Strictland24.10

      Пустота - странное, нелогичное место. Свет был зябкий и ледяной, окутывал и омывал его сознание, как волны холодного черного моря. Его... А Он ли это? Что он? Живое ли существо, бестелесное сознание или плод чьего-то воображения? Сквозь легкий шум — это волны разбиваются о берег, опускаются и сползают обратно в пучину его разума - собирает ракушки-воспоминания, нанизывает на цепочку и бережно хранит. Но море - неопределённое, хаотичное, что-то тревожное и пугающее, ведь ракушки разбиваются. Разбиваются и бьются, звонк-звеньк, и его разум стучит-стучит. Крики, вопли разносятся о водную пустошь. Но кто-то ловит его. Вытаскивает из моря на сушу, бережно проводит пальцами, закручивает волосы и что-то шепчет. Шепчет маняще и мелодично, затягивает его. Солнце ударяло в глаза, и парень не мог раскрыть их. Что-то мешало, безумно яркое, но это «что-то» не отдавало теплом, как настоящее солнце. Он даже понятия не имеет, где лежит в данный момент. Голос неразборчиво звучит, словно его уши покрыла толстая пелена, даже без возможности определить чей это голос.       — Струится кровь, пустеет твой сосуд. Быть может, вновь найдут тебе приют, — Слышится и обрывается, появляется и исчезает бархатный голос.       Сонхва смог раскрыть свои глаза.       — Твой мир не станет мягкою травою, похорони себя достойно, — Продолжает читать стихотворение неизвестный, которое сам Пак никогда раньше не слышал. Сонхва смотрит вправо и видит приятный летний бриз.       Волны моря цветом бирюзы всё поднимались и опускались на светлый, до боли чистый песок. А рядом были чьи-то ноги, ступни в белой обуви и белых, дорогих, брюках.       — Кто ты такой?... — Сонхва хрипит, пытаясь понять происходящее.       — Цветок пророс… Начало чего-то божественного. Лепестки его белы, красоты невинной, — Неизвестный в белом лишь продолжал читать стихотворение, не реагируя на Пака.       — На мне твоё проклятие, я слышу голос твой. Мне снится родина святая и державная, — Совершенно поневоле, словно продолжая чужую мысль, отвечает Сонхва. Парень испуганно поднял свой взгляд и заметил черные, латексные перчатки.       Сердце издало громкий стук, понимая, кому они могут принадлежать. Пак моргает. Приятный бриз за чужой физиономией исчез, оставляя за собой грязный песок. Море окрасилось в бордово-красный, напоминая собой кровь, оставляя за собой неприятный запах железа, гнили и чьего-либо отчаяния. Небо, словно зеркальное отражения моря, но на несколько тонов светлее. Казалось, что за спиной именно этого человека может остаться апокалипсис. Голос, что казался нежно–бархатным, стал до боли узнаваемо звонким и игривым.       Ким Хонджун – подумал Сонхва.       — Всех грешных смею я отправить в ад, — Лукаво продолжает Ким. — Иронично, что я говорю это тебе, правда?       Пак приподнялся на дрожащих руках и рассмотрел чужое лицо, что было без шрамов. Что-то в груди тревожно скручивалось, перекрывая доступ к лёгким и не собиралось возвращаться в стабильное состояние. Хонджун в белых одеждах пугал больше, чем тот, что был в черной мантии.       — Что ты имеешь в виду? — Играет дурака Сонхва, сам того не понимая. Хотелось убежать прочь, но что-то не давало ему этого сделать. Казалось, если он сдвинется с места, правая часть головы взорвётся.       — Ты грешен, Пак Сонхва, — Повторяет Хонджун. — Ты убил самого себя, помнишь? Это действительно страшный грех.       — О чем… — Пак заикается. — О чем ты говоришь? Я не грешник! Это ты сказал мне убить… — Голос становится тише, дрожит. — …Убить его? Я не убивал себя… Ты сказал, это — не я!! — Последнее предложение перешло на крик. — Ты мне соврал?       — Я никогда тебе не врал… Ты правда грешник, переворачиваешь мои слова, чтобы тебе было удобнее, — Паршивая улыбка не сползала с его лица. — Ай-ай-ай… Разве святые люди так делают? Я сказал тебе о рождении нового начала, новой жизни, начать жизнь с чистого листа?.. Но как люди это делают на самом деле? Тяжело просто взять и забыть ошибки прошлого… Нужно с ними что-то сделать, и у тебя была прекрасная возможность. — Отчитывает Ким, доставая что-то из своих карманов. Маленькая указка, что была до боли знакомой. Пак осознал, к чему это всё, и хотел было ринуться со своего места, но ноги словно не слушались. Сонхва не чувствует своих ног. Сонхва чувствует лишь холодный сквозняк, будто… Будто у него нет никаких ног. — Ты смог убить старого себя.       Обрывисто дыша, он поворачивает голову в сторону своего туловища и ужасается. Ног и вправду не было. Была лишь огромная лужа крови.       — Эй, Ангелочек, от чего же твоя кровь не сочится золотом? А? Твой Бог не даровал тебе этого? — До боли знакомо издевается Ким. Будто он уже проходил это.       — Нет… Нет, всё должно быть не так! Я хотел сдать тебя и Юнхо в тюрьму... Извиниться перед Чонхо и после вернуться к обычной жизни! Забыть про вас всех и стать главой военной полиции в городе… — Заикается, дрожит, начинает нести бред Пак. Говорит то, что не рассказывал никому и не собирался сам признавать. Говорит то, что должно было остаться его тайной до гроба. Он не хочет признавать то, что лжец и смотреть яркой правде в глаза. Настолько яркой и колкой, прямо как потеря ног и остатки алой крови под ними.       — Я знаю, — Всё так же легко и игриво признается Ким, словно перед ним актёр, что действует по его сценарию. — Хочешь сказать, что я самый настоящий Люцифер?       — Никакой ты не Люцифер. Ты змей искуситель, — Яростно выпаливает Сонхва.       Сонхва чувствует, как по его руке ползёт что-то нежное. Это что-то приближается к горлу, ползёт и кружится. Его слова оказались явью. Сейчас перед ним змея черного цвета, которая обвела его горло, и готова задушить. Она это и делает.       Пытаясь вдохнуть в себя хотя бы немного воздуха, он дёргается, извивается, пытается прокричать. Пока в конечном итоге не смог поднять свой торс и открыть глаза.       Перед ним была грязная, бетонная стена. Парень дышал глубоко и обрывисто, пока чужой голос его не выводит из колеи. Сонхва поворачивается в сторону обладателя голоса, коим является Юнхо.       — Наконец-то ты проснулся, — Выдыхает парень. — Кошмар?       — Что…? — Сонхва непонимающе осмотрел свою ладонь, а после панически начал осматривать и нащупывать свои ноги. Выдыхая, ему наконец-то приходит мысль о том, что это был лишь сон. — Да… Да, кошмар… — Пак делает финальный выдох, якобы собираясь с мыслями и вновь поворачивается к Юнхо. — Что ты тут делаешь? Как… Давно ты здесь?       — Последние пятнадцать минут… Я услышал шорохи и пришел на звук. Как оказалось это ты дёргался… Ты лежал, кстати, на полу. Но после я перетащил тебя на этот диван, — Юнхо слегка скептически осмотрел всю поверхность, на которой лежал Пак. — Он, конечно, не самый комфортный и чистый, но лучше, чем на полу…       — Я что-нибудь говорил во сне? — Неловко спрашивает Сонхва.       — Да. Ты говорил что-то про спокойную жизнь, и что всё происходящее там должно было быть по-другому… — Юнхо смотрит в пол. — Я, честно, ничего не понял. Мне было не до этого. Тяжело перетаскивать твою тяжелую тушу и одновременно слушать, что ты говоришь.       — Понятно… — Пак отводит взгляд. — Стоп, почему я был на полу?       — Не знаю, я был на патруле всю ночь, только пол часа назад пришёл сюда… Сейчас приблизительно шесть-семь утра, вы вернулись с задания в начало рассвета. Тебя принёс Чонхо. — Рассказывает, как есть Юнхо. — Кстати, перед тем как зайти в штаб, Чонхо попросил, чтобы ты сходил к Ёсану.       — А… Хонджун… Он где?.. — Неуверенно спрашивает Сонхва.       — Без понятия, — Махом отвечает Юнхо. — Он же ещё вчера ушел…       Сонхва в ступоре молчит, не понимая, рассказывать ему или нет о вчерашнем. Все ли об этом знают или только он? Знает ли о визите Хонджуна сам Чонхо?       — Да… Точно, — Играет дурочка Пак, не желая рассказывать о вчерашнем и даже думать.       — Тебе помочь дойти до Ёсана? — Предлагает Юнхо с таким взглядом, будто он больше спрашивать не намерен.       — Спасибо, я сам дойду, — Смотря в пол, шипит Сонхва и на ватных ногах пытается встать с кровати. — Почему ты так спокойно общаешься со мной? Ни мата, ни грубостей. Как будто мы друзья?! — Не выдерживая слишком хорошего отношения в свою сторону, Пак, будучи эмоционально податливым, психует.       — Потому что ты такой же, как и я, — Спокойно говорит Юнхо, повернувшись в сторону подвала. — На самом деле, так и хочется тебе врезать. — Прямолинейно добавляет парень, спустившись вниз.       Сонхва лишь молча смотрел тому в спину, пока по его телу бегали мурашки от последнего предложения. Всё-таки, тот был прав. Не от хорошего отношения Юнхо ведёт себя крайне терпеливо к Паку. Мысли собрались в кучу, а идти сразу вслед за парнем уж очень не хотелось.       Рассматривая комнату, Сонхва заметил кучу грязи, пыли и валяющих на полу… Шприцов?..       — Что здесь за притон?.. — Спрашивает самого себя Пак, не вынося такого вида комнаты.       Пак не придумал ничего лучше, кроме как начать убираться. Никаких приспособлений для уборки не было, даже банальной сухой тряпки или какой-нибудь дешевой метлы… Так что Сонхва решил убираться по мере возможности. Начав с полок, тот заметил кучу разных салфеток разного срока нахождения здесь. Жирные слои пыли так и били в нос, а кровь на некоторых уголках мебели говорили о способе ее добычи. В голове была мысль о том, что это мог Юнхо всё притащить сюда… Но даже мысль об этом пугала. Мебель, по всей видимости, изначально была белой с золотыми украшениями. Но только, если бы не куча грязи и брызги крови, она бы не выглядела так ужасно. Подбирая шприцы, тот заметил рисунки на них. На одном из них было солнце, на другом тучи… Где-то два в одном.       — Какие творческие ныне наркоманы… — Вслух делает вывод Пак. Рассматривая и задумываясь о смысле существования этих шприцов. — Какого черта они вообще лежат здесь на полу? — Ругается Сонхва.       Посмотрев в сторону, тот заметил черный пакет. Заглянув в него, тот заметил еще кучу точно таких же шприцов.       — Какой кошмар… — Тихо комментирует Пак. — Неужто это какие-то послания?.. Но от кого и почему именно такой способ? — Шепотом рассуждает Сонхва. Решив, что он в скором времени уж точно не узнает ответы на свои вопросы – парень забросил лежащие на пол шприцы в пакет и хотел было продолжить уборку, да только без толку.       Отсутствие каких-либо приборов для поддержания чистоты очень мешали Паку. И, видимо, ему ничего не остаётся лучше, кроме как привыкнуть к этой жизни. Сонхва сделал выдох и всё-таки направился в сторону подвала.       Ноги не держали от слова совсем, и упираясь о стены, Пак продолжал свой путь пыхтя и скуля. Пройдясь по тёмным коридорам, что кровавой дорожке вели, как и в кабинет Ёсана, как и в комнату для пыток – Сонхва напрягся и проглотил свою слюну. Ему тяжело принимать факт, что всё взаправду и ему приходится это принимать как должное… Как скоро Пак сойдет с ума? Ему кажется, что он не может дышать. В подвале было сыро, липко и грязно, пыль оседала на его одежду, лицо и тело; заставляет задыхаться и царапать горло. Правый висок болит и пульсирует с каждым шагом сильнее. Стискивает зубы и стонет, разбираясь на части. Скорее ползет, чем идет, но заходит в комнату. Слышит легкое покачивание гамака и шорох листов - словно кто-то листает документы. Он надеется, что у Ёсана в лаборатории. При первом взгляде на Ёсана кажется, словно тот бездельничает, что в принципе, так и есть. Тот лениво качается в гамаке, листает какие-то файлы и практически засыпает. Но небольшие изменения в лаборатории появились - теперь здесь меньше мусора, словно кто-то заставил того убраться. Сам мужчина лишь пил что-то из железной банки, напоминающий энергетик. Создавалось впечатление, что его не заботит собственное здоровье.       — Ёсан?.. — Вздыхаю обращается Сонхва.       — М? — Лениво мычит обладатель имени. — О, ты проснулся. Заходи. Что-то тревожит?       — Да… Голова болит… Очень сильно болит… — Жалуется в полголоса Пак.       — Правый висок? — Ёсан встаёт со своего гамака и направляется к Сонхва. Он касается чужих рук и решает проводить уставшего человека. В ответ Пак лишь издаёт ленивое «угу». — Ложись. Сонхва лежал под каким-то аппаратом, хоть изначально он ожидал гамак, как в прошлый раз. Было ярко, так что Паку пришлось закрыть свои глаза и пытаться успокоиться. Сердце начало колотить так, будто адреналин в крови увеличился в огромных размерах. Дышать стало в разы трудно, а по телу словно поднялся жар.       — Постарайся расслабиться, — Просит Ёсан. Пак хотел хоть что-нибудь ответить, только не получается. — Попробуй вести счёт в голове. Пак считал непонятно что. Просто по порядку: «Один, два, три…» и так далее. Голова внезапно загудела, а боль раздалась в правом виску эхом. Сонхва скрутился клубочком и схватился за голову, пытаясь хоть как-то остановить боль. Кан немедленно вытащил Сонхва из-под аппарата.       — Прямо сейчас тебе в голову что-то попало… Что-то инородное… Я сам не до конца понимаю, что это, — Ёсан казался как никогда ранее заинтересованным и встревоженным. Он начал трогать его голову в разных местах, массировал виски и кожу. Недовольно бурчал что-то про чип. — Твоя голова не выдерживает волн аппарата на данный момент, тебе нужно время, чтобы это «что-то» рассосалось…       — «Рассосалось» ?.. — Непонимающе переспрашивает Пак.       — Да, — Кан размышлял о чем-то, а после выдохнул. — Слушай, тебе снилось… Что-то странное?       Сонхва несколько секунд молчал, пытаясь сообразить, но после наконец смог выдавить из себя ответ. — Да… Снилось. Всякий бред, если честно…       — Тебе снился морской бриз? — В лоб спрашивает Ёсан       Пак раскрыл глаза в непонимании, — Да… Откуда ты?.. — Он не успевает закончить мысль, как его молча перебивают, приподняв локон волос. Под ним виднелся чип, что к счастью или сожалению, уже не работал. — Ты?..       — Я из центра, — Заканчивает вместо Сонхва парень. — Я долгое время работал учёным в Стриктленде.       — Твоя фамилия?.. — Пак пытается вспомнить хоть что-нибудь.       — Кан, — Отвечает на вопрос парень. — Я – Кан Ёсан. Скорее всего, ты что-то слышал о моей семье. — Сонхва не в состоянии как-либо реагировать или что-либо говорить. Он лишь молча смотрел прямо в глаза Ёсана. — Когда меня выслали, меня быстро нашел Хонджун. Он мне помог и через некоторое время я ощущал большие боли в голове, с правой стороны виска. Я думал, что погибну. Мне пришлось сидеть на обезболивающих, которые, к сожалению, не помогали, — Кан смотрел в глаза Паку. — В один момент мне приснился морской бриз, кто-то неизвестный с лицом… — Ёсан сделал паузу, что-то обдумывая. — …Да, в прочем, неважно. Но суть в том, что этот неизвестный прочитал мне строчки стихотворения, которые я уже толком не помню. Вообще не помню.       — Тебе приснился Хонджун? — В лоб спрашивает Сонхва.       Ёсан вопросительно приподнял брови, а после издал смешок, — Ха-ха, если бы… Нет, нет, это был не Хонджун уж точно. А у тебя Хонджун что-ли? — Сонхва лишь молча кивнул. — Это наталкивает на кое-какие мысли… — Вслух признаётся Ёсан. — Мне нужно изучить этот чип, если ты понимаешь, о чем я. Скорее всего, твой чип вышел из строя.       — Как ты собрался это сделать?.. Откуда у вас этот аппарат?.. — Интересуется Сонхва.       — Давай без лишних вопросов. А этот аппарат мы украли. Я могу изучить чип с помощью тебя и понять, что именно происходит. Но тебе придётся потерпеть. Хотя… — Кан сделал очередную паузу. — Тебе в любом случае придется терпеть головную боль.       — Ладно. Я согласен, — Пак делает обреченный выдох.       Сонхва на ватных ногах переходит к гамаку и ложится боком. В то время как Ёсан переодевал свой халат, достал маску и чистые медицинские перчатки. — Начнём с простого осмотра, потом снова придется полежать под аппаратом. Постарайся расслабиться, — И это было последнее, что Пак помнит, будучи в здравом состоянии.       Сонхва мучился и крутился от боли. Дошло даже до криков, но никто кроме Кана не мог его слышать. Его чип трогали, щупали, Ёсан хотел даже его разобрать и узнать из чего он, но понял, что слишком рискованно. Особенно когда твой подопытный кричит в агонии. Первая половина дня прошла без успехов, отчего они продолжили ближе к ночи.       — Как я и предполагал, — Кан делает выдох. — У тебя произошел сбой. Мне нужно посидеть ещё над этим и подумать. Я не хочу думать об этом инородном теле, которые оказывается и вовсе даже не тело...       — Что ты имеешь в виду?.. — Пыхтит и рычит Пак.       — Это… Жидкость?.. Я… Я не понимаю… — Голос Ёсана подрагивал.       Сонхва не мог определить, сколько времени прошло. Но по ощущениям – неделя. Казалось, это никогда не закончится. Кан молча рассматривал что-то в своем старом ноутбуке, который был ему по сути только для исследований. Рассуждая об этом, он рассматривал сохранённые скриншоты рентгена головы Пака. — Это не жидкость… Тут куча маленьких крупиц… Скорее, зерен… Это что-то «распылялось» внутри твоей головы… Похоже на пыльцу…       — «Пыльцу» ?.. — Переспрашивает в непонимании Сонхва.       — Я тоже не понимаю… Это пугает. Из чего, блять, этот чип?! — Синяки под глазами Кана становились явнее, тот устал думать и по нему было видно. Состояние переходило в критическое, но и самому Паку сейчас не очень хорошо.       — Ладно, не об этом… Я всё-таки нашел способ окончательно сломать твой чип и при этом не доведя тебя до гроба, — Начал Кан. — Нужно лишь достать карту памяти.       — Давай, — Фырчит Пак. — Я больше этого не вынесу.       — Я это уже сделал, я не стал тебе ничего говорить, побоялся, что ты будешь орать о том, что не хочешь умирать, — Даже сейчас он нашел момент вести себя саркастично. — Правда, я думал, что ты всё забудешь, а оно по всей видимости работает как-то по-другому.       Парень достал из своего комода лупу, включил одну из настольных ламп и начал что-то рассматривать в ней. — «Бот-S0304» … — Читает вслух Кан. — Написано ужасно мелким шрифтом… В моем ноутбуке нет такого разъема для этой карты, к сожалению, это только в специальных компьютерах центра.       — Бот?.. — Голос Сонхва дрогнул       — Да... У людей из военной полиции есть боты, которые могут заменить оригинального человека при случае чего, насколько я слышал… — Тот продолжал рассматривать карту. — …Я не уверен точно, я лишь подслушал чужой разговор в свое время.       — У людей из военной полиции… То есть, не только у меня?.. — Воспоминания о ужасе крутились в голове, сбивая дыхание.       — Ну… Получается, да, — Кан услышал панику в чужом голосе и отвлёкся от изучения карты. — Ты что… Видел его? — Пак молчит. — Сонхва, ты видел своего клона? — В лоб переспрашивает Кан.       Пак в ответ лишь кивает. Ёсан отчаянно выдохнул, —Тогда... это многое объясняет... — Задумчиво жуя губу, мычит Ёсан. — Твой чип мог выйти из строя при виде клона. — Легко говорит он, словно только что не перевернул все восприятие мира Сонхва. Он хоть что-то знает о своем мире? Хонджун много раз говорил, что он неисправный товар, фальшивый ангел как фальшивый центр. Только вот тогда Пак ему не поверил, яростно отрицая все. Но сейчас он не так уверен. И осознание этого заставляет его задохнутся. Слова Кана проходят сквозь него, текут по его разуму телу, омывая его знаниями - да вот только это ничего не дает. Лишь шум волн и морского бриза - прямо как во сне. Сонхва снова на том пляже, снова без своих ног. Он видит свои кишки, свои обрывки от ног. Лужа крови растёт под ним под стих монаха в белых одеждах. Небо алое, пугающее - ведь весь его мир фальшь. Всё иллюзия и ложь, подпитываемая чипом в его голове. Настоящий ли тогда он человек? Вдруг он тоже клон, тоже бот. А настоящий, оригинальный Пак Сонхва уже мертв. В голове становится как-то пусто - неужели он и правда машина и его выключают? Что-то мокрое течет по его лицу, заставляя широко открыть глаза.       Ёсан кинул в него тряпкой, непонимающе смотря на него.       — Тряпку сам поднимешь. А теперь уходи отсюда, тебе я больше ничем не помогу. Юнхо сейчас в тире, можешь заглянуть к нему, — Сказал, как отрезал и удалился вглубь своей лаборатории. Паку осталось лишь смотреть ему в вслед пустым взглядом. Боты не чувствуют боль, а он чувствует. Значит... Настоящий. А Хонджун все врёт, пытаясь запудрить ему мозги. Нужно как-то доказать самому себе о том, что он человек. Неподалеку от выхода на столе был кинжал. Чей он, для чего он – Сонхва сейчас было неважно. Холодное оружие в пары мгновений оказывается в правой руке Пака. Левая раскрылась, и он несколько секунд лишь смотрел на неё. Человек состоит из тканей, сухожилий, мышц… Что если перерезать себе ладонь? Почувствует ли он боль? Без задней мысли ледяной метал проходиться по руке резким движением, оставляя после себя ощущения боли – но сам Пак не поменялся в лице. Он чувствует боль, ему больно, но ему тяжело даже со стекающей, горячей, алой жидкостью со своей ладони, признать, что он человек. Сонхва решает лишь молча выйти, оставляя за собой капли крови, а может и не крови вовсе. Вдруг это лишь в его голове? На самом деле из его ладони стекает масло или какой-либо другая жидкость, что поддерживает его работоспособность.       Сонхва вышел из лаборатории и звук, с которым она захлопнулась напомнила звук выстрела пистолета. Его передернуло от этой мысли. Нужно проветрится и осмотреться. Парень любопытно заглядывает в различные комнаты, все еще испытывая отвращение от грязи и срача в них. Шрипцы, пакетики, пыль и застывшая кровь не самое приятное зрелище. Тела он еще не видел и желанием не горит. Ощущая, как алая жидкость стекает из его ладони, приходясь по пальцам, застывая и оставляя после себя неприятные ощущения. Он старался игнорировать этот факт и отвлечься на что-то другое. Пак не до конца понимал, куда идти, ведь где именно этот тир, он не мог понять. И именно в этот момент его кое-что озаряет: «Откуда он знает, куда пошел Юнхо?». Захотелось узнать всё самому. Это всяко отвлекало от всей мрачной атмосферы в этом подвале, что лишь разогревало его ощущение страха и заставляло мучиться от мысли, что вся его жизнь – сплошной обман.       В конечном итоге, Сонхва открыл весьма тяжелую дверь, где посередине комнаты стоял Юнхо, что направил пистолет прямо на самого Пака. Его взгляд был пуст, холоден и Пак не сможет ответить, в какой момент этот парень повернулся в его сторону.       — Тебе Ёсан рассказал, где я? — Юнхо нахмурился. Этот момент заставил Сонхва всё же напомнить о том, кто же этот парень такой.       — Да, — Пак решает не многословить. На лице Юнхо появляется лёгкая улыбка и он стреляет. Казалось бы, ещё бы чуть-чуть и он бы прострелил Сонхва ноги. Это заставило его дрогнуть. Не надо быть дураком, чтобы понять, что этот выстрел был умышленный. — Зачем ты стреляешь?       — Как же ещё я должен тренироваться? — Съязвил Юнхо с непонятной, для Пака, улыбкой. — А если серьезно, то понять: боишься ты меня или нет? Ты дрогнул, — Он продолжал смотреть в место, куда он недавно стрельнул. — Но даже не отошел. А если бы пулю отрикашетило?       Пак молчит, не понимая, что думать и чувствовать. С одной стороны: Естественно, он его боится, а с другой, он оказался прав на счет пули и то, что он не отошел – ошибка.       — Твоя ладонь. Тебе стоит перевязать её.       — Я знаю, спасибо, — Сонхва продолжал смотреть прямо в глаза Юнхо и хоть как-то выстоять свои остатки уверенности.       — Юнхо, ты говорил, что хочешь потрениро… — Доносится голос Чонхо сзади и Сонхва оборачивается. — Да блять, опять ты. Ты вообще не двигаться умеешь?       — Чонхо, ты как раз вовремя, — На лице Юнхо появилась весьма добрая улыбка. — Сонхва, не хочешь продолжить наши тренировки? Живая мишень будет поинтереснее, чем глупая картонка или... метал…       На последнем слове Юнхо словно сделал акцент и это заставило Пака сглотнуть слюну. Заставило его сжать кулаки и думать о том, откуда он может знать? Он на него давит? Он знает его переживания?       Звучит выстрел, в очередной раз неподалёку от Сонхва. Казалось, что стоит ему повернуться к этому парню спиной – так сразу в его затылок прилетит пуля.       — Смотри, как замер, Чонхо… Я думаю, он вполне умеет не двигаться. — С его лица не сползала улыбка. — Может, потренируемся?       — Хочешь тренировку? Хорошо, будет тебе тренировка.       Сказать, как глаза Юнхо в этот миг засияли и загорелись ярким пламенем – ничего не сказать. Сонхва был полностью серьёзен и через ещё один выстрел, было понятно обоим – никто не собирается сдерживаться.       Пак сжал кулаки и ударил, но Юнхо увернулся. Ещё один выстрел, но он не попал. Улыбка на лице становится всё шире, а сам Пак становился всё злее.       — Сонхва, неужели ты так ослабел за эти дни? — Но сам он в порыве эмоций не замечает, как Пак уже подбил его ноги, и он падает.       Сонхва хватает упавшего Юнхо за воротник и ударяет по лицу. Но улыбка не пропадала с лица. Пак достал из кармана нож и поднёс его к чужому горлу. Сам Юнхо не терял времени и поднёс свой пистолет к чужому лбу.       — Я тебе напомню кто тебя поймал и заставил сидеть в тюрьме, — С каждым словом его нож давил на чужое горло всё сильнее, заставляя Юнхо… Смеяться?       Да, он именно это и начинает делать. Юнхо заливается смехом, и он смотрелся жутко, а кровь, что начала стекать из носа – лишь добавляла ещё большей жути к этому моменту.       — Я думал, ты никогда это не скажешь, ахах… — Парень выкидывает пистолет куда-то в сторону и хватает Пака за волосы, оттягивая от себя. — Ты до жути слаб, но при этом смог меня повалить. Похвально, Сонхва. — Пака ударяют, заставляя увеличить расстояние и повалиться на пол. Их рук Сонхва выпадает нож и казалось бы, его должен был взять Юнхо, но это оказался Чонхо.       — Вы заигрались.       — Мы только начали, — Всё так же глупо улыбаясь, ответил Юнхо.       — Ты хуже наркомана, которого я знаю. Он хотя бы научился себя контролировать, — Чонхо хватает Сонхва за воротник и оттаскивает его от Юнхо. Тот, в свою очередь, ничего не делает.       — Расслабься, малой, это была всего лишь небольшая взбучка, — Вытирая кровь с носа ладонью, отвечает Юнхо. — А тот наркоман, к слову, жив вообще?       — Закрой свою пасть, — Чонхо бросает осуждающий взгляд в сторону Юнхо и вместе с Сонхва под своей рукой выходит из тира. Закрыв за собой дверь и отбросив Пака в стену, тот сразу же кидает в него кинжал. Повезло, что не острой стороной, а то была бы ещё одна рана.       — Ты чем вообще думаешь, а? — Тон Чонхо повысился. — Забыл, что случилось на миссии? Я еле тебя дотащил от центра до базы и именно так ты решил меня поблагодарить, бросившись в драку с Юнхо?! — Кричит Чонхо, гневно махая руками. Сонхва его не слышал. Все еще думал, как перережет чужое горло, думает о том смехе. О том, как с Юнхо не все в порядке. О том, как и с самим ним не всё в порядке.       — Эй! Ты слушаешь меня, когда я говорю! — Отдает ему пощечину Чхве, отрезвляя мысли. Глаза Сонхва раскрылись в удивлении. Он хотел было что-то сказать, но Чонхо его опередил. — Прекращай говорить о своём прошлом. Ты больше не ангел и никогда им не станешь. Разве что падшим. — В его голосе ощущался холодок. И этот холодок отдавал свежестью в разуме Сонхва, заставляя молча задуматься о чужих словах.       Чонхо резко хватает левую ладонь Пака, рассматривая её с внутренней стороны. — Откуда эта рана? Я прекрасно помню, что твои руки были целы.       — Отпустить прошлое тяжело, Чонхо, — Неестественно спокойно даже для самого себя отвечает Пак. Он смотрел в пол, на кинжал, а после приподнял взгляд и рассматривал как руки парнишки держат его раненную. — Ты же такой же, разве не так?       — Тебя еще не отпустило? — Чонхо словно пропустил это мимо ушей. — Тогда понятно, чего такой буйный, — Чхве издает отчаянный выдох. — Хуй с тобой, давай руку перевяжу. Чонхо достаёт свободной рукой бинты и перекись водорода.       — Жизнь в трущобах научила тебя перевязывать раны?       — Мамка твоя.       Сонхва решает промолчать. Чхве лишь молча капает перекисью на руку, заставляя Пака шипеть и корчиться от боли.       — Не ной. Сам виноват.       — О чем ты? — Сквозь скрип зубов спрашивает Сонхва.       — Не я же тебя блять порезал.       — А если Юнхо?       — Ты сам на него прыгнул, еблан. Ты мне тут угадайку устраиваешь?       Сонхва цокает. В это время Чонхо уже закончил перевязывать чужую рану. Он небрежно отодвинул от себя чужую ладонь, словно это был какой-то мусор. Пак с небольшой обидой посмотрел на Чхве.       — Всё, пиздуй отсюда. Ну или сиди здесь дальше, мне похуй, — Сказал младший, встав на ноги и повернувшись в сторону выхода.       — Ты куда?.. — С непониманием спрашивает Пак.       — Тебя ебет? — Язвительно сплёвывает Чонхо, продолжая идти своей дорогой.       — Погоди, ты же не оставишь меня одного с Юнхо?       — Это я и делаю.       — Да блять… Подожди! — С горе пополам встаёт с пола Пак, из-за того, что мышцы сильно напрягались даже от такого малого действия. В последние дни контролировать свои действия и силы было тяжело, ему бы хотелось отдохнуть от всего.       — Ты как маленький, — Комментирует Чонхо.       — Да иди ты нахуй.       — Ух… Боюсь-боюсь, — Всё так же язвительно отвечает Чхве, продолжая свой путь.       Резко за их спинами раздаётся громкий хлопок. Обернувшись, парни увидели легкий свет, а из проёма двери хлопьями сыпалась пыль. Мужчина выходит из этой двери следом, что-то говоря себе под нос.       — Сонхва, Чонхо? Это вы? — Смотря в сторону выхода, кричит Ёсан.       — Блять ты кто?.. — С опасением спрашивает Чонхо.       — Успокойся, это Ёсан.       — Сука он всё это время был здесь?.. Я надеялся, что он сдох где-нибудь в канаве, — Не скрывает своей злости парень.       — Я бы там поспал, — Отвечает сам Кан. — Узнаю родной голос, сразу понятно, кто это. Вам обоим нужно будет выйти на улицу, в бордель к Клеопатри.       Чонхо цокает, — А Хонджун чем занят? Он же всегда сам туда ходил.       — Да хуй знает, че он туда не пошел. Я с ним связаться не могу. Ебашьте сами, а то мне кое-кто уже все мозги выебал, — Ёсан так же, как и Чхве не скрывал своей злости. — Впрочем, если он мне не врёт, то лучше получить информацию прямо сейчас. Так что идите.       — Я не хочу туда идти, — Фырчит Чонхо.       — Сонхва один не справиться. Ты его видел? — Скептично тянет Кан. — Дай бог, чтобы не развалился, — Ёсан с призрением осматривает Сонхва.       — Блять и почему ты такой амёба? — Ругается в сторону Пака Чонхо.       — Мой мальчик выучил умный термин… — Как гордый отец комментирует Ёсан.       — Ебало завали, — Чонхо откуда-то достаёт кинжал и кидает его в сторону Кана. Но тот легко увернулся, смотря на то, как острый клинок исчезает в темноте подвала. Но после так же легко поворачивается в сторону парней.       — И даже ножами научился метать...! Я так тобой горжусь… — Намеренно выбешивая Чонхо, продолжает сюсюкаться Ёсан.       — Я тебе сейчас ебало разобью, — Уже рычит Чхве.       — Всё, прости меня, мой хороший. Ухожу, — Ёсан закрывает дверь, оставляя Сонхва наедине с до жути злым Чонхо.       — Хочешь я буду твоей мамой? — Подхватив чужое настроение, комментирует Пак.       Чхве лишь злобно осмотрел Сонхва, кое-как сдерживаясь, чтобы не ударить того. — Пошли. Иначе я тебя убью раньше, чем люди, которые за тобой охотятся.       — Ладно-ладно… Приму это как «Да».       Сонхва, пытаясь отвлечься, продолжал дразнить Чонхо во время того, как они собирались и по пути к борделю. Сказать, что тот был ближе к смерти как никогда раннее – ничего не сказать. Чхве искренне сильно и уверенно держал себя в руках.       Пройдя в здание, что снаружи выглядело скорее, как дешевый бар, парней встретила куча мужчин. От бомжей до людей из центра. Это очень удивило самого Пака, но никак не впечатлило Чонхо. Мужчины пытались «заказать» себе «товар» на ближайшее время. По всей территории был туман из дыма, а на полу мог даже кто-то лежать. Где-то из далека были слышны то-ли крики, то-ли стоны… Что именно из этого – Пак не мог ответить.       — Ты был здесь? — Тихо спрашивает Чонхо, подбираясь к Паку поближе, будто всё происходящее здесь его пугало.       — Я был лишь снаружи, — Что-то подступило к горлу Сонхва, похожее на тошноту.       — Давай сделаем всё быстро, пока я их всех не поубивал, — Чонхо сглотнул. — Мне тяжело слушать эти крики.       Проходя мимо кучи столов и неизвестных образов, Сонхва пытался найти знакомую ему девушку. Будучи в поисках, они провели так минут 30, бродя по этажам и коридорам. С каждой минутой Чонхо выглядел всё мрачнее и мрачнее, в какой-то момент парень закрыл уши, пытаясь хоть как-то отвлечься от происходящего здесь.       — Эй… Ты как? — Встревоженно спрашивает Пак. — Если тебе тяжело, ты можешь выйти отсюда.       — Нет. Я останусь с тобой, — Шипит Чонхо, продолжая взглядом искать девушку, будто зная, как она выглядит.       — Как знаешь, — Сонхва встревоженно выдохнул.       Пак чувствует, как его плеча коснулась чья-то рука, что заставило его вздрогнуть.       — Не меня ли вы ищите, мальчики? — Слышится нежный женский голосок со спины. Сонхва оборачивается и спокойно выдыхает, увидев знакомый образ девушки.       — Привет, красавчик. А кто это с тобой? — Девушка удивлённо смотрела на Чонхо, втягивая в себя дым от сигареты.       — Здравствуй, Клеопатри. Это… — Сонхва не мог понять, как ему лучше ответить и ожидал, когда Чонхо сам представит себя.       — Я Чонхо. Его друг, — Холодно и смотря куда-то в пол, ответил Чхве.       — Мы друзья?.. — С легким непониманием, спросил самого себя Пак.       — Ебало завали, — Выпалил Чонхо весьма приглушенно, будто сам не понимал, что ему отвечать.       — Это значит «Да» ?.. — Спрашивает Клеопатри.       — Наверное… — Отвечает Пак.       — Замечательно. Сколько ему?       — Мы здесь не для милой беседы… — Выдыхает Пак. — Нам надо тебя кое о чем спросить. Есть место, где можно спокойно поговорить?       — Есть. Но нужно тогда устроить небольшой спектакль. Тебе нужно притвориться клиентом, а я совру, что ты мне уже заплатил.       На лице Сонхва смешался румянец и гримаса отвращения. Ощущения от подступающего стыда уже застревали в горле.       — Это обязательно? Из меня плохой актёр.       — Ой, да заткнись, хлюпик, — Девушка тушит сигарету о стену и выкидывает её куда-то сзади себя. — Я сама всё сделаю, просто молча ходи за мной и кивай если есть необходимость. Вы, мужики, сами ничего не можете.       — А мне что, блять, делать? — Беситься Чонхо. — Это получается только Сонхва будет?       — Нет, почему же. Ты просто молча зайдешь следом. Поверь, тут и не такое было, — С легкой грустью выдыхает девушка. — Пойдёмте, — Девушка хватает обоих парней за руку и уводит в неизвестном им направление.       Спустя какое-то время девушка затолкнула их обоих в комнату, попутно заигрывая и как-то флиртуя, чтобы ей поверили другие. Сонхва и Чонхо были до жути подавленные от всего происходящего и даже в мыслях они не могли себе представить сцены подобней.       — Итак, говорите, вы пришли сюда по поводу Уёна? — Словно устала спрашивать она и сложила руки по бокам.       — А… Кто это? — Непонимающе спрашивает Сонхва.       — Это тот, ради новостей которого мы сюда и пришли, — Фырчит Чхве, но на удивление спокойнее обычного. — Он что-нибудь передавал?       — Наверное последние недели две ничего не слышно. Я каждый день хожу в тот переулок и там ничего нет.       — Плохо. Прям вообще никаких шприцов?       — Каких шприцов?.. — Спрашивает Пак. — Те, которые я сложил в пакет, чтобы выбросить?       — А нахуя ты их складывал в пакет? — С призрением спросил Чонхо.       — А нахуя они на полу лежат?       — Так, мальчики, расслабьтесь, — Перебивает девушка. — На этих шприцах были послания от Уёна по поводу дела.       — Что это за дело?..       — Сама не знаю.       — Ты просто так ему помогаешь?.. — Выдыхает Пак.       — Нет, конечно! Он мне платит за это, при чем очень щедро.       — Так, Клеопатри, к тебе заходил сегодня Хонджун? — Спрашивает Чонхо.       Девушка цокает, — Нет. И вчера не заходил. Походу он забил на вашего Уёна, — Клеопатри скрестила руки в легкой обиде.       Парень фыркает, — Хонджун? Забил? На Уёна?.. — На его лице появилась злорадная улыбка. — Не смеши меня.       — А я тебе и не клоун, я серьезно. Этот козёл только на это и способен, — Ругается девушка.       — Как же ты права… — Выдыхает Сонхва.       — Вот видишь, этот красавчик со мной согласен! — Словно это что-то докажет Чонхо, повышает тон девушка. — Кстати, красавчик, как тебя зовут?       — Я – Пак Сонхва. Можно просто Сонхва.       — Очень приятно, Сонхва, я думаю, мы подружимся! — Девушка сделала пару шагов поближе к Паку, словно пытается тем самым флиртовать.       — А… Ага... — Неуверенно соглашается Сонхва, отведя взгляд в сторону.       Чонхо прокашлялся, — Я вообще-то тоже тут.       — Хочешь и тебя поцелую, — Продолжает дразнить Клеопатри.       — Нет. Мне семнадцать.       — Тогда это многое меняет. Не переживай, я тебя дождусь.       — Пожалуйста, не надо, — Фырчит Чхве.       — Ну ладно, прости, — С легкой грустью выдыхает девушка. — Я так давно по-человечески не общалась, что тяжело не дразнить вас.       — Всё нормально, — Пытается поддержать Пак.       В это время Чонхо нахмурился, смотря в пол. Будто что-то планируя у себя в голове.       — Если это всё – мы пойдём, — Грозно командует Чонхо, злобно раскрыв дверь и выйдя оттуда.       — Пока-пока, — Девушка машет рукой в след парням и Пак уходит, закрыв за собой дверь и пытаясь добежать до Чхве.       Всё было бы ничего, пока Сонхва не наблюдал за тем, как Чонхо врезался в кого-то. Он продолжает свой путь, — Идём, Сонхва! Быстрее.       Сонхва ускорил шаг, как услышал, что неизвестные мужчины начинают слишком неприлично хихикать. Мерзкий хохот, граничащий с пошлым проносился по коридорам и противно откладывался в памяти Пака.       — Так сильно торопишься на заказ, малышка?       Сонхва непонимающе обернулся в сторону мужчин, надеясь, что это было адресовано не ему или Чонхо. — Вы к кому обращаетесь?       — К тебе, малышка. Неужели ты еще и притворяешься глухой? Очень плохо заигрываешь с клиентами… — Хохот мужчин раздался по всему этажу, пока сам Пак стоял как вкопанный. — Ты очень миленький для парня, так и хочется…       Но он не успевает договорить. Сонхва достал свой кинжал и в пары мгновений оказался сзади мужчины и преподнёс к его горлу. — Хочется что?.. — Его взгляд был диким, казалось бы, как у самого настоящего безумного убийцы. — Ну же, не стесняйся. А впрочем, пора бы тебе уже поплатиться за свои грехи. Прощай.       И в секунду клинок перерезает чужое горло, оставляя за собой сильные брызги крови. Один за другим, Сонхва преследовал каждого мужчину, что встретит. Он не церемонился, убивал быстро и без сожалений. Будто хотел этого с самого начала. Будто планировал это сделать. Где-то рядом с ним то же самое делал Чонхо, грубо вламывался в комнаты, кричал на девушек, чтобы те уходили прочь из этого места. Оставлял за собой кровавый след. Оставлял за собой свет к выходу, свободе. Ангел кровопролития пришел мстить за каждую девушку, пострадавшую от чужих рук. Крики мужчин были музыкой, усладой для ушей Сонхва. Он оббегал каждого, глубоко и с лютой ненавистью пронзал их своим клинком. Кровь лилась фонтаном, кровавый дождь украшал его. Чонхо не терял времени даром, и бился в рукопашную. Вытащил из-за пояса револьвер и ударял им по вискам. Вырубал, бил и стрелял в мужчин. Пули были приглашены на танец со смертью, смешался лязг клинков и щелчки револьвера. Пак вонзает свой клинок в грудную клетку, провернул против часовой стрелке и вынул. Кровь брызнула на его лицо, пустое лицо. Он не чувствовал ничего кроме ярости и ненависти, оставалась лишь сладость в душе от каждого трупа в комнате. Чхве стрелял и бил так, словно все это время планировал это, точно также, как и Сонхва. Стычка с теми мужчинами была лишь последней каплей.       Крики, вопли и звук перестрелки раздавался из борделя. Девушки работницы все это время стояли на улице, пораженно смотря на здание - когда-то они там жили и работали. А сейчас за них мстят. Отстаивают их честь и гордость, их потерянную и лишенную насильно невинность. Клеопатри с неоднозначными эмоциями смотрела на кровавое побоище, чувствуя страх на грани с уважением. Они не так уж и плохи, по крайне мере лучше Хонджуна. Сонхва прокрутил свой клинок и резко вынул его из чьей-то груди, апатично смотря на залитое кровью стены. Его одежда, да и он сам весь в крови, что достаточно непрактично. Хмыкнув, он поворачивается к лестнице искать Чонхо. Во время ярости он не особо разбирался в звуках, но звук выстрела ни с чем не перепутает. Чхве нашелся вышедшим на встречу, явно успокоившиеся. Они молча смотрят на друг друга, пока Пак не улыбнется краешками губ. Улыбка выходит странной - она нежная и гордящийся, прямо как раньше. Но также – это дикий оскал, улыбка психопата.       — Молодец, Чонхо. Ты вывел девушек и помог мне избавится от грешников. Я горжусь тобой — Говорит в пространство между ними.       — «Грешников» ...? — Глаза Чонхо раскрыты в злости, но уже ощутимой в сторону Пака. Чхве сжимает кулаки и бежит на Сонхва. Удар по лицу заставляет Пака отойти на пару шагов назад. — Прекращай. Сколько еще раз мне сказать, что ты больше не в полиции?! Мы с тобой убили людей. Мы полностью в крови. Мы не сдержались и устроили здесь самую настоящую резню. И ты ещё смеешь, блять, что-то говорить про грешников?!       Сонхва ничего не стал отвечать, он попросту даже не знает, как именно ему ответить. Он не знает, что на него нашло и почему он так сильно под влиянием эмоций. Где-то сзади слышится одинокие аплодисменты и параллельный стук чьей-то обуви.       — Надо же… Ну и представление. Я думал, снова одинокие бандиты ворвались, а это же мои хорошие друзья, — Его голос был серьезен.       — Хонджун… — Сказал Пак на выдохе и обернулся в его сторону. — Где ты пропадал?       — Это уже не твоего ума дела, — Ким снял с себя черный капюшон. — Какого хрена вы делаете на улице и почему вы решили, что можете творить что хотите? — С каждым словом он становился громче и строже.       — Нас отправил сюда Ёсан, — Добавляет Чонхо, подходя ближе к Хонджуну. — Он сказал нам встретиться с Клеопатри и узнать на счёт Уёна.       — Сука… Он должен был сам пойти к ней в таком случае. Ленивый хуесос. Ведь знал же какие риски и к чему это может привести… — Пройдя секунда и на его лице уже появилась улыбка. — «Кто не рискует, тот не пьет шампанского» … Конечно.       — Как давно ты здесь? — Спрашивает Пак.       — Это я должен тебя спросить. Вы хоть с Клео поговорили? — Ким снова раздражен.       — Да. Она сказала, что от Уёна не было новостей достаточно давно, — Влезает вновь Чонхо. — Ты вообще Уёном интересовался?       — Конечно. Именно поэтому мы пошли за Сонхва, — Раздраженно отвечает Хонджун. — Раз вы вдвоём здесь – идите за мной. У нас мало времени. Мы и так потратили много времени на представления для нашего героя.       — Какие представления?.. — Стиснув зубы, говорит Пак.       Хонджун продолжил молча идти вперед и с такой же тишиной за ним направился Чонхо. Вся дорога прошла в тишине и с каждой секундой на лице Чхве пропадали эмоции. На нем не было никаких ощущений, и он пусто смотрел в Землю, наблюдал за своими шагами, прикрывшись мантией. Сонхва точно также одел капюшон, но всю дорогу смотрел либо в спину Хонджуну, либо пытался разглядеть лицо Чонхо. Всё-таки он переживал за младшего, хоть и не до конца понимал, за что он его ударил по лицу. Пак не мог ответить точно, сколько времени они шли, но от глупых размышлений его отвлёк голос Хонджуна.       — Мы на месте, — Спокойно обращается Ким, поправляя свой капюшон. Сонхва поднимает свой взгляд и это оказывается тот самый купол, к которому он ходил в прошлый раз вместе с ним. — Сонхва, открывай купол.       Пак молча подошел и сделал всё тоже самое, что и в прошлый раз. Но в этот раз уже без обмана и игр с фальшивыми айди-картами. Купол просто открылся будто так и должно быть.       — Айди карта… — Вслух говорит Чхве, пытаясь хоть как-то связать суть происходящего.       — Её не существует, Чонхо, — Вместо Сонхва отвечает Ким. — Её никогда не существовало. Он обманул и меня и тебя.       Сам Пак лишь молчит.       — Так вот что ты имел в виду под «представлением» … — Догадывается Чхве. — Значит, весь этот цирк с ботом нужен был лишь для того, чтобы убедить Сонхва в том, что его план – дерьмо?       — Как всегда невероятная проницательность, Чонхо, — Улыбается Ким. — Я ему пообещал открыть глаза. Ему просто стоило изначально открыть нам доступ к куполу, и тогда всё обошлось бы так, как хотел он.       Каждая фраза была как молот по наковальне. Осознание, что все всё понимали его заставило чувствовать не то, чтобы стыд, а самое настоящее желание покинуть этот мир прямо сейчас.       — Как он бы хотел – не получилось даже близко, — С холодом заявляет Чонхо.       Они общаются, будто Сонхва тут и вовсе нет рядом. Буквально вслух за его спиной обсуждают его и его поступки.       — Ты прав, — Хонджун подходит к Паку ближе. — Ты, как всегда, прав, Чонхо. Ты молодец.       Парень молчит, смотря на то, как открывается купол и раскрывается вид на магазин, казалось бы, предназначенный для рыболовства и прочих вещей.       Сонхва чувствует, как к его затылку прислонилось что-то металлическое, круглое и холодное.       — Что-ж, ты мне больше не нужен, Сонхва, — Признается Хонджун. — Ты мог бы так сделать с самого начала и спокойно уйти дальше в свой любимый центр. Но ты выбрал путь сложнее, решив, что у тебя всё получится. Но твоя решимость похвальна, мне нравятся рискованные люди. Хотя, ты скорее не рискованный, а именно глупый, потому что я раскусил тебя с самого начала.       Пак продолжал слушать, ведь понимал, что от этого зависит его жизнь.       — Твои последние слова? — Добавляет Ким.       — Я могу рассказать тебе всё, что знаю, — Сознается Пак. — Я не смогу жить в центре дальше, зная, что творится на самом деле. Эти дни были для меня слишком резкими, я не могу расстаться с прошлым до сих пор.       — Он прав, — Добавляет Чонхо. — Он все ещё несет бред про грешников и ангелов.       Хонджун лишь молча слушает.       — Мне тяжело расстаться с тем, что пару дней назад было моим смыслом существования. Вы дали мне время на то, чтобы посмотреть на мир полностью, — Продолжает говорить Сонхва сквозь дрожь в голосе. — И… Если я действительно могу чем-то помочь изменить этот мир, я готов вам помочь. Я готов стать частью вашего плана и пойти на риски. Просто… Дайте мне ещё немного времени.       Чхве и Ким молчали. Если сам Чонхо не понимал, что ему говорить, то Хонджун размышлял, думал, наблюдал за рукой, что водила прикладом по чужой голове. Певчее мычание, такое жизни радостное и весёлое, напоминающее… Гимн Центра. Такая явная фальшь из чужих уст, такой явный намёк на его смерть       — Дать тебе больше времени? Чтобы ты предал нас, придумав план? — Растягивает свои слова Ким, прижимая дуло сильнее, причиняя боль — Или ты соберешь все наши вещи и сведения, сбежишь, поджав хвост? — Угроза так и висит в воздухе, тикает секундомер. Суд решает, жить аль умереть черновому грешнику - судят кровавого ангела — Знаешь, ты мог бы пойти работать в тот бордель. Но ах! Кто-то не смог сдержать чувств и устроил погром, как маленький мальчик. Устроил такое большое… Как вы любите говорить в Центре?.. — Хонджун сделал паузу, продолжая надавливать дулом в чужой затылок. — Недоразумение.       — Хонджун, нам стоит оставить его. — Задумчиво говорит Чонхо, с полным безразличием смотря на сцены перед собой.       Ким останавливается и раздраженно смотрит на Чхве. — И зачем же? Неужели маленький Чон-Чон нашёл друзей? Как мило! — Сладким тоном восклицает, прерывает рассуждения Хонджун. Пистолет все еще у головы Сонхва.       — Он может пригодится. Не смотря на весь бред из его рта, он стал другим. Он оставил меня в живых в борделе, а мог бы... — Чхве делает паузу.       ''А мог бы убить как всех тех мужчин'' Догадывается Сонхва.       — Ты всегда можешь пустить его на эксперименты, — Пренебрежительно подговаривает. — Я более чем уверен, что Ёсану будет нужна подопытная крыса для наших миссий.       Хонджун фырчит на чужое предложение о эксперименте и его взгляд останавливается на белых, маленьких прядях на челке Чонхо.       — Хонджун… — Чонхо делает отчаянный выдох. — Он такой же, как и мы… — Парень смотрит в пол, набираясь на силы перед следующими словами. — Он такой же, как и я…       Ким молчит, пытается смотреть прямо в глаза Чонхо и видит лишь грусть и разочарование.       — Как давно ты это понял? — Спрашивает Ким.       — Он зациклен на прошлом, как и я… Я вижу, как он сходит с ума от своих выборов. Тебя же не было на базе, — Чхве уверенно поднял взгляд и смотрел прямо в глаза Хонджуна. — Всё это время с ним был я. И как свидетель всех его действий и поступков, я могу о нём судить.       — Не запудрил ли он тебе мозги? — С сомнением говорит Ким, рассматривая чужой затылок.       Шорох. Чонхо достаёт из своего кармана свой пистолет. Проносится секунда и уже ещё одно дуло у затылка Сонхва. Игры не на жизнь, а на смерть.       — Если понадобиться, я самолично убью его.       На лице Хонджуна появляется лёгкая улыбка. Они продолжали смотреть друг-другу в глаза и держать пистолеты у чужой головы. Сердце Пака стучалось с каждой секундой всё сильнее. Он лишь молился, чтобы это закончилось поскорее и уже даже неважно каким исходом для него – трагичным или хорошим.       — Прекращай воспринимать меня как ребёнка, Хонджун. Я уже давно не он.       — Я никогда не воспринимал тебя таким.       Хонджун убирает пистолет, засовывая его к себе под мантию и пряча куда-то. Тоже самое делает и Чонхо. Сонхва интенсивно дышит, хватаясь за грудь и пытаясь поверить в то, что весь этот кошмар закончился. Или, может, этот кошмар только начинается.       — Значит так, — Слышится строгий голос Кима, тот хватает Сонхва за волосы, притягивая к себе. Пак щурится от боли, пытаясь одновременно отдышаться и слушать Хонджуна. — В казино тебе никто не даст момента, чтобы хоть что-то провернуть. Всё, что ты узнаешь в следующие минуты – должно будет сохраниться с тобой до самой смерти. А поверь, один неправильный шаг – и она наступит моментально, — Рука опускает чужие волосы и Пак почти падает на Землю, но всё продолжает держаться на ногах. — Это будет твой последний шанс.       Ким шагает вперед, в сторону магазина, оставляя Сонхва и Чонхо. Чхве ударяет по спине Пака, словно пытаясь этим его подбодрить, — Всё, что я говорил – чистая правда. Теперь ты обязан оправдать мои старания. Я действительно убью тебя, если ты ещё раз нас подведёшь.       Чонхо проходит вперёд, следуя за Хонджуном. Сонхва остался на улице какое-то время, смотря в небо и думая о том, что всё происходящее – чушь и неправда. Но, пересилив себя, он всё же направился за остальными. Дверь уже была раскрыта, у Кима с ней не было проблем, просто вынеся её.       — Ищем потайной ход, — Приказывает Хонджун.       Магазин был рыхлый и очевидно старый, а гроздья пыли могли посоревноваться с комнатой Ёсана. Различные стеллажи с книгами по рыболовству, инструкции и просто справочный материал; различные консервы с едой и наживкой, наверняка уже протухшие; удочки, леска и принадлежности аккуратно стояли в ряд. Стойло с кассой стояло в углу, увешенное паутиной и плесенью. Сонхва чувствует, что скоро его стошнит.       Хонджун опрокинул стеллаж с сувенирами, заставляя стеклянных рыбок разбиться. Голова одной из них раскололась надвое. Сонхва думает, что вместо рыбьей головы спокойно могла бы оказаться его. Пак неуверенно шагает вперёд, рассматривая магазин. За кассой был большой книжный стеллаж, и легко подумать, что что-то спрятано именно там. Книга одна за другой падала на пол. С одной стороны, был Чонхо, что точно так же доставал книги. Каждый стук об пол сопровождался болью в голове и это заставляло Сонхва морщиться. Ким без всякого интереса сминал и скидывал книги, чуть ли не вместе с полками. Чонхо, заметив это и явно устав, подтянул шкаф к себе. Дерево было старым и держалось из последних сил, так что с лёгкостью подтянулось к ним. Пак закрыл глаза, прикрыв руками голову, пока его заваливало книгами. А Хонджун словно не обращал на них внимания, лишь дергал и вертел книги туда-сюда, даже когда шкаф стал дергаться. На чужом лице расцвела ухмылка, когда одна из этих несчастных словно прилипла. Тот дернул её со всей силы, а она и правда оказалась... просто прилипшей, заставляя Кима глупо хлопать глазками.       Слышится смешок и его обладателем был Чонхо, — Ну-ка, дай посмотрю, — Подойдя ближе к полке, Чхве заметил две железные вставки. — ...Ты рычаг сломал... — Отчаянно, но без удивления, заявил Чонхо.       Хонджун лишь молчит, продолжая смотреть то на полку, то на книгу.       — Слушайте, я тут подумал, можете меня пристрелить, — Добавляет Сонхва. Хонджун достал вновь свой пистолет и направил его на Пака, тот в свою очередь поднял руки вверх.       — Не выебывайся, ангелочек, — На его лице появилась раздражительная улыбка.       — Понял… Молчу.       — Вот и славно, — Ким кинул книгу, что когда-то была рычагом, в Пака. А сам пистолет направил на полку.       Прицелившись, тот попал по железным вставкам, и казалось, должно что-то сработать. Но ничего не произошло, кроме того, что он зря потратил пули. Это заставило Хонджуна разозлиться и налететь на эту полку ногами и руками. Пара мгновений и все полки были переломаны, осталась только основа стеллажа. Здесь подключается Чонхо, подойдя со стороны и толкнув во внутрь. Стеллаж освобождает место для того, чтобы его отодвинуть и Чхве это и делает. Теперь парни могли увидеть проход к огромному железному сейфу. Сейфу, что успел заржаветь.       — Так блять, меня заебала эта хуйня, я даже взламывать не буду, — Бурчит Хонджун, доставая из карманов лазерную указку.       — Будет смешно, если ты вместо того, чтобы сломать сейф – лишь сможешь сильнее запаять, — Добавляет с улыбкой Чонхо.       — Я этот магазин к хуям разъебу, — Продолжает злиться Ким, начиная проводить по швам от сейва лазерной указкой. И, о чудо! Это сработало. С огромным грохом, оставляя после себя волну пыли, что пошла на парней - дверь от сейфа упала.       — Жаль, а мне так хотелось посмеяться, — Признается Чхве, сквозь кашель.       — Я тебе бы потом этой лазерной указкой рот пропаял, — Угрожает Хонджун.       — Спасибо, обойдусь. У тебя для таких игр есть Сонхва, — Явно на что-то намекая, продолжает издеваться Чонхо.       Сами Хонджун и Сонхва лишь молча смотрели вслед Чхве, что направлялся ближе к их цели и растворялся в пыли.       — А мелкий учится, — Признается Ким.       — Интересно, у кого же он нахватался? — Бурчит Пак.       — Завидуй молча, — Ехидно улыбается Хонджун, пару секунд смотря в глаза Сонхва, а после направился вслед за Чонхо.       — За что мне всё это… — Ноет Сонхва, но также идёт вместе с парнями.       Чонхо держал что-то в руках, читая. Похоже, это были бумаги. — «Сертификат о владении кораблём» … Это не нужно, — Разговаривает сам с собой Чхве.       — Там должна быть бумажка про то, где корабль может находиться… Или что-то, что поможет нам его найти, — Бурчит Хонджун, заглядывая в сейф и рассматривая там еще бумаги.       — Корабль?.. — Непонимающе спрашивает Пак.       — Корабль, с которого я самолично сброшу, если ты продолжишь пиздеть, — Весело пропивает Ким.       — Очень приятно, — Отвечает Сонхва на выдохе.       — Здесь написано про то, что последняя поездка проходила через море, в другую страну, — Задумчиво пересказывает Чонхо.       — Замечательно, — Бурчит Хонджун. — Каков шанс, что корабль затонул?       — Мне откуда знать? — Также фырчит Чхве.       — А есть там ещё что-нибудь? Может, мы найдем информацию об этом… — Предлагает Пак.       Ему могли бы съязвить, но что Чонхо, что Хонджун, на удивление, решили промолчать. Парни продолжили листать имеющиеся документы и подойдя ближе к Чхве, Сонхва делал тоже самое.       Так прошло около получаса, пока Ким что-то удивлённо бурчит. — Что за…?       — Что там? — Спрашивает Пак.       — Тут говориться про то, отчего работает корабль… Без определённых деталей, он вряд ли заработает. А значит и план не сработает, — В его голосе звучала игривость, но сквозь эту игривость можно было почувствовать всё раздражение, что проявлялось в сильно сжатых руках.       — Успокойся. Про что там именно? — Переспрашивает Чхве.       — Какие-то энер… Э… Ге… Энерге… Тики? — Перечитывает кое-как документ Ким.       — Что?! — Выкрикивает Чонхо. — Дай сюда! — Парень вырывает из чужих рук документы, пытаясь прочесть всё заново. — Блять, это пиздец! Тут же нихуя не понятно…       Сонхва заглядывает в документ и хмурит брови в непонимании. — Да всё понятно же… Тут написано: «Энергетические сферы» …       Тишина, что повисла в пространстве утомляла и по ощущениям продлилась мучительно долго, пока её не прерывает Ким. — Чонхо, ты был прав, он еще нам пригодиться.       — Кто-же знал, что в этом центре у всех почерк хуевый, — Бубнит Чхве.       — Френдли фаер, — Хихикает Ким.       Казалось, что самого Чонхо это разозлит, но нет, тот тоже посмеялся вместе с Хонджуном. Сонхва же просто наблюдал за всем этим со стороны.       — Ну раз у нас там энергетики, то это точно к Ёсану, — Язвит Ким.       — Хонджун, — Нахмурившись, обращается Чхве. — Тут написано, что с последней проверки корабль уплыл… Без штурвала?..       С каждой строчкой всё становилось запутаннее и запутаннее. Сама мысль о том, что корабль уплыл без штурвала была пугающей.       — Вот это да, — Напечатлено тянет Хонджун. — Ладно, остальное пусть Ёсан проверяет. Мне надо уходить. Ёсан вам расскажет о дальнейшем плане.       — Ты на приколе? — Раздраженно фырчит Чхве. — А как же Уён?       — Он в казино, мы к нему явимся скоро, — Давит улыбку Ким. —Игнорировать меня плохая идея, а он дай бог дышит.       — То есть… Всё это время был в «Wonderland»-е?! — Возмущенно вздыхает Чхве. — Как ты вообще додумался до этого?! Какого хрена?!       — Ну вот так бывает в жизни, малой. Ладно, я пошел, — Забирая документы, Хонджун уходит.       — Куда ты, козел?! — Орёт в след уходящему Киму Чонхо.       — Похоже, дальше сами… — На выдохе говорит Пак.