Пасть

Глава 11

Эйден окончательно пришёл в себя. Он всё ещё в этой злосчастной комнате, Хакон всё так же лежит на койке. Вальц сидит в противоположном от парня углу и что-то бубнит в диктофон. Что-то не так. Почему пилигрима до сих пор не убили? Почему Вальц ещё здесь? Почему с Хаконом ничего не произошло? Много разных «почему» крутилось у парня в голове, но ни на одно у него не было ответа. Эйден сел и потёр ушибленный висок, голова ещё гудела. Врач заметил движение, но никак не отреагировал, что напрягло пилигрима ещё больше. - Что ты задумал? - хрипло спросил он с некоторой опаской. - Сейчас узнаешь. - довольным голосом ответил Вальц, устремив взгляд на Хакона. Эйден тоже посмотрел на него. Пару мгновений спустя, мужчина дёрнул рукой, потом головой. Ещё через пару секунд Хакон упёрся руками в поверхность койки, сел, встал на пол и поднял голову. Он смотрел на Вальца. Эйден поднялся и сделал пару неуверенных шагов вперёд. На лице психа была нескрываемая радость. - Моё творение! - с восторгом сказал он и подошёл к замеревшему по стойке «смирно» Хакону, продолжая улыбаться. - Хакон! Убей Эйдена! - отрывисто, как команду произнёс он и указал на парня. Хакон развернулся и впился в пилигрима ненавидящим взглядом. Эйден понял, чего именно хотел добиться Вальц. Он сделал из бывшего спецназовца кровожадного убийцу, подчиняющегося своему хозяину. Чёрные глаза мужчины и злобный взгляд не предвещали ничего хорошего. Самый простой и быстрый способ уберечься от сумасшедшего Хакона — побег. Не долго думая, парень рванул к двери, выбегая в тёмный коридор, и побежал куда-то вперёд, не разбирая дороги. За его спиной раздалось громкое, отрывистое: «За ним!» и послышались чужие шаги. Эйден привык убегать от прыгунов, банши или крикунов, но опыта в убегании от Хакона у него ещё не было. Мужчина был далеко не глуп, это вам не простые заражённые, которым лишь бы откусить от тебя кусочек сочного мяса. Сейчас на пилигрима открылась настоящая охота, словно он был героем «Голодных игр». Из основного помещения подвала парень нашёл выход в виде небольшой, неприметной, железной двери. Он резко остановился возле неё, осторожно открыл и тихо вышел в основное здание больницы, также осторожно закрыв её за собой. Побежав дальше сломя голову, Эйден оказался на втором этаже и нашёл большую комнату, всю уставленную больничными койками и шкафами. Здесь он и решил остаться и подождать своего, теперь сумасшедшего, друга. Еле пробравшись через баррикады и спрятавшись за одним из высоких шкафов, он опустился на одно колено и стал наблюдать за входом, вслушиваясь в каждый шорох. Было так тихо, что Эйдену стук его сердца казался оглушающим. Уходить отсюда не было смысла. Антидот должен быть у Вальца, значит нужно разобраться с Хаконом и постараться выкрасть у психа лекарство. Всё равно переговоры с ним не получаются, придётся выкручиваться. Долго ждать не пришлось. Не прошло и минуты как Хакон был уже в комнате. Он влетел, словно фурия и замер на месте, принюхиваясь, будто собака, и прислушиваясь. Его глаза как две чёрные дыры сверлили всё вокруг, стараясь заметить любую мелочь. У него было преимущество — в помещении было очень темно, хоть глаз коли. Эйден затаил дыхание и быстро переместился перекатом за соседний шкаф, низкий, но широкий, больше похожий на комод. Хакон уловил движение и резко повернул в ту сторону голову. Снова тишина. Парень прижался спиной к деревянной поверхности и медленно выдохнул. Снова выглянув из убежища, он не обнаружил мужчину на месте. Стало не по себе, по телу пробежали мурашки, сердце участило ритм. Сглотнув ком в горле, Эйден залез обратно за комод. Его плечо вдруг упёрлось во что-то мягкое и теплое. Парень замер в оцепенении, боясь повернуть голову. Над ухом раздался тихий короткий рык и пилигрима повалили на пол, оседлав сверху. Глаза нападавшего блеснули в темноте. Эйден свалил с себя чужое тело и вскочил на ноги. Мужчина отлетел к ножке одной из коек, но тоже сразу поднялся. Сейчас перед парнем стоял совсем другой Хакон. Точно не тот, что спас его когда-то от стаи прыгунов, не тот, что постоянно его подкалывал и стебал, не тот, что прижимал тогда на крыше к холодному контейнеру, обдавая горячим дыханием его губы. - Я не хочу с тобой драться. - всё ещё хрипло сказал Эйден, выставив руки вперёд. Хакон издал непонятный звук, похожий на рычание и достал из-за спины большой кусок разбитого стекла, который он подобрал с пола, когда упал. - Пожалуйста, Хакон. Ответом был удар найденным острым предметом куда-то в грудь, но Эйден смог увернуться и перехватить чужую руку. Хакон до скрежета зубов сжал челюсти и отшвырнул парня в сторону. Эйден отлетел, словно мячик, впечатавшись в стену и упав на одну из коек. Опять стукнувшись многострадальной головой, он с трудом сел, стараясь разглядеть в темноте и сквозь пелену мужчину. Тот нашёлся сам, ударив Эйдена кулаком по скуле с такой силой, что парень завалился на бок. Потом насильно вернул пилигрима в сидячее положение, схватив его за волосы, и ударил снова, на этот раз в висок. Парень опять свалился на бок, мозг отказывался работать, ещё одного такого удара он не переживёт. Эйден ударил Хакона ногой в солнечное сплетение, выиграв немного времени, чтобы придти в себя. Мужчина быстро очухался, но к этому моменту парня на койке уже не было. Пилигрим оказался у Хакона за спиной и обхватил его шею захватом, начиная душить. Тот снова зарычал и попытался сбросить с себя неожиданную ношу, но Эйден смог повалить их обоих на пол. Удерживая мужчину на месте и продолжая его душить, парень стал стараться достучаться до настоящего Хакона. - Я знаю, что ты там, сукин ты сын! Приди в себя! Я не хочу тебя убивать! Мужчина нащупал на полу стекло, которое выпало у него из руки, когда они упали, и воткнул осколок Эйдену в руку. Тот вскрикнул от боли и ослабил хватку. Хакон воспользовался этим и вырвался, вытащив из раны своё оружие. По руке стала стекать тёплая красная жидкость, пачкая одежду и пол. - Я не смогу, Хакон! Услышь меня! - голос стал жалостным, на глаза наворачивались слёзы. Не от боли, по крайней мере не от физической. Эйден смотрел на мужчину, понимал, что сейчас он — враг. Но где-то там, глубоко он видел в нём всё того же весёлого Хакона, который всегда поможет, объяснит и выслушает. Этого Хакона Эйден не мог ударить и тем более убить. Этого Хакона он считал своим другом. Этого Хакона он любил. Да. Только сейчас он понял, насколько дорог ему этот человек. К сожалению, лишь рухнув в пропасть мы видим луч света. Парень стал бессильно ползти назад, сжимая раненую руку. «Зверь» надвигался на него, сжимая в окровавленной руке кусок стекла. В его глазах не было ничего, кроме жажды. Жажды крови, жажды смерти. Эйден вжался спиной в стену, чувствуя жуткий холод каждой клеточкой своего тела. Он смотрел на мужчину не верящим, невидящим взглядом. На щеках уже блестели солёные дорожки от слёз. Хакон опустился рядом с ним, посмотрев в чужие глаза. Мгновение и молодое тело пронзает острая боль. Осколок вонзился ему в бок, протыкая не только плоть, но и душу. Эйден хрипло вдохнул и поддался вперёд. Сейчас их лица были так близко, и хоть Хакон наверняка думал о победе над противником, пилигрим думал о нём. О них. Парень прижался холодными сухими губами к тёплым и чуть потрескавшимся. Хотя бы перед смертью ему удалось быть к этому человеку ближе, чем когда-либо. Эйден рад, что умирает в присутствии именно этого человека, чувствует его тепло, запах, ощущает его дыхание на своем лице, слышит биение его сердца. И пусть это сердце ему больше никогда не будет принадлежать, но он отдаёт Хакону своё и пускай он делает с ним всё, что захочет.

***

Пробуждение у миротворца было не самое приятное. В темноте было сложно разобрать, кто именно им перекусывал, но это не помешало хорошенько врезать этой твари и отбросить её куда-то в сторону. Айтор поднялся на ватные ноги и пощупал раненый глаз. Дело плохо, отравленный дротик вонзился точно в яблочко. Вытащив из себя инородный предмет, командующий осмотрелся. Рядом валялись его солдаты. Троих уже обглодали заражённые и на земле лежали только их останки. Остальные были без сознания, но их тоже изрядно потрепало. Айтор оттащил всех, кто остался в живых в здание больницы, расположив их возле выхода. Сам достал аптечку, обработал глаз и перевязал. Миротворец усмехнулся мысли, что теперь его прозовут пиратом, и направился в подвал, прихватив с собой автомат и запасную обойму. Обнаружив закрытый люк, он снёс замок точным выстрелом и спрыгнул вниз. Нога дала о себе знать неприятной болью, он поморщился и продолжил смотреть помещение. Сразу заметив коридор, Айтор приготовил автомат и направился в темноту. Дойдя до конца, мужчина наткнулся на дверь, которая, к его удивлению, была открыта. Резко отодвинув железную створку, миротворец ворвался в помещение и застал там Вальца. Он стоял у большого стола над банкой, в которой, как Айтор смог разглядеть, находился чей-то мозг, по размеру напоминающий человеческий. Мужчина не стал долго рассуждать и выстрелил, раня врача в ногу, под коленом. Вальц взвыл от боли, развернулся и встретил новую пулю, на этот раз в предплечье. - Следующую всажу между глаз. - предупредил Айтор, не сводя с психа оружия. Вальц сжал челюсти и кивнул, поднимая вверх здоровую руку. - Одевай. Миротворец кинул мужчине наручники в виде пластиковой стяжки. Тот беспрекословно зафиксировал себе руки. Только когда все эти махинации были проделаны, Айтор подошёл к нему и без лишних слов дал прикладом по голове. Тело с громким стуком упало на пол. - Гавнюк. - плюнул в его сторону командующий. - Говорил же, что от меня не уйдёшь. - Командир, приём. - послышалось из рации. - Приём. - отозвался Айтор. - Где вы? - В подвале. Я нашёл Вальца. Идите все сюда. - Принято.