Ист-Грейвс

      Обескураженный страстью Кевина, Эндрю вернулся в палату и застал своего горячего-соседа-которому-он-нравится лежащим на кровати и обнимающим себя за плечи. Поза эмбриона — попытка защититься. Вздрагивающие плечи — признак слёз. Миньярд мысленно проклял лестницу и, забравшись к Нилу, сел на матрас, подогнув под себя ноги. Кажется, Джостен даже не заметил этого наглого вторжения на частную территорию, поэтому Эндрю протяжно вздохнул и боднул его головой меж лопаток. От неожиданности Нил вскрикнул и оглянулся, впериваясь огромными заплаканными глазами в лицо Эндрю. — Золтан. — привычно произнёс Эндрю, едва не закатывая глаза — он недолюбливал личность Джостена, из-за которой тот ревёт, как не в себя, и горстями пожирает грёбаный арахис. — Почему ты плачешь? — Элиот. — он шмыгнул носом. — Он ушёл… — Что значит «ушёл»? — Ну… он… он соединился с Нилом… Элиота больше нет! — Золтан закрыл лицо руками. Эндрю застыл, обрабатывая полученную информацию. «Соединился»… Соединился? То есть, теперь Нил и Элиот — одна личность?       Золтан уложил голову ему на колени и стал постепенно успокаиваться лишь тогда, когда Эндрю неловко провёл рукой по его спутанным волосам. — Я буду скучать по нему. — Я тоже. — признался Миньярд, вспомнив, как карапуз счастливо заулыбался слюнявым ртом, в который пытался сунуть ногу, в неописуемом экстазе запустил обслюнявленные пальцы ему в волосы, едва ли не выдирая их, и облизал ему щёку широким языком. Вспомнил, как Элиот слюнявил и перебирал светлые пряди, брал их в рот, пробуя на вкус. Вспомнил, как Элиот «жевал» его руки — прикусывал несильно, но вполне ощутимо: указательный палец, ребро и мякоть ладони, предплечье сквозь эластичную повязку, локоть и чуть выше. — Я тоже буду скучать.       Золтан затих на его коленях и уснул, уступая штурвал Джостену. Заворочавшись, Нил затылком улёгся Эндрю на колени и открыл уставшие глаза. — Привет. — он сонно улыбнулся, мягко взял Миньярда за левую руку и вернул его изящные бледные пальцы в копну своих волос. — Что стало с Элиотом? — с места в карьер. Эндрю не хотел бы оттягивать этот разговор. Разом сорвать пластырь будет легче, чем колупать его края. — Я был на приёме у доктора Грейс. Она предложила опробовать экспериментальный метод лечения моего расстройства.       Моя Грейси? Ставит эксперименты? — Расскажи подробнее. — Этот метод — слияние альтер-личностей. Он безопасен. Я не буду принимать лекарства, мне не будут ставить уколы или капельницы. Но я стану сильнее. Всё оказалось так просто, знаешь? — Нил усмехнулся. — Личность, с которой я буду сливаться, всего лишь должна быть похожа на меня чем-нибудь, и успех обеспечен. Представляешь? — Нил глянул на него и мягко накрыл пальцами руку Эндрю, соскользнувшую с волос. — Я буду один здесь. — он обвёл тело рукой. — Оно будет лишь моим… — Эндрю услышал в его голосе мечтательность. — Мы с Монти говорили об этом. О слиянии, я имею в виду. — выдыхает Нил, прикрывая сонные глаза и потираясь щекой о тыльную сторону правой кисти Эндрю. — И пришли к выводу, что мы с Элиотом похожи. Да и нужно же было с чего-то начать. Монти подумал, можно попробовать с Элиотом. — Нил-деловая-колбаса-Джостен поёрзал затылком на коленях Эндрю и ткнулся затылком ему в пах. Миньярд вздрогнул, но запрет на прикосновение с его губ не сорвался. — Вы с Элиотом? Похожи? — с сомнением спросил Миньярд. — Ему нет и года, о какой похожести можно говорить?.. — Нам обоим нравится засыпать рядом с тобой. — отозвался Нил, стрельнув в него сексуальным кошачьим взглядом. — Так безопаснее. И приятнее. И мы любим жевать твои волосы, пока ты спишь. — Так вот почему у меня по утрам причёска, словно меня стадо коров облизало! — вспыхнул Эндрю, приглаживая волосы. — Ну… прости? — неловко пробормотал Нил.       Миньярд вскинул руку, призывая к тишине. Он упёрся руками в матрас на уровне плеч Нила, сильно ссутулился, чуть наклонившись к нему, и раздельно спросил: — Что такое «слияние»? — Объединение нескольких альтер-личностей в одну. — Хорошо… — Эндрю отлепил левую руку от матраса и пробежался пальцами по затылку, взъерошивая короткие светлые волосы и разгоняя мурашки стресса. — Причины слияния? В смысле, почему вы решились? — Ты. Мы хотели попробовать из-за тебя. — с готовностью отвечает Нил и садится напротив. — Ты ему понравился. В смысле, им — Элиоту и Монти. — Джостен тепло улыбается. — Элиот ещё слишком маленький, чтобы говорить, но ему нравилось, когда ты держал его на руках и обнимал… Я просто произнёс твоё имя и протянул ему руки, и он заполз мне на колени и прижался всем тельцем… Я закрыл глаза, обнимая его, а когда открыл, он уже был частью меня. — Джостен вздохнул и прислушался к внутреннему голосу: — Монти говорит, твоя неловкость придаёт тебе шарм… Теперь нас меньше, и, соединившись с Элиотом, я стал сильнее. — Но почему я — причина? — Ты мне нравишься. — Нил ласково улыбается. — И я хочу видеться с тобой. Благодаря Элиоту я буду приходить немного чаще. Если ты захочешь меня видеть, у меня будет больше шансов добраться до пятна. Я приду, если произнесёшь моё имя. — Дурак. — выдыхает Миньярд дрожащим голосом. — Это «хорошо»? — Это «ты невыносим». — отзывается Эндрю. Нил не ведётся, потому что научился видеть его буквально насквозь, когда он пытается врать. — Что это за пятно, про которое ты говоришь? — Круг света, — туманно начинает Нил, — …это как луч единственного прожектора, направленный в центр сцены. Все альтер-личности бродят во мраке или сидят на одном из семи стульев, которые ближе всех к свету. На стульях сидят сильные. Но когда они уходят, другие могут встать на пятно или занять их место ненадолго. — И кто эти сильные альтер-личности? — Робби, Монти, я, Натаниэль, Золтан, Феликс и Стивен. Но, как ты знаешь, чаще приходим я, Робби и Монти. Золтан, Феликс и Стивен чуть слабее, поэтому появляются редко. Остальные пятнадцать — слабые — выходят на свет, когда появляется возможность. — А один из вас мог бы задержаться надолго? — спрашивает Эндрю, кусая губы. — Насколько, например? — Неделя. Месяц. Год. — Миньярд нервно сглатывает. Вспоминает слова Грейси: «Ты был там три часа, и Натаниэль ни разу не проявил агрессию.» Робби смог продержаться три часа. Может, смог бы и дольше? Может, и Нил смог бы?..       Нил долго не отвечает, снова укладывается Эндрю на колени, потом возвращается к теме, которую они обсуждали раньше — причины слияния. — А ещё дело в Натаниэле. — нехотя произносит Нил. — Это ведь его тело. Натаниэль… он, — Нил зарывается пальцами в волосы, протяжно вздыхает, — он приходит, когда хочет. Он появляется редко, но, когда это происходит, страдают все. Он всем заправляет, и мне это не нравится. И Монти тоже. Натаниэль сильнее любого из нас, он вредит другим личностям, заставляет делать всякое… Он издевается над нами. Я хочу сразиться с ним и победить, чтобы остаться единственным хозяином.       Нил Джостен начинает борьбу за власть?.. Король будет недоволен. Грядёт Смутное время. — Я как подумаю, что было бы, если б не я тогда узнал о слиянии от доктора Грейс, а Натаниэль… — Нил поёжился. — Он заставил бы мальчиков стать его частью, и тогда ни у кого не было бы шанса…       Эндрю шумно сглотнул. — Ты продолжишь начатое? Слияние, я имею в виду. — Да. Если я заручусь поддержкой большинства личностей, то вместе мы сможем вытеснить его. А если не вытеснить, то хотя бы отлучить от пятна, удержать. — Но? — Мы такие разные… — Нил тяжело вздохнул и взлохматил волосы. — Это будет непросто. — Всё получится. — подбодрил его Миньярд. — У всех вас наверняка будет что-то общее. — Я даже знаю, что. — Джостен смущенно улыбается, имея в виду Эндрю. — С Монти вы точно поладите, так ведь? — Миньярд пытается подбодрить его. — Да, но я не хочу становиться с ним единым целым. — замотал головой Нил. — Я хочу, чтобы он и дальше был рядом со мной. Хочу делиться с ним тем, что меня тревожит, обсуждать всякое. — Но он будет рядом, Нил. Он никуда не уйдёт.       Нил подорвался с его колен. — Нет, ты не понимаешь! Это совсем другое! — горячо затараторил Джостен. — Как же объяснить?.. — он взлохматил волосы, убирая назад спадавшую на глаза чёлку, и запутался пальцами в шевелюре. — После слияния они исчезают… они перестают быть альтер-личностями, понимаешь? Во мне остаются только их привычки, а голоса и мысли умолкают навсегда.       Эндрю это не понравилось, очень не понравилось. Если всё так, как говорит Нил, то он потеряет Робби и Стивена. А Эндрю не хочет их терять.       Когда он заговорил, голос предательски дрожал от подступающих слёз. — Нил, ты мог бы не соединяться с Робби и Стиви? — У меня не получится — Робби сильнее меня, и он вряд ли согласится соединяться, ведь в таком случае он не сможет сам говорить с тобой. Робби никогда не откажется от тебя. А Стивен… Я даже не смогу узнать его мнение по поводу слияния, ты же знаешь, он… — Я не об этом. — оборвал его Миньярд. — Просто… не поступай так с ними, ладно? — Не буду. — твёрдо сказал Нил, кивая.       Они сидели в тишине уже несколько минут, не притрагиваясь друг к другу и к самим себе, — словно были каменными статуями, заколдованными Медузой Горгоной. Миньярд ощущал напряжение, повисшее в воздухе — его можно было ножом резать. Обстановку необходимо разрядить. — Итак, раз вы с Элиотом теперь один человек с привычками двоих, — задумчиво начал Эндрю, — значит ли это, что теперь ты будешь пытаться засунуть ногу в рот и пробовать есть мои волосы? — он испытующе посмотрел на Джостена. Тот прыснул от смеха и подался к нему, роняя на матрас. — О, нет! Что я делаю! — наигранно испуганно восклицал он, наклоняясь к Эндрю. Нил упёрся предплечьями по обе стороны шеи Эндрю, замер у виска Миньярда, щекоча ухо тёплым дыханием. — Можно? — его вопрос был таким тихим, что Эндрю едва его расслышал. Он повернул голову, нос к носу столкнулся с Нилом и выдохнул ему в губы уверенное «да». Джостен нежно улыбнулся, мелко кивнул и обнял губами короткую прядку волос над ухом Миньярда, оставляя на коже смазанный поцелуй и продолжая традицию облизывания его волос.