Пасть

Глава 10

В который раз солнце клонилось к закату. В который раз заражённые начинали выползать из своих убежищ, чтобы наконец-то плотно поесть. И в который раз Эйден и Хакон пытались скрыться от нагоняющих их прыгунов и крикуна. Выйдя на пятно света, они остановились, чтобы бедный Хакон не выплюнул свои лёгкие и перевёл дух. Передвигаться по местности было достаточно проблематично, так как бывшего спецназовца приходилось постоянно направлять и следить за ним. Он не видел дальше вытянутой руки. Когда солнце совсем скрылось за горизонтом, ему стало легче, но отёк лёгких никуда не делся. С горем пополам парочка добралась до злосчастной больницы, а потом и до холма рядом с ней. Внешне возвышенность не отличалась ничем привлекательным или наоборот. Просто голый холм с трансформаторной будкой наверху. Мужчины обошли его кругом, но ничего похожего на вход не нашли. Залезли наверх — толку ноль, только перед заражёнными засветились лишний раз и поспешили спуститься обратно. - Чертовщина какая-то. - раздражённо фыркнул Эйден. - Хитрая зараза. - ответил Хакон, ходя туда-сюда и разглядывая остатки асфальта под ногами. Пилигрим оценивающе взглянул на него. - Тебе не холодно? - поинтересовался он. - Не переживай. Я закалённый. - бросил мужчина через плечо. Потом остановился и обернулся. - Что, не нравится? - Нравится. - сказал Эйден, смотря куда-то в сторону. Хакон тихо засмеялся и закашлялся, а парень только понял, что именно ответил. - В смысле я… Я хотел сказать… - Нравлюсь я тебе. Хорош придуриваться. - остановил оправдания Эйдена мужчина, продолжая улыбаться. - Пошёл ты. - буркнул парень, снова отворачиваясь. - О, давненько меня не посылали. - Хакон подошёл к, похоже, обиженному пилигриму и приобнял того за талию. - Как школьники. - Тоже мне, школьник. - недовольным голосом пробубнил Эйден. - Посмотрите ка, принцесса губки надула. - Хакон сгрёб парня в охапку и, перекинув через плечо, потащил в сторону больницы. В темноте он ориентировался гораздо лучше, нежели на свету. Больные лёгкие сразу дали о себе знать, но мужчина не стал сбрасывать свою ношу, стараясь дышать ровно и неторопливо. - Ты совсем охуел? Поставь меня на землю, придурок! - за сопротивлялся пилигрим, но на его восклицания не обращали внимания. Бить Хакона парень не стал, поэтому просто подчинился и повис на на нём, продолжая что-то недовольно бурчать. Где-то глубоко Эйден отметил, что ему даже нравится такое проявление внимания. Никому другому пилигрим бы не позволил вот так себя таскать. - Ворчишь, как старый дед. - сказал Хакон, когда они подошли в зданию больницы. Он поставил парня на ноги и посмотрел на его лицо. Оно выражало смесь возмущения и смущения. Мужчина улыбнулся, радуясь проделанной работе. - И зачем ты меня сюда притащил? - всё ещё недовольно спросил Эйден, нахмурив брови. - Если входа нет там, - Хакон мотнул головой в сторону холма. - значит он здесь. - он посмотрел на больницу. Мужчина не стал акцентировать внимание на недоброжелательном к себе отношении и продолжал сохранять хорошее настроение. - Соединяющий тоннель? - Ага. - Возможно. Не долго думая, Эйден толкнул старую дверь и вошёл. Хакон уже шагнул за пилигримом, но что-то вдруг воткнулось ему в шею, разнося по телу резкую боль. Он поднял руку и нащупал маленький дротик. Вытащив его, мужчина осмотрел предмет, а затем всё вокруг. В глазах начало мутнеть, ноги стали ватными. Хакон опёрся рукой о стену рядом со входом и зажмурился, прогоняя противную туманность из головы. Входная дверь больницы скрипнула и из-за неё показался Эйден. Он сразу бросился к Хакону, но тот оттолкнул его от себя, да так сильно, что парень влетел спиной в дверной проём, упав на бетонный пол. Парень, полусидя на полу, смотрел на Хакона ошалевшими глазами. Мужчина медленно опустился на колени, посмотрел на Эйдена словно в последний раз и упал вдоль входа. Пилигрим вскочил и хотел подбежать к упавшему, но услышал приближающиеся тяжёлые шаги. Прижавшись к стене, он затаил дыхание и приготовился слушать. Шаги стихли буквально за спиной Эйдена, на улице. Послышалось шуршание, потом звук, будто что-то потащили, волоча предмет по земле. Парень отлип от стены и осторожно, совсем чуть-чуть, выглянул из своего убежища. Он увидел высокую мощную фигуру человека, волочащую Хакона куда-то в сторону. Фигура прошла несколько метров, бросила ношу и открыла вход в подвальное помещение больницы. Вдруг, в человека со свистом и характерным звуком выстрела влетело что-то маленькое, но явно причиняющее сильную боль. Фигура издала сдавленный стон и скрылась из вида в подвале, оставив Хакона лежать на улице. Ей в вдогонку просвистела ещё пара выстрелов и из-за ближайших развалин вышли новые фигуры с фонариками в руках. Эйден заметил на них синюю форму. Сразу стало понятно, кем были эти люди. - Что с ним? - послышался знакомый голос. - Он без сознания, командир. - ответили ему. - Тащите его туда. - указав рукой направление, Айтор подошёл ко входу в подвал. Не успел он посветить в открытый люк фонарём, как из него полетели один за другим ядовитые дротики. Один попал Айтору в глаз, второй в плечо. Третий прилетел другому солдату в щёку. Ещё одному солдату в ногу. Все, в кого попал снаряд, упали. Из люка показалась голова. В миротворцев, которые уносили Хакона, тоже полетели дротики, втыкаясь в бока и спины. Солдаты падали ничком, словно вдохнули хлороформа2. Когда все уже валялись в отключке, человек вылез из подвала, подошёл к Хакону и снова потащил его к люку, взяв за руки. Эйден смотрел на всё это, не в силах даже пошевелиться. В голове крутилось миллион мыслей: «кто этот человек? Что с Хаконом? Что тут делают миротворцы? Зачем им Хакон? Хакон, Хакон, Хакон!» Действовать в экстренных ситуациях Эйден умел, поэтому решение пришло сразу. Собравшись с силами, он вылез из убежища и пополз в сторону люка, пока высокая фигура тащила тело. Человек шёл спиной ко входу в подвал и это давало парню преимущество. Юркнув в открытый проход, пилигрим притаился внутри, за одним из широких стеллажей, который был уставлен всевозможного размера коробками. Пять секунд спустя в подвал спустилась фигура вместе с Хаконом и, закрыв вход на ключ, потащила мужчину дальше по холодному, сырому коридору. Стало совсем темно. Темнее, чем на улице. Эйден осторожно пошёл в сторону, где были слышны шаги, стараясь не наткнуться ни на что, так как кошачьем зрением он не обладал, а разглядеть что-то обычными человеческими глазами было проблематично. В подвале было влажно и пахло противной сыростью. Пробираясь вдоль стены и касаясь её для хоть какого-то ориентира, парень чувствовал под пальцами скользкую плесень, которой в некоторых местах была покрыта шершавая поверхность. Каждый шаг отдавался глухим звуком, словно в пещере. Такая удручающая, давящая атмосфера нагоняла тоску, заставляла испытывать чувство тревоги и бежать мурашки по всему телу. Дрожь можно было также объяснить жутким холодом, который норовил залезть под кожу и добраться до самых косточек. Как только шаги впереди стихли, Эйден остановился. Послышался высокий звук, похожий на короткое пикание, и в коридор ворвался тусклый свет из-за открывшихся дверей. Теперь хотя бы можно было нормально видеть. Но то, что парень увидел, было не из самых приятных зрелищ. Лучше бы он просто ослеп. В комнате, куда прошла фигура, тащившая Хакона, была похожа на ту, где парочка очнулась в прошлый раз, только в несколько раз страшнее. Обстановка была примерно такая же, но отличие составляли большой стол у дальней стены, на котором стояла огромная банка с чем-то внутри, и висящее на цепях в углу вскрытое тело. Оно было как будто только что обработано, совсем не разложившиеся, однако запах стоял неприятный. Рваный разрез от живота до основания шеи. Края кожи и мышц были раздвинуты в стороны и закреплены так, чтобы можно было видеть внутреннею полость. Грудная клетка распилена и тоже раздвинута. Лицо человека было всё в кровоподтёках, под глазом виднелся синяк, руки и всё тело покрыто гематомами. Оказаться на его месте Эйдену не хотелось, поэтому пришлось осторожно, но быстро проскользнуть в комнату и залезть под узкий железный стол, стоявший вдоль стены. На нём лежала белая ткань, свисавшая с краёв почти до самого пола и парня совсем не было видно. Главное — не издавать лишних звуков. Эйден нашёл удобное место для наблюдения — щёлка между тонкой ножкой стола и тканью — и стал наблюдать. Пилигрим наконец узнал фигуру. Это был Вальц. Он поднял Хакона на руки так, будто тот был пушинкой, положил его на койку на живот, надел белый халат и отошёл к столу, как раз к тому, под которым сидел Эйден. Парень шарахнулся назад и прижался к стене, спиной чувствуя твёрдую поверхность. Вальц стал что-то искать, перебирая предметы лежащие на столе. Эйден перестал дышать, боясь, что услышат. Но этого не произошло. Бывший врач ВГМ наконец отошёл от стола к противоположной стене. Парень медленно выдохнул и поддался вперёд, продолжая следить. Что именно Вальц делал, пилигриму было не видно — мужчина стоял к нему спиной, загораживая собой весь обзор. Эйден слышал лишь какие-то звуки: бряканье, стук, звон стекла о стекло. Они не внушали парню ничего хорошего. В прошлую их встречу Вальц не закончил свои непонятные опыты и сейчас, похоже, хотел это исправить. Спустя несколько томительных минут, Вальц вернулся к своему пациенту со шприцем в руке. Он собирался опять вколоть Хакону какую-то дрянь. Это нужно было пресечь. Эйден не придумал ничего лучше, чем отвлечь психа и оглушить его. Парень осторожно переполз к двери и, высунув из-под стола руку, стукнул по ней дважды, после чего быстро, но тихо перебрался чуть ли не в противоположный угол. По комнате разнёсся гулкий стук по металлу. Вальц резко поднял голову, отложил шприц и подошёл к двери. Он открыл её и выглянул в коридор. Времени было мало, Эйден вылез из убежища и взял первое, что попалось ему на глаза — молоток. Быстро преодолев расстояние между ним и Вальцем, он замахнулся для удара. Молоток летел аккурат в темя врачу, но сильная, можно сказать, железная хватка остановила руку Эйдена, когда предмет почти достиг цели. Псих развернулся, улыбнулся и сжал запястье ещё сильнее, хотя казалось, что сильнее некуда. Парень прикусил губу от боли и выронил молоток. Тот с характерным стуком упал на пол, чуть не прилетев Эйдену по ноге. Не убирая улыбки с лица, Вальц схватил пилигрима за грудки и швырнул в сторону большого стола. Последний сильно ударился затылком о край железного предмета и осел на пол, схватившись за ушибленное место и болезненно простонав. Перед глазами засверкали звёздочки, слух на миг совсем пропал, затем стал словно сквозь вату. Парень смог разглядеть, как Вальц стал неторопливо к нему подходить. - Эйден, я ждал тебя. - размеренно, в своей обычной манере, сказал мужчина. - Пришёл спасать своего друга? Не отвечай. - врач присел рядом с парнем на корточки. - Знаю, что да. - Ты, ебучий урод, что ты хочешь с ним сделать? - сдавлено спросил Эйден. Ему в лицо тут же прилетел увесистый кулак. Пилигрим почувствовал, что из носа пошла кровь. Он чертыхнулся, но продолжал смотреть на Вальца с вызовом, нагло и злобно. - Побольше уважения. - голос стал более грозным. - Говорил твоему другу и тебе скажу: я — гений. Эйдену надоело слушать эти россказни. Он врезал психу, попав по скуле, и повалил его на спину, залезая сверху и начиная душить. - Исцели его. - прошипел пилигрим, сам дивясь своему голосу. Сейчас он был похож на волчицу, которая готова даже будучи раненой рвать на куски ради своего детёныша. Вальц спокойно на него посмотрел, взял парня за запястья и отвёл его руки от своей шеи, скидывая с себя чересчур эмоциональное дитя. Эйден свалился на пол и приподнялся на локтях, но не успел встать. Вальц навалился сверху, сев в районе паха и схватил парня за волосы, оттягивая назад, заставляя начать задыхаться. - Твой друг послужит великой цели. - начал Вальц, не давая Эйдену даже шевельнуться. - С его помощью я создам идеальный народ, послушный, безвольный. Никто не сможет бунтовать и перечить. Все будут подчиняться беспрекословно, только рукой поведи. На защите будут стоять идеальные солдаты — послушные, сильные, кровожадные. Никто даже не вздумает противоречить им. А знаешь, почему? Страх! Страх — это мировой двигатель! Эйдена больно ударили головой о ножку большого стола. На секунду парень отключился, а когда снова открыл глаза, Вальц уже стоял над Хаконом. Ещё мгновение и он вводит ему содержимое шприца. Пилигрим может только смотреть на это и стонать от боли и безысходности. Опять он ничего не может сделать. Снова Хакон пострадает по его вине. Эйден ведь обещал ему принести антидот, обещал, обещал, обещал…