Знакомство
3 мая 2023 г., 11:59
Гермиона Грейнджер была женщиной свободных и смелых взглядов. Она даже иногда носила брюки, чем вызывала неодобрение окружающих. Но, несмотря на это, предложение Гарри Поттера вызвало в ней возмущение и… смущение.
— Он ищет соседа, чтобы снимать квартиру, — говорил Гарри, когда они сидели в парке недалеко от её бывшего дома. Гермиона была вынуждена отказаться от просторной квартиры на окраине Лондона из-за повышения цены. Квартирная хозяйка и так повышала оплату чаще, чем того позволяли приличия, а новый чек стал последней каплей.
— Зачем ему сосед? Он же богат, — заметила Гермиона, стаскивая с рук тесные перчатки. Стояла промозглая осень, но грубая ткань натирала кожу, что было чревато покраснениями.
— Он не поддерживает отношения с родителями, — ответил Поттер. — Отец вроде бы даже исключил его из завещания.
Драко Малфой. Это имя раньше часто мелькало в газетах, но последние несколько лет о богатом наследнике огромного состояния было практически ничего не слышно. Гермиона видела его пару раз, опять же через Поттера, и была ему представлена, но они не общались. Малфой ей категорически не нравился. Знатен, смазлив, умён, насколько она смогла понять из короткой беседы. Но что-то в нём её отталкивало.
— Значит, он хочет делить квартиру и платить за неё пополам? — вновь спросила Гермиона, потирая покрасневшие руки.
— Точно, — кивнул Гарри. Он был её другом детства. Они вместе выросли и не потеряли связь во взрослом возрасте. — Это прекрасная большая квартира. У тебя будет отдельная комната, а гостиная общая. Внизу живёт квартирная хозяйка — премилая старушка.
— Гарри, — неуверенно начала Гермиона, — ты знаешь, я в затруднительном положении, но…
— Гермиона, соглашайся. Денег от меня ты брать не желаешь, так дай помочь тебе так. Малфой довольно странный, но хороший человек. Он скрытный и неразговорчивый — не будет тебе досаждать. Он джентльмен.
— Я не утверждаю обратного, — улыбнулась Гермиона, — просто это несколько странно.
— Давай просто посмотрим квартиру. Если тебе не понравится — уйдем.
Мисс Грейнджер несколько минут поразмыслила над этим и всё-таки решилась нанести визит мистеру Малфою. Гарри поймал кэб, и они отправились в центр города. Руки мёрзли, но она не надевала перчаток, почти наслаждаясь колющим холодом. Так она чувствовала себя живой.
— Ты видишься с Рональдом? — словно невзначай спросила Гермиона.
— Почти нет, — поморщился Гарри, — не имею желания.
Гермиона знала, что она стала тому причиной. Рональд Уизли был её мужем, и после их ужасного развода Гарри Поттер принял её сторону, отказавшись поддерживать лучшего друга. Гермиона потеряла должность медсестры в лондонском военном госпитале, вернее она ушла оттуда из-за Рона, работавшего хирургом. Не могла больше находиться рядом с предателем.
Мисс Грейнджер снимала квартиру на сбережения, которые стремительно уменьшались, из-за чего была вынуждена съехать. Она оказалась в поисках жилья и новой работы. Её огромной мечтой было выучиться на врача, но над её желаниями все только снисходительно смеялись. Особенно Рон. Гермиона до боли сжала зубы и снова потёрла красные руки.
Гарри помог Гермионе спуститься на землю, когда они приехали к светло-серому дому на Бейкер-стрит. Он позвонил в колокольчик, висящий над дверью. Гермиона нервным движением убрала выбившуюся из причёски прядь и расправила плечи. Она переживала.
Дверь им открыла миловидная низенькая старушка в зелёном платье.
— Добрый день, — кивнула она, щурясь от яркого света, который они впустили в тёмный коридор. Позади неё наверх уходила лестница.
— Здравствуйте, — кивнул Поттер, — мы к мистеру Малфою.
— Проходите, — женщина открыла дверь шире и впустила их внутрь. — Он наверху.
Гермиона с интересом оглядывалась по сторонам, размышляя, смогла ли бы она здесь жить. Да, определённо смогла бы. Вокруг было чисто, просторно и приятно пахло свежими булочками. Поднявшись по ступеням, они оказались в большой гостиной. Весело потрескивал камин, в окна тускло светило послеобеденное солнце. Перед камином стояли два мягких кресла и небольшой столик. Возле окна расположился обеденный стол, накрытый белой скатертью. Сейчас он был пуст, но Гермиона с лёгкостью представила, как она завтракает, сидя за ним. Ей нравилась обстановка.
От гостиной наверх шла витиеватая лестница, уходящая в своеобразный балкон, за которым были комнаты. Дверь одной из комнат распахнулась, и появился Малфой. Он улыбнулся, увидев гостей, и пружинистым шагом направился вниз. Он был одет в костюм, чисто выбрит и с немного растрепавшимися волосами.
— Поттер, мисс Грейнджер, рад видеть вас, — он кивнул им и сцепил руки за спиной.
— Мистер Малфой, — неуверенно улыбнулась Гермиона, — рада встрече.
— Итак, — Малфой обвёл рукой пространство, — как вам гостиная? Устраивает?
— Да, но я бы хотела посмотреть комнату, — смутилась она, расправив длинную юбку.
— Разумеется.
Гермиона поднялась по лестнице и открыла вторую дверь. Комната была светлой, с большим окном, выходящим на оживлённую улицу. У стены стояла крепкая кровать, в углу — платяной шкаф, а возле окна — секретер. Она прошла по комнате, провела пальцами по столу, постояла возле окна, вглядываясь в прохожих на улице, и развернулась к двери. Ей хотелось остаться.
— Ну, что скажешь? — Гарри поднял на неё глаза, когда Гермиона вышла из комнаты. Они с Малфоем сидели за столом и пили чай, вероятно, принесённый квартирной хозяйкой.
— Всё чудесно, мне нравится, — Гермиона села на третий стул и уставилась в чашку с чаем, которая дожидалась её. Мисс Грейнджер была немало смущена. Жить в одной квартире с малознакомым мужчиной было не совсем прилично и даже странно. Пусть она и была уже замужем, но не собиралась записывать себя в легкомысленные девицы. Но квартирка была славной.
— Что ж, — потёр руки Малфой, и тут Грейнджер обратила внимание, что он в белых медицинских перчатках. Это её удивило. Вообще, она понятия не имела, чем занимается этот человек. — Должен признаться, я не лучший сосед, мисс Грейнджер. Я таскаю из химической лаборатории химикалии и ставлю опыты.
— Надо же, как интересно! — глаза Гермионы сверкнули. Она очень интересовалась наукой. — Над чем вы работаете?
— В настоящее время я ставлю опыты с гемоглобином. Ищу реактив, который осаждается им. Я обязательно найду его, и это будет невероятно ценно для судебной медицины.
— Каким образом? — спросил Гарри.
— Чтобы, к примеру, определять кровяные пятна на одежде, друг мой, — ответил Малфой и широко улыбнулся. — Это будет неоценимо. Мисс Грейнджер, вы ведь имеете прямое отношение к медицине, не правда ли?
— Ну, не к судебной, — хмыкнула она. — А откуда вы знаете?
— Да, — он махнул рукой, — это пустяки. Недавно развелись и ищете квартиру в центре. Будете работать в центральном госпитале?
— Точно, — снова кивнула Грейнджер, теряясь. Откуда он всё это знает? Гарри не стал бы обсуждать с ним это.
— Я много курю, — продолжил Малфой, — ко мне ходит много народа, и вообще, говорят, я странный.
Гермиона вдруг улыбнулась про себя. Он тоже волнуется. Это видно по тому, как он говорит о своих недостатках. Он так же смущён перспективой проживания с одинокой женщиной. Отчего-то ей захотелось согласиться.
— Я не курю, но привыкшая к табачному дыму, — стала перечислять она, — ко мне никто не ходит, и я самая обычная.
Малфой немного странно взглянул на неё и кивнул, протягивая ей ладонь, перед этим сняв перчатки. Рука его была твёрдой и шершавой. Гермиона с готовностью пожала её.
— Мне нужно забрать вещи, и я смогу въехать, — сказала она, пряча руку в складках юбки.
— Да, мисс Грейнджер, — поднявшись, обратился он к Гермионе, но не глядя на неё, — вам нужны новые перчатки. Эти совсем не подходят.
Он попрощался с Гарри и скрылся в своей комнате, оставив Гермиону в замешательстве.
— Откуда он узнал про то, что я буду работать в больнице и что была замужем? — спросила она Гарри, пока они ехали за её вещами. — Это ты ему рассказал?
— Точно не я, — немного оскорбился Поттер. — Меня больше заинтересовали твои перчатки. А вообще, Малфой — странный малый. Всегда себе на уме, но с колоссальным количеством знакомых. Кажется, он притягивает к себе людей.
— Чем он занимается?
— Понятия не имею, — пожал Гарри плечами, — он никогда не рассказывал, а я и не спрашивал.
— Он невероятно загадочный, тебе не кажется? — нахмурилась Гермиона.
— Так, быть может, тебе удастся его разгадать? — подмигнул он.
***
Этим же вечером Гермиона Грейнджер перевезла свои пожитки в новую квартиру. Ей нравилось это место. Даже в коттедже, который они снимали с Роном, не было так уютно, хотя она сама его обставляла. Миссис Хадсон, их квартирная хозяйка, оказалась очень милой и жизнерадостной пожилой леди, которая за отдельную плату готовила Малфою еду. Гермионе это показалось целесообразным, ведь на готовку у неё никогда не было времени. — Мистер Малфой, — спросила Гермиона, раскладывая свои многочисленные книги в шкаф, — откуда вы знаете, что я была замужем? И то, что я собираюсь работать в центральном госпитале? — Это несложно, мисс Грейнджер, — отмахнулся он. Малфой сидел в её комнате, и его, кажется, абсолютно не смущал тот факт, что она разбирала свои вещи. Он наблюдал за ней. — У вас на безымянном пальце след от долгого ношения обручального кольца. Под вашим пальто, когда вы приходили днём, был фартук, похожий на те, которые носят медсёстры госпиталя. К тому же я знаю Рональда Уизли, не очень хорошо, слава Всевышнему. — Вы о нём невысокого мнения? — хмыкнула Гермиона. — По-моему, он большая свинья! — после этой громкой тирады Малфой вскочил на ноги и вышел из комнаты, оставив Гермиону в раздумьях. Малфой был хорошим соседом. Он редко говорил и не нарушал уединения Гермионы, хотя иногда, она готова была поклясться, что он с интересом её разглядывал. Но не с тем интересом, который присущ мужчине его возраста, а с каким-то исследовательским вниманием. В такие моменты она чувствовала себя подопытным зверем. Каждое утро они вместе завтракали, потом расходились каждый по своим делам. Гермиона спешила в центральный госпиталь, где получила работу старшей медсестры. Малфой тоже не сидел дома, но чем он занимался, она не знала. — Это роман? — внезапно спросил Малфой, когда в один из вечеров она вернулась домой ужасно уставшая. Ей хотелось принять ванную и лечь спать. Кажется, от неё пахло скипидаром. Грейнджер перевела воспаленные от недосыпа глаза на своего соседа и увидела его с книгой в руках, которую оставила сегодняшним утром. Он разглядывал обложку с долей скептицизма и отвращения. — Да, — кивнула она, не совсем понимая его реакцию. Гермиона любила читать, и художественная литература не была исключением. — Вы что, читаете романы? — в голосе Малфоя звучало неверие и неодобрение. Он словно застал её за чем-то непотребным. Гермионе захотелось ощетиниться. — А вы, можно подумать, не читаете? Это же Диккенс! — Никогда не буду читать эту чепуху! — его категоричный тон поверг Гермиону в шок. Ей стало жутко обидно. — Не читаю беллетристику. — Ладно, — выдохнула Грейнджер, пытаясь успокоиться, — а история? Философия? Астрономия? — Никогда. На что мне астрономия? Гермиона внимательно посмотрела на этого человека, пытаясь найти признаки того, что Малфой шутит. Он же смотрел на неё с выражением кристальной честности и серьёзности на лице. — Может быть, учение Коперника вам тоже незнакомо? — насмешливо спросила она. Гермиона не могла поверить, что человек настолько острого ума — а это действительно было так — не интересовался этими вещами. — Коперник, — Малфой задумался и почесал подбородок, — знакомая фамилия. Что он сделал? — Помилуйте! — Гермиона всплеснула руками и тяжело опустилась в кресло. — Но это ведь он открыл, что Земля вращается вокруг Солнца. Или этот факт вам тоже неизвестен? — По моим ощущениям, скорее Солнце вращается вокруг Земли, — пожал плечами Малфой, и Гермиона зажмурилась от досады и нелепицы происходящего. — Хотя не мне судить. Я не астроном. Так что, возможно, он прав, этот ваш… Коперник. — Мистер Малфой! — почти простонала Гермиона. — Как вы можете не знать сей известный факт? Это доказано! Доказано, понимаете? Не может Солнце вращаться вокруг Земли! Это кощунственно! Как можно не знать вещей, которые известны каждому школьнику? — Ну, когда я учился в школе, я это знал, а потом забыл. — Как вы можете хвастаться своим невежеством? — А вы, Грейнджер, можете сказать мне, чем отличается грязь на Риджент-стрит от грязи на Пикадилли? Или сможете отличить пепел гаванской сигары от пепла норильской? Сможете? — Но я же говорю о вещах, которые известны каждому! — Но я-то ведь не каждый. Послушайте, мозг человека напоминает пустой чердак с множеством полок и ящиков. Дурак тащит туда нужное и ненужное. — То есть я, по-вашему, дурак? — Гермиона начала злиться. Она всегда считала себя человеком, стремящимся познать суть многих вещей. — Вы умны, мисс Грейнджер, — признал он, — у вас хорошая память и способность концентрироваться. Но всё же вы не знаете многих вещей, необходимых вам в работе. Эти места в вашем чердаке уже заполнены разной ерундой. — Учение Коперника — ерунда?! — Хорошо. Допустим, Земля вращается вокруг Солнца… — То есть как «допустим»? — Земля вращается вокруг Солнца, — он выставил вперёд руку, останавливая Гермиону, — но мне в моей работе это никак не пригодится. Меня это не интересует. — Знаете, Малфой, — Гермиона подошла к нему и выдернула томик Диккенса, который ещё был в его руках, — ужасен мир, в котором не с кем поговорить о поэзии, живописи или политике. Где каждый знает только то, что ему нужно для дела. Извините. Она обиженно фыркнула и устремилась наверх в свою комнату. — Грейнджер! — Малфой сделал шаг за ней. — Мисс Грейнджер. К вашему утешению скажу, что таких людей, как я, в мире очень немного. Возможно, я такой один.***
Несколько недель прошли относительно спокойно. Но потом начались странности. Гермиона стала замечать весьма необычное поведение своего соседа. Большую часть времени она проводила в больнице, заботясь о пациентах, но в свои выходные Гермиона могла наблюдать за Малфоем. А потом кое-что случилось, что в корне изменило её жизнь. — Мисс Грейнджер, — миссис Хадсон поднялась в их гостиную, когда Гермиона сидела у огня, а Малфой ходил из угла в угол и что-то бормотал. Эту привычку Гермиона обнаружила у него не так давно. Он словно находился в своеобразном трансе, не реагируя на окружающий мир. — Вам письмо. — Письмо? — удивилась Гермиона, разглядывая жёлтый конверт. — Спасибо. Письмо было из Нэшвилла. Она проводила несколько летних каникул в маленькой деревушке под Нэшвиллом у своего дяди по маминой линии. Гермиону передёрнуло, когда она вспомнила его. Он был строгим и не любил детей. Дядя и его жена никогда не обижали её, но относились к ней очень холодно и с долей презрения. Они были очень обеспечены. Гермиона даже представить не могла, что дяде понадобилось сейчас. Его жена давно умерла, а детей у него не было. Только бы он не просил приехать. Открыв дрожащими пальцами конверт, она стала читать. В конверте лежало два письма. Одно было написано самим мистером Саммерсом, её дядей, а второе — от лица его поверенного. Когда до Гермионы дошла суть писем, она не знала, как себя вести. Происходящее казалось невероятным сном. — Мисс Грейнджер, — над ухом раздался мягкий голос Малфоя, — вы так уже минут десять сидите. Вам нехорошо? В ответ она лишь протянула ему письма и уставилась в пустоту. Всё было так странно. — О, так вы теперь богатая наследница? Поздравляю, — ухмыльнулся он. — Или вы были близки? — Совсем нет, — пожала она плечами, — насколько я помню, я никогда им не нравилась. — Видимо, нравились, раз эти люди оставили вам всё свое состояние. — Это огромная сумма, — Гермиона поднесла бумагу к глазам и посчитала нули, словно в надежде, что их станет меньше, — на что она мне? — Ну, возможно, теперь, когда вам не нужно будет заботиться о своём благосостоянии, вы сможете заниматься тем, чем хотите, и уволиться из больницы. Вы ведь ненавидите эту работу. — С чего это вы взяли? — Это и дураку понятно, — коротко рассмеялся Малфой, — вы хотите заниматься наукой, а выносите ночные горшки. Ваш мозг создан для большего. — Несправедливо, что женщинам нельзя обучаться медицине, — воскликнула Грейнджер. — Я верю, что когда-нибудь это изменится. Гермиона действительно ушла из госпиталя и абсолютно об этом не жалела. Она совершила короткую поездку в Нэшвилл, встретилась с поверенным дяди, подписала бумаги о наследстве и вступила в свои права. Особняк, в котором жили её родственники, она распорядилась выставить на продажу и вернулась в Лондон. Грейнджер подумывала съехать от Малфоя, ведь теперь делить жильё с чужим человеком не было необходимости, но сейчас, когда она стала чаще бывать дома, то заметила за ним необычайные странности. Это её заинтриговало. Она стала замечать, что к Малфою ходит много людей. Действительно много. Женщины, мужчины — он запирался с ними в своей комнате, а потом выпроваживал. Многие женщины уходили от него в слезах. Помимо обычных, не слишком примечательных людей, Малфой водил дружбу с откровенными маргиналами. Несколько раз Гермиона видела, что ему приносят письма ужасно подозрительные личности. Однажды вечером она проходила мимо комнаты Малфоя и услышала его голос из-за приоткрытой двери. — Мисс Грейнджер, зайдите ко мне, пожалуйста. — Она заглянула в его комнату. Надо сказать, в его спальне Гермиона оказалась впервые. Комната особо не отличалась от её: почти такая же кровать, письменный стол и огромный шкаф с научной литературой. — Что случилось? — с любопытством спросила Гермиона, оглядываясь. — Скажите, Грейнджер, вам не приходилось видеть кого-то из этих милых джентльменов? — Малфой развернулся к ней лицом и указал на стол, на котором лежали несколько фотографических портретов. Гермиона подавила стон отвращения и страха, когда рассмотрела изображения. Портреты больше напоминали криминальную хронику. То были фотографии пугающих людей, вероятно, преступников и убийц, судя по выражению их лиц. Гермиона съёжилась от ужаса. — А кто это? — выдавила она. — Это мои хорошие знакомые, — как ни в чём не бывало ответил Малфой. Его глаза смеялись, или Гермионе это только показалось, но у неё образовалось стойкое ощущение, что этот человек над ней издевается. — Я с ними не встречалась, — отрезала она и вышла из комнаты. В один из дней Гермиона вернулась с дневной прогулки, когда Малфоя не было дома. Миссис Хадсон протирала пыль и напевала незамысловатую песенку. Гермиона несколько мгновений раздумывала расспросить квартирную хозяйку о её необычном постояльце. Драко Малфой обескураживал и занимал все её мысли. Гермионе начинало казаться, что он преступник. Он начинал её пугать. — Миссис Хадсон, — она решилась, — вам не кажется, что мистер Малфой очень загадочный человек? — Нет, мне не кажется, — покачала хозяйка головой с высокой причёской, — и вообще я предпочитаю его не обсуждать. Пожав плечами, расстроенная Гермиона отправилась в свою комнату осмысливать происходящее. Она всегда доверяла своей интуиции, и сейчас интуиция кричала ей, что с её соседом что-то не так. Он странный и скрытный, и он наверняка имеет отношение к преступному миру. Последней каплей терпения Гермионы стали обнаруженные на столе в гостиной отмычки, целый набор. Она написала короткую записку Гарри Поттеру с просьбой встретиться. Ей нужен человек, который поможет со всем разобраться. Они гуляли в том же парке, в котором Гарри впервые рассказал Гермионе, что Малфой ищет соседа. Это показалось ей символичным. Было прекрасное ясное утро с колючим морозцем. Грейнджер теперь могла позволить себе перчатки из хорошей мягкой кожи с мехом, и она была абсолютно довольна. Почти довольна. — Он невероятно скрытный! — говорила Гермиона, пока Гарри шёл рядом, заведя руки за спину. — Он никогда ничего о себе не рассказывает. — А что рассказывать? — пожал он плечами. — О его семье ты знаешь. Да и кто не знает Малфоев в Лондоне? Ему, вероятно, не очень приятно обсуждать с тобой семейные дрязги. Гермиона чуть поморщилась. В этом Гарри был прав. Они с Малфоем действительно не были настолько близки, чтобы рассказывать друг другу позорные тайны. — Ты знаешь, чем он занимается? К нему постоянно ходят люди. Буквально толпы людей. Когда я работала в больнице, я этого не замечала. Зато теперь я понимаю, что наша квартира — это проходной двор. — Так съедь, — рассмеялся Поттер, — теперь ты можешь себе это позволить. Ты можешь купить квартиру или дом с отсутствием толп. — Дело не в этом, — отмахнулась Гермиона, — я хочу понять, что он за человек. Я наблюдаю за ним, словно паук из своей паутины. Он не догадывается, что я за ним слежу. Я выведу его на чистую воду. — Что ты имеешь в виду? — О, обо всём по порядку, Гарри. Во-первых, у нашего Малфоя очень узкий круг интересов. Он не знает самых простых вещей. Хотя в совершенстве знает уголовное право, химию, вернее, знает всё о ядах и взрывчатых веществах. У него полно книг по криминалистике. Он знает всё об оружии. Его познания однобоки. — Ну, я бы не сказал. Я, например, знаю, что он прекрасно танцует. — Он же аристократ, Гарри. Наверняка обучен с детства. Мышечная память куда лучше умственной. Так вот, о чём это я… — Да-да, ты пытаешься мне сказать, что Малфой — глава преступного мира Лондона, — потешался Гарри. — Я бы на твоём месте так не радовалась. Давеча я обнаружила в бокале с водой человеческий глаз! Глаз, Гарри! На что Малфой мне сказал, что, видите ли, бытует утверждение, что в зрачке убитого остаётся изображение убийцы в последний момент перед смертью. И что он провёл ряд опытов и может с уверенностью сказать, что это чепуха! Какие это он опыты проводил? Откуда у него глаз, ещё и с моментом перед смертью? — Ну да, это, хм, вопрос, — почесал Гарри затылок, — но мне абсолютно не верится, что Малфой связан с преступным миром. Мне сложно представить его с пистолетом в руках. Для этого он слишком изящен. — Я не говорю про пистолет. Возможно, он не совершает преступлений сам, а подстрекает на это других. Он мыслитель. — У тебя нет никаких доказательств, лишь домыслы. — Тут он был прав, и Гермиона прикусила язык. Она не могла доказать, что её сосед — гений преступного мира. — Давай сменим тему, — тряхнул головой Гарри, — что насчёт Рона? Он так и продолжает тебе писать? — О да, — нахмурилась Гермиона, — с тех пор, как я получила наследство, он буквально не даёт мне прохода. Он пишет письма, пару раз даже приезжал в квартиру. Это ужасно унизительно. — Я с ним поговорю.***
Гермиона шла по светлой улице к дому, где они проживали с Малфоем, и увидела возле двери человека, который пытался вскрыть дверь. Он был в шляпе и тёмном пальто, и он точно пытался попасть в квартиру. Набрав полную грудь воздуха, Грейнджер подобрала юбки и тихо приблизилась к мужчине по спины. — Что вам угодно, милейший? — она старалась, чтобы её голос звучал спокойно и властно, хотя внутри всё тряслось. Человек обернулся, и Гермиона вспыхнула. Это был Малфой. — Грейнджер, вы пришли невероятно вовремя. Я где-то оставил свои ключи. — Вот ваши ключи, — Гермиона вытащила связку отмычек и протянула её Малфою в надежде, что тот объяснит ей, зачем ему отмычки. Он лишь улыбнулся. — Спасибо. Я рад, что вы их нашли. Гермиона расхаживала по своей комнате, словно тигр в клетке. Теперь она была уверена в том, что Малфой жулик. Оставалось только это доказать. Нужно усыпить его бдительность. Идея пришла внезапно. — Мистер Малфой, — Гермиона постучала к нему в комнату. — Входите, — отозвался он. Малфой сидел за столом и просматривал какие-то карточки. — Мне неловко просить вас об этом, но Гарри сказал, что вы замечательно танцуете… — Не люблю хвастаться, но да. — Так как я теперь наследница Саммерсов, мне придётся посетить ежегодный бал, а с танцами у меня всегда была беда. Если бы вы могли… — Разумеется, — улыбнулся он и с готовность поднялся на ноги. На самом деле Гермиона лукавила. Она превосходно танцевала. Она была нечастой гостьей на лондонских балах, но вальсировала с огромным удовольствием. Но Малфою об этом знать необязательно. Он сдвинул мебель в гостиной и освободил место для танцев. Гермиона переоделась в новое лиловое платье с достаточно низким декольте и спустилась вниз. Она решила выяснить сегодня, кто же такой Драко Малфой. А для этого все средства хороши. Драко запустил граммофон и подошёл к Гермионе, которая отчего-то немного смутилась. — Начнём с вальса, — слегка улыбнувшись, он аккуратно взял её за талию и повёл в танце. Гермиона чуть не забыла делать вид, что плохо танцует. Это было сложно — Драко оказался прекрасным партнёром. Она чувствовала, что щёки начали пылать, а спина покрылась испариной. Впервые Гермиона находилась к Малфою так близко. Он был гораздо выше неё, и от него приятно пахло. — Не находите, что нам пора объясниться, Грейнджер? — вдруг тихо спросил он, ведя её по паркету. — О чём вы? — нервно сглотнула она. Гермиона уже понимала, что её план с треском проваливается. Не она была коварной искусительницей, а Малфой завладел всем её вниманием. — Вы думаете, что я ворую кошельки? Срезаю часы у ротозеев? Считаете меня преступником без чести? Гермиона ничего не смогла ответить на это, а только громко сглотнула. Во рту пересохло, и стало тяжело дышать. Он знал, что она наблюдает. Конечно, он знал! Он ведь очень умён. — Начнём с того, что вы стали прятать свои часы. Раньше они валялись в гостиной, сейчас вы их прячете в своей комнате. Допустим, вы боитесь моих посетителей, но я думаю, что дело во мне. Также я заметил, что вы просматриваете объявления о продаже квартир. Вы собираетесь съехать. Вы запираете свою комнату на ключ. Раньше он торчал снаружи, а теперь дверь всегда закрыта. Из этого всего я делаю вывод, что вы боитесь. Боитесь меня. Голова шла кругом. Негромкий и спокойный голос Малфоя говорил обличительные вещи. Конечно, он всё это замечал. Как она могла быть такой дурочкой? Мысль о том, что он сейчас убьёт её, билась на подкорке сознания. — Знаете, сначала мне было смешно. Мне нравилось наблюдать за вашей шпионской деятельностью. Это было весьма забавно. — Он остановился, но рук не опустил. Там, где были его пальцы, кожа горела даже под одеждой. Гермиона перестала дышать, только смотрела на него, не сводя глаз. — Но, с другой стороны, я знал, что пора объясниться. Я не хочу, чтобы вы меня боялись, Грейнджер. Страх — совсем не та эмоция, которую вы должны испытывать ко мне. — Я вас не боюсь, Малфой, — пробормотала Гермиона, — я не боюсь сказать вам, что вы ведёте себя ужасно подозрительно. Я считаю, что вы преступник. Теперь можете убить меня. Ответом ей был раскатистый смех. Он выпустил Гермиону из объятий и сделал шаг назад. Малфой схватился за переносицу и вздохнул, прогоняя смех. — Убить вас? Грейнджер, по-моему, вы перечитали ваших романов. Вообще, вы сделали правильные выводы, но ошиблись в знаке. Нужно было поставить плюс, а вы поставили минус. Я действительно имею отношению к преступному миру. Я сыщик. Частный детектив. — Сыщик… — Гермионе показалось, что её ударили по голове.
