Are you mine?

Его дурашливый принц нашелся прямо на главной площади Адастры. Сяо постарался тихо вздохнуть и не позволить раздражению просочиться наружу. Его принц — будущий правитель Эйбиса — задорно улыбался и о чем-то весело рассказывал окружающими. Итер заметил его еще издалека. Ничуть не удивившись, он лишь улыбнулся шире. Весеннее солнце освещало его профиль, лучи путались в его волосах, освещая их, подобному жидкому золоту. Он сам весь – светился, подобно яркой звезде. И к собственному неудовольствию Сяо почувствовал, как раздражение вытекает из него, как песок сквозь пальцы. Он никогда не мог долго злиться на Итера. — Хэй, Сяо! — Что, если кто-то решит напасть на наследного принца? — не размениваясь на мелочи сразу высказал свое главное опасение главный телохранитель. Толпа сама собой быстро рассосалась вокруг них. Итер улыбнулся легко, со странным знанием, недоступным будто бы привычным людям. Он беззаботно взглянул куда-то вдаль и с абсолютной уверенностью произнес: — Мм, нет, пожалуй, не сегодня. К тому же, — ответил он заранее на уже готового воспротивиться Сяо, — разве у меня нет тебя, всегда готового защитить меня? То, чего ни Сяо, ни Итер не стали упоминать, что Итеру действительно никогда не уберечься от взора Сяо — навсегда связанные друг с другом древней магией крови. И до того, как Сяо успел что-либо ответить, он добавил: — О мой бравый рыцарь, всегда готовый спасти меня. — единым движением он вскочил с насиженного места, приближаясь к своему телохранителю, и поцеловал его в щеку. …что? Площадь разразил заливистый смех принца — не злой, а полный какой-то невинной детской радости от успешной шалости. Сяо не нашел в себе сил разозлиться, лишь потер ладонью щекой, ощущая, как где-то внутри сердце греет приятным теплом. — Не жалеешь себя, пожалей мои нервы. В замке всяко безопаснее, чем на площади. Пожав плечами, Итер обернулся к своему народу, с улыбкой приветствующих своего принца. — Если я не знаю своего народа, как я могу им править? — Спросил Итер спокойно, и горячее сердце зрело в нем, взывая к большому. Сяо знал, это была не совсем правда – буйную натуру принца никогда не могли сковать стены замка, — и все же это была она. Итер любил свой народ, любил родные пейзажи Эйбиса и всем сердцем желал им исключительно добра. Образ свободолюбивого принц постепенно обтесывался, грозя вот-вот явить истинную натуру справедливого и мудрого будущего правителя. — Я не могу вечно прятаться от него, словно я и они разные. Сяо тяжело вздохнул и сдался, признавая, что ему стоит больше уважать выбор своего принца — тот знал, что он делал. — И что Вы планируете делать дальше, о ваше Высочество? Итер скривился. — Когда ты смущен, то всегда упрямишься и начинаешь обращаться на «Вы». — Я не сму-, — но Итер не дал ему договорить, с огнем в глазах и яркой улыбкой на губах он схватил его за руку и потянул его в толпу. Чужая ладонь приятно грела собственную, вызывая мурашки. Где-то послышались первые нотки уличных бардов, и— о нет, Сяо знал, во что это грозило вылиться. — Итер, нет. — Ты отказываешь мне в танце? Он обернулся, улыбаясь с прекрасным знанием, что получает все, чего хочет. И Сяо был не исключением. — Как я могу? — спросил главный телохранитель обреченно. Его правая руку продолжала держаться за чужую, в то время как вторая нашла свое место в районе талии принца. Итер улыбнулся шире, выглядя абсолютно довольным. Глядя на чужое искреннее счастье, столь ярко отображаемое чужим лицом, Сяо не удержался и ласково улыбнулся уголками губ в ответ. Впереди маячило лето. Впервые за долгое время его не покидало хорошее предчувствие.