Путь к счастью

Ночью Кёсем спала спокойно, а вот Кеманкеш все время смотрел на спящую женщину и думал, что будет дальше и что делать, если Султан узнает. Он боялся не за свою жизнь, а за возлюбленную, потому что узнай Мурад о том, что Кёсем ослушалась приказа, он может и казнить ее в своем гневе. Утро сменило ночь. Мужчина встал и сел на тахту рядом с кроватью. Хаджи проснулся рано и решил, что пойдет в комнату к Кёсем. Тихо пробрался по верхнему этажу таверны. Аккуратно открыл дверь. Увидел сидящего Мустафу, мужчина тоже увидел евнуха и жестом позвал к себе. Хаджи подошел и сел рядом. Он посмотрел на спящую Правительницу. – Что мы будем делать дальше, Кеманкеш Ага? – взволновано спросил евнух. – Ясное дело, Хаджи. Защищать Кёсем Султан. Мы не позволим ей быть униженной какими-то мужиками. – ответил и посмотрел на товарища воин. – Я понимаю, но мои частые отлучки могут вызвать подозрения. Я все-таки главный евнух гарема и часто нужен ночью, чтобы следить за порядком... – Не волнуйся... Я буду ездить сюда каждый вечер, а ты раз-два в неделю, потому что Султанша ценит тебя и ей нужна твоя поддержка. – эти слова Кеманкеш говорил сдерживая свои эмоции ревности. – Я тебя понял, но смотри... – евнух не договорил. – Хаджи! Я тебя понял! Хватит об этом, я не идиот, чтобы прикасаться к Валиде Султан, жить хочу! – разгневался глава янычар. Но он не стал кричать, чтобы не разбудить Султаншу. Но она проснулась и увидела недалеко от себя мужчин, которые о чем-то говорили. Евнух и воин этого не заметили. – Хаджи, Кеманкеш..? Что случилось? – спросила женщина немного приподнявшись с кровати, услышав спор. Мужчины обернулись, встали и поклонились. – Кёсем Султан... Султанша... – поприветствовали мужчины. – Я еще раз спрашиваю, что произошло? Хаджи ты тут откуда появился, тебя вчера не было? – спросила Махпейкер у евнуха. – Султанша, я еще вчера вечером вместе с Кеманкешем Агой сюда приехал. А спорить? Мы не спорили. – объяснился Хаджи. – Извините, что разбудили... Мы не хотели. – сказала Кеманкеш. Кёсем встала с кровати прикрываясь пледом. Не хотела, чтобы кто-то, а тем более двое друзей видели ее в таком виде, зная ее статус. – Султанша, я сейчас поеду во дворец, а Кеманкеш Ага поможет Вам устроиться в доме. – женщина лишь кивнула и налила воды. Опустошила стакан и сказала: – Я вас поняла, а сейчас отвернитесь, я надену плащ. – естественно Махпейкер стеснялась и смущалась. Мужчины отвернулись. Женщина подошла к кровати, на крою которой лежал плащ. Скинула плед и надев вещь застегнула ее. – Все я готова, пошлите на улицу... Кеманкеш и Хаджи обернулись. Мустафа открыл дверь и пропустил сначала Султаншу, а потом евнуха. Таверна была почти пуста, да и время было раннее, те кто остался еще спали. Поэтому они без труда вышли на улицу. Там стояли привязанные кони. Кёсем подошла к Хаджи. – Спасибо тебе... И тебе тоже, Кеманкеш. – обратилась к войну. – Если бы не вы... – Не продолжайте, не надо, я не хочу этого слышать! – остановил ее евнух. – Ох, Хаджи... Чтобы я без тебя делала... – женщина немного улыбнулась и снова обняла старого друга. Кеманкеш вновь заревновал, ему не нравились такие близкие отношения Султанши и евнуха. Он иногда думал: "Почему я не главный евнух гарема?". Но тут же отгонял эти мысли, потому что знал, что надо пережить этим бедным слугам. Хаджи обнял женщину в ответ. – Буду тебя ждать! Будь осторожнее... – Хаджи хотел сесть на коня, но снова что-то пошло не так. Кеманкеш подбежал и словил приятеля. – Хаджи, тебя нельзя одного отпускать! Ты живым не доедешь! – сказал Кеманкеш и подсадил его. – Ну извини, Ага! Я не воин, и между прочим говорил это уже. До свидания! – сказал он Кёсем, не стал говорить "Султанша", кто-то мог услышать. Она помахала ему рукой. Женщину позабавила эта ситуация, она улыбнулась. Но через пару секунд повернулась к Кеманкешу уже с без эмоциональным лицом. – Пошли, Кеманкеш, тут недалеко. – сказала она и направилась к дому. Кеманкеш последовал за ней. Через время они зашли в дом. Кёсем наконец могла осмотреть его: одна спальня с двухспальной кроватью, зал, кухня, небольшой хамам. Он был уютным и чистым. Продукты на первое время тоже были. – Кеманкеш, ты свободен. Спасибо тебе, еще раз, за помощь... – Султанша, это мой долг – защищать Вас. Даже если придется от самого Повелителя. Мужчина поклонился и ушел. Кёсем пошла в хамам и привела себя в порядок одев нормальное платье, хоть и простое. Села и стала читать. Через три с половиной часа Кеманкеш был уже в своих покоях. К нему пришел Хаджи. Закрыл двери и убедился, что их никто не услышит. – Ну, что? Все хорошо? – спросил евнух подойдя к главнокомандующему. – Да, я отвёл Султаншу, она осмотрела дом и приказала возвращаться. А ты хоть как доехал? Без проишествий? Спуститься с коня смог? – сказал Кеманкеш ухмыльнувшись. – Кеманкеш! Все нормально, не упал. – прошипел евнух. – Ладно, я пойду... Хаджи ушел, а Мустафа стал разбирать какие-то документы касаемы корпуса. ~Прошло два месяца~ Все это время Кеманкеш каждый вечер приезжал к Кёсем и оставался рядом, рано утром уезжая. Хаджи тоже приезжал, но реже. Поездки на коне первое время для него были каторгой, но потом он привык и научился нормально держаться в седле. Кёсем все еще держала злость и обиду на сына. За это он прощения не получит никогда. Дети Кёсем узнали, что она уехала в "Манису", но их удивило почему же спонтанно и не попрощавшись. Гевхерхан решила навестить ее и пошла к брату-Повелителю, чтобы сказать о решении и предупредить. За эти два месяца гнев Мурада поубавился. Но вчера ему преподнесли доказательства того, что Кёсем ни в чем невиновна. Ее печать выкрали предатели, подкупив служанку. И написали письмо от имени Кёсем Султан. Повелитель понял, что из-за гнева мало того, что поднял руку на мать, так еще и отослал в таверну, унизил ее и разбил вдребезги ее гордость(так думал он). Эти сутки Султан ни ел, ни спал. Он понимал, что Валиде говорила правду, что она против него козни не строила. Так же понимал, что женщина его не простит. Сейчас Мурад сидел за своим столом и смотрел в одну точку. В дверь постучали. – Да! – сказал он холодно, вошла Гевхерхан и поклонилась. Увидев ее, Султан постарался скрыть свое состояние. – Доброе утро, сестра! – он подошел и обнял ее. Она обняла в ответ. – Доброе, брат! Что-то случилось? – спросила, потому что увидела его состояние, когда вошла. – Нет, просто устал... У тебя как дела? – Все хорошо! Я пришла сказать, чтр уезжаю в Манису, хочу увидеть Валиде... – лицо Султана сразу помрачнело. – Что случилось, Мурад? – Гевхерхан... Валиде, она не в Манисе... – А где тогда? Может в Эдирне? – Один отрицательно покачал головой. – Что ты с ней сделал? – девушка повысила тон, так как она очень любила свою матушку и боялась потерять ее. – Гевхерхан... Только пойми меня. Мне предатели донесли, что моя Валиде хочет свергнуть меня и предоставили ложные доказательства. А буквально вчера мне сообщили, что Валиде ни в чем не виновата. Сказали, что подкупив служанку, они выкрали печать и написали письмо о моем свержении. Предатели в темнице... – все это Мураду было тяжело говорить. – Ну и? Где моя Валиде? – сдерживала себя Гевхерхан. – Сестра... – Мурад тяжело вздохнул, глаза наполнились слезами. – Я потерял рассудок тогда, был разгневан... Отправил ее работать в таверну, а когда она начала протестовать, я ударил ее. Я не знаю как, почему я это сделал... – по щеке Мурада скатилась слеза. Говорил он прерывисто. – Что? Да как ты посмел? Кто ты такой? Даже если ты Падишах, ты не в праве издеваться над женщиной! Она твоя мать! Она тебя родила! Ты хоть понимаешь, как это больно и тяжело?! Она выкормила тебя, любила, прощала все твои грехи! Подняла тебя на ноги! А ты что сделал?! ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ?! Это твоя благодарность? Ты не достоин быть сыном Кёсем Султан! Ты стал жестоким, ты тиран, который не пожалел собственную мать! У тебя больше нет сестры по имени Гевхерхан! Ты мне никто после этого! И братьев у тебя не останется, и Атике, они узнают все! Я ненавижу тебя! – эту девушку было тяжело разгневать, но сейчас она была зла настолько, насколько не была никогда. Она сильно ударила Мурада по щеке. – Заслужил! – Гевхерхан быстро направилась к дверям, на последок сказав: – Чтобы сегодня же моя Валиде была во дворце! – крикнула и вылетела. Несясь по коридорам никого не замечая, отправилась в свои покои. Мурад приложил руку и щеке. – Да! Я заслужил! Заслужил! – он ударил себя по той же щеке со всей мужской силы, так как ударил свою маму. Мужчина решил, что вернет Валиде в любом случае, а простит она его, не простит. Захочет видеть, не захочет. Это его не волновало. Он совершил самую грубую ошибку, только из-за своего гнева. Дойдя до конюшни, он сел на коня. Помчался казалось со скоростью света. И уже через два часа был на месте. Постучал в дверь. Сегодня Кёсем проснулась позже обычного. Оделась, позавтракала. Женщина уже привыкла к такой жизни. Не было ссор, гаремных интриг и всего прочего. Конечно она скучала по дворцу, но не хотела туда из-за Мурада. Позавтракав она села и стала рассматривать синяки на руках, шее и ключицах. Они с Кеманкешем и Хаджи решили, что специально сделают синяки на отрытых участках тела, чтобы все было правдоподобно. Потому что Султан мог приехать и поверить так ли она все делает в любое время. Эту идею предложил Хаджи, а Кёсем удивилась его сообразительности, потому что ни она, ни Кеманкеш до этого не догадались. Женщина убралась и села читать. Вскоре она услышала стук в дверь. Удивилась, ведь сегодня она никого не ждала. Решила одеть маску измученной и поникший. Подошла к двери, стук повторился. Махпейкер открыла дверь и увидела перед собой Мурада...