Сосредоточение власти

Если нашёл своё Люби это жертвенно, безответственно Наплевать на боль и последствия Неоправданно, опроменчиво Будто самую лучшую женщину Aikko — если нашёл своё

      День за днём проходили однообразно. Девушка прочитала все книги, в перерывах делая записи или просто рисуя на выданных ей листах бумаги. Каждый вечер Арту навещал Аято, они подолгу разговаривали друг с другом, иногда к ним заглядывала Аяка, что делало беседу ещё оживлённее. — Кисть, которую ты мне дал, заметно отличается от всех, которыми я пользовалась за всю свою жизнь. — Одна из традиций клана Камисато – ручки всех кистей обёрнуты железом, придавая ей вес. С помощью этого ты получаешь контроль над кончиком кисти. — Я заметила, что писать ей легче, чем чертить, — Арта опустила взгляд на лист, лежащий на котацу рядом с ней. — Возьми это и переверни.       На этом листе был нарисован Аято, хотя из-за множества маленьких клякс и разной толщины линий портрет был больше похож на карикатуру. — Как я вижу, кисти твоих рук наконец-то окрепли, — сказал он, продолжая смотреть на рисунок. — Кажется, это было создано на следующий день после того, как ты разбила чашку.       Комиссар ещё в тот день знал, что если бы у Арты действительно болели руки, она бы не попросила письменные принадлежности. А засохшая на листе бумаги тушь лишь подтвердила его мысли. — Может быть, прогуляемся? — эту фразу девушка произнесла, когда заметила, что её партнёр о чём-то глубоко задумался. — Хорошо. Мне как раз есть, о чём тебе рассказать. — Мне передали, что завтра вечером твой старший брат будет сопровождать матушку в храм. — Можно я схожу с ними? — Тебе не нужно спрашивать у меня разрешения. Если хочешь выйти за пределы имения Камисато – оповести любого человека, работающего здесь.       Это был лучший день за последние две недели. Арте становилось больно, когда она осознавала, что за всё время, проведённое в имении Камисато, она ни разу не захотела вернуться в Тэнсюкаку, где ей было довольно одиноко. Но никто не гарантировал, что их с Аято любовь будет вечной.       Точки невозврата девушка достигла, когда утром осознала, что этой ночью видела эротический сон с Аято в главной роли. Арта застыдилась собственных мыслей. В голове отпечатался образ обнажённого комиссара Ясиро, который создало её воображение.       А настоящий господин Камисато несколько часов назад, заглянув в её комнату, смотрел, как его возлюбленная крепко обнимает одеяло и улыбается.       В полдень юная госпожа Микоси впервые за долгое время решила прогуляться по городу, чтобы избавить свою голову от дурных мыслей. — Казура, я так рада, что могу вновь гулять по Инадзуме, — говорила она в лесу Тиндзю. — Я рад, что вы здоровы, — телохранитель улыбнулся. — Ваше исчезновение очень сильно нас напугало. — Ты не знаешь, как идёт расследование? — Господин Камисато работает совместно с досином Хэйдзо из комиссии Тэнрё. — Сиканоин Хэйдзо? — спросила Арта. — Да, именно он. — Говорят, что он очень способный. — Это действительно так.       Как только госпожа Микоси ступила в город, каждый, кого она встречала по дороге в Тэнсюкаку, приветливо улыбался и говорил, что рад её видеть.       Девушка и её телохранитель остановились у дома, где произошло нападение — дома, где жили родители. В связи с расследованием им запретили покидать Инадзуму. — Казура, можешь позвать мою матушку? — попросила она. — Да, конечно.       Из дома вышел отец Арты и гневно взглянул на дочь. Он явно был пьян, это выдавали его глаза. — Здравствуй, позор клана Микоси, — бывший глава клана начал разговор. — Вот вышла бы ты замуж, ни у кого бы не было проблем. Я не могу покинуть эту страну из-за приказа сёгуна, Гэндзиро вынужден спасать наш клан от ложных обвинений, Гэнитиро работает на твоём месте, а ты у нас счастливо ходишь по улице? — Отец, я хочу увидеть маму, — грозно сказала девушка. — Хива плохо себя чувствует, — ответил он с такой же серьёзностью. — Ты только убьёшь её своим присутствием.       Арта взглянула на телохранителя, который стоял со сжатыми в кулак ладонями. — Казура, освободи для меня дорогу, — громко произнесла младшая дочь клана Микоси, скрестив руки на груди.       Ниндзя сдвинул господина Микоси с места, освободив госпоже путь в дом. Девушка забежала в комнату матери, где та лежала на футоне и плакала. — Матушка, это я, Арта, — она встала около футона. — Я жива и здорова, видишь? — Дочь... — говорила Хива, подняв глаза. — Как я рада тебя видеть... — Я тоже.       Девушка вытерла платком слёзы матери, а после крепко обняла её. — Послезавтра твой день рождения. Как ты планируешь отпраздновать? — спросила она. — Я об этом пока что не думала.       Девушка пообещала матери, что вместе с Гэнитиро будет сопровождать её в храм, а после отправилась к Её Превосходительству. — Добрый день, Ваше Превосходительство, — госпожа Микоси вошла в резиденцию. — Приветствую, Арта. Как твоё здоровье? — Я в порядке, благодарю вас за помощь. — Твой старший брат будет заменять тебя ещё месяц. Он выразил огромное желание взять на себя твои обязанности, поэтому можешь отдыхать. — Можно Вас попросить дать моей матери разрешение на выезд из Инадзумы? Я ручаюсь за то, что она не имеет отношения к делу. — ...       После посещения резиденции Её Превосходительства Арта зашла к себе домой, забрала пару кистей и отправилась к брату. — Здравствуй, сестрёнка! — он заметил её силуэт, когда она была около полицейского участка. — Ты выглядишь намного лучше. — Спасибо, брат. Матушка уже нас ждёт.       По пути в храм Хива затронула нелюбимую тему Арты: замужество. — Гэндзиро сказал вашему отцу, что нашёл для Арты несколько мужчин, за которых выгоднее всего выходить замуж по расчёту. — Ни один из них мне не понравился, — сказала девушка, скрестив руки на груди. — Но рано или поздно всё же придётся решить, — парировала женщина. — Я переживаю, что в тот момент, когда ты это осознаешь, выбора не останется. — Матушка, у меня прекрасная работа, которая позволит мне оставаться в достатке до конца дней. Вы действительно считаете, что я не смогу прожить жизнь без мужчины? — Арта сделала тяжёлый вдох и продолжила. — Разве вы не хотите сейчас покинуть Инадзуму и спокойно отдохнуть в Фонтейне? — Ты невероятно проницательна, дочь. — Я получила разрешение от сёгуна на выезд из Инадзумы для Вас, матушка. — Что ты сделала? — переспросил Гэнитиро. — Мой слуга должен был уже договориться, что завтра Вы отправитесь в Ли Юэ, чтобы спокойно попасть в Фонтейн через порт Люмидус.       Арта, по просьбе матери, вытянула гадальную палочку и отдала её Гэндо Ринго. Гэнитиро и Хива замерли в ожидании предсказания. —— Растущее счастье —— Дни, когда стоит облачная погода, улучшают расположение духа. Работа идёт гладко, и даже во время дневного сна в голову приходят хорошие идеи. Неожиданно вы найдёте новые темы для разговора со старыми друзьями... —— Каждый день наполнен радостью и весельем —— Ваш счастливый предмет дня: яркая фиалковая дыня. Людям часто нравится, когда внешность совпадает с внутренним содержанием. Однако под яркой внешней оболочкой фиалковой дыни скрывается скромная и сладкая начинка.       Юная госпожа Микоси смяла гадальную бирку, резко подняла взгляд на Священную сакуру, а после посмотрела на членов семьи. Ей вспомнилось, что очень давно они таким же составом ходили в храм.       Сразу после посещения святилища девушка попрощалась с матерью и братом и вернулась в имение Камисато, чтобы встретиться с комиссаром.       В доме были слышны голоса. Арта сразу поняла, что брат и сестра Камисато трапезничают, поэтому тихонько отправилась к своей комнате. — Добрый вечер, госпожа Арта, — сказал Тома, очутившийся у девушки за спиной. — Не желаете поужинать вместе с господином и госпожой? — Нет, — обернувшись, произнесла она. — Принеси мой ужин в комнату.       Тома слегка расстроился, но не подал виду, вместо этого бесприкословно выполнил просьбу гостьи.       Арта вдохнула прекрасный аромат рагу Конды. Она очень любила это блюдо, и даже пожалела, что отказалась трапезничать за одним столом с Аято и Аякой. «Это блюдо вкуснее, когда рядом с тобой хорошие люди», — когда-то говорил Гэнитиро.       Через час девушка отправилась в кабинет комиссара, чтобы кое-что обсудить. — Добрый вечер, господин Камисато, — она поклонилась. — Здравствуй, госпожа Микоси, — он оторвал взгляд от бумаг. — Тебя уже уведомили, что вы приглашены на то самое мероприятие, которое мы обсуждали не так давно? — Нет. Спасибо, что сообщил. — Аяка завтра отправляется в Фонтейн к госпоже Тиори, чтобы приобрести наряд, — сказал Аято, посмотрев на Арту. — Переживаешь? — Конечно. Она впервые в жизни покидает Инадзуму. С ней отправятся Тома и несколько ребят из Сюмацубан, но я всё равно волнуюсь. — Моя мама завтра отправляется туда же. Думаю, что она не будет против помочь Аяке и Томе не заблудиться в Кур-де-Фонтейне. — Разве членам клана Микоси не запретили покидать Инадзуму? — Я уже решила эту проблему. Её Превосходительство дала мне разрешение. — Я всегда восхищаюсь тем, как ты спокойно говоришь о проблемах, — улыбнулся Аято. — Любой другой человек ни за что не пошёл бы к Архонту, чтобы его родственник смог нарушить запрет. — Я всего лишь делаю всё, что в моих силах. — Я приставлю к твоей матери несколько человек в охрану, — он заметил улыбку на лице партнёрши. — Ты изначально пришла за этим, да? — Ты абсолютно прав.

***

      Утром Аято и Арта встретились на причале Рито, провожая родных. — Всё будет в порядке, — сказала девушка взволнованной матери. — Ты в безопасности, поверь мне.       Через полчаса господин Камисато и юная госпожа Микоси смотрели, как судно быстро отдаляется от берега. — Какие у тебя планы на день? — спросила она. — Сейчас мне нужно в комиссию Тэнрё, потом ещё несколько встреч... — он достал из рукава длинный список. — Я буду дома довольно поздно, но очень хотел бы поужинать вместе с тобой. — Я подожду тебя. — А ты чем займёшься? — Мне нужно забрать из дома кое-какие вещи.       Аято и Арта вместе шли от Рито до Тэнсюкаку. В Ханамидзаке комиссар Ясиро приобрёл им двоим по стакану молочного чая, а юная госпожа Камисато старалась не смотреть в его сторону, чтобы не показывать смущения.       Вечером они встретились за ужином. Глава клана Камисато временно уменьшил количество прислуги, дав каждому человеку несколько выходных, поэтому девушка нашла в себе смелость попросить повара покинуть кухню, чтобы она смогла приготовить ужин. — Что у нас сегодня на ужин? — спрашивал Аято, смотря на незнакомые блюда. — Креветки в соусе карри и пухленевые профитроли, — сказала Арта, наблюдая за тем, как Аято приступает к еде.       Наблюдая за возлюбленным, девушка сама забывала, что её тарелка всё ещё полна. — Кстати, Ясиро занимается организацией мероприятия для чиновников? — спросила она, подхватывая профитроль палочками. — Да, но Тэнрё составляет списки приглашённых. Ты скоро получишь свой пригласительный. — Мой брат Гэндзиро тоже будет приглашён? — Зависит от того, с какой скоростью проходит расследование, а это зависит лишь от настроения досина Хэйдзо. Если твой брат окажется причастным, то его арестуют, назначение титула главы клана будет пересмотрено Её Превосходительством. — Я не знала, что так возможно. — Титул может достаться либо тебе, либо Гэнитиро. И самое интересное в этом то, что клан Микоси является вассалом клана Кудзё, и в худшем случае комиссия Тэнрё опять потерпит неудачу. — Я бы хотела, чтобы главой клана стал Гэнитиро. Он замечательный человек, у которого скоро появится семья. Ради такого можно и личные амбиции поместить на второй план, — улыбалась Арта. — Глава клана тоже оставляет личные амбиции позади, — с грустью в голосе сказал Аято. — Даже когда решены текущие проблемы, ещё предстоит избежать опасностей в будущем.

***

      Арта открывает глаза. Наступил её день рождения. Девушка медленно встаёт с кровати, выходит из комнаты и ощущает очень приятный аромат. Аято стоял у стола, ожидая именинницу. — С днём рождения, Арта, — с улыбкой на лице произнёс он и заключил девушку в объятия. — Спасибо, Аято, — сказала она, понимая, что за благодарностью последует его поцелуй.       Позавтракав, Аято отлучился по делам, Арта надела розовое платье из модного дома Тиори. В этот момент постучался Казура и сообщил, что в ближайший час девушку придут поздравлять люди из сёгуната.       Один из знакомых ей окудзумэсю через пятнадцать минут стоял у дверей. — Госпожа Микоси, вам подарок и самые наилучшие пожелания от Её Превосходительства Наруками Огосё, — говорил он, вручая. — Слава сёгуну и Её вечному правлению, — отвечала она.       Под прочной упаковкой находились два изящных клинка тёмно-фиолетового цвета с электро мицудомоэ на рукояти. Они выглядели в сотни раз лучше, чем те, которые сейчас использует девушка.       Подарки от кланов Кудзё и Хийраги Арта решала не рассматривать, а от Камисато вскрыла сразу. Внутри коробки лежала пара нежно-голубых шёлковых перчаток, веер, на котором изображена Священная сакура, и рядом лежала пара золотых кандзаси. — Казура, я хочу прогуляться, — сказала она. — Если принесут ещё подарки, поблагодари от моего имени. — Да, госпожа.       Девушка впервые зашла в чайный дом «Коморэ». Таромару радостно вилял хвостом, пока именинница пила чай. Как и подобается знаменитому клану, сорт чая был изысканным и оставлял приятное послевкусие. Арта припомнилось, что во время учёбы существовало лишь три напитка, которые были ей по карману: чай, кофе и самое дешёвое вино.       Она встретила Гэндзиро, когда шла в сторону Тэнсюкаку. — Здравствуй, сестра. От имени всего клана Микоси я поздравляю тебя с днём рождения, — сказал он, поклонившись и вручив подарок. — Я бы предпочла личное поздравление от каждого. Разве глава клана не может такое организовать? — дразнила его сестра, тонко намекая на ссору своих братьев. — Шучу. Ты на такое не способен.       К подарку был аккуратно прикреплён конверт с приглашением, о котором говорил господин Камисато. — «Те» люди будут там? — Не сомневайся. — Тогда, сразу после праздника я объявлю тебе своё решение по поводу брака. Надеюсь, ты позволишь мне провести время с каждым кандидатом? — спросила она, хитро улыбнувшись. — Конечно, — ответил ей брат. — Я сделаю всё так, чтобы ты смогла провести достаточно времени. — Ты не видел Гэнитиро? — Аои стоит в своём магазинчике, можешь спросить у неё. — Хорошо, — старшая дочь клана Микоси направилась к выходу. — Спасибо, братец.       Аои, как обычно, находилась на своём рабочем месте и торговала. — Здравствуй, Аои, — сказала Арта, взмахнув рукой. — Добрый день, — Аои мило улыбнулась. — С днём рождения! — Спасибо. Ты не видела моего брата? — Он направился в Великий храм Наруками несколько минут назад. Думаю, что ты успеешь его догнать. — Спасибо, Аои, я пойду за ним.       Девушка ускорилась и догнала страшего брата на равнине Бякко. — Привет, Гэнитиро! — сказала она, начиная идти в одну ногу с ним. — Здравствуй, сестрёнка. С днём рождения тебя! — он вручил ей небольшую коробку, которую нес. — Я планировал найти тебя после того, как отнесу это письмо в храм, но ты сама меня нашла. — Мне подсказала Аои. Как тебе работа? — Я немного побаиваюсь сёгуна. Она кажется очень доброй, несмотря на тот кошмар, который довелось пережить в Инадзуме. — Микоси Тиё не могла быть союзником плохого Архонта. — Я согласен с тобой. Пусть члены клана Микоси и перестали быть теми, кто пытается восстановить репутацию, мы всё ещё слуги Её Превосходительства. — Может быть, родители специально настояли на том, чтобы я сдала вступительные экзамены в Академию? — Я помню, как ты плакала, когда оказалось, что ты поступишь. Стоило ли это того? — Если бы я вернулась в прошлое, то сожгла бы лист, на котором писала ответы и осталась жить в Фонтейне.       За разговорами они быстро дошли до Великого храма Наруками, и как только Гэнитиро отошёл, чтобы отдать Гудзи Яэ письмо от сёгуна, Арта отправилась к Гэндо Ринго, чтобы взять гадальную бирку. Вместе с расшифровкой она получила ещё и омамори розового цвета с цветами сакуры и электро мицудомоэ. <l>—— Великое счастье —— Сегодня ветер усилится, и вы добьётесь успехов во всех своих начинаниях. Окружающие люди будут в прекрасном настроении, не возникнет никаких конфликтов. Вы попробуете деликатесы, о которых всегда мечтали, но не могли съесть. И в работе, и в путешествиях всё будет идти гладко. Воспользуйтесь моментом, чтобы двигаться вперёд... Ваш счастливый предмет дня: буйная трава наку. Многие не знают, что трава наку может предсказывать грозы. Она стремится к благосклонности Электро Архонта, а потому растёт только на островах Инадзумы. Говорят, что ощущение покалывания, возникающее при её сборе, похоже на ощущение при везении.</l> — Арта, может быть, сходим в «Призрачную беседку»? — сказал, Гэнитиро, подойдя к сестре. — Я согласна, как раз проголодалась.       После обеда с братом девушка вернулась домой, чтобы немного отдохнуть и рассмотреть подарки. В итоге Арта задремала и проснулась через два часа полной энергии.       Она вышла во двор, где не было никого кроме Аято, стоящего у деревянного ограждения и смотрящего на океан. Как только шаги Арты стали слышны, он обернулся. — Приветствую, госпожа Микоси, — сказал глава клана Камисато, целуя её руку. — От имени всего клана Камисато поздравляю вас с днём рождения. — Спасибо. Ты отпустил всех слуг? — Да, но не переживай, за нашу безопасность всё ещё отвечают множество человек. — Ты снова работал весь день? — Конечно. Пришлось приложить много усилий, чтобы мы смогли побыть вдвоём, — он улыбнулся. — Мне сообщили, что ты разговаривала с братом неподалёку от чайного дома. Ничего странного не заметила? — Нет, но он очень счастлив, что стал главой клана, — она немного погрустнела. — Все улики указывают на него. С одной стороны, жаль, что нам не удалось допросить тех двоих, а с другой, тебе ничего не угрожает. — Я согласна с тобой. Главное, чтобы сёгун вынесла справедливое решение.       С каждой минутой солнце всё больше и больше пряталось за горой Ёго. Арта и Аято смотрели в небо, которое приобрело оранжевый цвет. — Сегодня такой чудесный день... — шептала девушка.       В этот час Арта рассказала много интересных историй из очень далёкого и недавнего прошлого. По тому, как слова вылетали из её рта, Аято понимал, что ей просто было не с кем этим поделиться. Большинство имён, которые присутствовали в историях, принадлежали её друзьям.       Когда стемнело, глава клана Камисато осторожно кивнул, смотря на берег. В небо полетели фейерверки. Глаза девушки горели и заслезились, когда они увидели яркие вспышки. — Мне очень нравятся фейерверки, — с радостью в глазах произнесла она, когда всё прекратилось. — Я люблю тебя, Аято. — Я тоже люблю тебя, Арта, — сказал он, смотря на девушку.       Аято немного наклонил голову, крепче прижал талию Арты и они поцеловались. Девушка положила руки за шею партнёра и не хотела отпускать, целуя ещё раз.       За несколько минут возлюбленные не произнесли ни слова. Объятия и поцелуи словно говорили всё за них. Комиссар знал, что за ними наблюдают множество глаз, поэтому, как только эмоции слегка утихли, взял девушку за руку и повёл внутрь имения. — Я счастлива, — сказала она, ещё раз целуя. — Я тоже, — он видел, как горят её глаза. — И надеюсь, что ты голодна.       За праздничным ужином Арта, пребывающая в прекрасном настроении, не прекращала рассказывать истории из своей жизни за пределами Инадзумы. Она считала это одним из способов стать ближе с человеком, который мог бы стать её партнёром на всю жизнь. — Когда я была в Фонтейне впервые, мне очень помог один застенчивый мальчик, который был лет на восемь младше меня. Представь моё удивление, когда в прошлом году я узнала, что он из Дома Очага. — Работа Фатуи в Фонтейне отличается от Инадзумы? — Определённо. Матушка недавно рассказала мне, что Фатуи помогли при бедствии в деревне Пуассон. Насколько я знаю, Слуга неравнодушна ко всему происходящему в Фонтейне, потому что она родилась там. — А как поживает госпожа Тиори? — У неё всё замечательно.       Юная госпожа Микоси проявила инициативу помыть тарелки, ведь слуг в поместье не было. Комиссар, хоть и отнёсся к этому неодобрительно, одел на девушку свой пиджак, чтобы она не намочила платье. Он сидел на стуле позади неё, держа чашку чая в руках. — Переживаешь за Аяку? — спросила Арта, кладя на стол мокрую тарелку. Ей даже не нужно было смотреть в его сторону, чтобы понять это. — Да. Это второй раз, когда мы оказываемся на разных берегах, но в прошлый я знал, что она точно в безопасности. — Ты не сможешь оберегать её вечно, — сказала девушка, повернув голову. — Позволь ей хотя бы немного посмотреть на мир за пределами островов. Долгая работа приводит к выгоранию. — Ты права. Нам с Аякой нужен отдых. Даже друг от друга.       Арте неожиданно открылась новая сторона господина Камисато. Когда вся посуда была помыта, она вытерла руки полотенцем и подошла к нему.       Пусть юная госпожа Микоси и была близка с одним из братьев, точно понять то, что испытывает глава клана Камисато, она не могла. — Ты любишь лёгкие романы? — неожиданно спросил он. — Да. — Пойдём, я покажу тебе последние новинки Издательского дома Яэ.       В кабинете комиссара стояла небольшая коробка, в которой лежало несколько книг. Арта выбрала одну из них, и Аято предложил ей прочесть роман вслух. Они перешли в его спальню и присели на круглые подушки из сушёной соломы.       В моменты, когда юной госпоже Микоси хотелось закрыть глаза или книгу, Аято, обхвативший одной рукой талию партнёрши, наклонял голову к её уху и чётко, шепотом, читал смущающий Арту момент так, что после этого она взглядом выражала возмущение, но в ответ получала поцелуй в щёку и возможность в очередной раз увидеть невозмутимую улыбку комиссара.       Когда наступил счастливый конец, Арта была в смятении. Она хотела человека, сидящего рядом с ней. В голове закрадывалась мысль, что этого Аято и добивался, но больше казалось, что он просто шутил, желая посмотреть на реакцию партнёрши. — Как тебе роман? — спросил он, отложив книгу на пол. — Я читала и получше. — Или тебе не понравилось, как я читал? — спросил он, но не дожидаясь ответа, шёпотом продолжил. — Но каждый раз на месте главной героини я представлял тебя.       Арта должна была покинуть это место. По крайней мере, так говорил здравый смысл. До рассвета оставалось несколько часов, и ею одолевал страх, что, сделав решающий шаг, она оступится и разрушит то, что они так долго строили. — Всё в порядке? — вывел её из мыслей Аято. — Да, всё прекрасно. Спасибо за сегодняшний вечер.       Они одновременно поднялись с подушек и, поцеловавшись в последний раз, расстались.       Только стоя у сёдзи, за которыми была её комната, Арта поняла, что на ней всё ещё его пиджак, когда помутневший Гидро глаз бога ударился об её бедро. Девушка решила вернуться.       Она тихонько приоткрыла сёдзи его комнаты и увидела обнажённую спину комиссара. — Аято, я... принесла твой пиджак.       Глава клана Камисато тут же развернулся и подошёл к партнёрше. — Спасибо, — сказал он и провёл пальцами по её плечу. — А то пришлось бы завтра проникать к тебе в комнату.       Арта смотрела на Аято, не отрывая взгляда, чем очень насторожила его. — Ты выглядешь очень задумчивой. Всё точно в порядке? — поинтересовался комиссар, и девушка сделала глубокий вдох. — Я хочу тебя, Аято.       Как же Арта хотела, чтобы прямо сейчас перед её носом закрылись сёдзи. Но наоборот, Аято протянул свою руку, и она вернулась. Вернулась в объятия любимого человека. Девушка прикоснулась холодными руками к горячей коже партнёра, а после ощутила, как его руки медленно развязывают пояс платья, а губы соприкосаются с её шеей. — Наши желания... совпали? — спросила она. — Определённо.       Юная госпожа Микоси расстёгнула своё платье. Через две минуты оно лежало в сложенном состоянии на котацу.       Арта чувствовала, как обмякает её тело в руках любимого человека. Аято положил её на футон и целовал её губы, шею, ключицы, а после прикоснулся пальцами к одному из сосков. Обхватив губами оба соска поочерёдно, он неторопливо водил руками по изгибам. Девушке лишь оставалось наслаждаться. — Я делаю это впервые, — тихо сообщил комиссар. — Я тоже.       Ладонь юноши очутилась ниже, и он аккуратно прикоснулся к самому чувствительному месту. Девушка своей рукой направила его в нужное место.       Аято начал слегка массировать клитор. Арта закрыла глаза и всем своим видом показывала, что получает наслаждение. Через пару минут его пальцы стали очень влажными, а девушка на несколько секунд замерла, сделала очень долгий выдох и открыла глаза. — Ты уверена? — на всякий случай он спросил ещё раз. — Да.       Парень медленно снял с себя брюки, вошёл в промежность девушки и начал уверенно набирать темп, смотря на реакцию возлюбленной. Её выражение лица ни разу не изменилось: она улыбалась и выглядела очень уверенно.       Аято был невероятно осторожен. Как и всегда, он должен был контролировать множество вещей, но сегодня они в корне отличались от его ежедневных. Глава клана Камисато одновременно получал удовольствие, следил за чувствами Арты, и старался поймать момент, чтобы клан не получил наследника раньше времени. — Всё в порядке? — спросил он, когда закончил и лёг рядом с ней. — Всё прекрасно, — ответила она, повернувшись на бок, чтобы видеть его лицо. — Спасибо за сегодняшнюю ночь.