Жизнь малыша Питера

Саммари: Тони забирает Питера из больницы (время действия — Август 2001). ______________________________________________________ В субботу — через неделю после рождения Питера — Тони и Пеппер приехали в больницу, чтобы забрать малыша домой. Это был первый раз, когда Тони увидел своего сына без трубки в носу, и боль в его груди, на которую он не обращал внимания, сразу же исчезла. Единственная вещь, которую Питер должен был обязательно сделать перед выпиской, это пройти так называемый тест на автокресло. Все было довольно просто — малыша нужно было оставить в кресле на один час и все это время наблюдать за ним, чтобы у ребенка не возникло проблем с дыханием. У Тони были некоторые опасения по этому поводу, но он держал их при себе, потому что медсестры были уверены в том, что Питер пройдет тест на ура. И малыш действительно прошел его с честью. Врач сказал Тони и Пеппер, что некоторым детям приходится проходить подобное несколько раз, прежде чем они дают добро на выписку, но Питеру удалось справиться с первого раза. Тони присел на корточки, чтобы быть поближе к креслу, стоящему на полу. — Все верно. Красуйся, приятель, — прошептал он Питеру. Ребенок в ответ пустил слюни, но Тони ничего другого от него и не ожидал. Учитывая, что выписка из больницы была особенным событием в жизни Питера, то и наряд у него должен быть соответствующий, поэтому, прежде чем выйти утром из пентхауса, Тони и Пеппер потратили достаточно времени на то, чтобы найти подходящую случаю одежду. В итоге Пеппер предложила взять боди с надписью «Папочкин малыш» и в цвет к нему штанишки и шапочку. Тони согласился, так как более модного варианта у них все равно не было, и выбрал подходящее к одежде одеяло. Конечно же, Питер начал возмущаться, стоило только Тони взяться за одежду. Старк несколько раз извинился перед малышом в процессе переодевания, а потом подхватил его на руки и прижал к груди, прежде чем опустить его в автокресло. Тони с каждым разом становилось все более комфортно держать Питера на руках. И это было просто отлично (по самым очевидным причинам), а еще, вероятно, довольно мило (видимо, из-за очаровательного Питера), потому что Пеппер сделала несколько снимков на свой одноразовый фотоаппарат, который прятала в сумочке. На одном из снимков Питер чихнул, и Тони сказал, что малыш просто уже тренируется позировать для школьных фотографий. Но от мыслей о чем-то настолько далеком у Старка закружилась голова, и он поморщился. А потом он заметил, что на его рубашке остались детские сопли и слюни, из-за чего выражение его лица стало совершенно другим (Пеппер и медсестра, помогавшая им собираться, долго над ним смеялись). ____________________________________________________ Когда Тони и Пеппер вышли из больницы на небольшую парковку, Хэппи выглядел не слишком счастливо. Он будто испытывал дискомфорт или неловкость. — Что с твоим лицом, Хэп? Выглядишь так, будто никогда раньше не видел детей, — сказал Тони, шагая к машине гораздо медленнее, чем обычно, чтобы не потревожить автокресло в своих руках. — Таких крошечных не видел, — ответил Хэппи, с опаской разглядывая маленького человечка, лежащего в автокресле. — И я никогда раньше не возил детей в своей машине. — Тебе лучше начать к этому привыкать, Хэппи, потому что ребенок в машине теперь будет постоянным явлением, — напомнил ему Тони и приподнял автокресло чуть выше. — Можешь передать привет своему новому подрастающему боссу. Хэппи, услышав подобное, стал выглядеть так, будто его уже давно мучает запор. — Я действительно должен это сделать? — Если уж мне придется учиться менять подгузники, то ты просто обязан поздороваться с малышом. Ничего с тобой не случится, — вставила Пеппер. — И побыстрее. Мы занимаем место, люди ждут. Хэппи прищурился и посмотрел на Питера. — Привет, малыш. Ребенок, кажется, вообще никак на это не отреагировал. Тони поставил автокресло на заднее сидение машины. — Это был твой дядя Хэппи, сынок, — сказал он, прошептав слово «дядя» так тихо, чтобы Хэппи не услышал и не перепугался еще больше. — Он не очень-то ладит с детьми. Да и с другими людьми тоже, если честно, — продолжил Тони, возясь с ремнями безопасности. — Да уж, тот кто разработал эту систему крепления, явно не думал об удобстве для молодых уставших родителяй, — он поднял голову и увидел, что Питер внимательно за ним наблюдает. — Но не переживай, я с этим быстро разберусь, потому что… — он нашел, куда должен быть пристегнут ремень и защелкнул его, — я гений. Смотри, я же говорил, что разберусь. Питер не выказал ни малейшего признака того, что поступок отца произвел на него хоть какое-то впечатление. — Ты поблагодаришь меня позже, когда твое кресло не перевернется, — фыркнул Тони, не замечая, как улыбнулась Пеппер за его спиной. ________________________________________________ Несколько человек в лобби здания, где находился пентхаус, в шоке уставились на Тони, когда он прошел мимо них, неся в руках автокресло с немного суетливым ребенком. Впрочем они смотрели на них с Пеппер точно также несколько дней назад, когда они таскали бесконечные коробки и сумки с детскими вещами. Однако, несмотря на взгляды, никто из них, видимо не счел разумным подойти и что-либо сказать. Учитывая, что Пеппер могла двигаться куда быстрее Тони (все-таки в ее руках не было крошечного человечка, которого нужно было осторожно нести), она прошла вперед и нажала кнопку лифта. Они быстро поднялись на нужный этаж (самый верхний, потому что Тони так захотелось, когда он покупал квартиру), и Пеппер открыла для Тони дверь, потому что обе его руки были заняты. В одной он держал автокресло, а другой успокаивающе прикасался к немного нервничающему малышу (особенно его успокаивали поглаживания по животику, ручкам и щечкам). — Еще пару минут, малыш, — пробормотал Тони, заходя в квартиру и позволяя Пеппер закрыть дверь. — А потом я вытащу тебя оттуда, — он поставил автокресло на пол, слегка поморщившись, когда возня Питера превратилась в самый настоящий плач, и начал снимать с себя пиджак и ботинки так быстро, как только мог. — Ладно, Тони, как бы мне ни было это неприятно, — сказала Пеппер таким тоном, словно все было совсем наоборот, — но я собираюсь оставить вас двоих здесь и поехать в SI. Я понимаю, что у тебя что-то вроде отпуска по уходу за ребенком, но в это время кто-то должен выполнять за тебя твою работу. Тони с такой силой снял с себя ботинок, что он отлетел и врезался в стену. — Ты уходишь? — спросил он, игнорируя ее слова об отпуске. — Да, Тони. Я не могу провести здесь весь день, — ответила Пеппер. — С тобой все будет в порядке. В любом случае, для вас обоих это будет неплохим опытом. Тони никогда еще не оставался с Питером наедине, за исключением разве что нескольких случаев в отделении интенсивной терапии для младенцев, когда медсестра отлучалась на пару минут, чтобы проверить другого малыша (гораздо менее здорового, чем Питер). Тони на мгновение задумался о том, чтобы сказать что-нибудь такое, что вызовет у Пеппер чувство вины и заставит ее остаться, но потом он посмотрел вниз на Питера, который уже начал икать от слез. Это душераздирающее зрелище творило с его сердцем какие-то странные вещи, к которым, как подумал Тони, ему стоит начать привыкать сразу. — Иди сюда, малыш, — сказал Тони, в спешке бросая на пол свой пиджак и не давая Питеру еще больше надуть губы, что он очень любил делать, когда становился капризным. Тони присел на корточки рядом с автокреслом и начал расстегивать множество ремешков. — Боже, это просто невероятно, — пробормотал он. — И зачем мы только его купили? — наконец Тони удалось высвободить малыша из плена ремней и поднять его на руки, устраивая поудобнее и начиная привычную уже процедуру по успокоению Питера. Самым действенным способом успокоить ребенка было положить руку на его животик, ритмично и очень мягко похлопывая по нему. — Все в порядке, да? Успокаивайся потихоньку. Знаешь, а ведь во время теста с автокреслом ты был не таким капризным. Откуда это в тебе берется? Пеппер выскользнула за дверь, пока Тони был увлечен малышом и ничего не замечал. После того как Питер перестал плакать, ему потребовалось еще какое-то время, чтобы справиться с икотой. На самом деле это было очень даже мило, когда ребенок не плакал и ворчал что-то недовольно. — ДЖАРВИС, ты тут? — Для вас я всегда здесь, сэр. Тони устроил Питера поудобнее в своих руках. — Я бы хотел тебя кое с кем познакомить. — Полагаю, вы имеете в виду ребенка, сэр? — Да, умник, я говорю о малыше, — пробормотал Тони. — Это Питер Паркер Старк. Мой сын. — Поздравляю, сэр, — ответил ДЖАРВИС. __________________________________________________ К сожалению, Питеру не потребовалось слишком много времени, чтобы снова начать капризничать. Сначала Тони подумал, что ребенку просто некомфортно, потому что он уложил малыша на полу на теплом одеяле, в то время как сам Тони рассказывал ДЖАРВИСУ о том, что хотел бы добавить в протоколы безопасности. Но когда он взял хныкающего Питера на руки, то малыш начал тыкаться губами в его плечо. — Я… Прости, приятель, но ты что, пытаешься меня съесть? — спросил Тони, недоверчиво глядя на Питера. — Так вот в чем дело, да? Ты просто голоден? — с этими словами он направился в сторону кухни. — Тебе не стоит меня есть, малыш. Ты ведь питаешься специальной смесью из бутылочки с тех пор, как появился на свет. Питер продолжил увеличивать мокрое пятно на плече Тони все то время, пока бутылочка со смесью разогревалась. Тони прочитал инструкцию по приготовлению на упаковке и следовал пунктам немного неуклюже, потому что использовал только одну руку. — Знаешь, моя рубашка вряд ли такая уж вкусная, — сказал Тони. — На приготовление твоего обеда мне потребуется около пяти минут, но ты не можешь так долго ждать, верно? — Тони поставил бутылочку с готовой смесью на стол, а потом переложил Питера так, чтобы удобнее было его кормить. — Давай займемся этим на диване, потому что я определенно не собираюсь стоять здесь все это время. ________________________________________________ Питер заснул сразу после того, как его бутылочка опустела, и Тони мог его понять. Сон после сытной еды был тем, с чем он сам сталкивался довольно часто. Тони уложил Питера в его временную кроватку и задумался о том, чем теперь заняться. У него не было физического доступа к своим проектам, да и в любом случае погрузиться сейчас в один из них было не самой блестящей идеей. Что делали остальные родители, пока их дети спали? Взгляд Тони на одно мгновение задержался на баре, но это было действительно ужасной идеей. Он не пил с тех пор, как родился Питер. И это, вероятно, было к лучшему. После нескольких минут безделья Тони плюхнулся на диван. — ДЖАРВИС, мне скучно, — тихо пожаловался он, чтобы не разбудить Питера. — Развлеки меня. — Сэр, я бы обратил ваше внимание на книжную полку справа от вас. Вы не читали большинство книг с момента их покупки, — ДЖАРВИС говорил намного тише обычного, хотя Тони его даже не просил об этом. Старк поднял голову и посмотрел на книжную полку. А потом нахмурился. — Когда ты успел научиться нахальству и дерзости? Кто позволил тебе таким быть? — Это вы меня программировали, сэр, так что сами ответьте на этот вопрос, — сказал ДЖАРВИС. У Тони не было никакого желания вступать в словесную битву со своим искусственным интеллектом, поэтому он подошел к книжной полке и начал рассматривать ее содержимое, тихо бурча себе что-то под нос. ____________________________________________________ — Вау, вот это запах, — сказал Тони, отрываясь от чтения книги и улавливая в воздухе аромат чего-то нового и не слишком приятного. Он поднял голову и посмотрел на кроватку Питера. Малыш не спал, а просто молча лежал, нисколько не беспокоясь о том, что в его подгузнике находилось кое-что очень вонючее. — Ох, здорово. Тони встал и подошел к кроватке Питера, заглядывая внутрь. Малыш посмотрел на него в ответ своими невинными глазками, будто это не он только что устроил огромный беспорядок, который Тони предстояло убрать. Конечно, все это было только потому, что ребенок еще пока не умел выражать эмоции, но кому какое дело. Тони скорчил рожицу. — Это не будет весело ни для кого из нас, ты ведь в курсе, да? Питера нисколько не беспокоила перспектива переодевания до тех пор, пока Тони не начал расстегивать его одежду. Малыш сразу начал ерзать на своем пеленальном коврике и выглядел так, будто хотел оказаться где угодно, но только подальше отсюда. — Ни для кого из нас, приятель, — повторил Тони, поморщившись и расстегнув застежки подгузника. — Ты еще даже не ешь твердую пищу. Объясни мне, как это вообще возможно. Питер забавно фыркнул и дернул ножкой, выглядя так, будто вот-вот заплачет. Но в остальном он не подавал никаких признаков того, что готов закатить полномасштабную истерику, что немного облегчило Тони задачу. Он сменил малышу подгузник так быстро, как только мог, стараясь ничего не забыть и не упустить. — Знаешь, когда-нибудь, когда ты будешь на меня злиться или что-то в этом роде, я напомню тебе обо всех твоих грязных подгузниках, которые мне пришлось менять. Я буду постоянно тебе напоминать о них. Тони закончил с подгузником и застегнул поверх него боди, а потом начал надевать на Питера штанишки, но малыш принялся плакать и брыкаться ножками. Тони замер и посмотрел на расстроенное личико сына. — Если я не буду надевать на тебя штанишки, ты обещаешь, что перестанешь плакать? — с подозрением в голосе спросил Тони. Чем дольше он удерживал штаны подальше от ребенка, тем больше Питер успокаивался. Поэтому Тони воспринял это как согласие. — Хорошо, значит мы просто не будем их надевать. Ох, ты и правда терпеть не можешь все эти переодевания, да? — Тони потянулся и бросил штанишки в чемодан, который Пеппер купила специально для вещей Питера. После этого он снова склонился над малышом, все еще лежащим на полу на своем пеленальном коврике. — Что будем делать дальше?