Никотиновый занавес

Чонгук усадил Кима на заднем сидении своего автомобиля и отошел недалеко, достав пачку сигарет. Ситуация настолько стрессовая, что, кажется, уже все нервные клетки с треском полопались. Держать себя под контролем безумно сложно, а сдерживать эмоции — еще более проблемно. Альфа чиркает зажигалкой и незамедлительно поджигает сигарету, чувствуя на себе чей-то пристальный взгляд. Если быть точнее — взгляд Кима сквозь тонированное стекло машины. Чонгук без понятия, что за игру затеял Тэхен и затеял ли он ее вообще. Мысли стремительно превращаются в отвратительную кашу. Уже ничего не ясно, уже каждая мелочь вызывает раздражение. Чувство, будто план полностью рухнул, но все же некий процент остался нетронутым. За этот процент альфа хватается зубами и делает очередную затяжку, мечтая поскорее выйти со сложившейся ситуации. Казалось бы, Тэхен отказал. Зачем дальше тратить время на человека, который говорит тебе «нет» уже не впервые? Но, видимо, Чонгук видит во всем этом смысл, раз не прекращает попытки сблизиться. Нутро подсказывает ему, что сдаваться рано. Сейчас не время. Нужно еще немного поднажать и идти дальше. Но вдруг все надежды Чона — пустышки? Вдруг он просто заигрался в оптимиста и продолжает разговаривать со стеной, совершая попытки понравиться ей? Альфа фыркает на собственные мысленные рассуждения и резко бросает остаток от сигареты в урну, попав прямо в цель. Хоть что-то вышло на «отлично». — Чонгук! — слышится где-то сзади, из-за чего Чон оборачивается. — Мы можем уже поехать? Я не очень хорошо себя чувствую. Либо увези меня домой сам, либо я сейчас вызову такси, — Тэхен томно выдыхает и захлопывает дверь машины снова, откинувшись на спинку сидения. Чон моментально срывается с места и подбегает к автомобилю, сев за руль. Он смотрит на Кима через зеркало заднего вида и невольно хмурит брови, потому что омега действительно стал выглядеть как-то болезненно. — Может, в аптеку? — Чонгук поворачивает ключ зажигания, будучи на полной готовности давать по газам. — Домой, Чонгук. Увези меня домой.. — повторяет Ким, а сам жмурится от резко возникшей боли внизу живота. Пока альфа принимается профессионально управлять машиной, Тэхен хватается за сумку и вываливает все содержимое на сидение. Глаза бегают от одной вещи к другой, пока не находят то, что было необходимо. Блокаторы. Ким молча осматривает салон автомобиля и, заметив бутылку воды прямо рядом с Чонгуком, без лишних раздумий поддается вперед. Он слегка нависает над альфой и моментально забирает бутылку, вернувшись на место. Данное зрелище немного озадачило Чона, но он решил промолчать, дабы не накалять и так нестабильную атмосферу между ними. А атмосфера становится еще более нестабильной. Тэхен чувствует, как собственное тело начинает подрагивать, а ноги постепенно становятся ватными. Взгляд тут же падает на сидящего за рулем Чонгука и мысли в тот же момент начинают выдавать перед глазами развратные картинки с их участием. Только не это. Ким быстро закидывает сразу две таблетки блокаторов в рот и запивает залпом, в то время как Чон паркуется где-то на обочине. — Что происходит, Тэхен? Давай я вызову скорую, — до альфы, видимо, еще не дошел природный запах Кима. — Не разговаривай со мной, прошу, — омега откашливается и дергает за ручку двери, буквально вылетая из машины. Еще немного и блокаторы подействуют. Нужно продержаться и не подать вид, что что-то не так, но Ким давно провалил эту миссию. Чонгук осматривает заднее сидение и тянется к пачке каких-то таблеток с озадаченным выражением лица. Он внимательно вчитывается в описание препарата и давится воздухом, понимая, что они оба влипли. Если Чон почувствует запах Тэхена, то кнопку «стоп» нажать уже станет невозможным. Сейчас он держит себя в руках, но надолго ли это? Альфа выходит из автомобиля, хлопнув дверью, и останавливается на месте. — Звони Юнги, пусть он заберет тебя, пока ситуация не вышла из-под контроля. Это ведь он твой хороший друг? — старается не палиться Чон, хотя в этом нет никакого смысла. — Не могу, мы в ссоре, — омега хватается за живот и вовремя показывает Чонгуку рукой, чтобы тот не сокращал расстояние между ними. — Не подходи. Если окажешься слишком близко, то действие блокаторов станет бесполезным. — Мне оставить тебя здесь в таком положении? Издеваешься? — Чон фыркает. — Нужно как-то увезти тебя отсюда, пока не приперлись другие альфы. — А что? Волнуешься? — Ким усмехается, лицезрея нервозный вид своего воздыхателя. — Когда я снова отказал тебе, ты выглядел очень спокойным. — И с каких пор тебя это волнует? — Чонгук закатывает глаза, слегка ударив по машине. — Нашел время говорить об этом. — Что поделать.. Во мне бушуют гормоны, — Тэхен осторожно подходит к автомобилю, наблюдая за взглядом альфы, и пробирается в салон, забрав свой телефон. — Возможно, мне правда стоит позвонить Юнги.. — Зачем ты согласился на то, чтобы я тебя подвез? Теперь у нас у обоих проблема, — Чонгук явно раздражается, ведь если в его нос ударит запах течного Кима, то он вряд ли сдержится, а это уже походит на насилие. — Я не знал, что так получится. Видимо, твое такое близкое присутствие спровоцировало появление течки, — Тэхен невольно заглядывает в глаза альфы, стоящего с другой стороны автомобиля. Он видит в них появившееся раздражение и даже нотку злости, но не удивляется. Ситуация постепенно заходит слишком далеко и сейчас дорога абсолютно каждая секунда. В одно мгновение тело Кима может переклинить и течка прорвет действие блокаторов, заставив обоих устроить борьбу не только с собственными чувствами, но и с бешеным влечением. Так уж устроена природа, ей сопротивляться практически бесполезно. Здесь не важен факт того, искренне вы любите друг друга или ненавидите. Феромоны вызовут возбуждение и в голове уже будет доминировать животный инстинкт, а не здравые чувства. Это пугает обоих. Чонгук безумно влюблен. Он буквально тонет каждый раз, когда смотрит в глаза Тэхена. Если бы у него был выбор — Чон без сомнений бы дышал этим омегой вечность. Без преуменьшений или увеличений. Но то же самое вряд ли он может сказать об объекте своего воздыхания. Ким не выглядит, как он. Не выглядит влюбленным. Иногда даже обычным расположением к диалогу от него не пахнет, что уже говорить о какой-то симпатии. Именно поэтому Чонгуку, мягко говоря, тревожно. Если они поддадутся инстинктам, то это не станет их добровольным выбором. Чон не относится к тем альфам, которые жаждут лишь секс. Он хочет, чтобы близость происходила под воздействием реальных чувств, а не паршивого инстинкта. Альфа заметно бесится и уже тянется за новой порцией сигарет, как рядом с ним внезапно возникает Ким, который хватает его за руку. Они резко встречаются взглядами и оба замирают. Тэхен не понимает от слова «совсем», что сам творит, и не понимает, что им движет. Течка блокирована, но и чувств к Чону у него нет, ведь так? Почему он так отчаянно хватается за любое действие, чтобы только не звонить Юнги? Почему он сел в машину Чонгука, предварительно зная, что сегодня должен был настать первый день течки? Может, это собственная проверка чувств или проверка на прочность? И пока непонятно, для кого именно эта проверка создана. — Сколько действуют блокаторы? — спрашивает Чонгук, после тяжело вздыхая. Он не хочет этой проверки. — Три часа. Выпью еще, если потребуется, только увези меня отсюда. Я не хочу звонить Юнги и вообще разговаривать с ним на данный момент. Ты единственный, кто еще может хотя бы постараться себя сдержать рядом со мной, — омега невольно усиливает хватку на чужой руке и тянет Чонгука за собой в сторону двери. — Прошу, Чон.. — Учти, я возьму с тебя два миллиона вон за не самую легкую поездку в моей жизни, — на устах альфы вырисовывается ухмылка и Тэхен почему-то выдыхает. Чонгук вновь усаживает Кима на заднем сидении автомобиля и незамедлительно устраивается за рулем. За считанные секунды машина выезжает обратно на дорогу и стремительно набирает скорость, в то время как Тэхен аккуратно собирает вываленные вещи обратно в сумку. Ему очень приятно осознавать факт того, что Чон решил пойти наперекор себе и попробовать сдержать все порывы лишь из-за его просьбы. Возможно, так поступать было эгоистичным решением, но какая уже разница? Выбор сделан. Остается только приехать домой, найти в себе силы выпроводить Чонгука и наконец-то начать разбираться в себе. Ведь, судя по тому, что происходит сейчас, Ким себя не знает. Совсем не знает.

***

Впервые Юнги не находит себе места после всего, что умудрился высказать и показать Тэхену. Он долго метался по квартире, пока в голове происходили поиски верного решения, но на ум приходило лишь одно. От возникшей мысли Мин ненадолго взбесился, что вполне в его манере, а после все же быстро собрался и поехал к Киму домой. Извиняться всегда сложно. Особенно, если делаешь это искренне. Но для Юнги самым сложным было признать собственную вину. Он всегда считал себя правым, а если кого-то не за что попускал, то считал, что его попросту спровоцировали. Только вот сейчас, когда их дружба с Тэ весит на одном волоске, омега решает переступить через свои моральные принципы хотя бы раз. Это не та дружба, с которой он готов попрощаться. Тэхен не является тем человеком, которого он по своей глупости готов отпустить. Мин был уверен, что свидание с Чонгуком уже давно закончилось, но это было банальным ожиданием. Реальность на деле совсем иная. Юнги стоит под дверью нужной квартиры и облокачивается на нее спиной, наблюдая за людьми на лестничной клетке. Он ждал одного единственного и где-то глубоко в эгоистичной душе надеялся, что Тэхен приедет один. — Твою мать.. — ругается себе под нос, спустя час. Прямо перед своими глазами Мин видит, как Тэхен еле выходит из лифта, а уже после замечает Чонгука, который крепко держит того где-то сзади. Он пулей подлетает к ним и перекидывает руку Кима через свою шею, давая Чону возможность отстраниться. — Что с ним случилось? — Мин поднимает глаза на бывшего партнера. — Он напился блокаторов, поэтому пошли побочки, — альфа без разрешения забирает из сумки Кима ключи и с первого раза вставляет в замочную скважину, открывая дверь. — Блокаторы? — в голосе Юнги слышится нотка разочарования или полнейшего провала. Омеги заходят в квартиру и Чонгук переступает порог вслед за ними, беспрерывно наблюдая за мучениями Тэхена. Ким держится отчаянно за живот и в один момент чуть ли не падает, из-за чего альфа моментально подбегает к нему. Чон прекрасно знал, что такое течка, и не раз наблюдал за омегами во время этого периода, но не знал, что у Кима все настолько болезненно. Возможно, это действие блокаторов, которые омега вкидывал в себя неоднократно. Чонгук не уверен. Юнги наблюдает за тем, как Чон бережно берет его друга на руки и уносит в спальню, а сам фыркает себе под нос. По исходившему от обоих запаху было ясно, что они не спали и вообще никаких близостей между ними не произошло, но кошка на душе активно начала скрести. Начало конца положено. — Мне пора уезжать, пока тебе не стало из-за моего запаха хуже, — на выдохе говорит Чонгук, присев рядом с краем кровати, где лежал Тэ, на корточки. — Это не поможет, — омега улыбается с крохотной дозой грусти. — Извини за сегодняшний цирк. Мне еще во многом предстоит разобраться, но я очень благодарен тебе за то, что ты до сих пор не распустил руки, — тянется рукой вперед, заправляя пряди чужих волос за ухо. — Спасибо. — Даже под действием инстинктов я не трону тебя, Тэхен, — Чон кусает губы изнутри от неожиданной нежности со стороны Кима, но вовремя говорит себе «стоп», после чего поднимается на ноги. — Оставь два миллиона себе и больше не пей те таблетки. Чонгук покидает спальню и прикрывает за собой дверь, встречаясь в коридоре с крайне ревностным взглядом Мина. Он узнает этот взгляд из тысячи, ибо в прошлом не раз приходилось с ним пересекаться. Они слишком хорошо друг друга знают, поэтому лишний раз скрыть какие-то тайны или переживания просто невозможно. Альфа осторожно берет Юнги под локоть и молча уводит из квартиры, приводя на их давно излюбленное место — крышу. Он присаживается на парапет и откидывает голову назад, наслаждаясь поднявшимся легким ветром. — Буду говорить прямо и по факту. Меня раздражает, что ты крутишься вокруг меня, зная, что твои чувства ко мне не пропали. Мы расстались, Юнги. Расстались, — последнее слово Чонгук проговаривает медленно и по слогам. — Слышал, что вы поссорились с Тэхеном, и уверен, что из-за твоей ревности. Я устал от этого, понимаешь? Мы взрослые люди, чьи судьбы пошли по разным маршрутам. Это нормально. Это, блять, абсолютно нормально. Не нужно цепляться за меня и за наше прошлое. Юнги вслушивается в абсолютно каждое слово и, не сдерживаясь, роняет слезы прямо на свои кеды. Чонгук прав. Чонгук чертовски прав и эта правда бьет больнее самого острого лезвия ножа. Омега пытается вытереть соленую жидкость краем рукавов, но все тщетно. Слезы только усиливают свой поток и наружу вырываются тихие всхлипы. Мин никогда не позволял себе появляться в таком виде перед кем-то, но Чон является тем, кто видел все. Перед ним не страшно. Перед ним не боишься осуждений, какими бы они не были. — Я осознаю, что поступаю ужасно, — еле как начинает Юнги, слизав слезы с покрасневших губ. — Я должен дать тебе шанс на новую жизнь и себе тоже.. Но мне сложно, Чонгук. Мне очень сложно пережить это ебучее прошлое. Я не могу забыть тебя, наши моменты, все время, что мы провели вместе. Ты не просто стал частью моей жизни.. — за словами следует очередной всхлип. — Ты забрал эту часть вместе с собой.. Я не могу жить дальше, у меня не получается.. Воспоминания душат меня, душат так сильно, что мои губы начинают синеть при каждом упоминании твоего имени. Я пытался сохранить дружеские отношения между нами, чтобы не было так больно, но стало только хуже. Прости меня, — и закрывает глаза, позволяя новому потоку слез сразу скатиться по холодным щекам. Чонгук спрыгивает с парапета и подходит к омеге, сразу же заключая его в свои объятия. Он обнимает его настолько крепко, насколько это возможно, и мягко целует в макушку. Тяжело смотреть на слезы того, кто когда-то был тебе безумно дорог. Но не сказать, что Юнги сейчас полностью потерял свою значимость. Нет. Он является неотъемлемой частью жизни альфы, но прошлой. С этим нужно смириться. — Я понимаю тебя и не осуждаю за то, что ты испытываешь. Просто так вышло, Юнги. Мы должны были разойтись, иначе бы совместная жизнь нас попросту уничтожила. Мы хороши в качестве лучших друзей, но пара из нас отстойная. Безусловно, были потрясающие совместные моменты, тонна позитивных эмоций, которые были связаны только с тобой, но ими нельзя жить вечно. Ты убьешь себя этим. Я прошу тебя, — Чонгук берет лицо Мина в ладони и смотрит прямо в глаза. — Мне трудно смотреть на то, как ты страдаешь. Мне не плевать, понимаешь? Ты умный и знаешь, что наш разрыв можно пережить. На мне не заканчивается твоя планета и никогда не заканчивалась. — Чон.. — Юнги плачет навзрыд и сильно хватается за ткань чужой одежды на спине. — Спасибо тебе за все.. — Настало время выплакаться, — негромко говорит альфа, позволяя Мину спрятать лицо в своем плече. — Я буду рядом, пока все слезы не покинут твою душу. Ты должен это сделать ради себя, слышишь? Все наши моменты с тобой бесценны и я всегда буду вспоминать о тебе, как о партнере, самое лучшее. Только пойми, что я не умер, ты меня не терял. Не надо горевать так, будто ты уложил мой гроб под землю, — Чонгук выдыхает, чувствуя, как ткань на плече стремительно намокает. — Ты достоин большего и ты сможешь найти новое счастье, которое вернет тебе крылья. Омега рыдает в чужое плечо еще некоторое время. Ему приятно, что Чонгук проявил к нему эмпатию и не оставил страдать в одиночестве. Кажется, был бы на его месте другой альфа — такого бы не произошло, ведь почему-то в современном мире проявлять чувства сильному полу считается слабостью. Но Чон всегда шел против правил и создавал собственные. Ему откровенно все равно на то, что подумает общество, ведь жизнь одна и сожалеть о чем-либо не хочется от слова «совсем». Возможно, от твоих действий зависит жизнь другого человека и именно об этом думает сам Чонгук. Он не может со стопроцентной точностью знать, что творится в голове Юнги, но если есть возможность предотвратить неизбежное — нужно хвататься за нее руками и ногами. Не время проявлять холод. Не время строить из себя глыбу льда. Все, что было между ними с Мином, — осталось в прошлом. Чон может воспринимать его в качестве друга, но в любовном плане он будет зациклен на другом. На одном единственном, который нуждается в нем прямо сейчас больше всего.

***

«Даже под действием инстинктов я не трону тебя, Тэхен» Голос Чонгука отдается в голове эхом и Ким сжимает в руках простыни под собой до побеления костяшек. Блокаторы постепенно становятся бесполезными, ведь альфы в помещении давно нет, но тело ломит от желания только сильнее. Тэхен смотрит на собственное отражение в зеркале напротив и продолжает усердно копаться в голове в поисках того, что чувствует на самом деле. Он чувствует, что врет себе. Ему больше не хочется притворяться. Не хочется делать вид, что Чонгук его не цепляет. Почему-то Ким уверен, что его нынешние мысли совсем не связаны с нарастающей течкой. Возможно, течка наоборот помогла ему осознать все намного быстрее, чем могло бы быть в дальнейшем. Тэхен никогда не рассматривал в Чоне потенциального альфу, который бы мог стать его спутником по жизни, но время идет и взгляды меняются. Сейчас Чонгук кажется ему не таким назойливым и раздражающим, как это было раньше. Сейчас он кажется ему взрослым, самоуверенным альфой с адекватной самооценкой. Пусть Чон и бегал за ним впустую, но этот факт никак не разрушил его внутренний стержень. Он способен быть высокомерным, переходить на грубости с тем, кого любит, но это все не является его заглавными чертами характера. Да и как можно быть вечно добрым с тем, кто ведет себя, как меркантильная сучка? Только сейчас Тэхен постепенно стал осознавать свои ошибки и анализировать их. Теперь ему понятна реакция многих людей и, в том числе, Юнги. Хотя в случае с Мином все может быть намного глубже.