Я ненавижу...

Ворвавшись в свой номер и хлопнув дверью так, что она чуть не слетела с петель, Билл плюхнулся на кровать. Что, черт возьми, происходит? Почему день, который начался довольно неплохо, превратился в его персональный ад? Почему он снова вспомнил о том, о чем хотел забыть навсегда? Он закрыл глаза, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Перед глазами вновь всплыли те события, которые он изо всех сил старался вытравить из памяти. Лицо Анны, ее взгляд, полный безразличия... Казалось, все это было лишь миг назад. — Нет! — громко выкрикнул Билл, вскакивая с кровати. Он принялся нервно мерить шагами комнату, словно пытаясь физически вытоптать навязчивые образы из своей головы. Но они возвращались снова и снова, заставляя его сжиматься от боли. — Почему я не могу просто жить дальше? — мужчина почувствовал, как комок подступает к горлу. — Я же пытался начать новую жизнь, оставить прошлое позади... Однако оно неумолимо преследовало его, напоминая о себе каждый раз, когда он начинал чувствовать себя счастливым. Остановившись перед зеркалом, Билл внимательно посмотрел на свое отражение. Измученное лицо, темные круги под глазами, усталый взгляд... Это был не тот человек, которым он мечтал стать. Но изменить ситуацию казалось невозможным. Он снова и снова возвращался в тот день, после которого возненавидел квиддич.

***

...Помолвка состоялась официально. Эти слова словно набат звучали в голове. Он не верил в это, но разум говорил, что это все правда. Что нужно забыть об Анне и жить дальше. Билл нервно рассмеялся. Забыть? Разве возможно забыть свою первую и единственную любовь? — Забудь, — словно в продолжение его мыслей раздался голос Чарли. — Ты уже ничего не сможешь сделать. — Я знаю, — прошипел Билл, не отводя взгляда от девушки. — Я сам виноват в этом. Чарли сочувственно похлопал брата по плечу и перевел взгляд на поле. А самому Биллу было не до игры. Его перестало интересовать всё, кроме девушки в министерской ложе. Словно во сне он наблюдал, как Анна рассадила мальчишек, как протянула руку министру, как улыбнулась кому-то из болгарской делегации. Наконец, с церемониями, как понял Билл, было покончено, потому что девушка принялась осматриваться по сторонам. Её взгляд скользнул по их ложе, чуть дольше положенного задержавшись на Чарли. А потом она вновь повернулась к Малфою. Эта сцена прожигала мозг подобно раскалённому ножу, разрезающему плоть. Все происходящее выглядело нереальным, похожим на кошмарный сон, который невозможно прервать простым пробуждением. Билл застыл, словно поражённый молнией, парализованный видом двух главных действующих лиц. Один — воплощённая элегантность и уверенность, олицетворяющий власть и богатство волшебного мира. Другая — хрупкая, красивая молодая девушка, чья улыбка казалась лучиком света в темноте ночи. Их взгляды встретились. Улыбка Анны стала шире, глаза заблестели загадочным блеском. Малфой ответил ей сдержанной улыбкой, демонстрируя превосходство и самообладание. Оба понимали друг друга без слов, говорили языком взглядов и жестов, понятным лишь им.

***

— Мордред! — Билл со стоном снова опустился на кровать и запустил пальцы в волосы. Нужно что-то делать, что-то предпринять — иначе он сойдет с ума! Его мысли метались между прошлым и настоящим, разрываясь между желанием вернуться туда, где были счастье и радость, и необходимостью принять реальность, смириться с неизбежностью происходящего. Каждый миг, проведенный рядом с Анной, оживал в памяти яркими вспышками, наполняя сердце невыносимой тяжестью. Сердце билось быстро и тревожно, словно стремясь вырваться наружу. Воспоминания накрывали волнами, каждая следующая сильнее предыдущей. Билл попытался собрать силы, чтобы справиться с нахлынувшими эмоциями, но усилия оказались тщетными. Не придумав ничего лучше, мужчина схватил стоящую на прикроватной тумбочке бутылку виски. Один глоток обжёг горло, второй ударил в голову огненным шаром. Алкоголь ненадолго приглушил остроту переживаний, позволив расслабиться и почувствовать временное облегчение. Пустота в душе заполнилась теплом спиртного, замедлившим течение тревожных мыслей. Билл поднял взгляд к потолку, стараясь сосредоточиться на чем-нибудь нейтральном, отстранённом. Но спокойствие оказалось иллюзорным. Вскоре образы вернулись, будто ожидая удобного момента, чтобы снова нанести удар по сердцу. Анна… Её имя повторялось в сознании, вызывая спазмы в груди. Вспышки воспоминаний чередовались с болезненными угрызениями совести. Почему он позволил всему зайти так далеко? Почему не смог вовремя остановиться и предотвратить катастрофу? Почему из-за его ошибки теперь страдает не только он, но и его жена? Очередной глоток...

***

Алкоголь затоплял разум, размывая границы реальности и иллюзии. Мир вокруг качался, комната вращалась, а мысли превращались в беспорядочный поток ассоциаций и чувств. Время растянулось, часы показывали полночь, но казалось, будто прошла целая вечность. Каждый новый глоток добавлял тяжести в грудь, сковывая движения и делая речь невнятной. Взгляд упирался в потолок, в глазах плавали яркие пятна, сливавшиеся в единую картину хаоса и страдания. — Он ее просто купил, — пьяно ухмыльнулся Билл. — Он со своими деньгами может купить всё и всех. — Ты думаешь, Анна с ним из-за денег? — осторожно поинтересовался Чарли. — Ты же знаешь, что ее деньги совершенно не интересуют... — Всех интересуют деньги, — хрипло рассмеялся Билл, опрокидывая очередную стопку. Звон хрусталя перемешивался с тяжелыми вздохами, наполняющими маленькую кухню отеля. Атмосфера была тяжелой и вязкой, пропитанная дымом сигарет и запахом дешевого виски. Волосы Билла растрепаны, рубашка расстегнута, руки дрожали мелкой дрожью. Чувствовалось, что он на грани истерики. Чарли нахмурился, пытаясь достучаться до брата сквозь густую пелену алкогольного опьянения. — Погоди-ка, — тихо сказал он, аккуратно отставляя стопку подальше от рук Билла. — Ты же знаком с Анной больше десяти лет. Ты знаешь её лучше любого из нас. Неужели она способна продать свою душу за золото Малфоев? Билл зло засмеялся, качнувшись в сторону. — Ага, и я раньше считал так же! Думал, она особенная, чистая душа, неподкупная и честная. Пока не увидел её руку в руке Малфоя. Он втёрся к ней в доверие, завоевал её расположение. Предложил дворец, дорогущие украшения. Она не смогла отказаться, соблазнилась богатством, властью, положением. Чарли поморщился, борясь с собственным возмущением. — Может, это не так? Может, есть другая причина, почему она приняла предложение Малфоя? Билл яростно мотнул головой, едва удерживая равновесие. — Нет никаких причин! Она пошла за золотом, вот и всё. Женщины такие слабые существа, легко поддаются искушениям. Между братьями повисла напряженная тишина. Дым сигареты клубился кольцами вокруг головы Билла, создавая ощущение замкнутого пространства. Чарли решил попробовать иной подход. — Допустим, Анна сделала выбор не ради золота, — негромко продолжил он, внимательно следя за реакцией брата. — Может, она почувствовала искреннее чувство привязанности, уважения и заботы со стороны Малфоя? Билл презрительно фыркнул, выплеснув остатки напитка на пол. — Уважение? Забота? Да брось! Этот сноб привык покупать женщин, а потом выбрасывать их, как использованные перчатки. Чарли внимательно посмотрел на брата, ощущая тяжесть момента. После долгого размышления он медленно заговорил: — Знаешь, Билл, иногда мы видим только то, что хотим видеть. Может быть, Малфой предложил Анне не только роскошь и комфорт, но и возможность раскрыть её таланты, поддержать её амбиции, показать миру, кем она на самом деле является. Билл поднял голову, его лицо застыло в недоумении. — Амбиции? Поддержка? — повторил он глухо. — Ты серьезно? Чарли утвердительно кивнул. — Возможно, Анна увидела в нём не просто спонсора, а партнёра, который верит в её способности и готов помогать ей развиваться.

***

Билл со злостью потер лицо, стараясь отогнать видения прошлого, и сделал очередной глоток. Горячая жидкость обожгла горло, на миг отвлекая от тяжелых мыслей. Вино больше не приносило облегчения, лишь усиливало головную боль и обостряло сознание, вынуждая вновь и вновь прокручивать те события. Запрокинув голову, он залпом допил содержимое бутылки, затем швырнул ее в стену. Стекло разбилось с сухим треском, осколки разлетелись по всему номеру, точно фрагменты разбитой души. — Проклятье! — вырвалось у него. — Чертов Малфой! Чертова... Мужчина горько рассмеялся. Нет, Малфой здесь ни при чем. Виноваты совсем другие люди и в первую очередь — он сам. Виноват в том, что когда-то пошел на поводу своей матери. Виноват, что не смог защитить от сплетен ту, кого любил больше жизни. Виноват, что бросил ей в лицо отвратительные слова. Пошатываясь, Билл подошел к шкафу и осторожно достал из своих вещей свою самую большую драгоценность — совместную колдографию его и Анны. Колдография слегка потускнела от времени, края чуть пожелтели, но улыбка девушки осталась такой же живой и искренней, словно Анна стояла прямо напротив него. Сердце сжалось, глаза затуманились слезами. Она смотрела на него мягко и доверчиво, казалось, даже не подозревая, какую бурю эмоций вызвала в душе мужчины. — Прости меня, — прошептал Билл, бережно поглаживая фотографию кончиками пальцев. — Прости... Его рука дрогнула, и колдография выскользнула из пальцев, упав на пол. Медленно присев рядом, Билл аккуратно поднял снимок, крепко прижимая его к груди.

***

Спустя какое-то время дверь тихо открылась, впуская внутрь Гермиону. Она замерла на пороге, осматривая беспорядочно разбросанные вещи, осколки стекла, бутылки на полу и самого мужа, храпящего тяжелым сном алкоголика. Осторожно подойдя ближе, молодая женщина заметила небольшую колдографию, которую Билл все так же прижимал к груди. Рука невольно протянулась, извлекая хрупкий прямоугольник бумаги. Картинка предстала перед глазами: молодой красивый парень, смеющийся, счастливый и рядом с ним — юная девушка, сияющая счастьем и влюблённостью. Холод пробежал по спине Гермионы, которая знала, кем является эта девушка и насколько сильны к ней чувства Билла. — Я ненавижу эту Хемптон! — прошипела она, отбрасывая в сторону колдографию. — Клянусь, она еще пожалеет!