Datastream

Хитоши провел пятницу и субботу, тренируясь с Айзавой. Теперь, когда Пятно был пойман (он все еще не мог поверить, что действительно сделал это), сенсей не чувствовал необходимости идти в ногу с тем же графиком, что и Иида. Кроме того, Тенья был досрочно отправлен домой со стажировки, официально ссылаясь на травмы, но неофициально – из-за своих действий. Хитоши знал, что Айзава злится на Ииду, но Изуку убедил своего дядю не исключать его. Как и в случае с Серо, мальчик думал, что унижение будет лучшим наказанием. Хитоши не мог дождаться, чтобы узнать, какие у Изу планы. Тот был очень непреклонен в том, чтобы ничего не рассказывать, желая сохранить это в секрете, лишь намекнув, что уже делал это раньше и ему это нравилось. Хитоши узнает об этом в понедельник. Наконец наступило воскресенье, и, поскольку это был последний день стажировки, Айзава и Хитоши сели в поезд и вернулись домой. Шинсо отдал свой чемоданчик Айзаве, так как тот собирался в школу – навестить Исцеляющую Девочку, чтобы снять швы – и предложил отвезти его костюм. Хитоши возвращался домой в очень хорошем настроении. Он доказал, что он герой! Хорошо, ладно, герой-студент, но он победил Убийцу Героев!! Под этой новостной статьей было множество комментариев, в которых его благодарили за то, что Хитоши сделал. Одна только мысль обо всех людях, на которых он произвел впечатление и которые желали ему удачи в его карьере героя, заставляла разум затуманиться даже три дня спустя. Хитоши вспомнил выражение лица Айзавы, когда тот сказал, что гордится им. Мальчик хотел, чтобы приемные родители поддерживали его хотя бы наполовину так же, как наставник. Было далеко за полдень, когда Хитоши открыл входную дверь и направился в свой дом. Он знал, что его приемные родители не будут заботиться о его достижениях, они никогда этого не делали, так что он не стал им об этом говорить — он просто приветливо кивнул им и направился в свою комнату, чтобы убрать свои вещи. Однако, открыв дверь, он увидел, что все его вещи были упакованы в черные мешки для мусора. Они избавлялись от него. Со слезами на глазах Хитоши уронил сумки. Хотя этот дом не поддерживал его, это было самое долгое размещение, которое у него когда-либо было – три года. В этом доме его не оскорбляли, как во всех остальных, в основном его оставили в покое. Они позволили ему тренироваться с Айзавой-сенсеем! Они даже разрешили ему поступить в UA! Что он сделал не так? Почему они решили избавиться от него именно сейчас? Он соблюдал все правила, он никогда не разговаривал дома, сам готовил и убирал за собой, занимался всей уборкой во дворе. Почему теперь они хотели выгнать его? Что он сделал не так? Сдерживая слезы, Хитоши спустился вниз. — Почему? — подписал он, зная, что его накажут за то, что он говорит, даже если в скором времени от него избавятся. — Ты опасен! — воскликнула его приемная мать. — Мы всегда знали, что ты злодей, но теперь? Сначала ты показывашь, насколько опасным можешь быть даже без своей злодейской причуды на этом фестивале, а потом отправляешься в Хосу. Не думай, что мы это придумали, нам известно, что ты просто пытаешься заслужить расположение всех, чтобы потом предать их! Мы знаем, что это о тебе говорилось в той статье! Его приемный отец добавил: — Твой социальный работник будет здесь примерно через пять минут. Иди сюда. Не в силах остановить слезы, Хитоши сделал шаг вперед. Он знал, что сейчас произойдет – намордник. Изуку был в учительской, лежал на диване, используя своего дядю как подушку. Мальчик просматривал свою обширную библиотеку мемов «с добрым утром», пытаясь решить, отправить ли ему сварливого кота, психопатическую сову или какую-нибудь живую кофейную кружку в групповой чат с Хитоши и Шото. Он решил, что пошлет все три. Затем он настроил музыкальную тему для Ииды на день и добавил в код дополнительный слой, который уменьшал бы громкость в присутствии их учителей. Изуку не хотел расстраивать преподавателей, только Ииду. HotElsa – Доброе утро, Зуку TinyGreenBaby – Утречко, Шото! Доброе утро, Хито! Я с нетерпением жду информации об опыте стажировки каждого! HotElsa – я уверен, что все захотят услышать и о тебе. TinyGreenBaby — ну, если бы я был студентом и действительно пошел на стажировку, может быть, мне было бы что рассказать. ( /¯ °3° )/¯ HotElsa – Тоши, разве Зуку не помогал тебе в Хосу? TinyGreenBaby – Я не знаю, о чем ты говоришь, Шо, я всю неделю сидел дома с папой. Мы смотрели фильмы и водили кошек к ветеринару на осмотр. Сливки нужно вырывать зуб. (っ˘̩╭╮˘̩)っ HоtElsa – хотя я верю, что это было так, я также уверен, что Датастрим помогал в Хосу. TinyGreenBaby — может быть, а может и нет. Разговор прервался на несколько минут. TinyGreenBaby – Хито? Ты хорошо себя чувствуешь? Похоже, ты все еще дома? HotElsa – позвонишь ему? TinyGreenBaby – одну минуту. Изуку позвонил Хитоши и подождал, пока тот ответит. И продолжал ждать. Изуку нахмурился, когда его отправили на голосовую почту. Хитоши никогда не отправлял его на голосовую почту. TinyGreenBaby – он не отвечает? Он никогда так не делает? HotElsа – может, он просто очень устал? Я имею в виду, что Айзава изрядно потрепал его… – Эй, дядя? Хито вчера сильно устал? — спросил Изуку, толкая дядю, пока тот не проснулся. Пробурчав полусвязный ответ, дядя сказал: — Нет? Если так и было, то он ничего не сказал. Почему ты спрашиваешь? — Он еще не вышел из дома, — ответил Изуку. — Я полагаю, ты пытался ему позвонить? — Я пытался, но он отправил меня на голосовую почту. А теперь выключил телефон? – Изуку посмотрел на дядю. – Что-то не так с Хито. Он никогда не отправлял меня на голосовую почту, чтобы потом выключить телефон. Дядя посмотрел на обеспокоенное лицо Изуку, а затем подтолкнул его, чтобы он слез. — Я позвоню его приемным родителям. Может быть, он чем-то заболел и отсыпается? — с сомнением сказал он, добавив, когда Изуку взглянул на него: — Я знаю, он бы написал тебе, но я пытаюсь вселить в тебя надежду, поскольку ты, очевидно, не можешь должным образом выполнять свою работу. Ты ведь знаешь, что ты его названное Солнечное дитя, верно? Шота вытащил свой телефон и позвонил приемным родителям Хитоши, Изуку подслушивал. — Привет? — раздался голос приемной матери Хито. — Привет, это Танака-сан? — спросил дядя. — Да. Скажите, пожалуйста, кто звонит? — она подтвердила. — Я Айзава Шота, классный руководитель и наставник Шинсо. Мой племянник — один из его друзей, и волновался за него, так как он не отвечал на звонки все утро. Не могли бы вы сообщить мне, как он? — О, нет, я не могу. Этот мальчик больше не живет с нами. Вчера его перевели в другой дом. Он оставил здесь свой телефон, и нам не сообщили, где находится его новое место жительства. На самом деле я собиралась сегодня приехать в UA, чтобы удалить меня и моего мужа из его списка контактной информации. Дядя несколько мгновений ошеломленно молчал. — Я понимаю. Можете ли вы дать мне контактную информацию кого-то, кто знает, где он находится и как с ним связаться? — Нет, извините. Я не расслышала имя социального работника, который пришел за ним. Шота поднял бровь, глядя на отсутствующий взгляд Изуку, очевидный признак нахождения в Потоке, и понял, что тот ищет Хитоши. — Спасибо, мы найдем его сами. — Айзава повесил трубку. — Я найду его, дядя. Иди в класс. Шота взъерошил волосы Изуку и сказал: — Хорошо, но сначала залезь в спальный мешок, иначе ты знаешь, что люди попытаются тебя прервать. — Изуку схватил спальный мешок и подошел к столу дяди, сел в ярко-желтую мерзость, а затем свернулся калачиком под столом. — Я приду за тобой на ланч, если ты не найдешь его к тому времени. — Изуку хмыкнул в знак согласия, а затем полностью погрузился в Поток. Кто-то пытался отобрать у него его Луну. Он должен был найти его. Ему нужен его Лунный Свет. Шото пришел в класс немного раньше, чем обычно, надеясь провести с Хитоши чуть больше времени. Он хотел лично поздравить его с победой над Пятном, хотя уже несколько раз делал это по телефону. Хитоши все еще был в шоке от победы над злодеем, и это было восхитительно. Шото показалось странным, что его телефон заиграл какую-то песню, когда он приблизился к классу. Это была мелодия, которую он не знал, и ему явно не звонили. Он не мог понять, почему его телефон издавал такие звуки, пока не открыл дверь в класс и не обнаружил Ииду с настроением, выражаемым где-то между тяжелым взглядом и надутыми губами. Ах, Датастрим был недоволен Иидой. Он вспомнил, как Изуку поступил так же с его отцом несколько лет назад. — Иида, — поприветствовал Шото, подходя к своему столу и ожидая прихода Хитоши. — Тодороки, — прозвучало жесткое приветствие Ииды. Они оба хранили молчание, просто слушая песню на своих телефонах, Иида явно знал, что это за песня, в то время как Шото ничего не понимал. Десять минут спустя пришла половина класса, и каждый из их телефонов заиграл одну и ту же песню, когда они вошли в дверь. Шото был занят поиском и отправкой фотографий кошек в его групповой чат с Изуку и Хитоши, надеясь, что второй мальчик ответит. Денки и Нейто вошли одновременно и направились к Шото. — Чувак, это же тема из Соника! — Денки обрадовался. — Я не играл в него с тех пор, как мне исполнилось десять! — Интересно, что Иида сделал, чтобы расстроить нашего доброжелательного зеленого повелителя, — засмеялся Нейто. — Эй, а где Хитоши? Обычно он здесь раньше нас? — Не знаю, — немного обеспокоенно сказал Шото. — Мы пытались писать ему сообщения, Зуку звонил, но до сих пор не получили ответа. — Странно. — все трое мальчиков обменялись взглядами. — Ну, я уверен, что Изу сообщит нам, что с ним происходит, не может быть, чтобы он уже не нашел его, — сказал Нейто. — Ты прав, — сказал Денки. — Ну, как прошла стажировка? Он не собирается плакать. Никак нет. Он проходил через это раньше, и этот раз не хуже, чем прошлый. Это не больнее, чем в любой другой день. Шкаф не меньше любого другого шкафа. Намордник не меньше, чем в любое другое время. Это не намордник, это его Голосовой Преобразователь, он просто не хочет говорить. В этом шкафу не с кем поговорить. Ему просто нужно немного отрегулировать ремешок на его Преобразователе, он слегка тугой. Он игнорирует тот факт, что у него нет ремешка. Он не собирается плакать. У Хитоши не было с собой отмычек, поэтому он не мог снять намордник. Это не намордник, это его Голосовой Преобразователь. У него не было телефона – его отправили вместе с ним? – так что он не был уверен, сколько времени пройдет, пока Изуку не разыщет его, но он знал, что найдет. Его Солнышко обязательно найдет его. И Изуку был его Солнцем. Его присутствие освещало комнату, его улыбка была подобна теплому солнечному дню, прогоняя его сомнения и страхи. Какими бы мрачными ни были его мысли, простая улыбка Изу могла снова все исправить. Дома, в которых он был раньше, оставили шрамы в его разуме, но Изуку смог исцелить большинство из них. Нежное прикосновение, когда он ожидал удара, поцелуй в щеку, где были его старые шрамы от намордника, заставляли его меньше стесняться их. Изуку заботился о нем. Изу знал бы, что что-то не так, верно? Когда он не отправил ему сообщение с котом и добрым утром? Шото тоже должен понять, верно? Он всегда по утрам отправляет ему мем про ледяную принцессу, так что, когда этого не произошло, стало понятно, что что-то не так. Шото все еще был новичком в их группе, но он был для него так же важен, как и Изуку. Шото был великолепен в тихой и тонкой манере, которая дополняла и его, и Изу. Он был кокетливым человеком и совсем не скрывал этого, но Хитоши думал, что ему это идет. Его тихий блеск. Шото был... он был как Звезда. Изуку был его Солнечным светом, а Шото был его Звездным светом. Его Солнце и Звезда. Они поймут, что что-то не так. Они найдут его. Верно? «А если нет?» — Хорошо, я все еще не могу найти Хито, но я нашел его социальную работницу. Ее зовут Тачибана Рие. Она работала с ним последние три года, и именно она изначально высказалась против его прошлого социального работника и добилась его увольнения. — Изуку сбрасывал информацию на Шоту и Незу, пока притворялся, что ест обед, который принес ему дядя. Откусив еще один крошечный кусочек, Изуку продолжил: — Это не она забрала его вчера, она в отпуске в Англии. Я до сих пор не знаю, кто забрал моего Хито и где он. — Зу, — пробормотал Шота, крепко обнимая Изуку, — я знаю, что ты его найдешь. И когда ты это сделаешь, я заберу его. — Если он в плохом доме, — поправил Незу. — Давайте не будем предполагать худшее. Вполне возможно, что он сегодня не в школе, потому что обживается в новом доме. — Он бы уже позвонил, — сказал Изуку. — Он бы позвонил либо мне, либо Шото. Шо тоже беспокоится о нем. Шота постучал Изуку по голове, мягко, но все же твердо, когда заметил, что в глазах Изуку снова появились признаки Потока. — Не отвлекайся прямо сейчас, Зу, сначала закончи свой обед. Изуку надулся, но откусил огромный кусок еды. TinyGreenBaby – когда я, наконец, узнаю, где находится Хито, можешь ли ты взять с собой Шото? — Я полагаю, что могу. Мы можем принести Хитоши новый телефон, и вы втроем сможете немного поболтать, — согласился Шота. Изуку кивнул. — Я немного расстроен, что Хито не оставил свой чемоданчик вчера или не позволил тебе забрать его к нам, — добавил Изуку. — Было бы так легко найти его, если бы у него был кейс, потому что в нем и костюме есть жучки. Незу немного оживился. — Я поговорю с Погрузчиком. Думаю, он сможет придумать, как достать тебе кулон с устройством слежения, чтобы нам никогда не пришлось беспокоиться о том, что тебя похитят. Изуку ухмыльнулся на это. — Если только не используются сверхмощные средства подавления причуд, тебе никогда не придется беспокоиться о том, что ты не сможешь найти меня, Незу. — Изуку остановился. — Но если ты сможешь достать мне два таких, я бы хотел быть уверен, что Хито и Шото никогда больше не будут вне моей досягаемости? Не зная, где моя Луна, я немного нервничаю. На самом деле, больше, чем немного. Шота посмотрел на своего племянника с легким весельем. Он не упустил тот факт, что Изуку время от времени называл Шинсо своей «Луной», в то время как Тодороки получил прозвище «Звезда». Если к концу недели эти трое не станут встречаться, Шота запрёт их всех в одной комнате, пока они не признаются друг другу. Как давно это началось? День? Два? Неделя? Хитоши больше ничего не знал. Он даже не был уверен, что его ищут. Разве они не нашли бы его к этому моменту? В этот момент он даже не мог притвориться, что намордник был чем-то иным, и он царапал его, пытаясь оторвать эту чертову штуку, казалось, несколько дней, но безрезультатно. Он был голоден, хотел пить и устал. Он хотел свое Солнце, свой Звездный свет, он хотел домой, но где вообще был дом? Дом будет с его Солнцем и Звездой. Но любят ли они его так, как он любит их? А если его не ищут? Что, если они счастливее теперь, когда его нет? Боги, Хитоши должен был сказать им, что он чувствовал, когда у него был шанс, теперь они никогда не узнают. Он, вероятно, собирался умереть в этой каморке, голодный, обезвоженный и изолированный. Он не собирался плакать, нет. Он мог пройти через это. Но что, если он не мог? Если его никто не ищет – никто и не найдет. Хитоши поднял голову. Что это был шум? Здесь кто-то был? Его глаза отчаянно распахнулись. Собирались ли они помочь ему или навредить? В этот момент ему было все равно, ему нужно было выбраться из этого шкафа и снять намордник. Он начал слабо пинать дверь, надеясь, что производит достаточно шума, чтобы его услышали те, кто находился по ту сторону. — Хитоши? — ох, о, он звучал как Шото! Он снова пнул дверь, изо всех сил, что у него оставалось. — Сенсей! Он здесь! — он услышал крик Шото. — Подожди, Тоши, я открою дверь. Хитоши услышал, как он пытается взломать дверь, но затем крикнул: — Сенсей, здесь замок. Могу ли я использовать свою причуду, чтобы открыть его? — Дай мне сначала попробовать, Тодороки, — раздался спокойный голос его наставника. Они действительно пришли за ним. Они озаботились достаточно, чтобы найти его. Они не бросили его, как многие другие до них. Дверь шкафа открылась, и в ярком свете за пределами комнаты Хитоши увидел Шото. Он позволил своим слезам пролиться. Он так долго сдерживал их, но теперь он мог их отпустить. Он был спасен. Его Звездный Свет был здесь, его наставник был здесь, здесь ли его Солнце? Шото потянулся к шкафу и крепко обнял Хитоши, в то время как Айзава осмотрел намордник и начал использовать отмычки, чтобы снять его, работая вокруг Шото. Словно услышав его мысли, мальчик сказал: — Зуку здесь нет, он выдвигает всевозможные обвинения в жестоком обращении и безнадзорности против людей, которые управляют этим домом. Но он тот, кто нашел тебя. И он ждет, когда мы ему позвоним. Хитоши слегка кивнул, цепляясь за Шото всем, что у него осталось. Намордник отпал.