sheps and 366

Правило 1: никогда не играйте в «Я никогда не…» Олег выпил шестую стопку на вопросе «у меня никогда не было секса втроём.» Правило 2: не участвуйте пьяным в спорах. — Я не буду этого делать. — сам Олег сопротивлялся затее. Шестое чувство притихло, не горя красной меткой «Sos» перед глазами. Странно. — Тебе слабо? Поглядите только! — Старый знакомый обернулся на улюлюкающую толпу. Звуки смешались в кокофонию выкриков, неуверенных протестов и в подкидывающее дров в костер: «Давай!», «Ну же!» и «Наливайте ещё.» Тяжёлый вздох. — Ладно. — Компания загалдела ещё больше, а парень, предложивший идею, пожал с Шепсом руки. Медиум чувствовал чужой восторг, как детское ребячество. Кто-то разбил их рукопожатие. — Я ещё не сдался, так что не радуйся. — Шепчет, осаживая чужой триумф. — Всё выбираю я. Отказы не принимаются! — Олега, кажись, не услышали, либо не поняли его слова. Списали на пьяный бред. Но зато резво под нос сунули рюмку с водкой: едкий запах. Одновременно отрезвляет на секунду, одновременно запах опьяняет. Он на автомате выпил, признавая всю ситуацию. Одним словом. «Пиздец.» Правило 3: никогда не напивайтесь до такого состояния, чтоб на утро вы многое не помнили. Посиделки длились до раннего утра. Олег очень утомился за это время, хотя не удивительно: Шепс активно расталкивал толпу зевак, подбираясь к алкоголю, пока остальные разговаривали, зажимались либо танцевали. Выпил он однозначно больше всех. Зато ехал в свою квартиру в предвкушающем настроении завтрашнего дня. Проснулся он в два часа дня от вибрации под ухом. Сонно открывая глаза и просматривая сообщение от того самого «старого знакомого», он очнулся полностью. Хз Со Съемок Просыпвйся спящая красиваица!

11:26

Юля, просыпайся*

11:26

Да блять, бля*!

11:27

Отвертеться не получится, Олежкаа!!!

11:30

Про спор не забывай))

13:17

Шепс

Проснулся я.

14:03

Откидывая телефон, он зарывается рукой в волосы и воет от безысходности. Какой черт его тянул согласиться на это? Отсыпался бы себе спокойно сейчас. До часов четырех. Но нет, блять. Он знал, что это плохая идея, но не чувствовал.

***

Дима разминает затекшую от непрерывного сидения в позе креветки — часа три — спину, снимая маску. Встаёт открыть окно, ибо в студии было слишком душно: у прошлого клиента жёстко воняли носки. Матвеев думал, он задохнётся. Делая лёгкую зарядку, он чуть не сложился пополам: поясница так заныла, что возникли мысли, что ему не двадцать пять, а все сорок. — Димочка! — Чья-то светлая макушка появляется в дверях быстрее, чем Дима успел бы надышаться свежим воздухом. — Лина, я не пойду в Пятёрочку. — Вообще-то, задание другое. Прими ещё одного клиента, а? — Ее своеобразный для многих стиль одежды выделял из толпы. Девушка была интересной. Работая с ней уже пару лет, Матвеев успел ее изучить. Они были похожи, хотя и очень разные. В этом весь парадокс. — Ты издеваешься? — убирая руки из волос, простанывает Дима. Смотрит на хлопающие глазки. — Ты издеваешься. — Там клиент очень хочет именно тебя, — Матвеев громко усмехается. На его усмешку Лина закатывает глаза. — Как мастера, извращенец. Я ему эскиз сделала, полностью доволен. Хочет набить прям щас. — Может, ты сама? — посматривая на ручные часы, он молча вздыхает. Он бы потянул ещё сеанса два, но та-ак не хочет. — Скажи, не знаю, я заболел. Горло ужасно болит! — Сипло покашливая в кулак, он играет мученика. — Кури меньше, во-первых, во-вторых от горла мед с чесноком и молоком, во, — она показывает палец вверх — в-третьих, я такое набить не смогу. Еле душа в теле эскиз ему нарисовала. Не мое, знаешь же. — И Дима знает. Специфика Лины: сахарная, розово-сладкая хрень. Что-то простое, но со смыслом. Девиз Лины: «Все гениальное просто.» Несмотря на ее не всегда нежный вид, ей нравится рисовать такое. Специфика Димы: мрачность, дьяволы, и подобное. У него у самого забиты рукава, шея и на ней цифры «366». Ещё и волосы в черный покрашены. Ещё и чернокнижник. Но он не кусается. Почти. Лина протягивает ему эскиз в файле, и он присвистывает. Ветвящаяся симметричная с двух сторон зарисовка в форме галочки, своеобразные и острые линии, сплетающиеся на центре в надпись из пяти букв: «sheps». — Пока рисовала, он два раза на перекур уходил. — Место какое? — как будто не услышав Лину, Дима мысленно соглашается набить. Раз пришли именно к нему, не развернуть же клиента и отправить домой? Хотя, он мог и записаться. Так было бы легче. Не особо он любит клиентов без записи. Но, походу тут дело срочное. Но и рисунок ему по душе. — И размер? — На всю шею. В принципе, с контуром сегодня можно справиться за часа полтора. Надпись можно забить и на другом сеансе. Он даже может успеть приготовить нормальный ужин, а не заказывать доставку либо питаться полуфабрикатами. Не то чтобы ему не вкусно и он жалуется, но вкусной домашней еды тоже хочется. Вообще-то, Дима даже готовить умеет. — Зови его. — Лина кивает, улыбается и выходит за клиентом. Дима кряхтит по старчески, стараясь размять шею со спиной. Не дай Бог его застанут в таких позах, подумают, в него бес вселился. Обработав руки антисептиком и подстелив одноразовую простынь на кушетку, он зажигает длинную свечу. При каждом сеансе он так делает: помогает сконцентрироваться, что-ли. Да и приятно пахнет. Запах лёгкий, ненавязчивый, при этом запоминается сразу же. Возможно, из-за этого у него появляются постоянные любители забиться? Клиент появляется в дверном проёме, и Диму сразу охватывает неизвестное чувство. Дрожь пробирает, а на загривке волосы дыбом встали. На вид, высокий (ростом с Диму, возможно чуть выше или ниже, не поймёшь) и в очень неплохой форме парень. В черной водолазке, которая подчеркивает широкие плечи и сидит как влитая. В джинсах и берцах. Он сразу располагает к себе. Например, своими глазами. Серыми. И веет от него, сильной аурой, что-ли? Мужской, и властной. Дима от такого даже сглатывает. Не хотел бы он связываться с таким, тот его одним взглядом с землёй сравняет. Олег застывает в проходе, оглядывая мастера. Привлекательный. Цепко выхватывает глазами детали. Рассматривает множество татуировок. Только сухие факты всплывали в разуме. Никакой лишней воды. Шепс всегда такой: больше дела, меньше слов. Оттого и вся его работа качественная. — Заходи, располагайся. Я не кусаюсь. — Дима отшучивается и ведёт себя дружелюбно. — Здравствуйте. — Ровным голосом говорит Шепс — он как будто ласкает Диме слух, одновременно пугая —, медленно подходя к Матвееву и рассматривая помещение. Неяркая красная подсветка, куча разных картин на стенах и на потолке. Олегу они нравятся, но для него слишком готично. И ощущение, будто он в Преисподней. — Первая татуировка? Многие перед ней волнуются, не переживай. — Матвеев кивает на кушетку, а Олег видит на ней эскиз. Берет в руки и оценивает. — Более менее нормально… — Что? Вам не понравился эскиз? — А? — Шепс даже не поднимает на татуировщика взгляда. — Понравился. Я просто татуировку на спор бью, мастера и эскиз выбирал не я. «Он оценил эскиз, или меня тоже?» — Получается, все выбирал… — С которым у меня был спор. — Я бы не сделал так никогда! Не считаю, что в татуировках обязательно должен быть смысл, но потом с этим всю жизнь жить. — Их всегда можно свести. — И потратить больше, чем ты заплатишь за набивание. Олег лишь брови вскидывает. — Я сам разберусь. Спасибо за совет. — хрен угадаешь, он благодарит за чистую душу или саркастично. Дима губы в ухмылке косит. Дерзкий, прямолинейный. Возможно, просто стресс перед первым тату, многие с ним по разному справляются. Помнится, на практике Лины ей попалась клиентка, которая выразительно, громко рассказывала всевозможные стихи Пушкина на всю студии. Остальные мастера тихо пребывали в ахуе, когда та затыкалась. Засыпала пару раз, но пробуждалась от жужжания машинки и пошло поехало по кругу. Лина думала, она семь кругов ада проходила. — Сколько лет тебе вообще? Младше восемнадцати не беру. — Ухмыляясь, решает подшутить с каким-то подтекстом Дима. Ему всегда нравится работать и делать татуировки в дружеской атмосфере. Он всегда ловил одинаковую волну со своими клиентами. — Мне двадцать четыре. — Фыркая в ответ, спокойно произнес Шепс. «Почти ровесник, интересно.» — Зовут тебя как? — Дима берет файл с эксизом и ножницы. — Олег. Олег Шепс. — Так ты младший брат Александра Шепса? Раздевайся. — Шепс иронично повел бровью на такое высказывание, пока Дима как ни в чем не бывало вырезал. Олег вообще умеет нормально разговаривать, а не вкидывать обрывистые фразы, кивать и многозначительно смотреть? Как та самая девушка, делающая намеки парню, ей Богу. — На шее же татуировка. — Ага. — Олег безразлично вздохнул. Он привык, что его знают благодаря своему брату. Вообще-то, он медиум не хуже старшего, но, так уж и быть, устал он доказывать что-то. Снимая черную водолазку, он убирает ее на стул рядом. Дима переводит вырезанный рисунок на шею, сказав Олегу запрокинуть голову. Острый кадык и идеально вычерченные ключицы, на которые взгляд непроизвольно соскочил. Он одного вида, как Олег сглатывает и у него дёргается кадык, Дима думает, что пора бы ему и потрахаться. Думать о всяких неприличных вещах в такой ситуации… Непрофессионально. — С размером нормально? Все устраивает? Можешь встать посмотреть в зеркало. — Шепс молча поднимается, подходит к зеркалу в полный рост и крутит головой в стороны. Он заметил в отражении, как на него откровенно палит мастер. Его взгляд скользит по мускулистой спине и… ниже. Прочистив горло, Олег ложится обратно на кушетку. — Нравится все? Толщина линий, не больше не меньше? Ему лишь в ответ кивают. — Это нравится? Шепс закатывает глаза. Опять кивок. Дима чувствует, что замучится с ним.