В мутном дыме сигарет

Кадзуха лишь обрывками помнит то, что вообще произошло вчера. Вроде он рассказал Скарамучче новость о сестре, возможно, он расплакался или нет. Воспоминания очень нечеткие, а голова отдаёт пульсирующей болью, что не даёт сосредоточиться на реальности. В последнее время ему перестали сниться сны, будто его разом окунули в ледяную воду, а после дали надышаться нужным для выживания кислородом. Ощущение, будто беловолосый даже соскучился по комфортным снам с не самыми комфортными диалогами. Поскольку он хотел получить совет или, хотя бы, разъяснение ситуации, а то уведомленность самого студента не так уж велика, а если быть точнее, то почти никакая. Он не знает, что ему нужно делать. Кадзуха никогда не хотел использовать человека, никогда. Он не ангел, но пользоваться чужими чувствами себе не позволял. У всех бывало так, что перед полным пробуждением ты немного попялишь в потолок и поразмышляешь о своих проблемах, а может и о своём существовании. Вот только любитель котов не мог разлепить свои кажущиеся свинцовыми рубины. Он знает, что если заглянет в зеркало его встретит помятый и, наверное, самый худший из всех Кадзуха, в чьих глазах не будет полыхающего и пляшущего огонька, больше не будет. Теперь там лишь пепел, остаток бушевавшего когда-то пламени, хотя, почему когда-то, именно, когда был Томо - свет во тьме, в непроглядной и утягивающей словно болото, темноте. Вот только сейчас, посторонние звуки смутили белобрысого студента. Звуки... Готовки? Теперь, кажется у парня начались глюки. Теперь ему мерещится звук готовки. И зря, это относит куда-то в, как вы наверное уже поняли, не очень приятное прошлое. Теперь, спустя несколько попыток разлепить сонные глазки Каэдехаре это удалось. Вот только эта квартира была не похожа ни на одну из теперешних друзей Кадзухи, ни даже на его собственную. Бежевые обои, цветы и запах свежеприготовленного завтрака. О нет. Оглядевшись по сторонам светловолосый лишь подтвердил свою теорию. Это всё было сном. Не было никаких Скарамучч, Куникудзуши, Горо или Нин Гуан, Итэров или Бей Доу, или даже Аяки с её братом. А если они и существуют то, они не знакомы и не должны. Лишь эту квартиру Кадзуха может считать своим домом, лишь это место сплошь пропахшее одним человеком, рядом с которым Кадзуха чувствовал себя хорошо. Не было видно кто готовит из-за стены разделяющей гостевую спальню и кухню, однако, лишь ощущение, что всё наладилось не давало покоя. Любой бы на месте Кадзухи лишь успокоился почувствовав что-то родное, однако, не мог же такой сон так затянуться? Или мог? Светловолосый не знает. Всё тело стало как никогда тяжёлым, жаль, что Кадзуха не может вернуть ему ту легкость, жаль, хотя, эта легкость сначала заставила покопаться у себя глубоко в сознании. Хоть и тяжесть не прошла светловолосый студент, а может он всё ещё тот стесняющийся школьник, как можно так потеряться во времени - смог встать. Как? Остается вопросом. Сначала тот оглядел кровать, и правда, та самая, тот самый книжный стеллаж, где собраны самые любимые книги Кадзухи. После, белобрысый парень с красной прядью поплёлся на кухню откуда до сих исходил приятный аромат яичницы, которая так не громко трещала, но создавала комфортное утро. А то, что он увидел, повергло его в шок... Ладно, Кадзуху уже сложно испугать резким появлением мертвых у себя в сознании, но может это реальность? Сложно понять. Но сейчас перед ним стоял за плитой Томо, тот самый лучик солнца, подпевал какую-то песню, ранее неизвестную беловолосому и стоял в забавном передничке. Сам парень, походу услышал, что Кадзуха подошёл, на несколько секунд повернул свою голову и встретился со взглядом рубинов, в которых, кажется, появилась искра, хотя, просто показалось, а после отвернулся и продолжил своё занятие. О боги, о архонты, это прекрасно. Каждый раз, после того пробуждения Кадзухи в больнице, каждый раз, у Томо были размыты глаза, а может их и не было вовсе, а может это беловолосый студент стал их забывать, хотя он бы себе этого не позволил, но вот сейчас, Каэдехара встретился с безоблачными и бескрайними небесами, на которых восседал сам Кадзуха, а хотя, это было лишь секундное отражение в безумно-красивых глазах Томо. -Что? - Кадзуха и не думал, что его голос может быть настолько хриплым. Тот пытался ухватиться за ниточку сознания, что, наверное, это не правда, но всё было так, так, реалистично, что теперь не осталось сомнений, что это реальность, на глаза стали накатывать небольшие, словно хрустальные капельки. Правда. А то, что было - лишь затянувшийся сон, так хотелось думать, так Кадзуха думал. Он боялся, что сейчас, прямо сейчас Томо растворится, разлетится на мелкие кусочки, что всё не будет хорошо, как сейчас. Страх - чувство, не отпускающее Каэдехару столько, сколько тот себя помнит, однако, это чувство притуплялось, когда рядом был родной человек, способный защитить растерзанное сердечко парня, что в душе всё еще был тем запуганным ребенком, что чувствовал спокойствие лишь на причале открывающем взор на водную гладь. - Томо? - Хех, Дооброе утро! - Игриво-утомленным голосом сказал это Томо. - Ты садись, скоро будет готов завтрак. А теперь, вопрос: Как студент или уже не студент, а школьник оказался в квартире Томо? Правильно, когда-то, когда в теле шестнадцатилетнего мальчика появилась частичка надежды на нормальную жизнь, вдали от родителей, он сбежал, хотя идти ему было некуда, а обремлять Томо не хотелось. На тот момент школьник побежал в парк и уснул на лавочке. Из денег с собой было полторы тысячи, мало, но на первое время хватило, главное экономить, а потом об этом узнал Томо и забрал Кадзуху к себе. Но разве он не на втором курсе дизайнера? Наверное нет. Кадзуха встал в ступор и не заметил, как Томо отскочил от плиты и, незаметно и тихо подошёл к светловолосому. Тот сначала вздрогнул от прикосновения, а потом блаженно прикрыл глаза, расслабившись. Странно, но только в объятиях Томо было спокойно, безопасно, только в его объятиях было тепло, не то, поддельное, а настоящее. Будто сердце парня, которое всё еще билось было обогревателем, словно мать кошка согревающая своё потомство. Можно привести ещё много примеров, но Кадзуха не может описать свои чувства в данный момент. Вот только открыв глаза эйфория тает и появляется не самая приятная реальность, в которую парень отказывается верить, но приходится выйти из этого приятного сна. Сейчас он не рядом с Томо, но ... Кадзуха себе, по крайней мере никогда не признается, что хоть он сейчас и не рядом с Томо, но объятия другого существа похожи? Что? Стоп, блондин не имеет права вот так вот сравнивать человека, с которым он не так давно познакомился и того, кого знает всю свою жизнь, ведь студент, о нет, он не школьник, считает, что его жизнь началась только после знакомства с Томо. Лишь тогда, когда этот светловолосый фотограф открыл глаза Кадзухи на красоту внешнего мира, ведь мальчик построил собственный, комфортный мир и.. не хотел из него выходить. Тепло исходящее от брюнета было ужасно похоже на Томо, будто само сознание пытается намекнуть Кадзухе, что это, возможно, его шанс найти новую цель в жизни, найти ориентир, подкидывая всё больше болезненных воспоминаний, чтобы Кадзуха вспомнил, какого это быть в искренних объятиях. А учитывая то, что сначала их парень принял за объятия Томо, чьё отношение к Каэдехаре всегда было чем-то высоким и недостижимым для других, скорее всего Скарамучча сейчас выплёскивает свои эмоции, он не камень и не агрессивный бурундук каким может показаться сначала. Однако, с самого знакомства Скарамучча будто сам пытается наладить свои отношения с обществом или, по крайней мере, пока что с Кадзухой и вправду пытается подружится, может... попробовать? Руки сцепились в замок на спине бариста, а глаза плотно зажмурились, что аж из них вытекло несколько чистых и невинных капель, лицом прислонившись к ключице и незаметно вдыхая запах тела: тонкий запах лесных ягод и сосны. Кадзуха прижался всем телом, будто брюнет так же может испариться как только парень откроет глаза, но тогда, светловолосый никогда это не сделает, никогда он не лишится появившийся надежды. Не позволит этому случиться. - Пподожди, прошу, обнимай меня чуть менее сильно, задушишь же. - После фразы последовал неловкий смешок. А вот Кадзуха не на шутку перепугался, а вдруг он и правда мог задушить Скарамуччу в своих объятиях и потерять так быстро эту нить надежды на тепло и безопасность. Светловолосый тут же отстранился и не открывая глаз, а только сильнее из зажмурив, что аж появились пятна и круги сказал - Ппрости! Я.. Правда, я не хотел.. - Теперь это уже больше похоже на истерический плачь, Скарамучча не хочет, чтобы Кадзуха подорвал свой нежный голос. - Что ты, я понимаю, чувства и т.п., но не вини себя ни в чём и попробуй успокоится. А вот тут Кадзуха почувствовал своё сердце, то, с какой скоростью оно бьётся, сейчас, его ритм даже близко не напоминает спокойствие и, страшно подумать, но наверное пока он не отойдёт он бариста на цивилизованное расстояние в количестве полтора метра, а лучше километра, чтобы сохранить остатки нервной системы, сердце не успокоится, но блондин прикладывает все усилия. Кадзуха кивнул и правда выравнивая своё дыхание, но если осмотреть ситуацию: два парня обнимаются, один из них плачет, делят полтора стула, так как Кадзуха вплотную прислонился к плоти источающей тепло и прикрытой чёрным худи, которое, кажется, пережило и познало жизни явно больше студента ну, и вроде всё, а нет, стоп, у другого юноши сестра вышла из комы, поэтому сейчас можно увидеть, что всё таки глаза бариста тоже на мокром месте. Ведь он тоже живое существо и теперь, наверное, белобрысый студент с выделяющейся красной прядью может считать Скарамуччу своим другом, а его аметисты частью памяти, что теперь будет часто являться. Теперь Кадзуха не считает, что всё это только ради долга. Этот юноша смог пробудить давно забытые чувства тепла и теперь, всё изменилось и теперь, парень не будет врать хотя бы, самому себе. *** - Как тебе не жарко? - тихо интересуется блондин - Ты же в курсе, что сейчас на улице 25°? - На лице появилась озорная улыбка. - Пх, я знаю, просто так мне комфортно, но согласен, тут жарковато.. что лыбу давишь? Белобрысый нахмурил свои бровки и отвернулся - типо обиделся. А глаза закрыл и на месте встал. - Ой, прости, я не.. я не привык нормально разговаривать.. - А брюнет же опустил голову раскаиваясь. - Ничего, научим! - В голос вернулась остринка и светловолосый словно ничего и не было пошёл дальше, когда Скарамучча испытывал лёгкий стыд, но когда увидел, что на лице Кадзухи нету ни намека на обиду попытался улыбнуться, искренне, а завидев попытки на лице светловолосого расцвела такая нежная улыбка, будто Скарамучча его сын и тот впервые пошёл, в общем, как будто Кадзуха гордится бариста. Кадзуха остановился на месте и взглянул на бариста, тот же всё ещё сам давил лыбу, но такую осторожную, будто светловолосый может ударить за попытку улыбки. - Кстати, ты так и не сказал, когда мой первый день работы, всё таки мне нужно прокармливать не только себя - Рукой Кадзуха нащупал кулон и сжал ладонь, так спокойней, так теплей. Словно это и правда какой-то магический артефакт. - Ты живёшь не один? - поинтересовался бариста. - А... Да, у меня есть кот, Акико. На этих словах глаза Скарамуччи заблестели, словно от этого теперь зависит его жизнь, словно ему не жить, если он не выполнит свою цель и сказал - Можно, мне прийти к тебе в гости? Кадзуха округлил глаза, нет, он понимал к чему всё идёт и осознавал, что услышав о коте скорее всего брюнет напросится в гости, но белобрысый студент не думал, что это произойдёт так скоро. Хотя, что ему запрещать и что-то скрывать, всё равно блондин убирался, поэтому наверняка он согласится. Хотя, наверное не стоило, поскольку уже поздновато, но... в тот момент эта мысль не посетила головушку парня, в общем-то как и все нормальные мысли. А всё это из-за одного человека, с которым за несколько дней произошло уж слишком много событий. - Да, можно - На лице расцвела ещё более широкая улыбка, да даже на лице Скарамуччи и не думая о последствиях Кадзуха повернул из парка в сторону своего дома. Они шли не так уж долго по меркам Кадзухи, а вот Скарамучча чьи ноги не привыкли к вот таким затяжным прогулкам остались очень не довольны, но после таких мучений бариста и нескольких его же фраз по типу "когда мы уже прийдем", а ответов беловолосого по типу "скоро" они всё же пришли. Кадзуха потянулся рукой в карман своих джинс и случайно задел кулон, но не обратив на это внимания достал свои ключи и открыл дверь подъезда. В подъезде светловолосого было тихо, даже слишком, хотя, если учитывать время это нормально, многие спят после работы. Скарамучча же тихонько прошел следом. Они зашли в старенький лифт, в котором на каждом шагу приклеены жвачки и валяются осколки бутылок, которые скорее всего оставили какие-то алкоголики. Атмосфера стала какой-то натянутой и Кадзуха попытался её разрядить - "Как ввести гопника в замешательство: Гопник: -Слышь, дай мобилу позвонить. -А у самого нету что ли? -Нету. -А если найду?" - Кадзуха стал выжидающе смотреть на бариста, а тот в свою очередь даже не понял что случилось. Не такую реакцию ждал Кадзуха, но успев отчаяться и придумать извинения за не смешную шутку, но после, по всему лифту разразился громкий смех. Глаза белобрысого стали по пять копеек. Походу до Скарамуччи всегда долго доходит, о архонты, Кадзуха придумал ещё одну шутку - Знаешь почему дебил выжил после перестрелки? Скарамучча посмотрел на Кадзуху после того, как оторвался от замечательного занятия - ржач на весь подъезд и вопросительно хмыкнул. А что студенту? А Кадзуха отвечает - До него не дошло. - Даже сам беловолосый начал ужасно сильно смеяться, что было ощущение, что сейчас, уже скоро, вылезут кишки прямо через рот и Кадзуха задохнётся отхаркивая их. А по взгляду можно понять, что брюнет тоже не против такой участи. Вот только всегда такие моменты прерывают и двери лифта со скрипом и визгом открываются, а там: Озлобленно смотрящая соседка с этажа, стоящая с двумя по виду очень тяжёлыми пакетами. А парни просто вышли из лифта эмоционально стирая слёзки выступившие от долгого смеха. В руках Кадзухи до сих пор были ключи и вообще, как они не выпали, когда парень схватился за живот? Но теперь эти же ключи, точнее один из связки оказался в замке нужной квартиры и пару раз повернулся. Как только дверь стала открыта на студента выпрыгнул бело-серый кот, с такими желтыми глазами, которых может отражаться луна. Тот с визгом вцепился в ногу хозяина, а беловолосый рассмеялся ещё больше. Кот же обратил внимание на второго пришедшего, в то время как тот уже во все глаза смотрел на чудо природы. - Приветствую вас, царь всея котов.. - С гордостью и восторгом проговорил брюнет. Глаза Кадзухи округлились ещё больше, но походу коту понравилась такая реакция и тот отпустил своего хозяина, и стал тереться об Скарамуччу, а тот в свою очередь тоже рассмеялся. Парни постепенно перемигрировали в квартиру не забыв закрыть за собой входную дверь и по очереди помыли руки. Скарамучча сел на стул, на кухне, а к нему на колени прыгнул Акико. Бариста тихо говоря что-то поглаживал мягкую, серую шёрстку, а "царь всея котов" намурлыкивал. - Чай, Кофе? - - Негромко, но так, чтобы услышали сказал Кадзуха. Эта атмосфера какая-то... родная и теплая сердцу, поэтому на лице невольно появилась лёгкая, нежная улыбка. В ответ послышалось такое же негромкое - Чай. - Бергамот, лаванда, лимон, персик, мята или барбарис? - У Скарамуччи невольно возникло в голове "Как он запомнил все эти названия? да ещё и так быстро сказал", но он ответил: - Аээ... мята? - Очень неуверенно проговорил брюнет. - Понял, принял - Улыбнулся Кадзуха вот его походу только забавляла неуверенность Скарамуччи. А заметив то, что улыбка Каэдехары стала ещё шире, бариста даже открыл рот, чтобы что-то сказать, но вот походу передумал. Кажется он хотел сказать какую-то гадость. От этой мысли становится приятнее, теперь Скарамучча хотя бы фильтрует свою речь, а это не может не радовать. Кадзуха стал заваривать чай обоим, но периферийным зрением тот смотрит как его новый друг играется с котом, который так радушно принял его. После всех приготовлений белобрысый сел рядом с брюнетом и задумался. "Как-то быстро всё меняется, вот я думал, что просто выполню свою задачу и уйду из жизни этого парня, но теперь, теперь и не хочется покидать его: этого социально-неловкого и неумелого, слегка агрессивного, любителя чёрного юношу. Я собирался не испытывать себя, не причинять новую боль, я ведь только-только склеил своё сердце, только-только нашёл и вынул все осколки, но Томо обещал быть рядом, но говорил, что я должен отпустить и принять, что должен снова почувствовать привязанность. Будем считать, что это мой первый шаг к новой жизни" Парень очнулся от своих мыслей закончив этой фразой и как только его взгляд стал осознанным зацепил взгляд ярко жёлтых глаз с вытянутым зрачком пристально следящим за эмоциями хозяина, но подняв глаза чуть выше Каэдехара встретился с аметистами, в которых мерцают океаны и тысячи звёзд, в которых медленно, словно в смоле тонет он сам, о нет, его опять затягивает. Проморгавшись пару раз Кадзуха наконец правда пришел в себя и тогда: - Ты в порядке? - Спросил брюнет. "Походу он теперь и правда забеспокоился, не стоило вот так вот выпадать из реальности" - Корил себя блондин. - Даа... Всё нормально, - Рука потянулась к телефону, но сначала коснулась кулона, чтобы почувствовать тепло и безопасность исходящие из безделушки и немного потерла его, а только потом захватила гаджет. И включив телефон Каэдехару захватил шок - "Что уже 00:26?!!" Походу Скарамучча увидел глаза Кадзухи размером с пять копеек и заволновался ещё больше - Точн- - Пойдём спать! Уже поздновато! - А после уже дополнил тихо - Если, конечно, ты не собираешься уходить.. - А, не, уже поздно, не думаю, что стоит идти, я переночую у тебя. Не одолжишь одежду для сна?- Скарамучча слегка приподнял уголки своих губ и, кажется, с каждым разом у него это получается ещё лучше. - Да, конечно. Кадзуха пошел к своему шкафу и доставал оттуда серую футболку в то время как Скарамучча хвостиком зашёл за Кадзухой. - Пошли, и, кстати, я не видел у тебя других мест для ночлега кроме твоей кровати, я буду спать на полу? Все думали, что глаза Кадзухи не могли стать ещё больше, но он в который раз доказывает, что это очень даже возможно. - Ннет, конечно нет, ты... мы можем спать на одной кровати, ты не против? - Каэдехара тихонько поинтересовался. - А.. ну, не против. После блондин потянулся за открытой упаковкой кошачьего корма и насыпал в уже успевшую опустеть миску, Акико доволен. Парни перешли с небольшой кухоньки в комнату самого беловолосого. Между ними повисла тишина, но вроде она была достаточно комфортна. Блондин поставил свой телефон на зарядку и спросил о телефоне брюнета, но тот ответил, что у того ещё много заряда и гаджет продержится до утра. Кадзуха лег у стены, а бариста на краю, а всё из-за того, что кровать слишком маленькая для двоих, но они старались не соприкасаться, всё таки они ещё не слишком близки, да и не в отношениях, вот только к счастью это и жаль, Кадзуха не знает. Беловолосый студент не мог уснуть достаточно долго, мысли табуном носились из одного уголка сознания в другое, то появлялись, то угасали так же стремительно. Но как вы, возможно, уже поняли подобное колличество мыслей всегда что-то прерывает теперь это то, что Акико максимально тихо, словно призрак зашёл в комнату, но достаточно громко запрыгнул на парней, вот только Скарамучча уже походу видел десятый сон, а Кадзуха начал поглаживать своего кота, а тот тихонько мурлыкать. Теперь уснули все, кроме Каэдехары. Через некоторое колличество такого лежания блондин услышал всхлипы, как же хорошо, что сейчас его стала мучить бессонница. Кадзуха повернулся и увидел то, чего не ожидал, а точнее то, как Скарамучча плачет. Походу, у него кошмар и единственное, что может сделать Кадзуха и сделал это обнять его и поглаживать по голове. Парень прислонился своим лицом к затылку бариста, а через несколько минут всхлипы утихли, а после этого и Кадзуха смог уснуть. Этот сон был прекрасен, теперь Кадзуха не хочет просыпаться.