Я заслонил тебе солнце

— Надо же, это действительно ты? — Фокси оторвал взгляд от телефона, переключив внимание на вошедшего. — Впрочем, я же говорил, что все будет в порядке. Уильям устало вздохнул, пройдя в офис. Он бы с радостью поспал пару часиков после этих убийств. Коллеги же обменялись удивленными возгласами. — О боже, ты цел и невредим! — Сложно было передать эмоции. Видеть, что с твоим другом все хорошо так успокаивает. Чика улыбнулась. Подобной радостной реакции он не ожидал, с удивлением ахнув. Впрочем, заслуженно. Надо было что-то ответить на сообщения, чтобы о нем переживали не настолько сильно. — Мне начинает казаться, что ты бессмертен. Я чего-то не знаю о тебе? — Пожав плечами проговорил Бонни. — Обижаешь. — Дон сел на свободное рабочее место. Затем, с гордостью, сложил руки в замок. — Зарубите себе на носах. Я всегда возвращаюсь. — Значит, мы уже можем начать обсуждать все последние события? — Полагаю… — Он растерял часть гордости и самовосхваления. Точно-о. Вот этот самый момент, когда ему надо проявить лидерские качества. — Да, лучше сделать все в один день, чем мучаться впредь. Что-то нужно? Все сомнительно переглянулись. Ранее, они уже упоминали какие-либо проблемы, но так как Афтон выполнял все, далеко не самым эффективным и быстрым образом, как это делал Фред, то просто покрывали часть дел самостоятельно. Нет, они делали вид, что их все устраивало, но, разумеется, можно было и лучше. Возможно, и только, возможно, это, потому что он еще не привык быть Доном. Кто знает? Но они не винили его или что-то в этом роде. — Так, ну для начала… — Бонни промычал, не зная, как лучше выразиться. Почему именно он говорил? Он же не хочет его задеть или усомниться в способностях. — Мы, в целом, отлично справляемся. Иногда ходим теперь по одному, чтобы успеть в кротчайшие сроки. Но в плане работоспособности все более чем нормально. — “Более чем нормально”? Отрадно слышать. — Уильям, несомненно рад, что все хорошо. Однако, ему же необходимо внести какой-то рабочий вклад, после долгого отсутствия. Пусть он и не желал этого. — Кхм, а есть какая-то работа для меня? Может, важный заказ? Человек, которого было бы сложно выследить? Риск и опасность? — Тебе стоит подписать пару сотен бумажек в качестве Дона, что мы выполнили заказы. — Смутился. — Риск по своей сути… можно порезаться о страницы. Фокси вмешался. — Он имеет ввиду, что мы только рады твоей компании. Теперь, мы можем идти парами на задания. Ты вернулся, как в старые, тем не менее добрые времена. Но, мы уже все выполнили и осталось только расписаться. — Оу, тогда хорошо. — Взглянув на другой стол с различными бумажками, он малость удивился. — У нас сейчас высокий спрос? Ну, я что-то не припоминаю, чтобы так много… — Видимо, уделали нос конкурентам. — Чика подмигнула. — У нас всегда была хорошая, стабильная репутация. Мужчина вжался в спинку стула. Мысль, что они отбили поток клиентов у Генри – такая себе. Он же заботился о его благополучии. — Кстати о мафиях… — Шиппер сменил свой тон на более серьезный. — Честно, я не хочу быть категоричен, но мне кажется слежка за нами вообще не прекратилась. Причем, они такие топорные. Не пытаются даже хоть чуть скрыться. — С-слежка? — Уильям даже не знал какими словами ответить. Он первым просек, что за ними следят еще очень давно. Но вот, снова находясь в такой же ситуации он не понятие не имел, что что-то не так. Его друзья тоже были в легком удивлении. — Но нам уже об этом известно… и ничего такого не было. — Вроде как, я не брежу. Мы ведь закрывали входные двери в прошлый раз? — Да… — Медик пожал плечами. Упоминание этого факта ввело в ступор. — Мы всегда закрываем двери. Вернее, последний из нас, кто выходит из офиса. — Ну, когда я в другой день самым первым пришел в офис, то дверь была открыта. — Д-дверь что… — Мысленно, у Афтона уже был инсульт. Это же на весь день, получается любой человек из здания или прохожий мог спокойно пройти к ним, и разглядеть детали всего интересующего. Возможно, это и его вина, что он пропал на две чертовы недели и не следил, но блин. Он взглянул на Бонни и Чику. — Я помню, что передал после пожара документы вам. Вы же их надежно спрятали? — Ну-у… — Начала блондинка. — Мы положили их в кабинете Фре- в твоем кабинете на столе и больше не трогали. — Черт, черт, черт! — Он влетел в помещение, пока остальные остались в проходе. Но при осмотре гладкой поверхности никаких, даже отдаленно похожих документов не было. — Может упали под стол? — К сожалению нет. Они не здесь. Правильно. Все сводилось к тому, что кто бы не вошел в офис, то ему нужны были документы. Это не случайность, а намеренное проникновение. — Я-я не знаю, кто это мог бы быть. Правда, что ли? Нет, Дон прекрасно знал, кто бы это мог быть.

***

Шуршание за спиной отвлекло Уильяма. Его глупая ухмылка исчезла полностью. Точно ли он хотел узнать правду? — Что там? — Ты же знаешь. Почему ты спрашиваешь? — Генри крепче сжал бумаги. Порвать их прямо сейчас значило бы победу. Не порвать – поражение. Дон шагнул навстречу к другому Дону. Так как места было немного, то и отступать было некуда. — …Просто оставь меня, Уилл. — Эмили злится, но не может до конца определиться на себя или на человека рядом. — Тебе не нужно быть в мафии. Я видел, как ты был растрепан в прошлый раз. Видел твою ложь, когда ты говорил, что все в порядке. Видел, как тебе неприятно убивать. Ты изменился в хорошую сторону. И не надо говорить, что это на самом деле неправда. Я все знаю. … — А я нет. Я не изменился. Я никогда не менялся. — Он поджал губы. — И я не буду плакать, как в прошлый раз. Ты больше никогда не увидишь моих слез. Никогда не увидишь моего лица. Никогда не ощутишь моих губ на своих. Я уйду из твоей жизни и буду продолжать заниматься тем, что мне необходимо. А ты получишь жизнь, которую хотел. Спокойствие, которое ты заслужил. Афтон остановился на маленькой дистанции. Хотел ли он жизни без него? Протянув ему руку, он надеялся, что ему вернут то, что украли. — Мы можем все исправить. Т-ты запутался. — Нет, не можем. В конце концов, именно я был тем, кто заслонил тебе солнце, вот так? … — Снова молчишь? — Генри улыбнулся, уже больше не скрывая, что правда держал в руках документы. Наоборот, нагло тыча ими в лицо мужчине, что просто стоял на месте. — Еще раз подтвердил мою правоту. Я хотел думать, что спасал тебя, но на самом деле держал рядом и травил жизнь. Как думаешь, человек, который любит партнера поступил бы так подло? Не теряя времени, он сложил пальцы, удачно порвав шершавые бумаги. Однако, он даже не думал останавливаться на двух больших кусках. Он рвал и рвал, пока не убедился, что труха не будет подлежать восстановлению. А потом эти кусочки упали на землю, будто это не было делом жизни и смерти. Уильям сглотнул, взгляд остался на бумагах, будто это была пуля в сердце. — Глубоко внутри, я думал, что ты не будешь этого делать. — Но сделал. — Затем он отвернулся. Просто отвернулся, словно ничего не произошло и начал отдаляться. Улыбка сползла с его лица. Афтон стоял на месте, его плечи опустились. Это все? Что он скажет своим друзьям? Он подвел их. Он подвел себя. Он не сделал ничего, чтобы предотвратить разрыв документов. Хотя, было чувство, что не только документы были порваны в этот момент. Он подбежал к Эмили, прижав его между собой и стеной. Не сдержался. Его руки сцепили чужие запястья над головой с накопившимся отрицанием. — Должно быть ты шутишь. Это… уже третий раз, когда ты уходишь от меня так. И на этот раз, ты говоришь, что уйдешь навсегда? — Ты думаешь, что что-то изменится от того, что я останусь? Я уже разорвал документы. — К черту мафию! — Он закричал. — Ты. Мне нужен ты. Я с самого первого дня понял, что ты предатель. Но будучи рядом с тобой, я ощущаю себя по-настоящему счастливым не убивая никого. Не отнимай у меня то, что я так давно желал обрести. — Уже более тише. — Ты боишься. Боишься показать то, что скрывается за твоими холодными масками. После слов Уильяма, Генри отвел взгляд с его лица, опустив на грудь. Было попадание. — …Это неправда. Мужчина слегка нахмурился, отпустив руки. Он поправил ему волосы. Нежно, с заботой. — Мне было бы куда больнее потерять тебя, а не эти документы. Теперь настал черед парня удивляться. … — Но я совершил так много проступков. — Совершил. — И-и ты все равно хочешь, чтобы я был- — Это причина, по которой я здесь. Генри замолк. Он уже полностью запутался в лжи, которой говорил всем и всегда. Потом обнял Уильяма настолько крепко, насколько это вообще возможно. Слышать чужое биение сердца было странно успокаивающе. — Мне так жаль. Афтон плотнее придвинулся к нему. Томные выдохи партнера были такими теплыми. — З-знаешь, — Эмили заметил вопросительный взгляд, и достал другие документы. — У меня с собой тоже бумажки от моей мафии. Так уж получилось, что я не доверяю сохранность их в каких-то определенных местах. Но ты прав. — В чем прав? — К черту мафию. — Рука дрогнула, протянув, наверное, самую важную в его жизни вещь самому “недоверяемому” человеку. — Мар и Фредбер убили бы меня, если бы узнали, что я так сознательно отдаю это тебе. Но я знаю, как для тебя будет лучше, а ты знаешь как для меня. В этом же вся суть. Уильям не смог не улыбнуться. — Все верно. — Он принял документ, ответно разорвав. Было быстро. Он даже не обратил на это внимание. Он не воспринимал это как победу. Он был просто рад, что Генри рядом. — …Любимый.