремонтируя что-то в своём «детище». Он ухаживал за ней регулярно подкручивая запчасти и натирая капот до блеска. Идеальную чистоту в салоне дополняла картонная картинка девушки, болтающаяся на зеркале. Пышногрудая блондинка кокетливо подмигивала качаясь из стороны в сторону. Хоть приятного запаха она уже и не давала, но без неё салон авто смотрелся бы уже как то по другому. Больше всего семья Сашковых любила отправляться в совместные поездки. Атмосфера тепла и уюта царила даже в машине. Зачастую они подпевали песни по радио, играли в слова и отгадывали кроссворды. Особенно Анна Александровна - мать семейства, любила песни Аллы Пугачёвой, та словно примадонна русской эстрады могла часами петь эти «шедевры». За приготовлением обеда, с кухни можно было зачастую услышать отрывки из песен « Миллион алых роз» или « Звёздное лето». Да и петь получалось у неё довольно неплохо, хоть та и клялась, что нигде профессионально этому не обучалась.