Папа может

- Тео, расслабься, - прошептал Вилл, внимательно смотря на своего парня, который недобро косился на отцов. Те к середине мультфильма уже спали без задних ног, миленько обнявшись под пледом и скатившись вниз. Билл лежал на груди у Тома, тихо посапывая, пока последний обнимал мужчину всеми конечностями, посапывая с ним в унисон. - Я не хочу терять тебя из-за прихоти своего отца. Вилл, все намного сложнее. Знаешь, сколько было ухажеров у моего папаши, как много сердец он растоптал? Он чудовище. Ты понимаешь, что твой отец обречен, если за него взялся этот упырь. Он будет в экстазе разбивать ему ребра, пока не достанет сердце, чтобы при нем его и сожрать, а твой отец, потерянный в боли, будет только искать выход, чтобы от нее избавиться. Том заберет тебя у меня, чтобы я не напоминал ему о Билле, он увезет тебя далеко. Все будет так, а я ничего не смогу сделать, - в голосе явно прослушивались стальные ноты, больше от досады, чем от реальной злости. - А если Билл действительно влюбился в моего папу? Если это та единственная любовь, которая раз и на всю жизнь? Что если Билл уже нагулялся и сыт сердцами? - Вилли, ты так наивен. Такая любовь бывает только в сказках, чтобы плохой парень поменял свою жизнь ради хорошего… Вилл? Мальчик раздраженно поднялся, вылезая из цепких объятий Тео, направляясь, прочь из гостиной. Такая любовь только в сказках? А как же их пример? Ведь Тео был еще тем козлом, пока они не начали встречаться, или это все обман? Виллу было не приятно. - Милый, что случилось? – Тео вышел за своим мальчиком, смотря с непониманием. - Тео, как ты не поймешь, любовь есть, и она способна творить чудеса, это не сказки. Билл должен любить моего папу, он же такой хороший, он сможет его воспитать, исправить. Но даже если твой отец его и не любит, то мы ничего не сможем сделать, и я не хочу ничего делать. Потому что если это уже произошло, если папа уже полюбил Билла или хотя бы задумался об этом, то мы будем причиной его боли, разлучая их. Понимаешь? - Я понимаю, просто нужно искать выход. Я не смогу тебя потерять, ты самое дорогое, что у меня есть, Вилли… - Ты не потеряешь меня, я уверен, что отец не сможет нас разлучить. Я никогда тебя не оставлю, - прошептал Вилл, подходя ближе. В глазах Тео начало зарождаться смирение с положением. Он тяжело вздохнул, обнимая любимого, зарываясь пальцами в мягкие волосы и прижимая голову к своей груди. - Ох, Вилли, - тяжело вздохнул парень. – Я так тебя люблю. - Я тоже очень сильно люблю тебя. Пойдем, нужно готовить обед, и пока родители спят, у нас будет время кое-чем заняться, – заискивающе подмигнул мальчишка. - И чем же? – Тео посмотрел на него с хитринкой. - Мы ведь с тобой актеры? – подталкивал Вилл его к мысли, которая возникла у него только сейчас, но ему уже хотелось воплотить ее в жизнь. - И? – заинтересовался парень. - Я хочу, чтобы мы разыграли очень красивую, очень нежную, а может и страстную эротичную сцену, как в романтическом кино. Как ты на это смотришь? - Я пока что не очень понял, как это будет происходить, но уже очень даже «за», - Тео расплылся в пошлой улыбочке, опуская свои руки на ягодицы, обтянутые грубой джинсой. - Но сначала обед, - напомнил Вилл, уворачиваясь от интимных прикосновений. – Думаю, что никто не будет против макаронной запеканки с фаршем, – Тео кивнул, возвращаясь в гостиную, чтобы выключить мультфильм. Вилл проследил, чтобы он ничего не сделал своему отцу, а то мало ли. Тео только злобно зыркнул на него и сразу же вышел, тихо прикрывая двери. - Пойдем, я помогу тебе, - кивнул он головой в сторону кухни. – А ты пока объясняй, как будет происходить наша эротическая сцена. - Ну, все очень просто, я хочу, чтобы была романтическая обстановка: полутьма, приятные коже простыни, я в своем черном халатике, который ты мне подарил на месяц, как мы встречались, а ты голый должен ждать меня в постели, – мечтательно говорил Вилл, подготавливая продукты для запеканки. Тео помогал ему, очищая морковь, лук с чесноком, пока он ставил на огонь воду для макарон и доставал из холодильника фарш, сыр и зеленую петрушку. - А дальше? – спрашивал Тео с довольной улыбкой. - А дальше все по сценарию, как в романтическом кино. - Подробности, а то, может, я не знаю, как там, в романтическом кино. Я чаще порно смотрел, а там все просто. - Ну, я сниму халатик, перед тем, как забраться к тебе в постель, мы начнем целоваться и гладить друг друга, а потом я хочу сесть на тебя, словно ты вошел в меня, и двигаться… - Но я не войду в тебя, - уточнил Тео, откусывая верхушку морковки и давая куснуть немного Виллу. - Ну, да. Ты не против так? – взволновано спросил мальчик, быстро пережевывая сладкую морковку. - Мне нравится, что дальше? Я ведь должен знать сценарий. - Дальше ты не выдерживаешь моего медленного темпа и подминаешь под себя, не прекращая ласкать. Ты двигаешься, словно мы занимаемся сексом… - Но я не вхожу в тебя, - Тео натирал морковку, пока Вилл измельчал петрушку и лук. - Ну, ведь камера этого не видит, мы наполовину под одеялом, видно только как под переливающейся простыней двигаются твои бедра, которые обнимают мои ноги. - О как. Продолжай, - в полном предвкушении. - Потом ты ставишь меня на четвереньки. Я выставляю свои бедра тебе напоказ. Ты ласкаешь их своими чуть влажными теплыми ладонями… А ты был бы возбужден до того момента? – досадливо спросил Вилл, ведь их возбуждение обязательно входило в его план. Тео, молча, взял его руку и положил на свой пах, сжимая. – Ох, думаю, да, - в кухне стало душновато, пульс подскочил, как только ладонь нащупала крепкий член под одеждой. - Что потом? – спокойно спрашивал Тео, словно это не у него сейчас стоит так, что гвозди можно забивать. Как он может держать себя в руках Вилл не понимал. - Ты кладешь свой твердый член между моих ягодиц и начинаешь двигаться, сжимая свое возбуждение моей попой, дразнишь меня. Я стону и умоляю взять меня, пока ты целуешь мою спину, опускаешь на живот. Соединяю ноги и вытягиваюсь под тобой. Ты ложишься сверху, увлажняешь свой член слюной и пропускаешь его вниз, между половинками моей попки, так чтобы головка твоего пениса упиралась в мои яички. - О, Господи… Вилл, остановись, - простонал Тео, а мальчик только сейчас заметил, как сильно он сжал деревянную лопатку, помешивая морковку с луком на сковороде. - Все хорошо? – хитро спросил Вилл, неужели Тео тоже умеет терять самообладание? Чертик мальчика гадко захихикал, довольный, что способен довести своего парня до такого состояния всего лишь разговором. - Да, - выдохнул Тео, забирая у Вилла мелкоизмельченную петрушку и чеснок, добавляя в сковороду. - Я могу продолжать? – Виллу уже не терпелось посмотреть, что будет с любимым дальше, а потому он воодушевился еще лучше на рассказ. Тео неуверенно кивнул головой, пока он помешивал макароны и следил, чтобы они не переварились. – Ты начинаешь двигаться, доставляя нам обоим удовольствие. Я стону от приятных ощущений, пока твой член массирует мои яички и трется, как я сегодня понял, об очень чувствительное колечко мышц. Ты начинаешь двигаться все быстрей, я выгибаюсь под тобой, начиная стонать громче, чувствуя, что еще немного и кончу. Последние жесткие рывки, так что моим яичкам прям больно, и мы кончаем. Твоя сперма стекает по моей попе, смешиваясь с моей. Мы тяжело дышим, нам жарко и мы удовлетворены. Я поворачиваюсь под тобой и страстно целую, благодарю за неимоверное наслаждение. Ну, как? – спросил Вилл, поворачиваясь к любимому, которого не было в кухне. – Тео? Вилл быстро снял макароны с огня, перекидывая их на дуршлаг, промывая. Выключил огонь на плите, чтобы не подгорели овощи, и добавил их в фарш, приправленный сыром и специями. Пока ничего не горит под рукой, он побежал на поиски своего парня, Тео не на шутку заставил его поволноваться. Обычно, тот даже когда отходит в туалет его предупреждает, а тут… пропал. - Тео? – Вилл толкнул дверь ванной, в которой горел свет. – Что-то случилось? - Все хорошо, просто я кончил, пока ты говорил, не хотел запачкать одежду, – объяснялся Тео, моя руки. И все было бы ничего, если бы он не дрожал как осиновый листик. - Что с тобой, милый? – Вилл обеспокоенно подошел к своему парню, заглядывая в зеркало над раковиной, где отражалось его вспотевшее лицо. - Это сложно объяснить, Вилли. Просто я хочу тебя, хочу не только, когда обнимаю или когда мы целуемся, а хочу все время. И чаще всего фантазии, которые меня посещают… - Что? Говори, - подбадривал мальчик. - В них я целую тебя до крови на губах, в них я обжигаю своими ласками твою ароматную кожу до синяков. Я беру тебя силой, принуждая, чаще всего сначала бросая на колени и вставляя свой член в твой рот, а потом, после жесткого минета, нагибаю раком и деру как… О, боже! – Тео закрыл лицо, сильнее вздрагивая. Но Виллу не страшно от того, что он говорит. В какой-то степени он смог бы найти объяснение таким желаниям. До него Тео имел регулярный секс, а сейчас уже больше трех месяцев на воздержании и коротком поводке, терпит и ждет его. А Вилл благодарен ему за это, но видит, каким он становится жестким, не по отношению к нему, конечно, но по отношению к другим. – Наверное, нам лучше не играть в твою игру, Вилли. Не сегодня, потому что я не сдержусь. Ты понимаешь, что сводишь меня с ума? – Тео отнимает руки от лица и обнимает своего мальчика, вздыхая. - Хорошо, но я все же кое-что хочу попробовать. Не давай мне спуску, любимый, а то будешь меня ждать до турецкой пасхи, – Вилл впервые позволил себе страстно впиться в пухлые губы, запуская свой язык во влажный гостеприимный рот. Тео глухо простонал, отвечая на поцелуй, и крепче сжимая его в объятиях. Вилл уже знал, что сегодня хочет попробовать, он увидел, как был неправ, заставляя Тео ждать до этого времени. Они могли бы ласкать друг друга. И если он сможет себя заставить, и это не будет хотя бы в половину так противно, как кажется, то они с Тео могли бы сделать еще один шаг, на ступеньку выше в их отношениях.