Покинутые среди гвоздик

Просмотр этого видео с ног на голову перевернул всё, на чём строился мир Мучи последние несколько недель. Заразившись тревожной атмосферой, что сопровождала этот видеоролик от первой до последней минуты, Мучи судорожно искал свой телефон. Ему нужно было срочно позвонить Хигучи, увидеть её, услышать, понять, что она всё ещё жива и то, что она сказала в начале, действительно было шуткой. Отыскав телефон, он тут же звонит Хигучи в быстром наборе, это не трудно. Трудно было выдерживать все те скрипящие гудки и следом за ними роботизированным голосом сказанное: "Абонент временно не доступен, вы можете оставить голосовое сообщение после звукового сигнала". Мучи показалось, что ужаснее этого он ничего в своей жизни не слышал. Сейчас нельзя придаваться панике. Мучи стирает слёзы с глаз, которые он и сам не заметил, как у него пошли, и снова берёт ноутбук в руки. Дилюк когда-то ещё в допросной оставил Мучи свой номер на случай, если он что-то вспомнит. Мучи делает копию всех файлов флешки к себе на устройство и извлекает её, а затем набирает номер, собрав всю решимость в кулак. Номер, что он знал на память, номер, что он множество раз прокручивал в голове и не решался сдаться. Сейчас эта флешка заставила его решиться. Пока гудки продолжают тянуться, Мучи перестаёт дышать. Наконец-то, трубку снимают. — Капитан Дилюк, отдел полиции, — раздаётся с той стороны. — Капитан, это Мучи, школьный совет, расследование, — голос Мучи предательски дрожит, и он зачем-то упоминает всё связанное с собой. — Что-то случилось? — голос на том конце сделался слегка удивлённым, но в большей степени стал ещё серьёзнее. И вот тут уже началась проблема: Мучи то и дело открывал рот, но не мог заставить себя сказать или не знал, как о таком вообще говорить. — Что-то срочное? Если это розыгрыш, не тратьте моё время, я отключаюсь, — отрезает Дилюк и Мучи так распаниковался, что тут же крикнул: — Нет! — после чего понижает голос и почему-то начинает мямлить. — Ну, то есть. Может быть вы можете дать мне ваш адрес электронной почты? — прежде, чем Дилюк ответил отрицательно, он добавляет. — Это важно. Касается дела. Дилюк молчит несколько минут и Мучи уже думал, что он просто сбросит вызов, но нет. — Я отправил, на этот номер. Если это всё, то я отключаюсь, — и не успел Мучи ничего сказать, как вызов действительно был сброшен. Проверив свой телефон, он действительно увидел там сообщение с почтой. Не долго думая, он переносит его на ноутбук и отправляет все файлы, которые успел сохранить, и свой адрес. Хотя он знает, что Дилюк его и так знает, но он считает, что это вполне ясный намёк, где его искать. Мучи знал, что он придёт, и знал, что скорее всего это будет последнее, что Мучи когда-либо делал в своей жизни, зато самое смелое. Он открывает одно единственное окно, приглашая и устраивается на своей кровати, принимаясь ждать. Они точно бы гордились им. За это не жаль и умереть. Вернувшись из больницы, Раярэ не может найти себе места, он ощущает полное отсутствие контроля над ситуацией. И это жутко нервирует. Он даже не знает, за что взяться и где вообще копать. Ноль информации. Ноль зацепок. И ноль идей, где их брать. В общей сумме выходит ноль. Может Коё и Нацу всё-таки правы? Стоило этой мысли прийти в голову, как Раярэ разозлился с новой силой — Чёрта с два они правы! Раярэ напрягал голову, думал, думал. Он перебирал варианты, пытался найти логику. Кьюш. Кьюш на сто процентов был нечистый. Как это доказать? Камеры. Было бы хорошо сейчас порыть школьные камеры, только вот доступ к ним он вряд ли сможет получить. Или сможет? Телефон в его руке оказался быстрее, чем он успел про это подумать. — Насилие, можешь взломать для меня парочку камер? —Ого, — Насилие по ту сторону звучит рассеянно, наверное, он не ожидал. — Ты же вроде против такого. — Сейчас нет выбора. — Окей, какие камеры? Что ты узнал? — Пока ничего, но пытаюсь. Школьные. — Серьёзно думаешь там что-то найти? — А какие ещё варианты? Сидеть сложа руки? — Ладно-ладно, не кипятись. Школьные камеры я уже давно взломал. Эти камеры такие, что даже пятилетке их под силу оседлать. Я скину тебе доступ. Раярэ сбрасывает вызов и запускает свой компьютер. Всего пять минут спустя ему действительно приходит доступ. Раярэ даже забыл, что осуждает это и не поддерживает. Он не знал, что конкретно ищет, но просматривал все записи с 31 августа. В целом, ничего подозрительного. Ничего, кроме несколько раз выходящего из будки охранника человека в капюшоне. Проблема только в том, что записи только те, где он выходит, и ни одной, где заходит. Очевидно, что их почистили. Последней такой записи было всего несколько часов. Раярэ начал всматриваться в записи остальных камер за этот день более тщательно. И таки нашёл за что зацепиться. Хигучи. Она единственная не выходила из кабинета совета, но потом очень хорошая склейка — и кабинет уже пустой. Ни одной записи, как она покидает кабинет. Раярэ напрягается и отправляет свои догадки в их чат с Насилием и Винсент, но больше ничего он не находит. Окей, слабое, но доказательство, можно попробовать блефовать. Телефон, который он не так давно отшвырнул, снова оказывается в его руках. Школьный чат, номер Кьюша. Вызов. Телефон начинает вибрировать. Кьюш закатывает глаза, почему сегодня его номер пользуется такой популярностью? На экране неизвестный, но он всё равно берёт трубку, просто потому что в большинстве случаев Кьюш не имеет привычки сохранять номера. Кроме некоторых случаев. Сняв трубку, Кьюш ничего не говорит, ожидая, пока человек на линии заговорит первым. Долго ждать не приходится. — Ало, Кьюш? Это Раярэ, — признать, звонка от Раярэ Кьюш никак не ожидал и тем не менее. — Да, что случилось? — он не старался быть дружелюбным, но по крайней мере вежливым, хотя, учитывая их с Раярэ натянутые отношения, мог не делать и этого. — Кое-что, — Кьюш слышал колебание в голосе Раярэ и чувствовал нетерпение. Раярэ продолжил. — Такое дело, мне пришла идея проверить школьные камеры. Странно, что мы до этого раньше не додумались, правда? — он мямлил и это начинало действовать на нервы. — Ну? И я тут при чём? В трубке телефона слышен выдох, кажется, Раярэ, наконец-то, берёт себя в руки. — Ну, скажем так, я знаю, что ты имеешь прямое отношение к тому, что происходит. — Ну да, как и все мы, — Кьюш понимал, что у Раярэ ничего не может на него быть, хоть он и удивился, но голос его не дрогнул. — Ведь мы расследуем это дело. — Кончай притворяться, мне удалось частично восстановить записи, которые ты стёр, — Раярэ волновался, хоть и говорил уверенно. А вдруг блеф не сработает? А если Кьюш его раскусит? А если Раярэ ошибся? — Да? И что же ты тогда звонишь мне, а не капитану полиции? — в голосе Кьюша звучала насмешка, даже если Раярэ говорит правду, в чём Кьюш пока сомневался, ему нельзя подавать виду. — Хочу выпытать у тебя подробности. Что вы сделали с Хигучи? — это был козырь Раярэ. На самом деле он даже не знал, кто это "вы". Но он знал, что что-то не так. И дальше остаётся только плясать от своих догадок. — Она жива? Говори мне правду, я знаю больше, чем ты думаешь. — Ого, это слишком серьёзные обвинения, а ты всё-таки сидишь тут, вместо того чтоб идти в полицию? Ты ничего от меня не услышишь. Я не при делах, парень. — О, тогда мне идти в полицию? Хорошо, тогда можешь ждать гостей сегодня, друг. В двери квартиры Кьюша кто-то стучит. От неожиданности он даже вздрагивает. Неужели Раярэ и правда что-то там нашёл? И так быстро всё произошло? Бред, ну ладно, хочет послушать немного лора? Пусть. Кьюш закрывает крышку ноутбука, но вызов Раярэ не сбрасывает, только отключает у себя возможность слышать его и кладет телефон в карман. — Что ты замолчал? Ало? Ало! — тем не менее, когда Раярэ слышит звук открывающейся двери и голос Кьюша, то сам стихает. — А, это ты, проходи, — что-то случилось? Зачем это он пришёл? Кьюш немного настораживается. Вместо приветствия второй человек задает вопрос: — Ты стёр записи? — Кьюш кивает. В голове он держит, что не сбросил вызов с Раярэ, думая, что это полиция, а сейчас не может отключится, не вызвав подозрений. Кьюш вздыхает. Они оба располагаются на диване в гостиной. Кьюш для себя уже всё решил. — Слушай внимательно, — он делает паузу, прежде чем продолжить. Эти слова были адресованы Раярэ, но он подал их таким образом, чтобы второй человек ничего не заподозрил. — Я знаю, что ты собираешься убить меня, возможно, даже в ближайшее время. Ведь я, можно сказать, единственный свидетель всего, что вы сделали. Но прежде, чем ты это сделаешь, — Кьюш улыбается, опасно, по-злому, он ходит по тонкому льду и ему искренне приносит удовольствие то чувство медленно сводящего с ума безумие, которое сейчас вместо крови растекается по его венам. — Я должен предупредить тебя, что моя смерть будет означать раскрытие всех ваших карт. Моя жизнь — гарант молчания. Моя смерть — гарант срока в тюрьме для вас, — когда Кьюш заметил, что его хотят перебить, он поднял руку в воздух. — Дай мне закончить. Всё-всё, что вы сделали от дня линейки, смерти Хуа, резни в ночь и до убийства Хигучи, находится у меня в отложенной отправке прямо на почту капитана полиции, и, если в какой-то из дней я почему-то не смогу отменить отправку, вам конец, — Кьюш слишком театрально изображает сочувствие, а затем его губы снова медленно расползаются в ехидной улыбке. Его рука в кармане. Он надеется, что держит её на правильной кнопке — "сброс до заводских настроек". Кьюш прикрывает глаза. Три. Два. Один. Одновременно с выстрелом он нажимает кнопку. Надо же, не больно. По лбу Кьюша тонкой струйкой начинает стекать горячая кровь. Одними губами он только проговаривает: "удачи". Прежде, чем ощутить, как сознание медленно уплывает от него, тело расслабляется. До того, как ему становится больно, он перестаёт чувствовать что-либо вовсе. Расслабленная улыбка на его устах вводит Нацу в бешенство. — Чёртов ублюдок, думаешь обыграл нас? Может в следующей жизни будет тебе уроком: думать прежде, чем сказать. Нацу замахнулся, чтобы ударить по безжизненному телу, только вот нежелание пачкать руки в его крови остудило пыл. Натянув резиновые перчатки, Нацуки вытаскивает пулю из черепушки Кьюша и, завернув в пакетик, прячет себе в карман. Обыскав его карманы, он находит телефон. Затем обходит дом в поисках другой техники. В спальне обнаруживается ноутбук. Нацуки как раз собирается открыть его, как слышит стук в дверь. — Блять. Осмотрев комнату, Нацу понимает, что другого выхода нет: придётся позаимствовать приём своего старого друга и сбежать через окно. Вместе с ноутбуком и телефоном, разумеется. Как раз в момент, когда он уже на подоконнике, Нацу слышит, что дверь начинают выбивать. Срочный вызов. Перепуганный школьник. Адрес потенциального места преступления. Сейчас это дело приоритет. Дилюк как раз собирался сесть за файлы, отправленные Мучи, как поступил этот звонок. Слишком много продвижений в деле появляется внезапно. Не к добру это. Тем не менее Дилюк хотел лично присутствовать при каждом этапе расследования, поэтому, сообщив коллегам о вызове, сам отправился на место преступления. На случай, если сведения оказались бы неверными, Дилюк постучал. Ответа не последовало — дверь была выбита. При осмотре квартиры был найден мёртвый подросток. Никаких следов борьбы или сопротивления, а сам подросток выглядел умиротворённо. Если бы нигде не было бы орудия убийства, Дилюк бы подумал, что это самоубийство. Так же обнаружилось открытое окно, видимо, в него улизнул преступник. Дилюк отдал приказ обыскать район. Сам же вернулся в участок. Раярэ слушал диалог от и до. И, слава Богу, додумался записать его, хоть и не сразу. Фактически, этим звонком Кьюш во всём сознался, только вот своих союзников не раскрыл всё равно. Последнее чего ожидал Раярэ, так это то, что Кьюша застрелят прямо сейчас. Тем не менее выстрел был последним, что слышал Раярэ, после чего вызов сбросился. Не задумываясь, Раярэ срочно звонит в полицию. Он только что стал свидетелем убийства, и кто знает, как скоро может стать следующей мишенью. Сразу после вызова полиции, он сначала думал позвонить друзьям, но, решив, что шок был слишком сильным, чтобы передать его по телефону, он в чём было поспешил в больницу, пока приёмное время не кончилось. Винсент и Насилие, что снова находились в одной палате, не ожидали увидеть Раярэ второй раз за день. Он ещё и был какой-то перепуганный. Винсент было собиралась отпустить саркастичную шутку на этот счёт, но вовремя была остановлена Насилием. Раярэ занял ближайший к двери стул и долго молчал. Насилие и Винсент молчали вместе с ним. Насилие уже подумал, что он совсем ничего не скажет. В прочем, Раярэ пока и не собирался говорить. Вместо этого он включил им запись телефонного звонка. Несколько минут они в полной тишине слушали монолог Кьюша. А потом, прямо на месте выстрела, запись обрывается. Наконец-то, Раярэ находит силы поднять глаза. Он хотел оценить реакцию своих друзей. Винсент выглядела задумчиво. Насилие же шокировано. — Он был нашей единственной зацепкой, — говорит Раярэ. — Погоди.. — начал было Насилие, но ему понадобилось время, чтобы продолжить. — В смысле Хигучи мертва? — Возможно, она знала больше положенного, — пожимает плечами Винсент, похоже, всё это её не слишком-то и впечатлило. А, может, она просто держит лицо. Видя своих друзей такими, берёт на себя бремя спокойной и сильной. — Что же нам делать дальше? — на этот вопрос, пожалуй, ни у кого из них не было ответа. Раярэ хотел поделиться находкой с остальными членами совета, но откуда ему знать, что это не кто-то из них? Как он может быть уверен? А если он своими руками покажет тому человеку, кого ему стоит навестить под покровом ночи? От таких мыслей Раярэ пробирал мороз по спине. Родители Нацу снова были в длительной командировке, так что, успешно улизнув с места преступления, он вернулся домой. Конечно, дома он был не один. — ....Ну, и короче, я убил его, — заканчивает свой рассказ Нацуки. — Ты что идиот? Совсем потерял страх? Второе за день. Давай ещё Мучи убьём. Чувак, может ты больше будешь думать перед своими поступками? — это была явно не та реакция, которой ожидал Нацуки и он своё недовольство утаивать не стал. — Ты меня вообще не слушаешь? Он собирал на нас компромат и собирался сдать копам. У меня не было выбора! На, лучше проверь его телефон, — Нацу кинул телефон в сторону своего собеседника, а сам занялся ноутбуком. На проверку телефона потребовалось меньше минуты. — Он пустой. Кьюш сбросил телефон. Как ты теперь собираешься отменить ту бомбу, что направил на нас, убив его? — Я ещё не осмотрел его ноутбук, чё, ты сразу ныть начинаешь? — Если что, это угрожает нам с тобой в одинаковой мере. Нацу закатывает глаза и принимает тактику игнорирования. Он возится с ноутбуком какое-то время прежде, чем расслабленно откинуть его. — Он блефовал. Файлы действительно были, но, похоже, что он их не успел отправить. Что ты на меня так смотришь? Думаешь, что я плохо проверил? Ну, давай, продемонстрируй свои навыки. Когда, ещё несколько раз проверив ноутбук, они ничего не нашли, оба расслабились. — Кстати, а вот проведать Мучи — это неплохая идея. Как насчёт заняться этим? — Но давай обойдёмся без убийств в этот раз. Нацу пожал плечами. Так как Му Цина уже выписали, ему пришлось вернуться домой. С того момента он по возможности избегал контакта с мамой, чтобы не выслушивать нравоучения. Сидя в своей комнате, он безучастно рисовал что-то в своём скетчбуке, мысленно находясь очень далеко отсюда. Мусора в голове насобиралось достаточно, а времени всё это разложить по полочкам у него не было. Он думал обо всём, что произошло за последние пару дней. И уже было начал задумываться, чтобы купить билет лотерейный, ведь то, что он остался жив, — чудо, не иначе. То, какой разбитой была Кое, очень сильно влияло на Му Цина. Больнее всего на свете ему было видеть её в таком состоянии. Если даже она задумалась, то какие у него вообще есть шансы в этой профессии? Может попросить маму перевести его в обычную школу? Ему чертовски не нравилось быть одного мнения с Нацу. Стоило только на секунду подумать о маме, как она тут как тут, появилась на пороге его комнаты. Открыв дверь, будто с ноги, мама ураганом подлетает к Му Цину, сидящему за столом. В её руках телефон. И она тут же не церемонясь тыкает его экраном в лицо Му Цину. — Ты его знаешь? Когда мама отодвинула телефон на нормальное расстояние, Му Цин увидел фотографию до боли знакомого парня и неуверенно кивнул. — Отлично, я устрою ему счастливую жизнь. — Мама, что..? — Му Цину не дают договорить. — Этот мелкий... В общем, это его рук дело, — мама абстрактно указывает на всего Му Цина. И от этих слов остатки мира ещё больше разрушаются. Нет, это был не его поклонник. Над ним просто издевались, а он, как идиот, до последнего оправдывал его в своей голове. Видя, как эта информация повлияла на её сына, женщина немного смягчается. — Всё равно тебе незачем привлекать таких невнимательных людей. Я собираюсь позвонить его родителям. — Мама, не надо, умоляю. — Что значит "не надо"? Его действия чуть не убили тебя, если что. Му Цин искренне не хотел, чтобы его мама вмешивалась, он считал, это ниже своего достоинства, и ощущал, что это его ещё больше опозорит. Все будут смеяться над ним. Чуть что — сразу к маме. Му Цин чувствовал: он на грани истерики. — Мам, пожалуйста, можно я сам разберусь? — голос его дрожа, но он старался держать себя в руках. — Сам ты уже наразбирался и в больнице оказался. Ну, уж нет, лучше я. К тому же они нам ещё и компенсацию должны. — Мама.. — Не мамкай, я тебя прошу, раньше надо было. После этих слов его мать ушла, по всей видимости, звонить родителям. Вернулась она через 15 минут невероятно разозлённая. — Какие родители таков и их мелкий ублюдок. Более наглых людей я ещё не слышала. — Что они сказали? — Вкратце, что это не их дело и они ничего не обязаны. Если я хочу чего-то, то должна напрямую их сыну звонить. — Надеюсь, ты не собираешься.. — Конечно, собираюсь. Если родители не научили, то я научу. — Мама.. — Что мама? Что мама? — Можно мне самому разобраться? Выдержав минуту в молчании, его мама наконец согласилась — Ой, делай что хочешь, но чтоб я этого, как его там, зовут? Больше на пороге не видела никогда. — Нацуки его зовут. Хорошо, мам. Мафиози пришла в себя всего пару часов назад. Сейчас на неё действовали какие-то обезболивающие, так что она не чувствовала никакой боли. Тем не менее неспокойно она себя ощущала. Когда ей сказали, что она определённое время пролежала без сознания, она сначала не поверила, но дата сегодняшнего числа всё ставила на место. Ох, сколько же теперь, наверное, придётся разгребать работы. Ей ещё и прописали постельный режим. Благодаря Яну, она знала о всех событиях, что она пропустила, пока была без сознания. Вроде как, она пропустила не слишком много всего. Так как ей был запрещён доступ даже к телефону, она попросила Яна от её аккаунта написать поддерживающий и мотивирующий текст под её диктовку. Правда на это сообщение она получила только радостные ответы от того, что она пришла в сознание. Мафиози надеялась, что все они со временем поправятся. Ведь время лечит, правда же? Правда? Мафиози видела, как блестят от беспокойства глаза Яна, и каким уставшим он был от того, что беспрерывно сидел у её постели. Она пыталась выпроводить его домой, но с тех пор, как она пришла в сознание, Ян не собирался оставлять её ни на секунду. — Хочешь я тебе что-нибудь почитаю? — Ты не голодна? — Может ты замёрзла? — Давай я тебе чаю принесу? Мафиози было не привычно видеть Яна таким беспокойным. Неужели её травма так сильно впечатлила его? Ей бы не хотелось, чтобы он переживал из-за неё. Да и, как бы она не любила Яна, такая гиперопека немного действовала на нервы. — Ян, я в порядке, расслабься, пожалуйста, и отдохни. Правда Ян совсем не слушал, а Мафиози не могла ничего поделать, наверное, случись подобное с ним, она бы вела себя точно так же. Ян понимал, что чувствует Мафиози, и он ни в коем случае не хотел добавлять ей хлопот, но ничего не мог с собой поделать. Кажется, он пока не достаточно крутой, чтобы справится со своими эмоциями. Он боялся остаться наедине с собой и оставить одну Мафиози. — Бали.. Можно я ещё немного с тобой посижу? А потом сразу уйду, обещаю, — он звучал так, будто был бездомным щенком, и говорил не словами, а скулежом. Ну и как Мафиози должна была ему отказать? — Конечно, только не долго, тебе ведь завтра на занятия. — Я не пойду, я приду сюда. Мафиози строго посмотрела на него, крайне недовольная таким решением. Под гнётом такого взгляда Ян мгновенно сменил мнение или, проще говоря, "переобулся". — Ладно-ладно, схожу на уроки, а потом к тебе, — конечно, нет. Они оба понимали, что это ложь, но Мафиози позволила ему думать, что он обманул её. Ну, по крайней мере, он отдохнёт дома, пока будет для неё изображать, что учится. — Так-то лучше. И не забывай, что, пока мы с Кевином на больничном, в совете ты главный. Я доверяю тебе все дела, но, если что, обращайся за помощью. Ян кивает. — Не напрягайся разговорами, я со всем справлюсь, — обещает он. Теперь очередь Мафиози кивнуть. Вдвоём они ещё молчат какое-то время, пока в палату не заходит медсестра для проверки. Ян поднимается со своего места и неловко топчется на месте. — Ну, я пойду тогда, пока. — До завтра. В одной палате с Юрой Стася чувствовала, будто её карают за все возможные грехи. Нет, она любила своего друга, но не 24 часа в сутки рядом с собой. Кто же знал, что его защитный механизм(шутки) не отключается, пока рядом есть хоть один человек. Кстати говоря, в том споре он ей проиграл. Обзвонил все контакты, достал всех ближайших пациентов, но никто так и не рассмеялся с этого тупорылого анекдота. Потеряв достоинство, Юра гордо сообщил, что проиграл всего лишь битву, а не целую войну. Вот с этого момента и началось разглагольствования всего, чего люди обычно в туалете читают, беспрерывно. Стася пожалела, что умеет слышать. — Слушай, у тебя в голове что, бесконечно этого мусора? — Для тебя нисколько не жалко, дорогая подруга. — Да ты просто издеваешься надо мной, признайся. — Верно, надо же как-то косарь проёбаный окупать. — Да не нужен мне твой косарь, только в тишине дай хоть пять минут полежать. — О, правда не нужен? Супер. — Ну, слава Богу. Правда тишина не долго длилась, ровно пять минут, как по часам. А потом Юра опять начал говорить с кем-то по телефону. Видимо, от Стаси фитбэка ждать устал. Всем своим видом показывая раздражение, Стася преувеличенно отвернулась к стене и накрыла голову подушкой. Кто разрешил ему телефоном пользоваться, ну, пожалуйста. Юра боялся. Боялся остаться в тишине даже на минуту. А если сейчас снова его попробуют убить? С таким животным страхом он сталкивается впервые и единственный возможный способ его избегания, что приходил ему в голову — это непрестанное извергание потока мыслей. Не прекращать говорить. Да, так он будет точно уверен, что жив. Да и он не хотел, чтобы другие за него переживали. Пусть лучше Стася от него испытывает раздражение, чем обеспокоенность и волнение. Он не мог позволить себе заставлять других о себе беспокоиться. Мучи сидел неподвижно. Он не знал, сколько точно прошло времени прежде, чем он, наконец-то, явился. Может час. Или два. Или пять. Он медленно поднимает взгляд. Теперь он видит. Как вообще он мог принимать этого человека за другого? Мучи ничего не говорит, пока он устраивается на подоконнике. Ему лишь нужно тянуть время. Он оставил дверь в свою квартиру открытой и заранее невзначай упомянул капитану не стучать в дверь. — Кьюш покидает наши ряды, — первым говорить начинает этот человек. Мучи не реагирует. — Теперь то, что делал он, должен будешь делать ты. — Я не хочу. Этот человек смеётся. — Я разве спрашивал, хочешь ли ты? Я сказал "будешь". — Ты ведь не Ода, так? Вместо ответа он спрыгивает с подоконника и проходит вглубь комнаты, приближаясь к месту, где сидел Мучи. Хотя всё же говорит. — Ха, конечно нет. — Он жив? — Это глупый вопрос. Как бы он умер так реалистично, если бы не умер на самом деле? — Ты обманывал меня. — Нет, просто не исправлял. Хочешь угадать, кто под маской? — Нацуки? — Прямо в яблочко! — радостно заявляет Нацу, наконец снимая капюшон и маску. — Если бы я хоть раз видел тебя стоящим, сразу бы понял, что ты не он. — Верно, — улыбка Нацуки выглядела дико, словно он хищное животное, а Мучи его беспомощная добыча. Ему хотелось сжаться в комочек и спрятаться, но нужно продержаться. Хотя бы до прихода капитана Дилюка. — Именно поэтому я всегда сидел. — Но как..? — Как я провернул фокус с голосом? Ох, всё просто, детка, нейросети сейчас могут что угодно сделать, — он хлопает в ладоши — Так, вернёмся к делу. Я тебе очень не советую перечить мне, окей? Будь послушным, — Мучи молчал, тогда Нацу продолжил: — Знаешь, как Кьюш лишился должности? — Как? — О, он умер. Я его убил, потому что он был крысой, но ты ведь не такой, верно? — Нацу говорил это тоном, словно пытался убедить ребёнка не капризничать. У Мучи шли мурашки от того, насколько же мрачно это выглядело. — Кстати, хочу, чтобы ты узнал от меня, твою подружку я тоже убил за слишком длинный нос, или язык... — Нацу изобразил задумчивость. — А в прочем и то и то подойдёт. До Мучи не сразу дошло, о чём говорит Нацу. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы сообразить. Хигучи. Она знала, что умрёт, знала и была готова к этому. Только вот Мучи готов не был. После смерти Оды она единственное, что у него оставалось. Единственный луч надежды в этом проклятом мире. И Нацуки посмел погасить его своим вонючим ботинком. Только вот Нацуки скорее всего хотел другого эффекта. Он продолжил. — Так что не хочешь кончить как они все — не вставай у меня на пути. Только вот Нацуки своими же руками только что придал Мучи смелости это сделать. А что ему уже терять в этом мире? Единственные люди, ради которых он продолжал жить, мертвы. Чувство вины от него никуда не денется, пока он не умрёт. Так что его ещё держит в этом мире? Время. Ему нужно ещё немного времени. Где же этот чёртов капитан ходит. — Ты сошёл с ума? — спрашивает Мучи. — О чём ты говоришь? Я в своём уме. — Не похоже, что это так. Да и выглядишь ты как псих, — Мучи хочет его спровоцировать, хочет заставить его убить себя. — Я смотрю, ты неожиданно осмелел. Хочешь вслед за подружкой отправится или за...? — Мучи не дал ему закончить, демонстративно поднявшись и направившись из кухни прочь. Увести от окна. Нацу естественно увязался за ним. — В какую игру ты собираешься со мной играть? — Я был заинтересован в сотрудничестве с тобой, только пока думал, что ты это он. Но теперь это теряет для меня всякий смысл, так что проваливай. — Ты меня совсем не слушал, когда я говорил, что случается, если ты отрекаешься? — И что? Что ты сделаешь? Убьёшь меня? Да у тебя кишка тонка. Просмотр скинутых материалов однозначно произвел на Дилюка впечатление. Учитывая, что это всё выяснила школьница, их отделению должно стать стыдно. Тем не менее теперь многие вещи встают на места. В голове пазл постепенно складывается в полную картинку. А потом ему на почту приходит ещё один файл от Кьюша. Того самого, что был сегодня застрелен в собственной квартире. И эти файлы дают полное подтверждение догадок Хигучи и прибавляют к ним ещё одного человека — Мучи. Вот теперь-то пазл точно сложился в полную картину. Значит, сейчас они едут на задержание двух серийных преступников и одного соучастника. Исходя из подсказки, что оставил Мучи, Нацуки им стоит искать у него дома, а второго человека у себя. В общем, он решает ехать к Мучи один, а команду отправляет к другому человеку. Дорога к дому Мучи почему-то тянулась до невероятного. Хоть бы не опоздать. Поднявшись на нужный этаж, Дилюк встаёт к двери и прислушивается. Тишина. Опоздал? Он еле слышно открывает дверь в квартиру и медленно проходит внутрь. Первым делом осматривает спальню, никого там не обнаружив, он движется дальше. Кухня. Картина, что он видит, не заставляет его ни секунды колебаться. — Руки вверх, вы арестованы. Вы имеете право хранить молчание. Всё, что вы скажете, может быть и будет использовано против вас в суде. Вы имеете право на присутствие адвоката во время допроса. Если вы не можете оплатить услуги адвоката, то он будет предоставлен вам государством. Ваши права вам понятны?