Ушки Поневоле

             «Если не предвещало то уже случилось.»              Время шло, а тонкий детский крик всё не смолкал. Существо, чей вес лапы постепенно увеличивался, не спешило сделать с своей жертвой нечто ужасающее до глубины души. Оно молча ждало.               — Успокоилась? — вежливо поинтересовался порыкивающий и гнусавенький низкий голос, полушёпотом ворвавшийся в мохнатые ушки. Ответом стала новая порция визга, на которую поспешила просьба: — Хватит. Это неприятно. — кошкодевочка не спешила исполнять просьбу. Её до глубины души ужаснула растущая за спиной тень, а неизвестный лишь вздохнул, продолжая ожидать, пока мелкая бестолочь прекратит пытаться достигнуть верхнего порога громкости. Притом она явно в этом делала успехи… Впрочем продолжалось это недолго. Существо чуть сильнее надавило лапой на плечо ушастой и та бесцеремонно и совершенно невежливо обмякла на горизонтальной плоскости бытия.       

Неудачка радостно заверещала!

              — Ну так не интересно. Я поиграть хочу! — обиженно пробубнило существо.              Сознание кошкодевочки возвращалось медленно и тяжело, не позволяя сконцентрировать внимание на окружении, но два факта упорно бились в маленькую черепушку: жёстко и холодно. Не до конца осознавая окружающую её реальность она тут же попыталась подняться на своих конечностях, что вышло не с первого и даже не со второго раза, напоминанием о чём представала вполне понятная боль, охватившая нос и лоб. Хвост, несмотря ни на что, раздражённо метался из стороны в сторону. Глазки её с видимыми усилиями зажмурились, после чего она, сама того не осознавая, коротко фыркнула. Только спустя неизвестный отрезок времени боль наконец унялась, а разуму возвращалась ясность, что тут же привело к активизации мозговой активности.              Попаданец оглядел место, на котором лежал и тут же в его голове вспыхнуло осознание. Он уже видел эту плиту. Квадратную и чёрную. Взгляд тут же устремился осматривать комнату в поисках источника опасности. И он её нашёл.              Фигура неизвестного создания сидела на стуле возле уже знакомого стола, свернувшись в три погибели и закинув одну ногу на другую. Именно на этом стуле и был недавно вызвавший ассоциации с Шерлоком череп. Неизвестный сверлил её слегка недовольным взглядом горящих зелёным мерцанием глаз, помахивая трёхпалой кистью, пальцы которой оканчивались большими крючковатыми когтями. На нём были какие-то лохмотья, через дыры которых отчётливо проглядывалась тёмно-коричневая шерсть. Но не только это бросалось в глаза, следом за отменным прикидом человека, будто бы отличившегося в половые тряпки, сразу же замечалась осанка. Она была отвратительна и ужасна даже для обычного взгляда, а уж что сделал бы с собой или с пациентом врач, если бы это скрюченное уёбище увидел, остаётся только гадать. И даже боги ответ на этот вопрос не ведают или, по меньшей мере, сами ведать не хотят. Вслед за этим третья проблема создания была прямо-таки на лицо, которое было намекающее близким по виду к иссущеному трупу древнего ну очень хварного Фараона, заболевшего даже в виде мумии, что, однако, не помешало ухмыльнуться обладателю всего непрезентабельного вида в ответ на изучающий и явно опасливый взгляд низкой даже по меркам своего возраста девочки.               — Я жду. — прорычало-прогнусавило существо, постучав костяшками правой руки по левой.        — Эээ… Эмм… Э… Чё?.. — высокоинтеллектуальная речь попаданца лилась из уст с большими усилиями, однако собеседник неведомым образом умудрился понять о чём его игрушка стремится испросить.        — Извинений, юная леди, извинений. Ваш визг заставил бы развернуться даже самого гнусного насильника, если бы те не умели затыкать рот… — остановился он, поняв что пошёл немного не в ту степь сравнений и тут же попытался вылавировать из данной проблемной ситуации, но сделал только хуже: — Скажем так, иными подручными средствами. Кроме этого мне пришлось Вас тащить, да и ждать тоже.        — Эм… — тут же несколько смутилась кошкодевочка сама не понимая чего конкретно, самому факту потраченного на неё времени или же такого несоответствия речи и внешнего вида, но быстро использовала уже ставшими привычными словесные формы: — Прошу прощения за неудобство и потраченное время, господин. Примите мою благодарность за оказанное внимание.        — Ничего-ничего. Давайте перейдём на «ты», так как нам предстоит ещё многое. — предложило сидящее на стуле существо, своим видом вызывающее неприятное желание опорожниться прямо здесь и сейчас. Получив быстрый кивок оно продолжило: — Раз уж речь зашла о том, полагаю, следует определить наше дальнейшее времяпрепровождение.        — Эмм… — протянула ушастая, чувствуя неладное. — И что же мы будем делать?..        — Играть. — открыто ухмыльнулся неизвестный. Кошкодевочку неприятно пробрало жутью, отчего та открвоенно вздрогнула, что осталось проигнорировано. — Вот только я разрываюсь в выборе… Может ты мне поможешь?        — Я попытаюсь. — тут же попыталась перехватить инициативу зверолюдка.        — Вот это отлично! — хлопнул он в ладоши. — Так выбирай, прятки или догонялки?        — Что? — не смог скрыть своё удивление попаданец. Он явно ожидал что-нибудь способное заставить кровь застыть в жилах. Он ещё не знал.        — Прятки или догонялки? — совершенно спокойно спросил сидящий, сам пустившийся в раздумья. — Хотя знаешь… — пробормотал под нос себе он. — У меня идея. Совместим.        — Э… — хотела было возразить маленькая девочка на столь резкие перемены, однако оказалась перебита:        — Так, сейчас объясню правила. Ты прячешься, я ищу. Если нахожу, то даю тебе пять секунд форы сбежать и перепрятаться, если же я тебя догоняю или нахожу слишком быстро, то я отгрызаю тебе палец, так что у тебя двадцать одна попытка…        — У меня нет двадцать первого пальца. — поспешила уведомить зверолюдка, неосознанно пытаясь отстраниться от — Если вы про тот, что я подумала…        — Точно! — щёлкнул пальцами собеседник. — Забыл совсем, давно людей не видел, забыл чем вы различаетесь. У тебя же дырка. Спасибо. Ладно, будем считать хвост за палец, а то без двадцать первого скучно. Далее. Если ты убегаешь… Ну, допустим уже минуту, то я тебе позволяю скрыться. Всё понятно?        — Эмм… А когда у меня пальцы закончатся?.. — робко спросил попаданец, чуя свою вероятную скорую кончину.        — Я тебя заживо съем. — спокойно, будто бы это было само собой разумеющимся ответило существо, разводя руками. А затем шёлкнул пастью. — Вот этой пастью.        — А до скольки играем? — попыталась нащупать хоть какой-то вариант ушастая.        — Ну… — сделал тот вид, что задумался. — Пока у тебя не закончатся пальцы.        — Это понятно, но сколько мне нужно продержаться чтобы Вы меня отпустили? — повторила попытку зверолюдка.        — Отпустил?.. Не думал об этом. — совершенно серьёзно ответил незнакомец. — А разве это нужно?        — Ну как же! — вскрикнула кошкодевочка, понимая, что если бы не начала эту ветвь разговора, то её шансы были бы равны нулю. — Я так могу просто быстро проиграть, всё равно результат один и тот же!        — Ладно-ладно, не кричи. — зажал он своими лапами уши. — Понял я, стимул нужен. Продержишься час и топай, так уж и быть. А, да, точно. Все двери открыты и Витьки тут нет, так что шастай где хочешь. Ну-с, начинаем.        — Сто!.. — хотел было оттянуть неизбежное попаданец.        — Раз… Начинаю свой рассказ, выдерну рукой твой глаз… — отвернулось существо и начало обратный отсчёт.       

Получено новое задание!

«Прятки полного выбывания»

Цель: Выживать на протяжении часа.

Количество попыток: 21

Награды: жизнь; +2 к интеллекту; +1 к восприятию; титул «Сбежавшая»; тортик.

Отсчёт: 0:59:59

      

Получен негативный эффект:

«Слепота на один глаз».

             Кошкодевочка тут же почувствовала боль в одном из зрительных органов и, мелко прошипев, заметила изменение. Поле зрения стало меньше. Она тут же моргнула готовясь к худшему и её ожидания оправдались — правый глаз ничего не видел. Даже не обратив внимания на странность последней награды она тут же бросилась в уже относительно хорошо известное ей здание. Что ей какой-то сраный тортик, когда на кону не кондитерское изделие.        — Два, не поможет уже мама, света здесь осталось мало. — будто бы в голове продолжал раздаваться неприятный голос. Зверолюдка залетела в совершенно случайную комнату, которая до того была закрыта. И тут к ней прилетел второй дебафф:       

Получен негативный эффект:

«Тьмы пелена»

             Эффект от него не заставил себя долго ждать. Зверолюдка быстро кинулась в оказавшийся в дальнем углу комнаты шкаф и мелко вскрикнула, когда из открытого предмета мебели на неё вылетел маленького размера тупой нож, оставивший царапину на рефлекторно закрывшей опасный снаряд руке.        — Три, вглубь свою ты посмотри, мысли ртом мне отвори! — продолжал звучать голос. Зверолюдка быстро запрыгнула в открытую правую створку шкафа, расталкивая одежду и ногой пнув в угол несколько коробок, мешающих ей занять ей среднее положение внутри вместилища одежды. Рука тут же захлопнула дверцу.       

Получен негативный эффект:

«Что в голове, то и на языке»

              — И как мне это понимать? Что он делает? Ну вот что? — себе под нос пробубнила кошкодевочка, одновременно читая описание: — Вы говорите все свои мысли вслух… — только сейчас ушастая заметила, что всё это время бубнила себе под нос. — Пиздец. Мне теперь и думать нельзя?!.               — Четыре, все кошмары как влитые, а надежды лишь пустые! — продолжал неприятный голос. Зверолюдка тут же зажала себе рот рукой, пытаясь заставить себя не думать.               — Я не думаю, не думаю… Да блядь. — всё же пробубнила она, когда разжала ладонь.              Получен негативный эффект:       «Тени кошмара»               — И что же?.. В тенях мерещатся силуэты… Мда. Мда-да-да. — продолжила ушастая.        — Пять, словом будут поминать, буду я кишочки мять! — не унимался голос.       

Получен негативный эффект:

«Фантомное касание»

             Об самом эффекте зверолюдка догадалась быстро, когда почувствовала как незримая несуществующая ладонь быстренько прошлась пальцами вдоль её внутренних органов.        — Мерзость.        — Шесть, людскому роду моя месть, способов убить не счесть!        — Когда же ты заткнёшься, уёбок вонючий?.. — то ли прошептала, то ли прошипела ушастая девочка. — И что тут на этот раз? — задалась она очень важным вопросом, но ожидаемой надписи не появлялось, что заставляло напрягаться только сильнее.               — Семь, когтями рвать тебя не лень, вокруг лица лишь злая тень! — всё не желало униматься создание.       

Получен негативный эффект:

«Близкая тьма»

              — Да ты зае… Понятно. Сука, а если я видеть хочу то что мне делать?.. — спросила кошкодевочка в пустоту. Вокруг неё в «круге света» будто бы сгустились тени, как бы намекая на грядущие неприятности. — Так… Где тут дверца? Может не всё так хреново? — спросила она саму себя, приоткрывая створку шкафа и заглядывая во внешний мир. И да, смутное ощущение оказалось право, поодаль от неё между двумя негативными эффектами проходила вполне себе светлая область, должная обеспечить ориентирование на местности.               — Восемь, среда бесцветная как осень… Череп стукнется о оземь!        — Да когда ты уже заткнёшься? — уже откровенно шипел попаданец. Голову тут же прострелила боль, будто бы намекая на то, что говорить-думать этого не стоило.       

Получен негативный эффект:

«Головная боль»

              — Девять, меня здесь людям не достать, нечего им мне предъявлять. — всё не унимался монстр. Зверолюдка уже ждала новую порцию проблем, но уведомления о негативном эффекте так и не появилось.        — Пиздец. Спасибо, папаша, помог.        — Десять, тебя я волен убивать, только мне повелевать!        — Надеюсь ты считаешь до десяти и не можешь до двадцати, а то там будет что-то навроде «Двадцать, тебе уже есть восемнадцать.» и что мне с этим делать будет? — начала было уходить в сторону в своих размышлениях ушастая, но тут же себя одёрнула: — Надо смотреть и слушать. Ага. — взгляд упёрся в видимую из щели часть комнаты и будто бы остановился, пытаясь уловить малейшее движение, а ушки, уже и сами понимая волю своей владелицы навострились и повернулись в сторону, в которой должен был быть выход. Но тут неожиданно ей стало необходимо задатся вопросом: — А сколько прошло там времени?       

Отсчёт: 0:56:36

              — Ну… Ага… А что «ага»?              Время неминуемо шло, а попаданец всё продолжал сидеть неподвижно, пытаясь не думать ни о ситуации, ни о порезанной руке, в которую лезвие не вошло только чудом. Неожиданно привычный звуковой фон стал разрывать новый:        — ...са, киса, где же ты? Сама место покажи… — прозвучало где-то не так уж далеко. Тело зверолюдки оцепенело, позволяя той всё же выбросить все мысли из головы. Левый глаз уже начал слезиться, не в силах наконец сомкнуться. — Где же… Где же… Где же ты?.. — продолжало нарушать тишину существо, всё приближаясь. Маленькая дорожка зрения кошкодевочки не могла предоставить достаточных сведений, она даже не видела дверь, но вот слух, в который она обратилась целиком и полностью, упорно твердил что шаги, появившиеся в слышимом диапазоне позже голоса, означали приближение существа. На это же намекал и голос, начавший звучать заметно громче. Сердце зверолюдки учащённо забилось. — Выходи, я тебя не… Нет. Обижу, но немного. — продолжало создание уже совсем близко. Неожиданно раздался звук резко распахнутой и громыхнувшей из-за встречи с стеной двери. — Я чую кровь… Ты где-то рядом. — только после этих слов кошкодевочка поняла свою главную неудачу:               — Рука… — тихо произнесла она в пространство шкафа. — Сука, это не честно. — чуть ли не начиная плакать продолжила она. Порезанная конечность ещё сильнее заныла, будто бы кот, который на наказание только начинает больше пакостить, не в силах осознать за что ему прилетает. Роковая случайность ознаменовала уже свершившуюся судьбу. Её найдут и в этом уже сомневаться не приходилось. Зверолюдка оставалось только надеятся, что эта паскуда позволит останавливать кровь, не давая своей жертве слабеть. — А если этот уёбок будет выслеживать меня по запаху крови?.. Что мне делать?.. — бубнила она себе под нос, стараясь делать это как можно тише, несмотря на то, что раскрытие её нычки оставалось вопросом времени. — Что делать?.. Что делать?.. Пробежаться по всему особняку? Запах крови тогда будет везде и он не сможет нормально искать… Вариант. Но это время. Время-время-время…               — Тц… Не здесь. Но ничего, я найду… — разочарованно протянула вежливая тварь. — Где-то здесь… — шаги приблизились к месту, где по воспоминаниям, довольно смутным и неакцентированным, должна была быть дверь, увидеть которую не представлялось возможным.       

Отсчёт: 0:54:26

              — Не заходи, сука, не заходи… — тихо шептала себе под нос кошкодевочка. Послышался удар и дверь резко влетела в стену, издав такой ужасающий хруст своим соприкосновением, что на секунду выбила все мысли из ушастой, но после она быстро начала исправляться: — Сука-сука-сука-сука…              Медленные, размеренные и самодовольные шаги хищника прошлёпали в комнату и вот в поле зрения попаданца появилась наглая харя, с усмешкой взглянувшая на него. Молодое сердечко ёкнуло, хрюкнуло, хлюпнуло и пошло на высокие обороты. На пол начал недвусмысленно капать пот, а вслед за ним руку начало жечь сильнее. Подмигнув, он пошёл дальше осматривать комнату в очередной раз намекнув кто хозяин положения.        — Бежать… Бежать-бежать-бежать… — не переставала шептать себе кошкодевочка, желая скорее самой сконцентрироваться. Уши планомерно будто бы следили за тварью, прислушиваясь к звуку шагов, которые стали ещё более отчётливы. Он стал только сильнее топать, закрепляя за собой главенствующее положение. Как будто ему было жизненно необходимо постоянно показывать это. Тело зверолюдки напряглось, когда топот стал перемещаться к дальней части комнаты. И вот момент настал, дверь шкафа попыталась повторить манёвр своих собратьев, сходив на свидание в другими поверхностями, но петля удержала её да и до ограды помещения было далеко, так что она также резко стала возвращаться в свои родные края. — Блядь! — испуганно вскрикнула маленькая девочка, когда услышала сильный хлопок за своей спиной, дверца едва не захлопнулась прямо на её хвосте. Существо инстинктивно рвануло в её сторону, но быстро себя одёрнуло. Тут же послышался счёт:        — Раз.        — Блядь! — продолжала орать ушастая, явственно чувствуя опасность на свою маленькую попку.        — Два.        — Бежать-бежать-бежать-бежать!        — Три. — зверолюдка вылетела из комнаты, на ходу захлопывая дверь. — Четыре. — продолжало крайне отчётливо звучать из комнаты. Зверолюдка на всех возможных скоростях, которые были у неё не очень-то и плохие, понеслась вглубь. — Пять! — следом за словом, рокотом грома прокатившимся по зданию последовал громкий рык. Попаданец тут же понял, что следует ныкаться, пока есть возможность. Она резко остановилась и тихо открыла ближайшую дверь. — Я иду тебя пожрать!        — Куда? Куда? Куда-куда-куда?.. — столь же тихо прикрыв её, она стала медленно бродить по комнате, пытаясь понять где бы спрятаться. И тут ей попалась кровать на высоких ножках и с длинным одеялом, скрывающим подкроватное пространство от любопытных глаз. Место для сна занимало крайне удобную позицию, выскочить можно с целых трёх сторон. Недолго думая туда кошкодевочка и поспешила нырнуть, тут же зажимая рот. Под кроватью обнаружился скелет примерно одного с ней роста, что намекало уж слишком отчётливо на отрицательную безопасность данного места. Только деваться было уже некуда, в комнате только кресло, шкафчик да кровать, если не считать неожиданные останки. — Вшш… Мерзость, какая же мерзость. — недовольно шипит под нос зверолюдка, ощущая касание в глубине брюха. — Блядь, меня мутит… — мерзкое ощущение пульсации одного из органов, который обхватила незримая рука заставляли бывшего юношу испытывать явное отвращение. Не способствовала делу и рука, которая, во время активного перемещения утратив начавшую образовываться корку, ощущалась ею как разгорячённая полоса железа, а хуже всего, как казалось попаданцу, было то, что как раз по этому кровавому следу его и будут постоянно находить. В силах маленькой девочки было только обхватить конечность другой и попытаться максимально сжать её, терпя жгучую боль и фантомные касания внутренних органов. Благо, последнее не продлилось слишком долго. — Наконец… — с некоторым облегчением выдохнула ушастая девочка и тут же прошипела: — С-сука! — пульсация конечности, до того менее заметная на фоне мерзкого чувства, проявилась во всём своём болезненном великолепии. Каждый толчёк жидкости заставлял зверолюдку чуть разжать кисть. — Сука, за что?.. — на глазах бывшего юноши навернулись слёзы. — Почему я?.. Я же… Нельзя, не сейчас. — резким волевым усилием попаданец вернул себе самообладание. — Не сейчас, сейчас это не полезно. Сука, укрытие вроде и хорошее, одеяло полностью закрывает со всех сторон, но не видно ни шиша. Я в неизвестности.              Тягостное ожидание продлилось недолго, снова распахнулась дверь, но на этот раз существо быстрой походкой направилось к кровати. Ушки зверолюдки дёрнулись и она задержала дыхание. Тварь же встала как вкопанная и шумно вдыхала воздух, хуже того, сделала она это прямо возле кровати.        — Сколько?.. — тихо спросила ничто кошкодевочка.       

0:52:09

             Резкий скрип досок пола и вот создание уже на колене, подняв одеяло, смотрит на окаменевшую от страха девочку, на глазах которой всё-таки снова навернулись слёзы. Мгновение и ударная доза адреналина заставила её действовать. Зрение прояснилось. Вскинув пораненную руку она попыталась вскочить с другой стороны, но напоролась на своего предшественника. Старые кости, не выдержав такого надругательства, раскололись и многие осколки впились в ушастую и хвостатую тушку. Тушка на это должного внимания решила не обращать, продолжая судорожно перелазить через останки. Существо просто считало смотрело на её бессмысленные попытки, не проявляя к ним должного интереса, полностью уверенное в своём превосходстве. Оно начало плавно подниматься, смотря за тем, как выползшая кошкодевочка, поняв что единственный выход, к сожалению, не за её спиной, поспешила занять угол, тараторя «Не подходи!» да «Не трогай!». Моська твари растянулась в неком подобии хищной улыбки, а зверолюдка начала шипеть и дыбится, вытянулась на носочки. Нарочито медленно он обощёл кровать и стал приближаться к добыче, взгляд которой бегал, ища выход. Существо чуть сместилось, как бы давая проход, а затем слегка усмехнулось, отлично понимая что взгляд жертвы на этом «спасительном» проходе застыл не просто так. Когда нервы бывшего юноши не выдержали и он попытался воспользоваться «выходом» рука создания без лишних усилий её подхватила.       

Получен временный эффект «прилив адреналина».

             «Прилив адреналина» — основные показатели увеличены, интеллект снижен, восприятие повышено.              Поздравляем! Повышенное восприятие временно устранило эффект «слепота» и «тьмы пелена».       

0:50:36

Внимание!

Таймер временно приостановлен.

              — Не трогай! Нет-нет-нет-нет! — кричала маленькая зверолюдка. Существо, без видимых усилий подняв её на один уровень с своей пугающей мордой. Взор потусторонних зелёных глаз, впившийся в пришибленный взгляд попаданца, заставив того боязненно сжаться и замереть всем телом, будто бы готовясь к удару.        — Ну что же… Я тебя поймал. С какого пальца начнём? — участливо предложил он выбор попаданцу, но, не увидев реакции от местного представителя кошачьих, решил ткнуть оного пальцем. Тот задумку не оценил, резко попытавшись отбиться рукой и вывернуться. Пальцы зверолюдки скользнули по когтю, а существо, поняв выбор своей жертвы, быстрыми шагами прошло к кровати, где уже скинуло свою дрожащую ношу.        — Нет! Нет! Отстань! Отстань, сука! Уйди нахуй! Нет! Нет! — начала отползать маленькая девочка, но тут же была поймана за правую руку. Это ознаменовало новую порцию криков ужаса, среди которых пробивались слова: — Нет! Не надо! Я сделаю всё, что хочешь! Я не хочу!        — Правила есть правила, юная неко. — пожало плечами создание. — Какой палец тебе не нужен?        — Нет! Не надо!        — Понял. Значит будет этот. — непонятная тварь дёрнула на себя руку ушастой девочки, заставляя ту упасть на живот. Трёхпалая ладонь тут же перехватила поудобнее сжатую в кулак кисть юной особы, а затем поднесла к пасти существа, из которой тут же выскользнул язык, быстро лизнувший ряд согнутых пальцев. Будто бы уже отработанным движением создание вычленило интересующий её палец, проводя по нему силным, ловким и явно излишне длинным языком.        — Нет! — в очередной раз закричал попаданец, наблюдая за тем, как существо помещает его палец в рот. Понимая, что далее произойдёт, на его глаза навернулись слёзы. — Нет-нет-нет! Не надо! Прошу!.. — начал уже откровенно хныкать бывший юноша. Существо не спешило отвечать, оно только быстрее стало облизывать палец, будто бы желая рапробовать его на вкус, одновременно с этим наблюдая за жертвой как удав за кроликом. Спустя недолгое время ожидания, показавшееся для ушастой девочки вечностью, он легонько укусил смоченную его слюной плоть. Бывший юноша вскрикнул, продолжая заливаться слезами и прижимая к телу конечности, хвост же не стал исключением и скользнул между ног, прижимаясь к животу. Казалось отпусти эту кошку и она сама припадёт к твари, пытаясь всеми силами вырвать палец из плена. И, закономерно, лишит себя его сама. Но одна единственная вытянутая правая рука только бессильно билась, в бессчётных попытках освободиться и занять своё место около всех остальных. — Н… Не надо!.. — продолжала свою шарманку кошкодевочка. Зубы существа сжались между первым и вторым суставом и в нескольких местах разрезали плоть своей бритвенной остротой, заставляя жертву сдавленно закричать. Крик боли заставил создание чуть неприязненно поморщиться, однако вид заплаканного лица быстро вернул ему прежний игривый настрой. Он тут же чуть поиграл челюстью, подвигав ею вправо-влево, пристально наблюдая за взглядом затравленных глаз попаданца, выглядывающих из чуть приоткрытых век. Он видел, как веки резко снова сомкнулись. Он вновь почувствовал, как тело зверолюдки напряглось, заставляя его зубы расширить борозды получившейся раны, когда она что есть силы потянула на себя руку, сначала инстинктивно, а позже в попытке избавиться от вновь накатившей боли. Он ещё сильнее прикусил палец, в его рот обильно брызнула кровь. Металлический привкус тут же разошёлся по языку, заставляя существо удовлетворённо сомкнуть веки. Истошный вопль зверолюдки уже просто не дошёл до него, он с упоением вкушал поступающую мелкой пульсацией жидкость, смакуя напряжение руки бедной девочки. Дыхание его участилось, он уже чаще шумно втягивал носом воздух, чтобы затем громко выдохнуть через пасть, обдавая пальчик потоком воздуха, заставляя тот ещё сильнее болеть. — Х… х… хватит! — пропищала кошкодевочка сквозь слёзы. — Прошу… Не… Не надо!.. Мне больно! — в ответ существо лишь на мгновение разомкнуло челюсти, чтобы тут же вновь укусить ни в чём неповинный указательный палец. Создание резко подалось вперёд, заимев возможность проводить язычком прямо по ране, чем тут же и воспользовалось. И вот тут что-то ему показалось не так. Она не смотрела, она, зажмурившись настолько сильно, насколько могла, кричала, но она не смотрела. Он резко отпустил палец, всё ещё ощущающийся своей владелицей как огнём обожжённый, и требовательно закричал:        — Смотри!        — Ч-что?.. — отреагировала зверолюдка слабым предобморочным голосом, а затем приоткрыла глаза, как смогла и посмотрела в сторону своего мучителя.        — Смотри, я сказал! — повторил тот, дёрнув её за руку. — Не смей закрывать глаза! Смотри, как я это делаю! — с силой он сжал кисть своей жертвы. Хруст, последовавший за этим действием он проигнорировал.        — Ладно-ладно! Отпусти!        — Только попробуй не смотреть. — более спокойно продолжил он, возвращаясь к своему увлекательному занятию, но быстро прервался. Как только его зубы вновь зажали первую фалангу попаданец поспешил отвернуться, зажмурив глаза. Создание резко отстранилось, чтобы легким взмахом когтистой трёхпалой лапы оставить слабые царапины на щеке зверолюдки. По инерции та сначала повернулась только сильнее, но следующим действием обернулась ликом к нему, что оказалось ошибкой. Существо тут же резко раскрыло ей глаз, одним когтем уперевшись в кожу под бровью и оттягивая её вверх, а другим проделало почти тоже самое между щекой и нижним веком и потащило их вниз. Зверолюдка замерла, боясь лишний раз пошевилиться, а когти тем временем пробили кожу, заставляя мышцы под ней сокращаться в попытках зажмурить глаз обратно. — Вот так. — прорычало оно, вновь беря палец в рот. На этот раз тёплых чувств создание вообще не испытывало, так что просто начало «пилить» зубами палец, вызывая новые крики и мольбы. В какой-то момент зверолюдка попыталась другой рукой прикрыть страдающую часть тела, сильнее напарываясь на когти, но ничего у неё не вышло. А плоть зажатого отростка всё продолжала расходиться, заполняя рот солоноватым железным привкусом.              Казалось бы, особо ничего не изменилось, однако кошкодевочке стало ещё и противно от вида собственного мяса, а сердце кололо чувство несправедливости и страха. Хотя разумом того и не осознавала, но она боялась что это повторится и она будет также беспомощна, что с ней смогут делать что захотят. Создание в задумчивости отвело взгляд вверх, давая ей краткий миг передышки.        — Мама, мамочка!.. Бля… — всё повторяла она, смотря на красную полосу на пальце, из которой продолжала сочиться кровь. Взгляд сам собой спустился ниже, где она увидела мокрое одеяло и распушенный хвост, который тоже был частично покрыт жидкостью вполне понятного происхождения. Но не успела она в достаточной мере на этом сконцентрироваться, как тварь одним резким движением раскусила кость, оставляя палец держаться только на мелких остатках мяса. Кошкодевочка закричала так сильно, как никогда до этого раньше, Её взгляд взлетел к потолку, а сама она дёрнула головой, оставляя на лице видимую царапину. Существо снова сомкнуло зубы, перегрызая остатки скрепляющего всё это мяса, а затем отстранилось и как ни в чём ни бывало вытащило уже не принадлежащий ушастой девочке палец. С интересом повертев его в руках, оно начало обгрызать свежее мясо прямо с косточки, а маленькая девочка провалилась в спасительную темноту.        — Ммм… Неплохо. Вкусненько.