Datastream

— Я буду скучать по своему малышу!!! — Хизаши цеплялся за Изуку, а тот так же крепко обнимал его, и они оба рыдали. — Я не хочу расставаться с тобой на целую неделю, папа!! Я не хочу идти в дурацкий причудливый лагерь с тупым дядей!! — лицо Изуку было прижато к груди Хизаши. — Клянусь богом, если вы двое не начнете вести себя как полуфункциональные существа, я выброшу вас обоих в проклятое окно, — предупредил Шота. Изуку все еще смотрел на него со слезами на глазах. — Но дядя!!! У папы день рождения!!! Ты заставляешь меня бросить его в день его же рождения!!! Дядя закатил глаза. — Да, да, очень грустно. С днем ​​рождения, Заши, а теперь я отвезу Зу в летний лагерь. Мы вернемся через неделю. Хизаши всхлипнул. — Могу я тоже поехать? — Шота тупо уставился на него, взял свою сумку и рюкзак Изуку и вышел за дверь. — ШОООООООУ!!! — Дядя такой злой! — сказал мальчик. Как только мужчина вышел за дверь, Изуку и Хизаши перестали плакать и начали вести себя так, как будто ничего не произошло. — Хорошо, значит, ваше бронирование оформлено на... через три дня после того, как мы вернемся из лагеря. У вас будет четыре дня на курорте. — Спасибо детка! Ты лучший сын, о котором я когда-либо мог мечтать! — Хизаши поцеловал Изуку в щеку. — Убедись, что ты полностью вымотал Шоу, чтобы он действительно захотел поехать со мной на курорт. Помучай его ради меня. — Будет сделано, папа! — Изуку снова крепко обнял Хизаши. — Развлекайся, пока нас нет. И если мне удастся поймать там сигнал, я позвоню тебе или отправлю сообщение с фотографиями и новостями! Люблю тебя, папа! — Я тоже люблю тебя, Зузу! Изуку удалось украсть спальный мешок своего дяди, и он самодовольно и уютно устроился в нем, лежа на коленях Шото и Хитоши, ухмыляясь каждый раз, когда дядя бросал на него тяжелый взгляд из-за украденного желтого чудовища. Автобус ехал уже около трех часов, когда, наконец, остановился. — Все вон, выходите и отдохните, — сказал Шота. Весь класс вышел из автобуса, Изуку был последним, и ему пришлось вылезти из спального мешка. — Зу, — пробормотал дядя, подойдя к нему, чтобы помочь. — Держись рядом со мной, не присоединяйся к своим идиотам. Эта часть для класса героев, а не для тебя. — Изуку кивнул. Он уже подозревал, что что-то подобное может произойти. Когда они вышли из автобуса, Изуку запрыгнул дяде на спину, чтобы досадить ему и иметь приличный предлог, чтобы не присоединяться к Хито и Шото. — Могу я просить небольшое предупреждение в следующий раз? — проворчал Шота под хихиканье Изуку. Устроив племянника на спине поудобнее, Айзава повернулся к только что подъехавшей к ним черной машине. Изуку усмехнулся, увидев, кто вышел из нее — Сосаки Шино и Цучикава Рюко, также известные как Мандалай и Пикси-Боб, две участницы Диких-Диких Кошечек! Они были любимыми героями его дяди, хотя Шота никогда не признавался в этом вслух. Когда глаза Хитоши загорелись от волнения, так как он тоже был поклонником Кошечек, Изуку увидел внезапную тревогу в глазах Нейто и Денки, когда они поняли, что Изуку все еще со своим дядей. — Э-э, ребята, мы, эм. Думаю, нам следует вернуться в автобус, — сказал Денки, и Нейто согласно кивнул. — Слишком поздно, — пробормотал Шото. — Что бы сенсей ни запланировал для нас, слишком поздно от этого бежать. Вскоре после такого заявления, земля под ними рухнула и Пикси-Боб отправила их вниз с утеса. — Доберитесь до полудня или не получите обед! Изуку тихонько хихикнул, когда дядя опустил его. — Сосаки, Цучикава, рад снова вас видеть, — сказал Шота. — Это мой племянник, Изуку. — Приятно познакомиться! — сказала Сосаки. — Это мой племянник, Кота. — она подозвала маленького черноволосого мальчика. — Скажи привет, Кота. — Хмф. — Кота с хмурым лицом отвернулся. — Я не понимаю, почему я должен знакомиться с кучкой подражателей героев. — О, то же самое, малыш! — сказал Изуку. — Мой дядя заставил меня выйти из автобуса! Я был завернут в спальный мешок, уютный и теплый, а он заставил меня встать, чтобы посмотреть, как остальных сбросят со скалы. Кота посмотрел на него. — Разве ты тоже не такой же подражатель? — Пф, нет! Я не смогу вырваться даже из мокрого бумажного пакета! Я держусь подальше от опасности, в хорошем и безопасном доме! — он покосился на дядю. — Кстати, именно там я и предпочел бы быть. Дома с папой. Дядя раздраженно вздохнул. — Да, я знаю, ты не совсем тонко намекал, что не хочешь оказаться в глуши. И я сказал тебе, почему ты здесь. Надувшись, Изуку сказал: — Это не меняет того факта, что я предпочел бы быть дома с папой. Цучикава взъерошила ему волосы и рассмеялась. — Если ты не герой-студент, почему ты здесь? — Он будет работать над своей причудой, — заявил Шота. — Ему нужно работать над диапазоном и тем, как поймать сигнал, когда он недоступен. Изуку одарил ее яркой улыбкой. — Я работаю над получением лицензии героя разведки! Я смогу координировать спасательные работы, проводить эвакуацию, полностью планировать и руководить рейдами на убежища злодеев, собирать информацию и улики по делам для различных отделов и многое другое! И Сосаки, и Цучикава уставились на него, моргая. — Он личный ученик Незу, и тот уже назначил его своим преемником. Изу даже взял на себя некоторые из его обязанностей – он провел несколько рейдов и координировал эвакуацию, он получил лицензию причудливого советника всего за неделю и уже почти пять лет помогает многим героям подполья. — Айзава пожал плечами и снова взъерошил волосы Изуку. — Подожди, подожди, подожди… Что…. Это похоже на Датастрима?.. — прошептала Сосаки. Изуку широко улыбнулся ей. — Ага, это я, единственный и неповторимый Датастрим! — затем он подмигнул Коте. — И я не герой. Когда они вернулись в лагерь, Шота решил убедиться, что Изуку точно знает, чего ждет от его тренировок. — Тебе не разрешается использовать какие-либо сигналы ни с одного из телефонов, ноутбуков или любого другого электронного устройства, которое находится здесь, в лагере. Я знаю, что не могу быть уверен, что ты не будешь этого делать, но я верю, что ты честен. Понял? — Да, дядя. Незу-сенсей уже рассказал мне. Он хочет увидеть, насколько далеко я могу расширить свой диапазон. Он думает, что я могу получить доступ к сигналам вышек сотовой связи или даже спутникам. Я не знаю, насколько хорошо это сработает, но с тех пор, как я научился получать доступ к мозговым волнам, Незу-сенсей хотел увидеть, как еще далеко я могу зайти. — Изуку закатил глаза. — Ты знаешь, Плюс Ультра и все такое. Шота ухмыльнулся. Этот пацан, честное слово. — Ты будешь следующим директором UA, тебе следует проявить больше уважения к менталитету Плюс Ультра, — поддразнил он. — У меня еще есть годы, прежде чем это произойдет, дядя, — запротестовал Изуку. — У тебя есть годы до того, как это станет официальным, да, но крыса будет навязывать тебе все свои обязанности одну за другой. Я предполагаю, что к моменту выпуска ты будешь директором во всем, кроме титула. Шота посмотрел на лес, ему показалось, что он что-то услышал. — Прошло всего три часа, они не могли уже закончить. — Почему нет? — спросил Изуку. — Пикси-Боб сказала, что у них есть три часа, чтобы добраться до лагеря. — Изуку. Твои гремлины привели класс сюда за три часа? — невозмутимо спросил Шота. Ответ Изуку был просто ухмылкой. — Отлично… — Айзава отвернулся от своего племянника и отправился на поиски других Кошечек, но увидел, что Рэгдолл уже выходит из хижины. — Ластик, я думала, что они появятся здесь ближе к шести? Они рано! — воскликнула Ширетоко Томоко, подходя к ним. — Я виню своего племянника, — Шота указал на Изуку. — Он тренировал нескольких членов класса, и теперь они представляют собой нечестивый ужас. Это был третий день, всему классу и Кошечкам было приказано выключить всю электронику, когда они тренировались. В конце концов, Изуку продолжал жульничать и подключаться к чьему-то телефону или другому электронному устройству, сводя на нет свою цель. Был только один телефон, который все еще был включен, и он был у дяди и использовался только в экстренных случаях, а у Коты был телевизор с выбором DVD, чтобы смотреть его, когда он не гулял по лесу. Это были единственные сигналы, которые Изуку мог видеть во время тренировок. Мальчик чуть не сошел с ума, так привык иметь доступ к сигналам в любое время, а теперь его нет. Он понятия не имеет, что происходит во внешнем мире, в часы тренировок для него все закрыто. У него все еще есть… ну, он не знает, сколько времени у него осталось, без каких-либо сигналов для доступа он так же бесполезен, как и все остальные. А если он кому-нибудь понадобится? Он не узнает! О нет, а что, если он нужен папе? Что, если он понадобится Незу-сенсею? Что, если его Луна и Звезда нуждаются в нем? Нет, он им не понадобится, они здесь, с ним. Изуку повернул голову в сторону своих парней и увидел, как Шото неоднократно замораживал и растапливал ванну с водой, в то время как Хитоши сражался одновременно с Тигром и дядей и, что удивительно, держался против них. Итак, никому из присутствующих здесь он не был нужен, но что, если он нужен папе или Незу-сенсею? Он должен быть в состоянии добраться до них! Изуку знал, что начинает впадать в паническую атаку, хотя их не было уже много лет. Это был первый раз за десять лет, когда он был полностью уязвим, без каких-либо полезных сигналов. Все цвета исчезли, его зрение было ясным. Он ненавидел это. Должно быть, это то, что люди чувствовали, когда его дядя стирал чью-то причуду – они были полностью отрезаны от всего. Его дыхание начало учащаться, ему нужно было получить доступ к сигналу, к любому, он нуждался в нем. Он отчаянно потянулся к телефону дяди, просто чтобы проверить время и телефоны папы и Незу-сенсея, чтобы убедиться, что с ними все в порядке. Прошло всего тридцать минут с тех пор, как он начал тренироваться, а папа и Незу-сенсей были в порядке. Это должен был быть один из самых длинных дней в его жизни, если всего тридцати минут хватило, чтобы убить его спокойствие. Изуку уронил голову на руки. «Хорошо. Давай подумаем об этом логически. Что я знаю о Датастрим?» — подумал Изуку про себя. — «Я могу получить доступ к электрическим сигналам. Вокруг нет никаких электрических сигналов для доступа. Это менее, чем бесполезно!» Изуку раздраженно вздохнул, а затем понял, что у него есть компания. Повернувшись в сторону, он увидел Коту, сидящего рядом с ним. — Что случилось, малыш? Кота посмотрел на Изуку, а затем снова на других учеников. — Почему они все пытаются быть героями? Разве они не знают, насколько глупы герои? Изуку на мгновение задумался, а затем сказал: — Ну, некоторые из них делают это из чистой злобы, некоторые пытаются помочь своим семьям, а другие просто думают, что это лучший путь для них. Но нет, большинство героев не глупы. Я имею в виду, да, есть некоторые идиоты, но они редки. — Они просто хотят похвастаться, а злодеи просто хотят покрасоваться, и потом все пытаются убить друг друга! Они все дураки! — воскликнул тот. — Эй, не все герои хотят хвастаться! — Изуку обнял Коту за плечи, притянув к себе, чтобы обнять. — Я знаю как минимум одного героя, который никогда не хвастается. Он настолько неизвестен, что единственная причина, по которой я вообще о нем узнал, это то, что мы встретились однажды ночью на крыше. — П-правда? — Ага! Ты видишь вон того черноволосого мужчину, спаррингующегося вместе с Тигром с фиолетовым мальчиком? — Кота кивнул. — Это Сотриголова. Он герой подполья, и кроме студентов, которых он обучает, и полиции, с которой он работает, единственные люди, которые знают о нем – это люди, которых он спасает, и преступники, которых он арестовывает. Ни один из его боев не транслируется по телевидению, его нет в рейтинге Биллборда, он любой ценой держится подальше от СМИ. Кота продолжал смотреть на Шоту. — Хорошо, может быть, некоторые и не глупые, — признал он. — А как насчет остальных? — он указал туда, где Бакуго опускал руки в кипящую воду, а затем вызывал взрыв в воздухе над ним. — Нельзя сказать, что это не глупо. Изуку рассмеялся. — Да, это глупо выглядит, верно? Но это только потому, что ты еще недостаточно взрослый, чтобы понять науку и то, для чего он это делает. Видишь ли, горячая вода заставляет его потовые железы раскрываться больше, поэтому он выделяет больше пота, чем обычно. Его пот содержит топливо для взрывов, поэтому чем больше он потеет, тем мощнее они могут быть. Так что, хотя это и выглядит очень глупо, это не так. — Хорошо, а что с ней? — Кота указал на Урараку, парящую над всеми. — Что она делает? — Ее причуда вызывает у нее тошноту, когда она использует ее на себе слишком долго, — объяснил Изуку. — Она пытается развить свою выносливость. Кота скрестил руки на груди и надулся. Казалось, Изуку смог опровергнуть все его аргументы. — А ты? — А что я? — Что ты делаешь? Ты выглядел так, словно сходишь с ума, когда я пришел сюда. — Ой. Ну да, это было так. Честно говоря, все еще так, но разговор с тобой помогает мне немного успокоиться. — Как? Изуку взъерошил ему волосы и подумал, что на это ответить. — Хорошо, подумай об этом так. Мы здесь, в лесу, деревья буквально везде, верно? Ну представь, если бы вокруг больше не было деревьев, ты нигде их не видишь. Но ты же знаешь, что они должны быть. И ты понимаешь, если бы ты мог просто отойти немного дальше, ты бы снова смог увидеть деревья, но ты застрял здесь, и их нет. Кота огляделся, разглядывая все деревья. — Это было бы странно. — Ага. Это похоже на мою причуду. Я вижу электрические сигналы, но здесь я не вижу ничего. Вот почему я схожу с ума. Я в лесу, но деревьев нет. — Но ты сказал, что деревья все еще там? А если использовать бинокль? Ты мог бы видеть деревья таким образом? — Мне не разрешено использовать такое, кроме как в экстренных случаях. — Изуку пожал плечами. — Это то, чему я пытаюсь научиться здесь – находить сигнал, когда его нет. Кота немного хмыкнул. — Ну, по крайней мере, ты не можешь хвастаться своей причудой, как это делают остальные. Со смехом Изуку сказал: — О, я могу похвастаться своей причудой! Ты хочешь увидеть? Кота закатил глаза. — Нет. — Хм. Ну, если передумаешь, просто покажи мне свою причуду. Тогда я покажу тебе свою. Кота несколько минут смотрел в землю, а затем поднял руку и выпустил небольшой всплеск воды. — Теперь твоя очередь! — Вау, ты можешь создавать воду?! Это так классно! — Изуку улыбнулся ему своей Солнечной Улыбкой™. — Ну, обещание есть обещание! — Изуку поднял Датастрим на поверхность, позволив своим глазам загореться красным и начать искриться. — Обычно ты бы никогда не увидел, как я… делаю… это…? Изуку удивленно выдохнул. Когда он вывел свою причуду на поверхность вот так – он мог видеть сигналы! Вскочив на ноги, он выбежал на пустое место и посмотрел на небо с маниакальной ухмылкой на лице. — СПУТНИКОВЫЙ СИГНАЛ!!! — закричал он и потянулся к небу. — ДАТАСТРИМ ВЕРНУЛСЯ В СЕТЬ, СУЧКИ!! — Папа! — Хизаши улыбнулся волнению сына. — Мне удалось выйти в интернет! На этот раз без обмана! — Отлично, Зузу! Как ты это сделал? — спросил он. — Хорошо, теперь я понимаю, что это супер очевидно, но знаешь, задним числом и все такое. — Хизаши практически увидел, как его ребенок пожал плечами. — Но ты знаешь, как я обычно притягиваю сигналы к себе и подключаюсь к ним? Что ж, я никогда не думал о том, чтобы подключиться к ним в другом режиме, так как мне не нравится, когда другие могут видеть, как я в Потоке, но я намеренно хвастался перед племянником Мандалай и вывел Датастрим на поверхность, и я смог увидеть спутниковые сигналы! И через некоторое время я также мог уловить сигналы вышек сотовой связи! — Я так горжусь тобой, детка! Если бы ты был здесь, я бы обнял тебя! — Спасибо, папа! Теперь мне нужно попрактиковаться в том, чтобы держать свою причуду на поверхности, так как этот метод вызывает у меня сильную головную боль. Итак, какое-то время, когда я буду транслировать дома, если я не буду делать это таким образом, заставь меня остановиться и переключиться, хорошо? Дядя уже сказал, что согласен так делать, но мне нужно, чтобы и ты тоже поддержал это. — Хорошо, Зузу. — Хизаши кивнул, хотя и знал, что Изуку его не видит. — Но я думал, тебе не нравится делать это таким образом, потому что это не так мощно, как просто тянуть сигналы к тебе? — Ну и да, и нет? Я имею в виду, может быть, это потому, что я не привык использовать причуду таким образом? Или, может быть, это просто хороший способ получить действительно далекие сигналы? Я не знаю, но я никогда не замечал разницы, когда выводил Датастрим на поверхность раньше, и я думаю, что это потому, что я никогда не был достаточно изолирован, чтобы действительно увидеть какие-либо новые сигналы? В конце концов, когда у тебя перед глазами миллион сигналов, один или два дополнительных вряд ли будут замечены. — Я до сих пор не могу поверить, сколько сигналов ты можешь видеть в обычном режиме. — Ух, я ненавижу быть здесь, это так… скучно. Похоже на то, как, я уверен, это выглядело бы, если бы причуда дяди действительно повлияла на меня. Когда я не вывожу Датастрим, это выглядит так, как видят все остальные. — Хизаши представил, что сейчас его ребенок хмурится, как это делает Шота, и усмехнулся. — Ну, раз тебе так плохо, я позабочусь о том, чтобы тебя здесь ждал хороший ужин и торт, когда вы вернетесь домой. Это звучит отлично?