Недосказанности

Возможно, они поторопились, и нужно было хоть как-то подготовиться к такому событию. Боже, да хотя бы выпить обезболивающие и успокоительное, прежде чем весь набор зубов настоящей доминантой омеги будет их жевать, ибо теперь у обоих мужчин ужасно все болит от затылка до задницы. Но это уже благодаря Сатору, от души пожалевшего своего лучшего друга, оплакивающего свою шею. Судя по щупающему свои и Сатору клыки черноволосому альфе, у него ещё на некоторое время клыкастая фобия в виде собственной пары, заботливо мечущейся по кухне в попытке спокойно приготовить перекус своим временно недееспособным альфам, жалобно пыхтящим в гнезде. По наблюдениям Юджи, в гнезде им лучше, чем некоторое время назад на стульях в кухне, хотя бы не выглядят как умирающие в муках прямо на столе. Омега хотел перевязать раны, но Сугуру пробурчал, что им лучше пока «подышать», так что розоволосый уступил и сделал вид, что он поверил и все же решил не трогать лишний раз «пострадавших». Лучше он накормит их и уложит спать, накачав лекарствами, раз у него сегодня табу на прикосновение к «своей новой территории». Ему вообще едва удалось заломать Гето, чтобы убедиться, что все не так с ним плохо, как тот пытается показать, прячась за спиной уже лениво зевающего блондина, занявшего вип место по середине кровати. Сатору отнюдь не беспокоит пылающая огнем и болью шея, ибо ему успели сделать отличный прекрасный минет в утешение на кухне под шокированным взглядом напарника. Сугуру вообще не может понять, как у него вообще встал, а не вжался с визгом при виде зубов этой большущей пираньи. Мазохист. Ну, в утешение, его любимая пиранья сегодня спит в его объятиях, вся обмазаная кремом, вне их с Сатору «графика ночного общения с Кири». А это уже как обезболивающее. Юджи в абсолютном восторге. Он настолько счастлив, что едва не слетел с кровати с первым лучом солнца и едва доспал, чтобы встать, выпутавшись из тепленьких лап своих сладко спящих мужей, и приготовить завтрак на всю их большую семью, ибо скоро должны приехать их дети на выходные, и этих голодных чудищ нужно обязательно задобрить чем-нибудь вкусным под сладким сиропом. Омега не смог сдержать себя и не стащить с горки горячий оладушек и отправил его в рот, утопив его предварительно в варенье из малины, с блаженным стоном вкушая этот сладкий нектар, довольно поглаживая живот. Идеально. Он чувствует. Он понимает, что его альфа проснулся и сейчас крадётся, чтобы застать его врасплох. Но он опережает его, набрасываясь на ещё сонного черноволосого мужа с объятиями, потираясь щекой о его грудь с тихим мурчанием. Связь — это так волшебно… Он чувствует, как его пара его любит, как его сущность рада его видеть и радостно мурчит в ответ, пока татуированные руки обхватывают его, чтобы погладить и запереть свою пару в объятиях, пока она не подпрыгнет, вспомнив об оладьях на сковороде. Ну и ладно, немного горелых оладьев. Юджи чувствует лёгкую тоску от мужа из-за того, что он выбрал спасти их кухню от дыма и гари, а не его объятия. Но его муж такой альфа. Пара мгновений отправки погорельцев в утиль, и вот уже большой ревнивый крыс обнимает его, сопя в макушку под его хихиканье. — Больше не боишься? Или я забыл свои зубы в стакане, а ты их нашел и спрятал? По телу бегут мурашки от ощущения волны тепла и счастья со стороны мужчины, и дрожь от его смеха. — Только не забудь вернуть, а то я не смогу сегодня даже поесть без них. Мне нравится, — перекинув готовую партию оладьев на тарелку к остальным, парень налил теста вновь, выливая его остатки под одобрительный гул черноволосого альфы. Мужчина одобрительно промычал и, чуть отстранившись, уткнулся носом в шею омеги. С благовейным тарахтением целуя ещё насыщено розовые следы от укусов, пока не получил лопаткой под ребра. — Страдальцам сегодня не перепадает. Получив в ответ глубоко опечаленный вздох, парень довольно улыбнулся, переворачивая свои оладья на сковороде под жалобный скулеж в затылок. — Скоро приедут кракозябры, а у нас завтрак не готов и Сатору в спячке. — Кракозябры могут погрызть тосты с какао, но после того, как я погрызу тебя… Едва сдержав смех, омега откинулся на грудь мужа, позволяя тому нежно прикусывать свою шею и плечо, одним глазом подглядывая за плитой. — Сугуру, я сам тебя сейчас покусаю. — О, я уже не против, — мужчина довольно раскалился, чувствуя, как от пары поглаживаний этих божественных бедер омега уже был «заинтересован» в его предложении. — Главное условие — это верх меня для зубов, а низ для любви. Свой член в обиду я не дам. Мне он ещё нужен. Очень-очень! Едва успев подхватить свернувшегося над плитой парня, чуть не поджарившего свой же нос на сковороде от смеха, альфа шлёпнул по его ягодице в наказание, сам едва не рассмеявшись от всей ситуации. — Юджи, нос — это очень важная запчасть у мыши, береги его, а. Ему ещё вынюхивать маршмеллки, а ты его на сковороду… Выключив плиту, мужчина развернул розоволосого к себе, ласково целуя в нос, пока омега хихикает и тискает его за бока. — Обязательно! А ты больше так не шути, а то я зажарюсь от твоего юмора. — Предпочитаю жарить тебя в ином смысле и не на сковороде, а где-нибудь… — подхватив на руки свою ценную для жарки тушку, Гето моментом устроил его на столе. — Тут. Кушать подано. — Мистер повар, на каком Ютуб-канале вы обучались? Я слишком «альденте» для употребления. Советую, перейти на другой канал, к примеру, что-то про рыбалку, с рыбой вам будет проще. — Ну что вы, я саморучка , и вы вовсе не «альденте», вы, моя дорогая жена, «рэйр». Я ещё не успел закончить с вами, и настоятельно советую остаться до конца. — Но вы же саморучка! — Моя ручка уже совсем не комильфо, позвольте одолжить мне вашу.              Нежно поцеловав костяшки златоглазого, альфа коварно улыбнулся, зная, что он намного сговорчивее, чем хочет казаться. — Ну, если так просите… Только предупрежу: меня плохо разделали, и я немного острый. Не пораньтесь об мои косточки! — Ну что вы, я буду осторожен, а мои пальцы нежны и деликатны. Теплые пальцы альфы практически невесомо погладили оголенную грудь в вороте халата, опускаясь вниз, чтобы, наконец, стянуть пушистую преграду с златоглазого, игриво наблюдающего за его действиями. Рука Сугуру, нежно огладив его круглый живот, спустилась вниз и погладила член омеги, размазывая пальцем предъэякулят по его головке. — Виден ваш опыт саморучки. Я впечатлён! — Ну что вы, это так, только распаковка. Я же ещё даже не приступил. Стянув, наконец, с плеч парня халат, черноволосый альфа жадно присосался к его шее, покусывая ее под тяжёлое дыхание и хихиканье. — А что сейчас? — Оцениваю свежесть и текстуру. — И как вам? — Превосходно. Лучший сорт в моей жизни. Я готов съесть вас прямо так. Золотые глаза пробежались вслед за пальцами омеги на плечах и груди альфы, автоматически повторяя узор тату на них. — А как же паразиты? Не боитесь употреблять сырое мясо? — Ну что вы, в вас нет их. Только маленький мышонок. Но не переживайте, мой гриль не такой мощный, чтобы он мог пострадать. — Ну что ж, если вы так уверены, я не могу вам не поверить. — Благодарю за ваше доверие. Розоволосый довольно хихикнул и стянул с мужа трусы, выпуская его то ли гриль, то ли шампур на свободу. Взяв его член в ладонь, омега подвинулся поближе к краю, поглаживая плоть с своей руке, пока собственные губы блуждают по чужой шее, пытаясь подобраться к поврежденному участку на ней в попытке зализать. Чисто инстинкт, но альфа возбуждённо стонет и подставляет ее, нетерпеливо водя бедрами. — Ну-ну. Мне нужно же оценить своего шеф-повара. Проверить его, прежде чем допустить к готовке. Простые формальности. Стандартный медосмотр. Эта мини игра однозначно нравится Юджи. Но долго «проверять» невмоготу, и чувствуется, как между ягодиц уже влажно и поскорее хочется уже этого повара запечатлеть в действии. Испытать на практике. Чувствуя это, Гето приблизился и, подхватив парня под колени, словил его губы своими, мурча в поцелуй. Да, такой завтрак ему нравится. Не зря ведь тостер стоит на кухне. Дети голодными точно не останутся. Юджи зависит от секса. Зависит от ласк и любви этих альф, от их запахов, сердцебиений под своей рукой по ночам. Он подсел на эту иглу безвозвратно. Он нуждается в них постоянно. В их контакте, сексе, общем дыхании, мягких голосах и рычащих нотках в них, их смехе. Юджи чувствует, что умрет, если не обнимет, не поцелует своих мужей хоть раз за день каждого, если не трахнет хоть одного из них. Ему нравится быть рядом, капризничать и лезть с обнимашками к своим альфам, пока никто не видит. Он тает, когда они сами загребают его в объятия, не скрывая свою любовь от остальных, позволяя себе тискаться даже при посторонних. Но его напрягал собственный голод тела. Акушерка говорит, что это нормально. Одна из многочисленных фишек беременности и является нормой. Сначала ему было тяжело это принять, как и сказать об этом мужчинам, что он зависит и нуждается в сексе постоянно, прямо как наркоман, прежде чем он, наконец, сказал об этом Сугуру, признавшись, что жутко стесняется и боится свое либидо, что ежедневно запирался в ванной и утихомиривал свое тело, если у них не было секса хотя бы днем. Обсудив это, наконец, с Сугуру, а после и с Сатору, Юджи успокоился, позволив своим альфам помочь переступить свой испуг и принять эту часть себя. Сугуру и Сатору тоже любят Юджи. Они зависят от его взгляда, дыхания, сердцебиения, смеха и любви. Они нуждаются в его запахе и тепле, в контакте кожи, прикосновений. Сатору зависит от сна с Юджи в своих руках, от его командного тона и наигранной строгости, когда он балуется, и его милых надутых губах и нежных поцелуев в виски. Сугуру не может существовать без его клыкастой улыбки, когда открывает глаза с утра, без его тихого ворчания, когда он смущается или стесняется, потирания носами и его шаловливых пальцев в своих волосах перед сном, того, как он мило загибает его же пальцы, когда перечисляет что-то, чтобы альфа не забыл. Хотя знает, что он точно не забудет. Можно перечислять бесконечно, но каждая мелочь, каждое касание и взаимодействие драгоценно для них. Даже когда он плачет, когда они ругаются, когда они делятся своими секретами и тайнами, они любят и любят только сильнее, успокаивая друг друга и помогая друг другу пережить прошлое, чтобы вместе построить будущее. И да, они безумно зависят от секса. Хвала гормонам, они могут без опаски приставать к своей паре, зная, что они взаимно нуждаются друг в друге. Юджи чувствовал что-то, и, кажется, это было пробуждение Сатору. Но его очень качественно и профессионально готовили, и он не мог оторваться от губ и шеи Гето, пока не увидел краем глаза подошедшего блондина, вздрагивая от испуга под склонившимся мужем. — Сатору! Чёрт! — Пока не чёрт, но для тебя хоть рыбка золотая, мой хороший. Выпуская успокаивающие феромоны и поцеловав в лоб, альфа нацелился на оладья. — Я сначала не мог понять, что происходит. — Годжо довольно улыбнулся, жуя оладушек у плиты, наблюдая за парой на столе. — То ли вас так возбудили оладьи, то ли уже у вас такой жаркий секс, что пахнет жареным. Вот, пришел на помощь вам! — Спасибо, мистер спасатель оладьев. Гето продолжил двигаться, отвлекая свою омегу от созерцания поедания другим альфой оладьев. Они уж точно будут быстрее, чем этот проснувшийся элеватор с оладьями. Юджи прикусил его шею, заставляя отвлечься и прекратить необоснованную ревность и обратить внимание на его прекрасные губы и язычок, что нужно срочно приватизировать. Гормоны бурлят, и насколько они все знают, после их вчерашних действий это нормально. Так что теперь Юджи придется немного их отвлекать друг от друга, чтобы они не поцапались, почувствовав друг в друге соперников за их же беременную жену. Приманив осторожно Сатору, омега устроил его ладонь на своем животе, успокаивая второго альфу и предупреждая возможную ревность. — Хорошие альфы не ссорятся. А вы ведь хорошие альфы? Кири хочется покушать со своими папами. Вы же не хотите ее напугать? Понимая, что омега воздействует на их сущности альф, а не на них самих, мужчины молча пришли к согласию, понимая, что тут ссориться точно не из-за чего. Довольно простонав и прикусив шею и поцеловав на прощание, черноволосый альфа отпустил парня, позволяя ему перевести дух после оргазма, и уступил напарнику, чтобы уйти в душ и привести себя в надлежащий вид для завтрака и встречи детей, украдкой закинув в рот оладушек по дороге в ванную. Не дожидаясь, пока Сугуру отойдет достаточно далеко, голубоглазый альфа довольно потерся щекой о грудь омеги, прихватывая губами его сосок. — Кажется, я немного проспал, да? — Нет, ты как раз вовремя, мой белый крыс. И если ты хочешь сначала меня, а потом завтрак, то советую поспешить. — руки парня пустились в рассыпную по телу альфы, поторапливая его. — Думаю, Сугуру достаточно меня «прожарил» и теперь я готов к употреблению. — Вы играли без меня в повара? Жулики! — несмотря на то, что розоволосый хихикнул и погладил его улавливая ревнивые ноты в голосе, альфа надул губы требуя свой поцелуй в знак извинения. — О, ну теперь мы играем с тобой в ресторанного критика. Все честно. Сугуру — повар, я — блюдо, а ты — критик-дегустатор. Получив свой поцелуй, альфа смягчился и стал следовать сюжету, оценивающе изучая губами и руками свое «блюдо». — Пока мне все нравится, но нужно попробовать на вкус и посмотреть на качество прожарки. Уверен, мне придется дожарить свое блюдо за этим поваром. Позволяя альфе что-то там «оценивать», сам Юджи стянул с него одежду и притянул ногами, наконец, наполняя себя членом беловолосого мужчины, пока тот даже не успел опомниться. Его рефлексы его подводят, когда он с Юджи, и омега этим доволен. Альфа полностью поглощён им и довольно стонет, двигаясь в его захвате, пока розоволосый без застенчивости вылизывает его шею, немного раздражаясь, что до укуса не получается добраться нормально. Внутри так хорошо, член Сатору так идеально двигается, что Юджи и сам рад сегодня никуда не идти и просто застрять в их комнате до вечера, чтобы заботиться о своих альфах в своем гнезде. Они так нуждаются в его заботе и ласке, гоняясь за удовольствием прямо на столе, пока омега, взяв Годжо за его белоснежные волосы, не оторвёт его от себя, чтобы впиться губами друг в друга. Он должен насладиться их слабостью сегодня и утолить свою жадность. Ему нужно позаботиться о них и утешить. Ему нужно, чтобы его мужья не отпускали его и были рядом, желательно, не прекращая целовать и трахать. Розоволосый вскрикнул, кончив от вылизывания своей чувствительной груди, позволяя даже после оргазма альфе ещё немного себя катать по столу, пока тот не кончит, вжавшись в него с довольным клацанием зубов, удерживая руками за бедра на месте. Его альфы такие хорошие. Он видит, он чувствует, как альфы довольны тем, что он хоть и временно, пока не доберется до душа, но заткнул себя пробкой, не позволяя большей части их спермы его покинуть, пока они не нацелуются и не отлипнут друг от друга, чтобы привести себя в порядок и проветрить кухню от их феромонов и яркого запаха секса и оладьев. Он более чем доволен, когда оба мужчины проверяют, что пробка плотно затыкает его задницу и не позволяет ничему вытечь. Эти собственичество и даже ревность, что он чувствует через связь и в феромонах, что так же видно и слышно так возбуждающе грубо, когда они мнут и разводят его ягодицы и дёргают игрушку, что его мужьям пришлось взять ответственность и утихомирить его возбуждение своими руками, пока он сам снова не полез на стол. Если они не поторопятся, то не успеют встретить детей.