Two painted cats on a misted window.

                            /ᐠ - ˕ -マ ʚɞ /ᐠ. .ᐟ\ฅ       Уже наступило 31 августа. Последний день лета. Последний день отдыхов. Скоро учёба. Будет много срывов и слёз, если бы не внезапные планы о побеге в родную деревню. Сейчас, здесь парням действительно было хорошо. Они лежали в одной кровати, говорили абсолютно на разные темы, а главное — любили друг друга и с радостью об этом напоминали.       Минхо проснулся около Джисона, которые после признания друг другу решили отдохнуть, по скольку каждый из них так и не смог хорошо поспать. В то раннее утро Ли всё время гладил младшего по голове, пока тот от холода дрожал около теплой груди парня.       Уже давным давно утром проснулась вся деревня, а вместе с нею и птицы, а также и лучи солнца, что ослепляли глаза. Кто-то уже работал, кто-то готовил еду, а кто-то гулял. А чем занимались Минхо с Ханом? Просто лежали и болтали о своей любви друг к другу? Да. Болтали о своей любви друг к другу. Ли решил считать сколько же раз он услышит "я тебя люблю", но уже давно сбился со счёта, ибо этой фразы было около сотни. Конечно, Минхо отвечал каждый раз Джисону взаимностью, на что тот обнимал парня ещё крепче и буквально пищал от счастья. Сейчас, оба, конечно были безумно рады тому, что ребята были друг у друга, но то, что всегда хорошо начинается, то всегда и плохо заканчивается.       — Хо, — сонным голосом пробубнил Хан, — Поклянись мне, что мы всегда будем вместе.       "Конечно будем, а как же ещё?" — хотел ответить Ли, но понимал, что соврёт. Соврёт, потому что они не будут вместе целую вечность. Когда нибудь им в любом случае придётся разойтись, даже из-за самой глупой причины. Глупой, но всё же придётся.       — Будем, — соврал он, — Мы будем вместе всегда.       — Так и знал, что ты это скажешь.       На лице Джисона всплыла довольная улыбка, после чего он поглубже лёг в одеяло и обхватил руками бёдра Минхо, по прежнему обнимая своего возлюбленного. Сейчас им хотелось лишь одного: отдельного мира, где всё будет хорошо, где они смогут быть вместе навсегда. Долгое время раньше, ещё а Сеуле, Хан волновался по состоянию Ли, ибо тот изо дня в день сидел на подоконнике, слушал музыку, шептал Джисону о своей сильно любви к нему, а под его глазами были хорошо заметные мешки. В один раз парень даже нашёл в его комнате пачку сигарет, но так и не спросил у него по поводу них. В душе кофейноволосого мальчика действительно была невыносимая грусть. Но почему? Неужели всё так было плохо? У него же теперь был Хан Джисон. Каждый день тот сидел у окна, курил, слушал музыку и просто смотрел полу-пустым взглядом на темноволосого, который стоял внизу, прямо под окном. Хотелось спрыгнуть прямо в его руки, чтобы он нежно поцеловал и вновь обнимал целую вечность. Хан действительно не понимал, с чего это вдруг вокруг Минхо поселилась такая разбитая атмосфера. Словно бы у него что-то произошло, а он не рассказывал. Не рассказывал, а потом его душа трескалась на маленькие осколки, а вместе с душой и сердце, что принадлежит Джисону. Ли знал, что заставлял своего возлюбленного волноваться, но он словно бы не желал и просвящать его в своих страхах и проблемы. Да, всё действительно было хорошо, даже чудесно, но парня постоянно преследовало чувство неполноценности, беспомощности и одиночества. Хотелось выговориться, очень сильно. Но Минхо знал, что своими проблемами может навредить и Хану, который так сильно любил его и готов был уничтожить целую планету ради лишь одного Ли Минхо.                             /ᐠ - ˕ -マ ʚɞ /ᐠ. .ᐟ\ฅ       Ребята нашли в себе силы всё таки встать с кровати и начать очередной день, который они снова проведут друг с другом. В планах в жизни в деревне не было ничего, ведь жить тут они планировали абсолютно беззаботной жизнью. Прямо как дети. Джисон и Ли хотели каждый день гулять, держаться за руки, слушать смех друг друга, видеть улыбки, смущение и принимать слова о любви. Минхо невероятно любил Хана, а Хан — его тоже. Минхо невероятно сильно любил быть около Хана, а Хан — тоже. Минхо невероятно любил слышать стучащее сердце Хана, а Хан — тоже. Как же было жаль, что совсем скоро, через пару месяцев, любящее сердце Ли Минхо остановиться на целую вечность, а после его вторая половинка останется в одиночестве. Конечно, никто не собирался просвещать Джисона в болезни парня, поэтому хотелось потом просто исчезнуть из его жизни, словно провалившись под землю.       Сегодня, в планах ребят была прогулка, а также очередные поиски какого-нибудь интересного хлама на пыльном, старом чердаке. Сейчас они сбегали к озеру, где умылись водой, после чего немного полюбовались солнцем, что уже ярко светило в зените. По короткой дороге обратно к домику Минхо резко решил немного рассказать Хану о своих проблемах в прошлом:       — Знаешь, Джисон-и, — тихим голосом начал он, — Раньше, когда мы не были знакомы, в свои одиннадцать лет я хотел покончить жизнь самоубийством.       Вокруг повисла тишина и были лишь слышны чириканья птиц и стуки сердца обоих парней.       — Спасибо что ты появился в моей жизни, Хан.       Джисон сейчас действительно не понимал, зачем этот дурак говорит о таком именно сейчас. Всё же хорошо, всё чудесно, так зачем обсуждать свои проблемы?       — Я, надеюсь, что сейчас подобного желания не осталось?       — Не осталось конечно, — ответил тот, — В моей жизни появилась ошибка, по имени Хан Джисон, которая меня спасла.       Звучит, мило, конечно, но что-то Хану казалось, что это не к добру подобные слова. Единственное, чего он сейчас так сильно хотел, так это забыть эти слова. Серьёзно, темноволосый и понятия не имел что ещё можно было сказать. Парни продолжали идти по узкой тропинке друг за другом, но вдруг Джисон остановился, преграждая путь Ли. Он развернулся к удивлённому Минхо, а затем сказал:       — Хо, — вновь начал говорить он, немного запинаясь, — Я тебя люблю.       — И я теб.. — не успел ответить тому кофейноволосый, когда другой уже впился в его губы и жадно, буквально поедая их.       У лесной дорожки были слышны забавные чпоконья губами, приглушённые стоны и стуки сердца. Парни невероятно сильно желали большей близости, но так и не хотели, ведь будут оба смущаться. Руки Джисона осторожно пробирались через помятую белую футболку Минхо и обнимали голую, тёплую спину. В животе у обоих было огромное скопление бабочек, что невероятно придавало приятное ощущение. Тёплые ладони нежно касались щёк Хана, пока на них красовался лёгкий румянец. Ли считал, что он идёт щекастому личику, которое он так сильно любил целовать по утрам и красоваться на него. Сегодня в сценарии было лишь одно атмосферное и романтичное свидание. Но кто же знал, что значило слово "романтичное" для больного сердца Ли Минхо?                            /ᐠ - ˕ -マ ʚɞ /ᐠ. .ᐟ\ฅ       Парни ходили около своего домика, по протоптанным, лесным дорожкам. Они слушали чириканья птиц, шелест листьев и травы, наблюдали за лучами солнца, которые пробирались сквозь деревья, а главное — слышали стуки сердца, видели улыбки и держали друг друга за руки.       — Скажи, Хо, — резко прервал тишину Джисон, — Для тебя именно это — романтичное свидание?       Между мальчиками повисла тишина, а Минхо задумался над ответом.       — Нет, — ответил он, — Для меня романтичное свидание — это любое проведённое время с тобой.       Парень произнес столь милую фразу и улыбнулся, а на лице его собеседника вновь появился тот же алый румянец, а на лице блистала довольная и радостная улыбка.       — Спасибо, — прошептал темноволосый, — Я полностью твой.       Подобные слова Минхо очень сильно любил. Они гораздо отличались от типичного "я тебя люблю". И Джисон знал об этом. Он часто говорил "мне приятно вести с тобой диалог", "я бы вечность хотел переживать все приятные моменты с тобой", "я по тебе очень соскучился" и всё в этом роде. Ли действительно был рад этому до такой степени, что находился на седьмом небе от счастья. Серьезно, подобные фразы вызывали у него необычайно сильное чувство бабочек в животе, которое он желал чувствовать вечность. Этим словам парень каждый раз улыбался и желал, чтобы время, проведенное с Ханом, никогда не заканчивалось.       Ребята по прежнему бродили по лесным тропинкам. Они любовались природой и разговаривали по душам. Чёрт возьми, что может быть лучше? Они ходили, болтали и держались за руки. Рассказывали разные истории, а потом утопали в звонком смехе, по прежнему сплетая тёплые пальцы с чужими. Время близилось к вечеру, а Джисон и Минхо уже возвращались в свой домик.       В помещении их встретили уже уходящие лучи солнца, а также радостное мяуканье кошек Ли, которые успели соскучиться и проголодаться.       — Хо, можешь покормить кошек? — спросил Хан, — Я хочу поискать что-нибудь на чердаке. Может годное найдётся что-то.       — Да, хорошо, иди.       Радостный Джисон подбежал к лестнице, после чего оказался в просторном пространстве. Вокруг летало большое скопление пыли, и лишь через маленькое окошко в чердак проникали лучи, которые давали шанс разглядеть в темноте хоть что-то. Хан долго рылся здесь. За это время он нашёл серую толстовку, ароматные, карамельные духи бабушки, старые серьги, браслетики, причём парные. Браслеты, Джисон, конечно, собирался отдать Минхо, как в качестве их вечной дружбы и любви. Но больше всего внимание темноволосого привлёк черный чехол от гитары, прикрытый большим, старым шкафом, который парень с трудностью смог сдвинуть. Внутри действительно оказалась гитара молочного цвета. Она невероятно хорошо сохранилась, чему Хан был очень удивлен. В средней школе он иногда играл на гитаре, которая была у него дома, но сейчас, он, конечно, наверняка утратил свои навыки, а пробовать нужно было. Усевшись на старом, скрипящем полу, Джисон достал инструмент из старого чехла и провёл пальцами по струнам. Звучали они просто чудесно. И вот, он сделал первый аккорд, а затем стал играть простую, приятную мелодию.       Чердак заполнился мелодичным звуком гитары, в перемешку с прощальными лучами солнца. А Минхо в это время заканчивал накладывать корм для Суни, Дуни и Дори. Он заволновался, ибо Хана уже не было около него долгое время, но достаточно было лишь услышать приглушенную мелодию с второго этажа домика, как всё сразу становилось ясно. Парень тихонько поднялся по скрипящим ступеням, чтобы Джисон не услышал, а лишь продолжал играть приятную для Ли мелодию. Никто из них не знал, откуда же она была, но она обоим напоминала старые времена, когда мальчики сидели на скамейке и ели мороженое летом несколько лет назад. Подойдя поближе к двери, перед кофейноволосым всплыла картина: парень играл на гитаре мелодичную мелодию, немного прикрыв глаза, его пальцы осторожно проходились по струнам и играли аккорды, которые получались у него абсолютно превосходно. Минхо уселся около дверцы и продолжал слушать игру своего возлюбленного, пока тот не закончил. Джисон обратил свой взгляд к выходу из чердака, где заметил Ли, расплывшегося в кошачьей, довольной улыбке. Он лишь похлопал, а затем подошёл поближе к парню с инструментом.       — Чудесно играешь, Джисон-а.       Он продолжал улыбаться, пока Хан заливался в красивом, алом румянце, но он тоже был доволен, что Минхо понравилась его игра.       — Я был бы рад слушать подобное каждый день, — подметил кофейноволосый мальчик, — Не хочешь исполнить моё желание?       — Конечно хочу, — ответил он, — Ты мне только скажи — я сразу сыграю тебе всё что угодно.       С этими словами Ли осторожно прикоснулся к тёплой щеке Джисона, а затем поцеловал. Теперь же лицо Хана буквально горело от столь сладкого поцелуя Минхо. У обоих в животе снова заиграли бабочка, а темноволосый погладил парня по кофейным волосам и улыбнулся.       — Пойдём вниз.       — Пойдём.       Оба спустились вниз держась за руки, по той причине, что Ли каждый раз боялся упасть. Серьёзно, он на столько сильно боялся высоты, что даже спускаться по лестницы было для него неприятным делом. Конечно же, Хан, как его заботливый возлюбленный каждый раз держал его за руку и говорил, что всё будет в порядке. Этот мягкий и спокойный голос необычайно сильно успокаивал, что казалось, будто Минхо уже переставал бояться высоты рядом с Джисоном.       На первом этаже около лестницы парней встретили три кошки. Две из них играли, а другая, как всегда, нежилась где-то в уголку на своём любимом, мягком местечке. Темноволосый вместе с кофейноволосым с улыбками наблюдали за этой картиной, а потом внимание Хана больше стало привлекать лицо Ли. Эти кошачьи глаза, манящие губы, курносый нос, аккуратные брови, выразительные скулы.. В лице Минхо Джисону нравилось абсолютно всё. Казалось, что этот парень попросту не существовал, а лишь был воображением Хана. Ему действительно иногда казалось, что всё было именно так.       — Ли Минхо, — полным именем тихо прошептал темноволосый, — Скажи, ты правда настоящий?       Удивлённое кошачье лицо Ли переросло в довольную, кошачью мордочку, расплывшуюся в довольной улыбке. Перед тем как ответить на вопрос, парень вновь дотронулся до щеки Джисона, которую он так много раз целовал, а она каждый раз горела.       — Да, настоящий, — ответил он, а затем вновь поцеловал, в качестве доказательства, — Вот видишь. Ты ощущаешь мои прикосновения, а я свою очередь ощущаю твои чувства.       — Может быть я схожу с ума? — предположил Хан, — Я правда не верю, что бывают такие чудесные люди.       — Поверь, бывают, — сказал Ли и снова поцеловал, — Я люблю тебя, бельчонок мой.       — Я тебя тоже, котёнок.       На лицах обоих парней в очередной раз засияли улыбки, которыми каждый из них любовался. Они были готова смотреть друг на друга буквально целую вечность, лишь бы быть вместе.       Сердце Хан Джисона очень любило Ли Минхо, а больное сердце Ли Минхо всеми оставшимися силами продолжало любить Хан Джисона.