Опустошение {УСТАРЕВШЕЕ}

Глава 3: Долг зовёт Не описать то чувство, когда после долгих потерянных блужданий встречаешь наконец настоящую живую душу. Человека разумного, такого же как ты, со своими страхами, уязвимостями и хотелками, а не обезумевшее нечто, что только думает о своей "работе", агрессивно бросается на всех кого только завидет или бездумно пялится вникуда оставаясь на месте словно комнатное растение. Таковым человеком и оказался Василий Петрович — бывший сторож продуктового склада а ныне первый и пока единственный известный выживший, сохранивший здравомыслие. Его то и встретил Максим Серов, чему был несказанно рад. "Берлогой" или правильнее сказать убежищем оказался с виду неприметный подвал, дверь которого располагалась в большом, с виду непримечательном трёхэтажном здании, на заднем дворе которого располагалось нечто вроде погрузочной зоны с грузовым транспортом и ангарами — поди здесь располагалась какая-то фабрика или очередной склад. Благо до этого места идти было совсем недолго, ведь оно располагалось буквально на соседней улице где было довольно глухо. Удостоверившись что их никто не преследует и в самом дворе никто не ошивается, выжившие спустились в подвал. Василий Петрович достал ключ и отварил тяжелую стальную дверь, после чего вошел внутрь щелкнув выключателем. Внутреннее помещение озарило скупым светом. — Заходи давай и дверь запереть не забудь. Не хлопай только! — сказал дед вставив ключ в замочную скважину, после чего ушел куда-то скрывшись из виду. Максим последовал следом за сторожем аккуратно закрыв за собой дверь и запер её за собой оставленным Василием Петровичем ключом не забыв взять его с собой. Ну вот они и в убежище. Теперь можно осмотреться. В подвале действительно располагался продуктовый склад, однако он оказался не таким большим как представлялось поначалу. Около пару дюжин выстроенных в ряд и напротив друг друга стеллажей, на которых располагалась разная продукция, в основном консервы разнообразных видов. Потолок был низкий, но не ощущался чем-то давящим по сравнению с непонятной червоточиной вместо неба. Лампы слабо освещали пространство, но даже несмотря на такой полумрак в этом убежище Макс ощущал себя гораздо уютнее чем на улицах опустошенного города. Исследуя склад Максим натыкается на небольшую комнату, судя по всему являющейся типичной "будкой сторожа", где как раз нашелся Василий Петрович, хозяйничающий что-то там у себя. Зайдя внутрь он застал сторожа стоящего напротив у небольшого столика с кипятильником, которым он собственно кипятил что-то в большой кастрюле — как оказалось внутри хранился чай. — Заходи сынок, располагайся. Я нам чаю налью, посидим, поболтаем. Может еще дать чего поесть, а то изголодался поди небось. — Проговорил Василий Петрович, отчего Макс внезапно почувствовал как же сильно у него урчит живот. А ведь он считай уже давно ничего не ел, лишь только с утреца перед роковым днем успел скромно позавтракать, а потом еще неизвестно сколько он провалялся в коме. А уж после пробуждения он даже как-то особо не задумывался об еде. Но сейчас видимо случай приглянулся, так что грех был бы не воспользоваться этим. Силы нужны. — Да, спасибо. Давно ничего не ел. — скромно ответил Макс и уселся на скрипучий стул у другого стола побольше. Пока старик хозяйничал, молодой парень в деталях рассматривал комнату. Комната была небольшой, тем не менее была оборудована всеми удобствами (кроме пожалуй туалета) чтобы с комфортом нести вахту. В углу располагалась кушетка, на которой лежало оставленное сторожем ружье. Рядом с ней был большой шкаф, а возле шкафа был тот самый столик возле которого кухарил сторож. Стол больших размеров находился рядом с проходом в комнату, как и пара стульев, на одном из которых сидел Макс. На столе горела небольшая но мощная настольная лампа, хорошо освещающая всё помещение. Впервые за последнее время Макс почувствовал тепло и уют, которых ему так не хватало. Немного погодя Василий Петрович разлил в две кружки чай, после чего подложил к ним две вскрытые консервные банки — большие, тяжелые, настоящая армейская тушенка. Разложив столовые приборы сторож присаживается на стул напротив своего гостя, снял свою шапку явив тому свою седую лысину и положив её себе на колени проговорил: — Чай зелёный, рассыпной, надеюсь ничего страшно. Сахара уж нет, извиняй. Еду подогревать нечем. Да и консервы эти я со склада взял, не серчай уж. — Всё в порядке, я дома в основном такой чай и пью. Ничего страшного, сейчас время такое... На улицу вообще опасно выходить. — Ответил Максим, начав жадно поедать свою порцию. — Да. Я вообще с тех пор как это началось никого более в здравом уме не видел. Почти весь народ куда-то подевался, как будто свезли куда-нибудь во время войны. А те что остались словно выжили из ума. Видел одного, он башкою об стену долбился и ни на что не реагировал. Пока все свои мозги не расплескал. — Старика передернуло. — Даже подумал что я один остался. Не меньше твоего был рад встретить нормального человека, сынок. — Даже как-то удивительно что только мы с вами уцелели и никто не больше. Я лично вообще ума не приложу что случилось. Я еще утром отправился на работу, вместе с коллегой отправились в патруль как внезапно попали в автомобильную аварию. Очнулся уже в больнице, когда это всё началось. А там... Всё тоже самое что и на улицах, какие-то психи и уродцы из ужастиков. Многие будто испарились. Даже своего коллегу в своей палате не нашел, он тоже исчез. Никаких следов. Нашел комнату охраны, решил пробить по мониторам. И... — Макс отвел взгляд в сторону. — Это действительно страшно. На глазах как будто люди испаряются, лишь на долю секунды тени их фигур остаются но и те пропадают. А те что не исчезли сходят с ума. Кто-то начинает рвать на себе одежду, своё лицо, а у кого-то руки до стоп отрастают. Я... Я вообще не знаю что это. У меня нет этому никакого разумного объяснения. — Ужас... Подожди, так ты получается совсем недавно с той аварии? — Да. Я вам даже больше доложу, именно этим утром меня в неё угораздило. И что самое удивительное, судя по медицинским отчетам я вообще должен был остаться калекой а то и вовсе умереть в коме. Но я выжил. Как будто ничего практически не было, только провалы в памяти. А мой коллега легче отделался но в итоге вообще исчез как эти несчастные. Ничего не понимаю... Наступило неловкое молчание. В горле старика видимо совсем пересохло и он первым отпил большой глоток еще горячего чая. — Может быть и тебя это как то задело? Хотя ты совсем не похож на тех, что бегают по улицам. Да и у меня всё гораздо прозаичнее. Я просто в какой-то момент уснул здесь, на койке... Да, есть грешок. — Василий Петрович тоже отвел взгляд в сторону. — А проснулся уже под крики и грохот снаружи. Я взял своё ружье да полез наружу, посмотреть что там. А там ад творится. Почти все во дворе исчезли, один остался, весь в крови, вместо лица месиво, я ему попытался помочь а он тут же убежал в город и был таков. На небе вообще какая-то черная дыра образовалась, уже и темнеть резко начало, даже зябко стало. Решил зайти на завод, там бригадир наш долбился об стену, что аж насмерть. Потом уборщица с изуродованным лицом да с огромной рукой что, как ты говорил до стопы, набросилась. С перепугу застрелил её... Мне уж не привыкать в людей стрелять, я еще во время Великой Отечественной в ополчении был, Москву отстоял... В общем на заводе никого я не нашел. Решил выйти в город. А там... Ну ты сам видел что в округе творится. Признал пару знакомых лиц, кого нашел. А меня нет. Ты, сынок, ведь столкнулся с тем мясником? — Дед посмотрел на собеседника и тот утвердительно кивнул. — Уж его голос то всегда узнаю, вместе еще с тех пор как в ополчении познакомились, вместе Москву отстояли. Иваныч это, золотой был мужик, жизнерадостный очень. А превратился вот то, что ты и сам уже видел. И сколько еще таких бедолаг. А сколько просто исчезло без следа? — Еще большой вопрос случилось это только в пределах города или оно пронеслось вплоть до Москвы? Или еще дальше. — Серов задумчиво прихлебнул чаю. Тепло разлилось по всему телу, а хороший, крепкий чай восполнял силы не хуже чем свежевыеденная до дна тушенка. — Вы не пробовали достучаться до кого нибудь? — Конечно пробовал. Связь не работает, как будто кабель отрубили. И радио тоже, вот. — Сторож выразительно включил лежащий на столе радиоприемник. Тот зашипел, на каких бы частотах и волнах он не был. — Вот и вся связь. — Шум из радио казался зловещим, жутковатым и старик его тут же вырубил. — Да и было бы еще с кем связаться. Не знаю. Если за Красноград это не выбралось, то получается мы отрезаны от внешнего мира. Тогда через ближайшее время сюда должны отправить военных, спасателей, хоть кого-нибудь. Нам же только остается ждать в убежище. А если нет и оно выбралось за город... Я не хочу об этом думать. Проклятье, даже аппетит пропал. Вновь наступила тишина. Внезапно где-то снаружи зазвучал рев. Именно той самой твари, от которой Серов смог сбежать. С перепугу милиционер положил свою руку на кобуру. Но тут же его за руку отдернул Василий Петрович. — Спокойно, оно не знает где мы. Место то это неприметное, я тут уже довольно долго прячусь и ничего. Говорю же, поднял ты на уши весь город своей пальбой. Хотя без неё конечно я бы тебя без неё не нашел. — Макс убрал руку с пистолета и сторож отпустил его. — Ты молодец что убежал. Видел я мельком этого монстра. Здоровенный, сгорбленный, желтоватый такой и очень сильный. Рвет и жрет всё что видит. Мне кажется его пули особо не будут брать, тут противотанкое орудие надо. — Да-а, мне и без этого уже хватило. Как будто цирк уродов. — Потому то я и говорю, сидеть надо. Ты же милиционер, лучше меня это должен знать. Сейчас когда в округе всякие страшилы рыскают дык тем более. Только сидеть нам и остается. — Старик внезапно схватился одной рукой за голову и облокотился так, как будто вот вот уснет прямо за столом. — С вами всё хорошо? — Обеспокоился Макс. — Да голова разболелась. С того самого момента когда я проснулся и вот это вот... — Он кивнул в сторону и вздохнул — Началось... Теперь боли мучают. Сейчас что то сильнее стало. — Хм, но вы при всем этом выжили и не потеряли рассудок. Странно это всё. — Милиционер нахмурился. Он по прежнему не понимал логики происходящего, почему их со сторожем это не затронуло? Только потому что один был в коме, а второй так вообще спал. Но ведь в коме был явно не он один, да и в городе хватало спящих людей. Никаких внятных ответов получить не удается, а вопросов становится только еще больше. — Странно это не то слово. Кстати. Мы тут болтаем, как то некультурно что ли получается. Тебя как зовут, товарищ? — Дедушка убрал руку и посмотрел вновь на собеседника, после чего отпил еще чаю. — Меня зовут Максим Серов. Нахожусь в звании сержанта милиции Краснограда. По факту единственным известным представителем власти являюсь я. — Я Василий Петрович. Сторож этого склада. Проработал уже здесь целых пятнадцать лет и горжусь этим. Да и давай на ты, хлопец, ты же со мной на ты был когда мы только встретились. — Я был на взводе. Чертовски рад с вами, тьфу, с тобой познакомиться. Особенно в теперешнее время. - Также самое. Надо есть, силы нужны. — Василий Петрович наконец-то притронулся к своей тушенке и начал неспешно поглощать порцию. - Еще и черная дыра эта. Напрямую ведь связано с тем что произошло. Может из космоса что-то? Вроде как на космос похоже, космонавты наши рассказывали как оно там. Только звезд нет. — Максим еще отхлебнул чаю. В кружке уже совсем немного осталось. — Или может наши светлые научные умы в очередной раз начудили чего? Утром я мельком слышал про какой-то эксперимент, точнее запуск какого-то сверхустройства. Может это оно? Это единственная зацепка. — Не знаю я что это, да и как то не шибко интересовался что там эти мудрецы мудрили. Хотя если подумать, может быть это оно и есть. Эксперимент значит говоришь. Я конечно знал что в Советском Союзе передовые технологии, но чтоб настолько... Черная дыра эта, то что с людьми стряслось, тени как ты говорил, это же всё не настоящее, такого не может быть. Может конец света? — Василий Петрович, я атеист и во всю эту магию с другими мирами я не верю, меня еще в школе приучали интересоваться наукой а не вот этим вот всем. Неужели ты веришь во всю эту чушь? Скажи еще что апокалипсис пришел и демоны из ада пришли в наш мир. — Ну а как это по твоему называть? Сынок, я тоже не шибко верующий но что тогда я вижу своими глазами? Кстати... Ты ведь не веришь же в призраков да? — Сторож кажется на секунду задумался и словно вглядывался во что-то за спиной Максима. — Конечно нет. Василий, ты хоть со страху то не сходи с ума. — Отмахнулся Серов. — Я тоже нет, но как увидел то сразу заверил. И не надо на меня так смотреть, я хоть и стар но еще маразм не взял. Я ведь когда по этой фабрике шастал услышал плач из туалета. Подумал ну неужели, может тут кто-то еще остался, ну и решил проверить. Захожу, а там в туалете, ну этот... Силуэт в общем. Черный, прямо как тьма на небе. Вроде бы женскую фигуру повторяет. Сидит на толчке и плачет, издает звуки! Я как увидел руки затряслись. Подумал может галлюцинация, начала на нервной почве крышать ехать. Попробовал заговорить к этому, а оно затихло, посмотрело на меня и исчезло! Молча! Не издав никакого звука, оставив после себя ничего! — Даже просто заговаривая об этом у старика затряслись губы, было видно что ему было до сих пор не по себе от этого. И Максим тоже начинал чувствовать себя некомфортно, даже не сразу заметил как пробежала по нему дрожь. — Как будто и не сидел здесь никто. Я перекрестился наверное раз десять и чесанул оттуда как будто стал моложе лет на тридцать минимум. Всё, я туда больше не ногой! Да и в цехах наверху без того жутко, так что из подвала никуда больше. Тебя встретил и хорошо, а то от одиночества трясти начинает. Ты это, оставайся, здесь всё есть, а по фабрике вроде никто не гуляет. — Успокойся. — Оборвал его милиционер. — Исчезло ну и фиг с ним. Главное что не бродит где-то рядом. Вроде. По крайней мере я ничего такого не встречал по пути сюда. — Он замолчал, хотя на самом деле был не до конца уверен в своих словах. Учитывая всё происходящее и увиденное вокруг можно было бы ожидать чего угодно. Но чего-чего а уж всяких приведений и прочую нечисть он точно не хотел бы встретить. Он всегда считал это лишь плодом мифов и страшных сказок, где там им и место. И без них хватает местных ужасов, вроде обезумевших рабочих, безликих медсестер или кровожадных мясников. Повисло молчание. Василий Петрович таки осилил свою порцию еды и уже во всю допивал чай, к этому моменту Серов закончил прием пищи и всё это время сидел да размышлял. Всё таки хорошо что он встретил дедушку. Уже не так дискомфортно себя чувствуешь когда ты один в городе наедине со здешними ужасами. Но оставаться здесь нельзя, это не выход. Дела сами не разрешаться. Нужно действовать. Долг зовёт. — Надо что-то делать. — Нарушил молчание он. — Сидеть здесь и ждать неизвестного — это не выход. А вдруг нас найдут? А вдруг всё станет гораздо хуже? Хотя еще неизвестно что может быть хуже. Но так нельзя. Я так не могу. Я работник правоохранительных органов Союза Советских Социалистических Республик, я обязан охранять порядок и восстанавливать его в случае любых нарушений. Любых без исключения. Я должен защищать и спасать людей. Я должен служить своему народу. Это мой долг. Я не могу просто сидеть сложа руки когда происходит весь этот хаос. — И что же ты предлагаешь, товарищ милиционер? — С заметным скепсисом ответил Василий Петрович. — Еще в больнице я наметил план. Я думаю добраться до станции метро Южная, через метрополитен добраться до центра города, а там разыскать администрацию, представителей правящей верхушки, в общем всех тех мудрецов, как ты говоришь. И если кто-то остался то узнать уже у них что произошло, кто виноват и что делать. В общем посмотрим. Это всяко лучше чем сидеть и дрожать как мышь. Кстати, а где мы? Метро должно быть уже рядом. — Ну ты и забрался... Ты сейчас в старом промышленном районе, его одним из первых построили еще при основании Краснограда, еще когда никто не думал обо всех этих новых технологий. Я думал из больницы довольно легко и быстро попасть в метро. Малость не туда ты свернул, видимо пока бегал заплутал. Станция должна быть восточнее, но идти сейчас через город — самоубийство. Тебе надо будет пройти через эту фабрику и дальше через всякие цеха-заводы дойти дворами до метро. Я думал ты знаешь этот район, хотя из молодых его мало кто помнит... А, ты ж говорил что у тебя память начала хромать. Старый Железодом, не помнишь что ли? А, точно! Максим вспомнил. Старый Железодом, когда то был чуть ли не основным промышленным районом города, здесь было размещено много производственных предприятий города. Консервный завод, автомобильный завод, мастерские, плавильни и многое другое располагалось именно здесь. Раньше он назывался просто Железодом, но относительно недавно был основан новый район, известный как Новый Железодом, там в основном проектировали новые технологии: компьютеры, камеры и так далее, вроде бы еще проводились какие-то исследования. Новый Железодом был как раз в центре Краснограда, а Старый был уже на окраине, хотя когда-то недалеко от этого района был центр города но потом он начал всё быстрее и быстрее разрастаться. - Вспомнил! — Максим хлопнул ладонью по столу. — И я кажется знаю в какую сторону мне надо идти. И лучше бы тебе тоже со мной пойти, Василий Петрович. Тот решительно покачал головой: — Да куда уж мне? Я слишком стар для всего этого. Да и я обузой буду... — После этих слов он скривился как от зубной боли. — Лично я не собираюсь оставаться здесь до последнего как дрожащая крыса, вздрагивающая на любой посторонний шум. Если уж смерть неизбежно, то надо погибнуть не как трус, а как человек который хотя бы попытался, поборолся за свою жизнь. Кроме нас с тобой некому, Василий. Надо выяснить что привело ко всему этому и призвать к ответу виновных. Наступило тяжелое молчание. Василий Петрович глядя куда то в сторону о чем то размышлял, в это же время Максим проверял свое оружие. Два пистолета, две полные заряженные обоймы и вдобавок еще два запасных магазина, плюс дубинка милицейская. Не ахти что, но лучше чем совсем ничего. Надо быть осторожнее, если раньше не убьют, то потом отбиваться будет просто нечем. — Я пойду. Хотя бы провожу тебя до станции. Боюсь что возле неё будет опасно, но вот идти через весь город на своих двоих до центра — безумие. Я тут всё знаю, у меня ключи есть. Выпровожу тебя из консервного завода, там рядом будет завод этих... Магнитных, во, поездов, через него и потом дворами уже можно будет дойти. Что такое, Максим? — Наконец заговорил сторож и посмотрел на своего товарища по несчастью. Того при упоминании завода по разработке и производству магнитных поездов передёрнуло. И было от чего. На этом злосчастном заводе когда-то работал его отец. Квалифицированный инженер, недавно получивший звание Героя Социалистического Труда, работал на этом серьёзном, перспективном предприятии по производству нового вида транспортного средства, в данном случае поезда нового поколения. Это был прорыв, ни у кого из существующих в это время держав такого не было. Однако работы по нему шли медленно, проект был очень дорог и сложен в техническом плане, местами даже опасен. Одним днем папа Макса не вернулся с работы. К вечеру пришло известие о том, что его отец погиб при испытании магнитных установок, а конкретно от сильнейшего удара током. При проверке выяснилось что случилось это из-за грубых нарушений техники безопасности со стороны организаторов испытания. Руководство завода было осуждено, однако руководители проекта, торопившиеся с испытаниями и реализацией проекта оказались безнаказанны. Это произвело на тогда еще юного Макса неизгладимое впечатления, ведь руководство завода и в частности его генерального директора отец знал лично, а уж те весьма строго относились к технике безопасности но старались работать в спешке, под давлением высших чинов. В итоге пострадали рабочие, один из них (именно отец Макса) погиб при аварии, а виновато оказались заводские руководители которые как раз таки откладывали испытания из-за возможных рисков. С тех пор магнитные поезда он недолюбливал, так как они напоминали его о той трагедии, которую он всегда старался не вспоминать. Но теперь по иронии судьбы ему предстоит пройти через тот злосчастный завод. Ничего. Надо будет и Ад пройдет. Будет не удивительно если случившемся кошмаром в Краснограде окажется очередное испытание или как говорил его друг и коллега по работе Сергей "эксперимент", который задумали важные шишки высшего руководства этого городка. В этом случае от ответа им не уйти. Это была главная причина по которой он устроился на работу в милицию. Порядок должен быть везде. И бороться надо с его нарушителями, будто это закоренелые преступники, чины разных уровней или какие-нибудь психопаты-мутанты. — Макс? Максим! Ты чего это? — Громогласный голос Василия Петровича вмиг оторвал парня от мыслей. — Всё еще от комы не отошел что ли? — Я... Да так, о своем задумался. Вообще не время болтать, пора собираться. — И то верно. Ладно, обожди, приберусь тут и подготовлюсь к выходу. Тебе бы тоже подготовится не помешало бы, отправишься ты сейчас как красноармеец на Берлин. Сиди пока на дорожку, ну или в туалет, он там, на другом конце склада. Василий Петрович встал и начал хозяйничать, в этот момент Макс решил не терять время и пойти справлять физиологические нужды. Искомый туалет нашелся быстро, там же была и раковина, причем со зеркалом, висевшим на вбитом в стену гвозде. Закончив со своими потребностями Максим вернулся к сторожу. Тот уже убрал все остатки со стола, вместо которых лежали матерчатый длиннополый плащ с капюшоном цвета хаки, старый вещмешок, монтировка и рабочие перчатки белого цвета, тонкие. — Вот. На улице холодает, так что лучше надень плащ. Заодно не так заметен будешь. Перчатки, чтоб руки не мёрзли и не натирались об всякое. Монтировка, думаю в хозяйстве тебе пригодится. Уж не знаю куда ты её денешь, попробуй засунуть её вместо этой дубинки что ли. И вещмешок еще возьми, я туда пару консервов положил, открываются легко — просто за кольцо дёрни и всё. Ну и фляга воды тебе в дорогу, тоже там. Как и фонарик, батарейку я прямо сейчас поменял. Еще бинт на всякий пожарный. Давай, одевайся и пойдем. — Старика к этому моменту уже явно замучили головные боли, вид его был болезненный. Тем не менее он стоял в полной готовности с ружьем наперевес. — Ого. Спасибо тебе, Василий Петрович. — Максим был искренне рад таким дарам. Плащ был хоть и старый, но всё еще в хорошем состоянии, из непромокаемого материала. Надевался поверх одежды и застегивался пуговицами, вдобавок было два объемных кармана, тоже на пуговицах. В один из них как раз идеально поместился фонарик, который сам по себе был достаточно увесист и по форме напоминал небольшую дубину. Широкий капюшон был довольно удобен, можно было носить даже поверх всяких шлемов. Вещмешок как раз кстати, может пригодится. Перчатки как раз подошли по размеру, были тоже удобными и достаточно тонкими, чтобы не мешались при совершении тех или иных действий, например при обращении с огнестрельным оружием. Как и монтировка, правда с ней пришлось повозиться: девать её некуда, поэтому на месте дубинки он разместил лом, а саму дубинку положил в мешок благо места еще хватало. Терять её не хотелось, и так уже во время блуждания по городу успел потерять свою милицейскую фуражку. — Ну что, готов сынок? — Вопросил сторож и милиционер кивнул. — Давай за мной, буду выводить тебя. — И держа поудобнее двустволку Василий Петрович вышел из помещения, Максим последовал его примеру. Ну что же, спасибо этому месту за возможность остановиться хотя бы на время. Теперь пора в путь. Немного левее уходил длинный коридор, дальше переросший в лестницу, через которую можно оказаться на первом этаже консервного завода. Ох уж легендарен этот завод был в свое время. Еще во время Великой Отечественной Войны здесь во всю шло производство консервированных продуктов, в основном на военные нужды. Работали здесь в три смены круглосуточно, и дети и взрослые, когда еще стоял вопрос голода по всей стране вкупе с проблемами со снабжением. Но и после войны предприятие продолжало работать, став по сути одним из крупнейших консервных заводах во всём СССР. Конечно в мирное время уже не было необходимости работать сутками напролет, как и использовать детей в качестве рабочей силы, но всё равно немалая часть консерв во всём Советском Союзе приходилась именно на эту фабрику. Комплекс был довольно большой и запутанный. Оказавшись впервые в нём можно было бы заблудиться, благо вместе с Максом шел его сторож, который знал каждый закуток как свои пять пальцев. — Когда-то здесь было много народу. — Заговорил он. — Никогда не испытывали нехватку рабочих рук. Знал я здесь многих, иногда в столой на перерыве собирались, общались. Теперь все словно испарились. Или в город убежали. А то я видел в паре мест выбитые окна. Вроде никого нет но ты всё равно не зевай. Мало ли кто-то или что-то зашло пока мы с тобой чаи гоняли в погребе. Коридоры и помещения с цехами выглядели так, будто во время работы всех людей внезапно выгнали на улицу как во время пожара. Только никакого пожара тут и в помине не было. Все вещи, всё оборудование оставались на своем месте, причем некоторая его часть продолжала свою работу оставаясь включенными. Только их постоянное гудение хоть как то разбавляло абсолютную тишину в здании, нарушаемую разве что звуков шагов его единственных обитателей — милиционера Максима Серова и местного сторожа Василия Петровича. — Я уж не особо разбираюсь во всем этом, так что решил не трогать. — Пояснил сторож. — Если начнет перегреваться то само должно выключиться. Тут очень строго было с пожарной безопасностью. Ничего, тут есть еще один запасной выход, как раз аккурат в сторону заводских дворов выходит. Оттуда уже к другому заводу, ну тому, с поездами. — Что-то ты совсем никакой, Василий. — Заметил Макс. — Да... Голова не проходит, боль только усиливается. — Дед сморщился и остановился. — Погоди, почти уже вышли. За углом коридор, там дверь. Я сейчас приду. — Василий Петрович? — Иди! Я догоню. Ух... Взяло же на старости лет в такой момент. — Старик застонав опёрся об стену держась одной рукой за голову. — Иди, я простою сейчас и пойду тоже! Встретимся у двери. Посмотри чтоб снаружи никто не ломился. Максим вздохнул и достав свой пистолет из кобуры направился к выходу. Тот находился совсем рядом, буквально пару десятков шагов осталось пройти. Вот и массивная железная дверь с надписью «Выход» характерного красного цвета. Дверь была не заперта. Максим медленно и аккуратно открывает дверь нацелив пистолет наружу. Снаружи уже заметно потемнело, кажется что ночь надвигается. Это очень не хорошо. Но что делать. Благо во дворе никого не оказалось, так что можно было бы спокойно покинуть территорию фабрики. Здесь уже ничего интересного нет, обычный проезд да пару скамеек, возле которых валялось несколько окурков. Сама дорога уходила куда-то за угол фабрики с одной стороны и далее в город через раскрытые ворота с другой. Впереди же был просто железобетонный забор, в котором как рядом зияла здоровенная дыра. Её явно кто-то проломил. За ней же разросталась импровизированная лесополоса из густых деревьев, причем в части из них были заметны вмятины будто кто то со всей силы бил по стволам деревьев. За их верхушками кажется виднелся тот самый поездной завод: довольно большое здание, еще больше чем консервная фабрика. Вот туда то и предстоит отправиться. Но сначала надо посмотреть как там Василий Петрович. Убедившись что снаружи всё спокойно Макс прикрыл дверь и быстрым шагом вышел в коридор где только что оставил своего компаньона. — Эй, ты как там? Снаружи всё спокойно, можно идти! Эй? Василий? Что с тобой? В коридоре сторож всё также стоял заметно мучаясь от головной боли и никак не реагируя на голос Максима. Он стоял согнувшись и держась одной рукой за голову, а второй рукой продолжая сжимать своё ружье. Даже отсюда были слышны его глубокие вздохи. Максим по настоящему забеспокоился за старика и уже было поспешил к нему, однако едва он успел сделать пару шагов вперед как Василий Петрович неожиданно резко вскинув голову посмотрел на Макса ошарашив последнего. Глаза деда за место обычных серых стали полностью кроваво-красными и немного выпучились, из них, ровно как и из ушей и носа начала идти кровь. Из рта обильно выделялись слюни, прямо как у подхватившего бешенство животного или пациента психиатрической лечебницы. Старик перестал стонать и дёргаться, он начал медленно разгибаться поднимаясь во весь свой рост не переставая при этом тяжело дышать и смотреть на милиционера. Переменились не только глаза сторожа, но и его взгляд. - Ряяяяяяя, уходи отседова!!! - Неожиданно заревел хриплым басом Василий Петрович и вскинув свою двустволку нацелился на своего уже бывшего товарища. В этот момент Максим спешно отступил и укрылся за углом. Одновременно с этим раздался громкий выстрел из ружья. Почти всё дробь ушла в стену, однако одна дробинка задела предплечье Максима, благо прошла навылет. - Василий!!! Петрович!!! Ты что, обалдел?! - Окрикнул его Макс, но в ответ он получил лишь бесвязное рычание. О нет, неужели он стал одним из них? Но как?! Да что с тобой, Василий?! Послышался спешный топот и вскоре из-за поворота показался сторож, который всё также рычал выцеливая Макса. Но тот уже нацелился в его сторону и когда тот показался выстрелил в него. Пуля попала в плечо, Василий остановился слегка отшатнувшись и опустив голову, но оружие не выронил. Но вскоре сторож поднял голову и заорал на Макса снова целясь из ружья. - Василий нет!!! - Максим не думая начал стрелять в него выпустив три пули в упор, обе пришлись в грудь а последняя прямо в голову. Именно после неё уже бывший компаньон рухнул на пол не издавая больше ни звука. Под ним начала растекаться лужа крови, а окровавленные глаза теперь просто смотрели в пустоту. - Ну что ж ты так... Эх, что с тобой произошло? Да что вообще с вами со всеми случилось! - Макс со злости ударил рукой стену. Так погано на душе еще никогда не было. Буквально спас, вытащил из пекла, приютил, накормил, напоил, поделился своими запасами и согласился провести, а теперь внезапно напал на него как те психи в городе. Как так получилось-то... Так ладно, не время для соплей. Надо уходить отсюда и поскорее, пока на выстрелы кто-нибудь не пришел. - Земля тебе пухом, Василий Петрович. Спасибо тебе за всё. - Только и сказал Максим Серов закрывая рукой его глаза. После чего забрал из его рук охотничью двустволку, осмотрел её. Состояние хорошее, в стволе оставался еще один патрон. При нём еще должны быть. Так... Да, в кармане было еще с десяток. Ну что ж, это будет получше чем пистолет. Всего два выстрела, зато какая убойность. Ружье еще послужит. Оно было на ремне, так что можно будет свободно носить её с собой. Патроны он также сложил к себе в карман, не забыв дозарядить второй боеприпас. Пистолет пока можно отложить в кобуру. Последний раз посмотрев на покойного сторожа Максим перехватив обеими руками теперь уже своё ружьишко поспешно удалился из коридора, а затем уже и здания. Вроде пока тихо, никого по-прежнему нет. Тем лучше. Ну что ж, пора в путь. Следующий пункт назначения был совсем рядом, а там уже и до станции рукой подать. Максим надвинув на голову капюшон аккуратно преодолел забор через ту дыру оказавшись в лесополосе. Вроде и тут никого нет. А стоп. Рядом возле деревца приблизительно в пяти метрах от него краем глаза он заметил небольшое пятно, которое кажется смотрело прямо на него. Рефлекторно он обратил на него внимание и этот же момент пятно дёрнулось, шевельнув хвостом. Однако едва Максим моргнул как оно тут же исчезло как будто его и не было никогда. Картинка словно застыла перед глазами, в этот момент Макс распознал в фигуре силуэт кошки, небольшой такой. Их довольно много гуляло в Краснограде, являясь одним из неофициальных символов города, но никто особо не жаловался, кого-то даже забирали к себе. Догадки подтвердились когда в момент своего исчезновения силуэт издал отчетливое мяуканье. Но теперь ни фигуры, ни мяуканье. Черт, что это было? Неужто и Макс начинал понемногу сходить с ума? Нет, такого не может быть. Серов потряс головой отгоняя прочь все тёмные мысли. Проклятье, он стоит почти на самом видном месте и думает о каких-то кошках. Тьфу. Нельзя останавливаться. Надо идти. Снова в одиночку но теперь уже с каким-никаким оснащением. Вон, уже за деревьями виднеются очертания того самого печально известного предприятия по разработке магнитных поездов. Пришло время заглянуть в глаза призракам прошлого.