Бог Жёлтых Песков

Лавки, как и все в Египтусе открывались вечером, когда спадала дневная жара. Прежде очень тихий город оживал, будто бы встряхивал разом сонное оцепенение и оживлялся, наполняясь голосами, шелестом одежд, яркими красками вместо столь опостылевшего золотого и жёлтого. Воздух перестал давить на плечи, быть душным и плотным, поднимая клубы пыли и песка. Все жадно дышали прохладой и с удовольствием обменивались последними новостями друг с другом. Пока ещё не темнело, но и с темнотой жизнь в городе под солнцем била ключом. Весело сновали вдоль прилавков дети, на монеты покупая спелые фрукты, розовую воду и сладкие конфеты и игрушки. Но то место, куда привёл Гарри Рамзес, было гораздо серьёзнее. Тут уже с интересом сновали взрослые, в основном мужчины, но попадались и женщины. Товар был подстать продавцам — шкуры, когти, внутренности диковинных тварей, рога, бивни, сборы трав, камни — драгоценные и нет, оружие и орудия труда. Цены были на порядок выше, но клиентов было много — ремесленники, ювелиры, оружейники, охотники… Иногда меж рядов прохаживалась с любопытством и стража, рассматривая прилавки с оружием и много чем другим. Гарри, при помощи Рамзеса, смог заплатить своеобразный налог — три золотых монеты на торговлю главе рынка, и выбрал прилавок. Разумеется, у него проверили товар, согласно кивнули — и пустили. С Рамзесом здоровались; он много с кем беседовал и общался, успевая одновременно помогать и своему хмурому спутнику. Товар был свежий, отменный — Поттер выбрал только самые лучшие шкуры, кожи, бивни и кости, и поэтому ремесленники и мастера резьбы по кости, ювелиры неплохо подзакупились у него. Поттер, за время прошедшее в его жизни в пустыни и песках, изменился — чернейшие волосы здорово отросли, были затянуты в «конский хвост», причём очень плотный. Он стал смуглее, крепче и ловчее, так как вынужден был много охотится чтобы добыть себе кусок мяса на еду, и почти что перестал отличаться от таких же здешних отшельников пустыни. Руки украсили россыпи шрамов — иногда зверь отчаянно сопротивлялся чтобы жить, и убить добычу получалось не сразу и не очень просто. *** Товар оказался раскуплен в пару часов. Рамзес после помог Гарри приобрести необходимые ему вещи в пустыне у других торговцев, и повёл ближе к Золотой пирамиде — путь у Гарри не близкий, ночью по пустыне ходили только полные безумцы, и ему предстояло переночевать в покоях Пирамиды. Чем ближе была Золотая пирамида, тем больше испытывал трепет и благоговение Поттер. Тем более она была величаво красива… Рядом с ней раскинулись сады, били искрящимися струями воды фонтаны, было настоящее море цветов, в том числе и каких-то диковинных, невероятные статуи, казавшиеся живыми. Гарри Поттер все-таки истосковался по людям… *** Стража пропустила Рамзеса в пирамиду без лишних вопросов, а вот Гарри и его вещи подверглись осмотру. Но ничего крамольного не найдя, его пустили внутрь. Внутри Золотая пирамида поражала не меньше чем снаружи. Особенно нравился Гарри технический прогресс, который тут ушёл далеко вперёд, по сравнению с земным. Но правда машины использовались там, где были наиболее необходимы — в строительстве, перевозке грузов и в войне. Ещё и в медицине, а более применения машин Поттер не видел. Рамзес знаками рассказал ему о том, что ему выделена (комната? покои?) в Золотой пирамиде, и они одни из самых лучших. Потом он пригласил служанок — красивых юных дев, и те принесли воды для омовения, еды и лучшего вина. *** К ним постучали. Рамзес быстрыми знаками продемонстрировал, что нужно встать и склонить голову — к ним пришёл их фараон-повелитель, удостоверился, что Гарри все понял — дождался от него короткого согласного кивка, и только после этого открыл дверь взмахом руки. Первое, что разглядел поспешно склонившийся перед правителем Египтуса Гарри Поттер — тот был могучим воином. Очень сильно было развито все тело — не без лёгкого оттенка зависти отметил мысленно мужчина. Раздался голос фараона — и Поттер тихо оторвался от разглядывания мраморного пола у себя под ногами, наконец-то поднимая глаза на правителя. Мощь, власть, сила, уверенность — все это читалось во взгляде фараона Золотого Города Египтуса и Золотой Пирамиды, закутанного в лучшие ткани ярко синих и темно-синих оттенков, имевший богатые украшения и массивный меч у пояса. Он Гарри понравился. Сзади царя Города маячила стража, служанка, и немолодой мужчина с острой бородкой в белейшей накидке, с богатым ожерельем усех из лазурита, золота и зелёных камней (пока неизвестных Поттеру), лежащим на плечах, и в золотых браслетах. Он был в высоком головном уборе цвета лазури. Гарри ещё не знал толком тогда как называются здесь головные уборы — из-за жары и яркого солнца их носили все, даже дети, но старик носил атеф, этакая корона для богослужений, в основном являющаяся знаком учёного сословия. Сам фараон был в богатом полосатом немесе. Старик тоже обратил внимание, что один из лучших воинов их армии не один. — Мой фараон, — уважительно обратился старик к мужчине-главе, не видя как округляются глаза Поттера — он впервые понял смысл сказанного здесь! И, разумеется, не сдержался в силу характера, вмешиваясь в разговор… *** — Значит, ты с Земли, — выдохнул Осирис. — Вот как… Фараон на него не разгневался. Ситуация действительно была немного нелепой — у главного лекаря и учёного Золотой Пирамиды случайно был одет языковой амулет-дешифратор, с тысячами языков, в том числе и с Земли, не только с окраин Египтуса, и только после этого Гарри теперь перестал быть «вынуждено» немым. Рамзес, кстати, обрадовался этому. Поттер откровенно рассказал, кто он, откуда, как появился…