Опустошение {УСТАРЕВШЕЕ}

Улицы города встречали таким же опустошением что и тесные застенки больницы. Еще не ночь, но даже ночью в Красноград продолжал как никак жить. Сейчас же жизни в городе как будто не было вовсе, будто бы исчезла в один миг оставив после себя одни воспоминания. Но на самом деле она была, только осталась лишь в образе немногочисленных выживших людей, обезумевших и обезображенных, и в виде Максима Серова собственной персоной, как единственного известного человека каким-то неведомым чудом сохранившего свою человечность. И вот это ощущение одиночества, когда остался наедине с дюжиной психов в опустошенном месте начинало давить всё сильнее и сильнее. Напротив больницы был довольно большой, скудно освещаемый редкими фонарными столбами, парк с ухоженными дорожками из брусчатки, гладким газоном и высокими дубовыми деревьями, рядом с которыми были густые заросли кустарников. Местами эта красота была огорожена живыми изгородями. Вдоль противоположной стороны помимо больницы размещались разные строения, в основном гастроном и некоторые трёх-этажные здания, являющимися жилыми. Желания проверять их всех на наличие уцелевших людей у Макса не было, надо как можно скорее сориентироваться на местности и уже отсюда выстроить маршрут до центральной части города, а там уже разыскать городскую администрацию. Госпиталь назывался «Южный», располагался он как раз на улице имени Павлова, если не изменяет едва оправившаяся от недавней комы память Максима. Ага, значит прямо напротив него находился Павловский парк, известный своими красивыми растительными насаждениями и спортивно-оздоровительными комплексами, детскими площадками и небольшим прудом с фонтаном. Парк слыл популярным местом всех видов отдыха и романтичных свиданий, также здесь нередко практиковалась активная реабилитация идущих на поправку пациентов госпиталя, да и просто прогуливаться на свежем воздухе вдыхая аромат свежепосаженных растений в красивом месте было полезно. Много лет назад они с отцом гуляли в этом самом месте, просто отдыхали или занимались совместным спортом. Так что знал и помнил это место он хорошо даже невзирая на недавнюю аварию. Если идти вдоль дороги по правую сторону можно выйти на главную дорогу с широкими улицами вдоль множества домов и хозяйств. При этом путь к нему преграждал врезавшийся в здание на углу улицы автобус, внутри которого никого не оказывалось. Даже тел не было, никаких следов. Да уж, жуткое зрелище. Путь налево ведет к множественным развъетвлениям и улочкам, огибающим преимущественно спальные районы. Ближайшая станция метро должна находиться приблизительно в полукилометре отсюда, как раз к северу от больницы. Так что рациональнее будет срезать как раз таки через парк, не выходя на главные, некогда оживленные улицы. Да, так и поступим. Пересекая улицу Максим только сейчас обратил внимание на то, что в некоторых домах продолжал гореть свет несмотря на казалось бы отсутствие их хозяевов. При этом находясь поблизости таких окон то и дело появлялось ощущение что за ним наблюдают. От этого захотелось поскорее скрыться с улиц в парке, где его уже не будет так хорошо видно. Хорошо еще что сейчас не глубокая ночь, от этого стало бы еще более дискомфортно. Тихий шелест деревьев и кустов, подхватываемый холодными порывами ветра — единственное что помимо звуков шагов Серова напоминало о наличии у того слуха. И совсем скоро к ним прибавилось отдаленное бурление искусно сооруженного фонтана посреди большого пруда. Никогда не было такой мёртвой тишины здесь, даже по ночам то и дело шумели птицы а время от времени издали раздавался шум моторов проезжающих мимо парка машин. Может быть такая тишина заметно умиротворяла, особенно Максима который предпочитал тихое уединение после работы шумным посиделкам в каком-нибудь баре. Но сейчас, в нынешней обстановке она воспринималась как нечто угрожающее. И всё явнее чувствуется будто за ним кто-то наблюдает... Внезапный, более громкий шелест из-под изгороди раздался рядом чуть ли не под самым ухом, после чего последовал тихий но отчетливый шорох словно кто-то быстро пробежался по свежескошенной траве. Максим резко обернулся нацелив туда свой пистолет. Всё вновь затихло, будто бы ничего и не было. Странно, может быть это просто воображение, сказывающееся нервное перенапряжение или просто галлюцинации? Внезапное пробуждение после глубокой комы и серьёзной дорожной аварии даром не проходит. А вот и тот самый пруд. Вокруг на него на травяном берегу видны брошенные вещи: простыни, полотенца, сумки и прочее — судя по всему накануне случившегося здесь отдыхали люди. Только вещи остались а самих людей нет. Напротив него находилась детская площадка, а вокруг неё несколько лавочек. Разглядывая местность Максим заприметил сидящую на одной из лавок человека и только подойдя к нему он понял что тот уже давно мёртв. Тело было холодным, никаких следов насильственной смерти, вот только кожа на лице полностью отсутствовала обнажая окровавленный череп из-за чего опознать жертву не представилось возможным. Понятно что в момент катастрофы некоторые люди внезапно умирали, но непонятно почему некоторые умирали без каких-либо телесных искажений, а другие наоборот получали наружные повреждения разной степени уродства. Только непонятно от чего это зависит и что на них так повлияло. Какое-то неравномерное воздействие получается. Размышления милиционера прервал повторившийся шелест из-под изгороди. Максим резко развернулся и вскинув руку с зажатым в ней пистолетом нацелся в сторону звука, но разглядеть что-либо в полутьме в густой растительности не имея при себе каких-нибудь источников освещения было невозможно. Вновь наступило затишье, которое уже начинало действительно нервировать. Милиционер бросил последний взгляд на обезличенное тело жертвы и, плюнув, ускоренным шагом прошел дальше по парку. За ним и вправду кто-то наблюдал, надо поскорее уходить отсюда. В спешке выходя из площадки Макс едва не столкнулся с брошенной прямо посреди дороги детской коляской, которая также пустовала. Так, вот и центральная площадь парка с большой статуей врача, прославляющая медицинских работников Советского Союза. Неподалеку располагались несколько лавочек, причем одна из них была разломана буквально в щепки — явно дело "рук" одного из выживших но ощутимо преобразившихся после инцидента граждан. У дороги стояла брошенная цистерна, из которой раздавали разливной квас, но конечно же рядом с ней никого не оказалось. Автомат с газированной водой оказался вовсе разбит. Кто-то выжил, не испарился и не умер, а выжил но сошел с ума и теперь бродит поблизости. Возможно один из них прямо сейчас наблюдает за Максом, тихо крадется позади оставаясь незримым. Отсюда открывался самый лучший вид на весь парк, виднелся и тренажерный турник, фонтан в центре пруда который продолжал поливать без остановки, уличные туалеты, небольшая площадка для уличных выступлений. Кипела здесь жизнь постоянно, особенно на выходных. Теперь жизнь как будто остановилась. Здесь уже не было изгородей, вокруг площади были поставлены цветущие кустарники. Так что когда Макс вновь обернулся на очередной шорох то скрываться так хорошо как за изгородью уже не получалось. Он увидел скрывающийся под кустом силуэт, совсем небольшой. Нет, не животное, фигура была человеческой но при этом маленькой. И она продолжала смотреть на него. — Эй ты! — прикрикнул милиционер на фигуру, сжав в обеих руках пистолет готовясь в случае чего вскинуть его и пустить в ход. — Я тебя вижу! Словно по команде после этих слов существо издав свист тут же бросилось на Серова при этом хрипло ухая неественно высоким голосом. Передвигалось оно сгорбленно, на четвереньках и при этом очень быстро, почти как собака бросившаяся на нарушителя. От такого резкого наскока Максим дёрнулся, после вскинул оружие и начал стрелять по нападающему разряжая в него буквально всю обойму. Пули попали в плечи, спину и руки существа, тот остановился и упав животом на землю забился в конвульсиях как эпилептик тихо рыча. Еще одна пуля попадает в голову, после чего раздался сухой щелчок: патроны закончились. Впрочем одного выстрела в голову хватило, чтобы тварь наконец затихла испустив дух. Всего пару метров она не добежала до Макса... Максим вспотевшими руками роняет опустевший магазин и спешно вставляет новый вновь снимая своего «Макарова» с предохранителя. Походив из стороны в сторону он осматривается вокруг, после чего облегченно выдыхает осознав что больше никого поблизости пока что нет. Не обмануло предчувствие. Только почему оно напало на него прямо сейчас, а не из-за спины? Выжидало удобного момента? Что это, черт побери, вообще было? Серов аккуратно приблизился в лежащему телу дабы изучить его поподробнее после чего ужаснулся. Перед ним лежал изуродованный ребенок, лет кажется 6-8 от роду. Одежда изорвана, обнажая иссохшее, тощее как скелет тело. Обувь отсутствовала, ноги были неестественно вытянуты, пальцы ног удлинились в несколько раз, ногти также были заметно увеличены преобразившись в когти. Тоже самое было и с руками, аномально длинные, изогнутые, пальцы длинее чем обычно и когти как у какого-то животного, по виду достаточно острые чтобы наносить увечья. Почти все волосы на голове выпали, лицо же оставалось относительно нетронутым. По нему милиционеру удалось определить что некогда это был мальчик. Мутировавшее дитя решило поиграть с милиционером в прятки и когда тот его всё же заметил тут же бросилось на него, так что ли? Серов нервно провел рукой по лицу и спешно покинул площадь. Выстрелы в такой тишине слышались особенно сильно, они могли привлечь нежелательное внимание. Поэтому надо побыстрее уходить отсюда, пока не появилось еще чего похуже. Похоже идея срезать через парк была не самой лучшей. Оставшийся путь Макс проделал достаточно быстро, то и дело оглядываясь по сторонам. Вот уже впереди виднеется улица с выстроенными в ряд домами, вдоль которых проходила дорога с припаркованными машинами. Вот наконец и выход в парк. Но приблизившись к выходу он заметил некое движение за забором и сразу остановился. Вглядевшись он распознал двух взрослых людей в рабочей одежде, которые кажется никак не отреагировали на звуки выстрелов. И только сейчас Максим увидел что часть дороги оказывается находилась в ремонте, а значит перед ним находились именно дорожные рабочие. С виду довольно массивные амбалы, в подранной местами одежде, головы скрывают вязаные шапочки. Один из них орудуя лопатой копал землю, второй просто стоял рядом неподвижно продолжая сжимать в руках тяжёлую кирку. В стороне была куча строительного мусора, строительный участок был огражден предупредительными знаками, рядом стоял крытый грузовик. Хм, по виду не агрессивные, как и тот лунатик из больницы на выстрелы никак не отреагировали. Может быть они тоже безопасны, хотя кто поймет этих психов. Даже в нынешней обстановке продолжают работать, словно ничего и не было. Прямо как загипнотизированные. Рабочие кажется не замечали стоящего за забором Макса, занимаясь своими "делами". Тот держа наготове пистолет аккуратно выходит из парка на улицу не спуская с них глаз. Ожидалось что они будут такими же пассивными как тот пациент из госпиталя. Однако же рабочий с киркой почти тут же обратил свой взор в сторону Макса и начал громко рычать, чем привлек внимание своего коллеги с лопатой, который обернулся в сторону Максима и тоже зарычал вскинув свой инструмент. В свете уличного фонаря особенно заметно выделялись их нарывы на лицах, а у того что с киркой оно еще и заметно обвисло. — ПОШЕЛ ОТСЕДОВА!!! - хрипло прорычал работяга с киркой и тут же резво устремился на милиционера занося длинную, тяжелую кирку для удара. Милиционер отреагировал мгновенно и одним метким выстрелом в голову нападающего вновь успокоил его. Второй уже почти приблизился вплотную к Серову, но тот быстро повернул ствол пистолета в его сторону и всадил две пули ему в грудь. Тот рухнул прямо в вырытую дорожную яму не переставая при этом рычать не на секунду. Но добивать его не пришлось: задёргавшись и издав предсмертный стон сумасшедший рабочий наконец затих. — Вот и умерли на своем рабочем месте... — мрачно произнес Максим оглядывая тела убитых работников, крепко сжимающих свои инструменты даже после смерти. Он допустил ошибку, что психов в принципе невозможно предсказать и впредь следует соблюдать повышенную осторожность избегая всех кого он встретит. Но до чего же отвратно убивать своих сограждан в ходе необходимой самообороны, пускай даже если они и выжили из ума! Эхо выстрелов подобно грому ясного неба нарушило тишину опустевших улиц, но немного погодя раздался громогласный рёв, будто потревоженное нечто тотчас же впало в ярость. Рёв был точно нечеловеческий, а какой-то инфернальный, не от мира сего. Доносился он как раз со стороны заграждений, где некогда трудились спятившие дорожники. Выстрелы привлекли нечто, что находилось за ближайшим поворотом и стремительно неслось сюда. А, к черту! Максим мигом нырнул в ближайшую подворотню находу высматривая её на предмет наличия всевозможных угроз. Так он оказался в дворике посреди пятиэтажных домов. Дабы не отсвечивать в переходе Макс тут же укрылся за домом и замер. Со стороны улицы раздавался спешный, гулкий топот и шумное, агрессивное дыхание вперемешку с животным рычанием. Когда же его было слышно очень хорошо, существо остановилось. Потом неожиданно раздались совсем уж странные звуки, будто что-то грубо отрывают и переламывают, прям с таким смачным звуком... Оно что, ест? Питается трупами убитых рабочих? Ну с таким чудовищем Макс уж точно не захотел бы повстречаться. Он вынул магазин пистолета, осмотрел его и вставил обратно. Еще пять патронов в обойме оставалось, а также запасной полный магазин. Вдобавок к этому имелся еще один заряженный пистолет и две обоймы к нему. Если перемещаться по городу стреляя во всё что движется — никаких патронов не хватит, если раньше не убьют. Переводя дух Максим стал более внимательно оглядывать двор, в который он попал. М-да, тупик. Хотя нет, есть дверь, по идее являющаяся задним ходом в одно из этих зданий. Будем надеяться что она не заперта. Максим оглядываясь поднял глаза. В некоторых окнах всё еще горел свет. И в одном из окон на третьем этаже был виден человеческий, тёмный, неразборчивый силуэт который так пристально смотрел на него что становилось не по себе. Смотрел и не двигался, не издавая никаких звуков, словно статуя или точнее её тень, так как разглядеть более детально фигуру было невозможно. Серов нервно сплютнул и бросился к двери, при этом на ходу чуть ли не ударившись об косяк. Худшие опасения подтвердились, дверь оказалась заперта. Несколько сильных ударов также не дали результата: замок держался будь здоров. Максим заматерившись приставил пистолет к замку и нажал на спуск. Выстрел и дверной замок слетел открыв дверь нараспашку. Со стороны улицы раздался рёв потревоженного нечто, что пинком подтолкнуло милиционера занырнуть внутрь прикрыв за собой дверь. Черных ход вёл не в отдельное помещение или подвал, а сразу на первый этаж жилого здания. Вот уже можно было бы воспользоваться лифтом или лестницей чтобы подняться наверх, но только Максу это было не нужно. В целом обстановка внутри казалась довольно спокойной или даже в какой-то степени уютной. Сразу вспоминается дом и родная квартира Серова, которая находилась так далеко и в которой хотелось бы укрыться от творящегося хаоса снаружи. Но нельзя. Идиллию портит наличие трупа женщины преклонных лет, одетую весьма просто — похоже незадолго до смерти она покинула своё жилище, после чего сеганула через перила и разбилась насмерть. Тело лежало лицом вниз, каких-либо видимых отклонений замечено не было. Знакомый топот привлек внимания милиционера и тот не теряя ни секунды спешно бросился к выходу из жилого здания. К счастью в этот раз на улице его никто не встречал, но и без обезумевших горожан Максим ощущал себя крайне неуютно. Разбросанный то тут то там мусор, врезавшийся друг в друга автотранспорт, местами разбитые окна на первых этажах зданий, врезавшийся в светофор грузовик... При этом весь транспорт внутри пустовал, да и никаких следов на то, что его покинули уже после аварии не было. Из всего этого выделялась ближайшая к Максу машина, которая сошла с дороги и врезалась в здание. Лобовое стекло было выбито, в салоне, на стеклах и непосредственно на капоте было много крови, откуда она каплями уходила куда то дальше по дороге. Кажется нечто снаружи выбило стекло, проникло в машину, убила выжившего или просто разодрала его мертвое тело, после чего вытащила его и поволокло куда то в сторону. Не исключено что это сделал тот самый монстр, который буквально дышал Максиму в затылок. Надо дворами уходить, чтоб уж точно потерял. Открытые улицы начинают ощущаться слишком опасными. Вот только видимых переулков и подворотней на этой улице не было, потому Макс принял решение пройти через ближайшее к нему здание — общепит, оно же предприятие общественного питания, где горожане часто любили собираться вместе, поедали разные блюда да общались между собой на разные темы. Иногда Макс с коллегами после работы, да и во время рабочих перерывов тоже, в местном общетите отдыхал в таких местах. Конечно же не в данном заведении, а в центральном, как раз располагавшемся рядом с отделением милиции, но в целом все они были почти одинаковы (по крайней мере в пределах этого города). Обычно позади таких учреждений располагаются собственные дворики и склады, откуда можно попасть на соседнюю улицу. Сжав покрепче пистолет Серов пробежавшись открыто по дороге добрался до этого места. Входная дверь общепита была выбита изнутри, что наводило на нехорошие мысли, но особого выбора не было — бегать по улицам в поисках открытой двери, ведущей непонятно куда может быть чревато, на бессмысленную беготню вообще времени нет. Внутри общепита был также разгром, продукты с битой посудой были разбросаны по всему помещению, часть стульев разбита в щепки и перевернута, отдельные столы тоже были перевернуты то набок, то вовсе кверху дном. Похоже те, кому повезло выжить сошли с ума также как и все остальные выжившие, разгромив всё вокруг. Вот только тел поблизости нет, что странно. Уже не спеша, аккуратно, тихими шажками Серов пробирается за прилавок, за которым работники общепита обслуживали посетителей. Но битое стекло под ногами предательски хрустело, снижая всю бесшумность до минимума. И едва он успевает попасть в служебное помещение как впереди слышится звук неспешно приближающихся шагов вместе с тяжелым, утробным, то и дело переходящим в рычание, дыханием. Что-то находящееся в соседнем помещении впереди за углом услышало посторонний шум. Серов мгновенно среагировал и быстро зайдя в служебное помещение тут же плотно прижался к стене у дверного проема, ведущего в следущее помещение, откуда сейчас доносились звуки. Макс нервно поднял руку с зажатым в ней оружием и нацелил его на дверной проем, но всё же надеялся избежать стрельбы как и задумывал ранее. Вскоре из проема показалась здоровая, на голову выше фигура в окровавленном фартуке, местами порваной рубашке и белой шапочке, держащее в огромных, облезлых руках мясницкий тесак, заляпаный кровью. Мясник, как Макс про себя обозначил этого амбала, несмотря на свои габариты вполне помещался в проем но похоже не отличался каким-либо интеллектом, так как он просто встал как вкопанный глядя на выход в зал общепита и тяжело дышал. Его изуродованное лицо покрывали множественные язвы и рубцы, а из под рта прямо на пол капали слюни как у буйных пациентов психиатрической лечебницы. Внезапно мясник издал нечто похожее на стон и опустив голову начал расчесывать свое лицо до крови, сдирая с него куски кожи с плотью растирая до большой кровяной раны на физиономии. Этот момент пришелся как раз на руку милиционеру, так как стрелять всё таки не хотелось а выжидать дальше было слишком рискованно ведь мясник мог в любой момент обернуться и посмотреть на него. Под рукой ближайшего мусора не оказалось, поэтому он решил снять со своей головы милицейскую фуражку и смяв её метнуть подальше в зал, пока психопат не видит. Ничего, фиг с ней, зато сейчас как поможет... На стойке удачно располагалась стеклянная бутылка, которую задела брошенная фуражка и скинула на пол. Раздался звонкий грохот и мясник зарычав прекратил расчесывать свою голову, после чего медленно прошелся вперед выйдя туда и озадаченно встал прямо в проходе осматривая зал. Ага, сработало! Обвели большого и глупого прямо как в детских сказках про героев и чудовищ. Одна из которых обернулась ужасающей реальностью и неизвестно, будет ли у этого кошмара свой счастливый конец. Воодушевившись Макс бесшумно проскользнул за спиной мясника в следующее помещение. Это уже было похоже на продуктовый склад, который уже не выглядел таким разгромленным как зал общепита и потому уже никакой посторонний мусор под ногами не мог демаскировать милиционера. Блуждая между стеллажами Серов натыкается на приоткрытую дверь, однако распахнув её он обнаружил не выход или проход а холодильник. Причем к на мясницких крюках были подвешены не только целые свиные туши и прочие животные куски мяса а человеческие тела. Мертвые люди, лишенные какой либо одежды, были подвешены вниз головой со вспоротыми животами из которых, похоже, были извлечены внутренности. Причем одно из тело было также лишено рук по локоть, которые лежали чуть в стороне завернутые в целофан вместе с отрезанными куриными ножками и свиными копытцами. Всего людских тел здесь три, причем два из них выглядели совершенно нормально, мужчина и женщина, а вот третье тело принадлежало мужчине, но уже не совсем к человеку а скорее уже к местным мутантам: руки были неестественно раздуты и увеличины, на концах пальцев блестели длинные и острые когти, а с половины лица была содрана плоть обнажая окровавленные дёсны с зубами подобно кошмарному оскалу. На всех телах виднелись характерные следы рубящих ударов, по которым можно определить что мясник расправлялся со своими жертвами раскалывая голову ударом сверху, либо на примере тела женщины перерубая напрочь затылок и лишая полностью головы. От увиденного Макса едва ли не стошнило, подобных зверств ему еще никогда видеть не доводилось даже будучи на службе. Он отвернулся прикрыв рот рукой кое как сдерживая рвотные позывы, которые еще и усугублялись наверное самым отвратительным запахом, который ему довелось прочувствовать за всю свою жизнь. Внезапный рык позади мгновенно отрезвил его и милиционер прикрыл обратно дверь, после чего присел за большими ящиками под одном из стеллажей. Спятивший мясник похоже был раздражен и потому громко, ускоренно топая возвращался обратно из главного зала не переставая всё также тяжело дышать. Он всё также не замечал притаившегося милиционера и открыв дверь вошел в холодильную комнату оставив дверь открытой. Вскоре оттуда начали раздаваться звуки того, как он что-то рубил и что-то громко падало на кровавый пол, отчего Серову стало крайне противно. Проклятье, да что такого произошло, что все люди вокруг сошли с ума и стали хуже зверей?! Одни ни на что не реагирующие лунатики, другие агрессивные монотонные рабочие, третьи вообще какие-то троглотиты с острыми когтями и большими зубами... Не может быть такого что только он, Максим, смог сохранить свою человечность в этом кошмаре. Надо выбираться отсюда пока этот живодер его не увидел. Продуктовый склад не был таким уж большим, так что ползать под стеллажами не пришлось. Выход с соответствующей надписью красным шрифтом на белой двери находился левее от комнаты с мясником, так что остается только тихо, на четвереньках подкрасться к ней чтобы наконец выбраться из этого места. Боже, пусть хоть в этот раз повезет! Пусть хотя бы эту дверь не придется выбивать. Сдерживая самообладание Серов добрался до этой двери и медленно дергая дверную ручку делает осторожное движение... Открыта! Приоткрывшаяся дверь открыла выход в задний двор общепита, сопровождая это громким скрипом, который не остался неуслышанным: занятый своей работой мясник громко зарычал сильно топнув ногой об пол. Твою мать!!! Макс стремительно выпрыгнул из общепита сильно хлопнув за собой дверь одновременно закрывая её за собой и скрывая себя с глаз маньяка. Заметив рядом мусорный бак милиционер тут же забежал к нему и спрятался за ним. Как раз в этот же момент мясник с неожиданным для его комплекции проворством выскочил из общепита во двор сжимая свой тесак в трясущейся руке. Его дыхание было уже заметно учащенным, а сам он нервно водил головой из стороны в сторону пытаясь найти того кто потревожил его покой. Не найдя виновника безумец начал психовать, раскинув руки в стороны он прорычал нечто нечленораздельное и в конце уже просто проорав что угрожающее, сильно пнул ногой мусорный бак за которым укрылся милиционер, да так что тот от удара чуть ли не потерял равновесие и упал, после чего мясник хлопнув дверью утопал обратно в свое логово. Пронесло. Да уж, хорошо что эти существа деградировали еще и умственно. Будь бы психопат хотя бы чуточку умнее то он бы уже смог найти свою потенциальную жертву, что было бы весьма легко. Макс облегченно выдохнул постепенно успокаивая бешено стучащееся сердце и немного подождав осторожно начал вылезать из-под мусорки. Теперь можно и осмотреться. На заднем дворе общепита оставалось два грузовика и одна машина, тут и там валялись поддоны, на некоторых из которых еще оставались разного рода продукты и ящики. Вот сторожка, рядом был любезно приподнятный шлагбаум, так и зазывая поскорее покинуть это злачное заведение. Угу, вот и проездная часть, уходящая прямиком на другую улицу. Этим "приглашением" милиционер охотно воспользовался ускоренным шагом пересекая двор и проходя дальше по дороге. Так, станция метро должна быть где-то рядом. Эта улица особо не отличалась от предыдущей, она выглядела всё также опустошенной но тем не менее Макс уже может вздохнуть спокойно. От незримого но ужасающего нечто он кажется оторвался, а обезумевший мясник уже напрочь позабыл про него. Теперь надо определиться со своим местонахождением. Что это за улица? Немного пройдя вдоль дороги он увидел надпись «Улица Беговая» и не сдержав эмоций хмыкнул. Да уж, символично. Только вот он что-то не помнит этой улицы. Давай же, милиционер, вспоминай. Ты должен знать, ты же служишь в этом городе и похоже только тебе и остается разбираться во всём происходящем вокруг. Старослужащего Филатова с тобой больше нет, так что ты, салага, сам по себе теперь будешь. Давай, тебя ведь еще и повысить даже хотели. Ох и похолодало что-то или это только кажется? А еще кажется начинает по-настоящему темнеть. Хотя черт разберет из-за непонятной червоточины на небе, которая уже не на шутку начинала нервировать. Кажется что еще немного и она рухнет на землю, погребив под собой всё. — Эй, сынок! Ты там долго собираешься отсвечивать?! Внезапный голос откуда то со стороны сбил Серова с толку и тот обернувшись на звук тут же нацелися в эту сторону, приготовившись стрелять. — Погодь, да не стреляй ты! — Громкий голос едва не перешел на крик, а его обладатель на всякий случай укрылся за углом в проулке выставив вперед дуло двуствольного ружья. Что, неужели остался кто-то в здравом уме? Голос был вполне человеческий и адекватный, пусть и отдавал хрипцой. Его обладателю явно уже было лет эдак за пятьдесят. Максим уже обрадовался и увел пистолет в сторону. — Ты что, не из этих психов? — Ответил он но пока не спешил идти на встречу очередному выжившему. — Не из этих, не из этих! Так ты долго там торчать собрался посреди улицы? Увидят же! — Мужчина тоже опустил своё ружье и слегка показался из-за угла. Перед Максом предстал уже давно поседевший, бородатый старик лет около шестидесяти, одетый в типичный зеленый ватник с потрёпанными штанами, заправленными в кирзовые сапоги. На голове же красовалась классическая кепка-восьмиклинка. Старик выглядел явно измотанным и потрёпанным, но в целом живым и не походил ни на одного из тех существ, которых уже не получалось назвать людьми и с которыми уже довелось милиционеру сталкиваться. Воодушевленный тем, что ему наконец получилось повстречать здравомыслящего человека, Макс тут же забежал к нему в переулок опустив наконец своё оружие. — Здорово ты разворошил их, аж отсюда слышно было. Пошли уже отсюда, пока нас никто не завидел. — Дед перехватив поудобнее свою двустволку развернулся спиной к милиционеру и пошел дальше вглубь очередного двора. — Пошли за мной, у меня берлога есть. Там безопаснее. Максим настолько счастливым себя не ощущал уже давно и с непременным удовольствием последовал следом за ним, то и дело поглядывая назад. Кажется или опять кто-то за ними наблюдает... Да не, показалось. Просто нервы пошаливают. Благо старик не принял Макса за какого-нибудь безумца и не пристрелил на месте.