Бог разрушения

Ты приставил пистолет

К моей голове

Я закрываю глаза

И я умерла

— Ты же так и не нашёл ещё одного пропавшего ребёнка, — проговорил Киняева. — Потому что, его никто не убивал. Давай, избавься от них. — передав пистолет двойнику Евы, приказал Дмитрий. — Что? — переспросил девушка, посмотрев на Киняева. — Пожалуйста, я не хочу этого делать. — каким-то образом мужчине все же удалось заставить ее сделать это, и Ева направилась к незнакомым ей ребятам, направляя на них пистолет. Лейман, собрав все силы, что у неё были, выбила оружие из рук девушки и отбросила её в сторону. Девушка метнулась к пистолету, валяющемуся недалеко от неё, и только она хотела его схватить, как раздался до боли знакомый голос. — Вы сломали мне жизнь! — яростно проговорил мужчина. — Нет… — Лейман как холодной водой окатил, её бросило в дрожь. Выпрямившись, она увидела Настю, ту самую рыжую бунтарку, стоявшую сейчас с автоматом в руках и стрелявшую в пустоту. Пуля попала Насте в голову, та медленно сползла по стене, оставляя за собой кровавый след. Мадышева наблюдала за собственной смертью, прячась за Гореловым. — Настя! — беспомощно кричал Лёша, пытаясь дотянуться до девушки. Схватив автомат, который выронила рыжеволосая, парень стал стрелять в убийцу своей любимой девушки. Но, когда пули закончились, к Лёше подошёл Костенко и выстрелил ему также в голову. Горелов смотрел и не верил своим глазам, неужели он уже умирал. — Хватит! — прокричала Ева, хватаясь за голову, стараясь прогнать Киняева из своего сознания, чтобы тот перестал управлять ей. Она стала скулила как подбитая собака, упав на землю и больно ударившись коленями. Она молилась, чтобы это поскорее закончилось. Но она знала, что пока Киняева снова не покажет каждую смерть друзей, он её просто так не отпустит. Затем появился Гоша, парень который всю поездку умолял ребят вернутся в Москву. Он набросился на Костенко с палкой, давая шанс другим спастись. Костенко схватил нож и дважды ударил им Гошу, парень опустился на колени, а затем упал лицом вниз, переставая дышать. Петрищев, сидевший в засаде на крыше фургона, видел через прицел собственную смерть, уже вторую. Парень пытался унять нарастающий страх внутри, но ничего не выходило. В голове крутилась лишь одна мысль «зачем он поехал с ними тогда?» Аня не успела спастись, она навсегда осталась в образе той, кто спас им жизнь и дал шанс хоть что-то изменить. Пуля попала в левую лопатку, раздробила кость и вышла насквозь под правой ключицей. Девушка была уже мертва, когда упала на потресканный кафель. Антонова, прячась за Пашей, проливала слезы, желая также как и Ева, чтобы это поскорее закончилось. Следующим стал Паша — вожак, который по случайности потерял своих друзей, но дал Еве шанс снова их увидеть живыми, но только уже в другой жизни. Пуля попала ему в левый висок, раздробила кость и прошла на вылет. Тело парня с грохотом упало на дно бассейна. Вершинин смотрел и ужасался. Теперь он понял, все что говорила Ева про Костенко — чистая правда, что он действительно убил их всех. — Смотри, ведь это ты их всех убила! — улыбаясь, кричал Киняев, делая девушке ещё больнее. Ева смогла схватить валявшийся рядом пистолет, но поднять его и выстрелить она не могла. Не хватало сил. На весь бассейн раздался душераздирающий крик девушки, которая молила Киняева прекратить весь этот ад. Ребята стояли и смотрели на умирающую Еву, не в силах ей помочь справиться с этой болью. Сергей не верил, что он мог в своей жизни убить ни в чем невинных детей. Сзади Ева услышала чьи-то тихие шаги, потом почувствовала, что кто-то присел сзади её, затем ощутила чужие объятия и шёпот Сорокина, который она не могла разобрать. — Вы сломали мне жизнь! — послышался голос над головой. Лейман быстро подняла голову и встретилась взглядом с Костенко, приставившим пистолет к её голове. Лицо мужчины стало приобретать другие черты, и вскоре вместо Сергея перед брюнеткой стояла Лиза, точнее она сама. — Знай: никто их не спасёт, если ты их не спасешь; знай: никто его не убьет, если ты его не убьешь.— зашептал Виталий, улыбаясь чеширским котом. Злость накрыла Еву с головой, девушка вскинула руку с пистолетом, направляя на Лизу. Сорокин накрыл её указательный палец своим и помог ей нажать на курок. Прозвучал выстрел, фантом растворился, и Киняев повалился на землю. Поднявшись, на трясущихся ногах и со слезами на щеках, Ева шатаясь стала подходить к Киняеву, держа его на прицеле. — Что ж ты делаешь, Ева? — тяжело дыша, начал Киняев, когда увидел направленное в его сторону оружие. — Ты ж убьешь меня! И, глядя ему прямо в глаза, Лейман совершенно спокойно проговорила: — А я и хочу тебя убить. Хочу, чтобы такого урода, как ты, никогда больше не было на свете! — Не получится. — растянув улыбку, прошептал мужчина. Сбоку послышался шорох, медленно повернув голову в сторону, Лейман заметила в тени кудрявую голову и поблескивающие злые глаза. — Так убей же его скорей! Сколько раз увидишь его, столько раз его и убей! — проговорил инженер прямо на ухо девушке, но кроме Евы его никто не видел и не слышал. Сорокина стал выходить из тени, но вместо него не свет вышла та самая овчарка. Собака, шаркая лапами, стала приближаться к девушке, начиная рычать, будто пытаясь сказать ей что-то. Рука Евы предательски стала трястись, мысли стали расплываться, а ноги подкосились. Схватившись за голову и запустив пятерню в волосы, Лейман стала трясти головой, пытаясь рассеять туман внутри. Из глаз хлынули слезы, девушка что-то шептал неразборчивое. Тело и разум Лейман принадлежали сейчас Зоне, Сорокину, но только не самой Еве. Он взял свое. Выпрямившись и наставив пистолет на Киняева, девушка выстрелила в него дважды. Лейман выпустила пистолет из рук и тот упал на землю. Когда она обернулась к ребятам лицом, те заметили, что у нее закрыты глаза. Ничего не говоря, Лейман направилась в другую комнату, оставляя всех в полной тишине. Собака, прорычав, направилась за хозяйкой, перебирая лапами по старому разбитому кафелю. Ребята бросились за ней, желая остановил подругу и привести её в чувства. Ева на дрожащих ногах подбежала к Дмитрию, пытаясь унять текущие слезы. Опустившись на колени перед телом Киняева, девушка разрыдалась в голос. Она приподняла мужчину, и положив его голову себе на плечо, стала умолять его открыть глаза. Она смотрела на него сверху вниз, как в тот день смотрела на мёртвого Пашу. Сергей поднявшись на ноги и вытащив из-за пазухи запасной пистолет, направился к девушке. Заметив, что кто-то к ней подошел, Ева подняла заплаканные глаза и увидела Костенко, наставившего на неё оружие. Брюнетка уже ждала, что он в неё выстрелит, но мужчина, убрав пистолет, протянул ей руку. — Я хочу помочь. — проговорил Сергей, бросив быстрый взгляд на мёртвое тело Киняева. Сомневаясь в доверии к Костенко, Ева, отпустив мёртвого Дмитрия, все же вложила свою ладонь в его руку. — Сергей! — прокричал, вбежавший Паша. — Её ни где нет! — Как? — переспросил мужчина, подходя к ребятам. — Вы хорошо осмотрели комнату? — Там нет дверей и запасного выхода, — начала дрожащим голосом, стоявшая поодаль от всех, Ева. — Она никак не могла уйти из комнаты.

И если ты уйдёшь, я не закрою дверь…