Выпьем в последний раз и завяжу

Каждый долбаный день как один Рутина стягивает удавками А я снова бегу впереди Пытаясь дышать, перепрыгивая палки </i> Говорят, перед смертью не надышишься, но, что есть сама смерть? Ведь у всех разные определения и понятия. Лично для меня - пустота, безгранично темная, обволакивающая тебя и уносящая в какое то небытие. Как часто мы слышим английское сочетание «дед инсайд»- это живые трупы? Да, возможно умереть, когда твоя биологическая жизнь так тщетно желает течь дальше. Можно задать вопрос, «если все так плохо, и ты мертв, почему же тебе не шагнуть до конца в эту пропасть?» у всех найдутся разные ответы, которые зачастую будут лишь отговорками, во имя непризнания собственной трусости и биологически заложенного потайного желания жить. «Двухлетняя депрессия» сказал один неплохой исполнитель, именно эти два слова описывают происходящие жизни таких людей. Ты привыкаешь, это так же заложено биологически, перестаешь акцентировать внимание на собственных нездоровостях, начиная романтизировать рутинный быт. Все мы- романтики, которые настолько устали, что нашли вход лишь в глупом романтизме, который подразумевает собой какую-либо, все равно, трагедию. Я снова наливаю себе еще одну стопку Думая, как бы укутаться в плед Хочется закрыться в подсобке И пережить весь головной бред Где мои чувства, и те все пропИла И я запиваю опять Может в какой-то вселенной, Есть дубликат пути Кто-то заблудший пытается карабкаться там в перипетии Ощущая любовь каждой клеточкой Ведь только она служит спасительной веточкой Но, я не верю в это, Продолжая искать хоть что-то в своем стакане с чем то