***
ㅤМы выходим на улицу поздним вечером, когда звёздная россыпь кажется ещё ярче. Белые хлопья падают на чёрные ресницы и волосы Димы, не тают, остаются там узорчатыми снежинками. Он ведёт меня за руку, как маленького ребёнка, а я стараюсь попадать своими ботинками на его свежие следы, по белому, блестящему снегу. ㅤЧерез аллеи и парки, покрытые белым пушистым покрывалом, залитые зеркальным льдом. Через круглосуточные магазины, пестрящие яркими упаковками продуктов, и дешёвые забегаловки, с тусклыми огнями по дороге. ㅤОстанавливаясь, мы смеемся или тихо болтаем, греемся друг о друга. И даже если руки Димы ужасно холодные, он прижимает меня к себе, обнимает, целует, прячет от мороза. Ведь тело его большое, мускулистое и тёплое до безумия. Я скрываюсь в его расстегнутой куртке, и чуть не засыпаю, слушая его низкий, успокаивающий голос.***
— Становись под дерево. — говорит он, улыбаясь. А тоненькая берёза, покрытая снегом, чуть шатается, и ветки её прогибаются. ㅤЯ перепрыгиваю через низкий забор чьего-то садика с цветами и различными кустами. Подхожу к стволу, смотрю на ветки бедной берёзы, а Дима вдруг ногой по дереву бьёт, не сильно, но оно трясётся, скидывая с себя лишнее. ㅤ С верхушки летят сотни мелких снежинок, и всё вокруг на миг тонет в белой пелене. Я улыбаюсь во все зубы, даже если меня трясёт от холода и я скорее хочу домой. В этот момент я счастлива по-настоящемую. А Диму все не видно. Оборачиваюсь, ищу его в снежном занавесе, когда к моим губам прильнули другие, тёплые, мягкие. Матвеев улыбается, но целовать продолжает, а на моей талии удобно располагаются его руки. ㅤХудые, с посиневшими татуировками.***
ㅤВ нашем доме всегда было неспокойно, когда я оставалась здесь одна. Фантомы чернокнижника меня не принимали, пытались запугать до смерти. ㅤНо стоило Диме появиться на пороге нашей квартиры, наступала тишина. Ведь именно Матвеев их хозяин. Я, конечно, не фантом, однако когда Дима был рядом, я тоже успокаивалась. Неважно где и когда. В его присутствии я мало о чем волновалась и переживала. Он — моё сильнодействующее успокоительное.***
ㅤ Я не помню когда в последний раз Дима был безмятежным и спокойным. Он постоянно нервничал и переживал, был дерганый и чем-то вечно напуганный. Лишь рядом со мной немного расслаблялся. ㅤПостоянные выезды и просьбы о помощи от отчаявшихся людей — это то, что в его жизни можно считать и наказанием, и спасением. Частое использование потусторонних сил давало о себе знать. ㅤДима значительно выматывался и после работы практически ничего не делал, просто лежал, глядя в потолок, либо спал несколько дней подряд. Я представляла насколько ему трудно и тяжело, ведь связь с тем миром забирает неизмеримое количество энергии. ㅤИ часто заботилась о нем, во время тяжёлых дней, а Дима был безумно счастлив, до сих пор не понимая, за что ему досталась такая прекрасная девушка как я.***
ㅤНа старой кухне свистит чайник. Сидя на табуретке, я нервно постукиваю пальцами по деревянному столу. Ведь холодный взгляд чего-то неживого прямо в спину, знатно напрягал. — Опять духи? — не поворачиваясь ко мне спрашивает Дима, разливая по двум кружкам кипяток. — Мг. — похолодевшими руками обнимаю свои колени, закрываю глаза и глубоко дышу, в попытке успокоиться. ㅤАккуратный поцелуй в макушку, скрип стула напротив. ㅤМне всегда казалось, что Дима буквально читает меня. Он постоянно знал, что нужно сделать для того, чтобы я успокоилась, расслабилась, засмеялась. ㅤПоглаживая меня по волосам, за ухом, как того котёнка, говорит, что мне нечего бояться, ведь пока он рядом, со мной точно ничего не случится. Я молча соглашаюсь. ㅤСонливость накрывает с головой, и уже нет дела до тех пугающих фантомов. Только эта маленькая кухня и наши минутные слабости. ㅤТолько мы.***
ㅤВремя близится к утру, когда мы наконец собираемся ложиться. ㅤВ нашей спальне пахнет, кажется, только Димой. И за все время вместе, я не чувствую запахов кроме этого. Родной до боли. ㅤТыкаясь холодным носом в мою шею, уже Дима находит свое успокоение. Его дыхание щекочет кожу, губы оставляют невесомые поцелуи. Ладонями гладит меня по спине, обнимает жадно, а под моими руками прощупываются крепкие кубики пресса. — Поговори со мной. — я слышу сонный голос Димы, слишком низкий и хриплый. ㅤНачинаю рассказывать обо всем, что произошло сегодня. О том уличном коте и невкусном чае из кафе под нашим домом. О начатой книге и чёрной тени в конце коридора. ㅤОн слушает внимательно, задаёт вопросы, хоть и речь его уже невнятная. Перебивает меня поцелуями, нежными, полными любви и ласки. И каждый раз я забываю тему, которую рассказывала чуть раньше.***
ㅤ На улице светает и небо становится серым. В окно бьются комья мокрого снега, сползая по стеклу. ㅤ Я снова вспоминаю о нашем знакомстве, пересказывая события, о том, насколько Дима боялся меня и своих ошибок, сделать первый шаг и просто заговорить со мной. ㅤОн все хихикает, а я добавляю красок в историю. Однако резко умолкаю, когда слышу тихое сопение и гулкий стук чужого сердца. ㅤПрижимаясь к нему ближе, целую в лоб, поправляю тёмные волосы, крепче сжимаю его руки. ㅤХудые, с посиневшими татуировками. — Ты не представляешь, насколько сильно я люблю тебя. — эти слова теряются в моих мыслях, так и не удостоившись их произношения. Я погружаюсь в сладкий сон, рядом с любимым человеком, который также сильно любит и меня. Это ведь твоя мечта?