5. Семейные ценности
10 мая 2023 г., 20:37
Февраль 1972 года.
Андромеда была уже практически у двери подземелья, когда услышала за спиной знакомое покашливание. Тихо вздохнув, она обернулась и увидела свою младшую сестру, стоящую посреди общей комнаты. Та была одета в зелёную ночную рубашку, на её лице застыло крайне неодобрительное выражение.
— Куда ты идешь? — спросила Нарцисса. Она плотно сжала губы, когда её светло голубые глаза окинули взглядом толстый плащ, накинутый на плечи сестры.
— Просто решила немного прогуляться, — беспечно сказала Андромеда. — Тебе не о чем беспокоиться; возвращайся в постель.
— Не подобает леди разгуливать по школе в столь позднее время. Я сниму очки, если понадобится.
К горлу Андромеды подступил смешок, но ей удалось вовремя себя остановить. Она знала, как сильно её сестре не нравилось, когда над ней смеются, но, честно говоря, порой Нарцисса была такой наивной. Как будто Андромеду могла волновать такая мелочь, как очки.
— Возвращайся в постель, Цисси, — повторила она и сделала ещё один шаг по направлению к двери, ведущей из гостиной.
— Стой, — пронзительно потребовала Нарцисса. — Если ты не хочешь слушать свою собственную сестру, тогда я... я позову Люциуса!
Андромеда закатила глаза. С тех пор как Нарцисса начала встречаться с Люциусом Малфоем, она становилась всё более раздражающей, без конца пользуясь его статусом в школе и за её пределами, как будто это был щит, которым она может оградить себя от чего угодно. В голову Андромеды уже не в первый раз приходила немного жестокая мысль о том, чтобы разбить мыльный пузырь своей младшей сестры, сказав ей, что мать и отец изначально планировали выдать замуж за Малфоя её. Но затем Андромеда смотрела на вызывающее, горделивое выражение лица своей сестры — выражение, которое заставляло Андромеду вспомнить их детство, когда они с Беллой как-нибудь ужасно дразнили Нарциссу, чтобы увидеть её реакцию (Нарцисса всегда была драматичной) — и не могла заставить себя сказать сестре, что та была вторым вариантом, после того, как Андромеда твёрдо заверила своих родителей, что лучше она выйдет замуж за Слизнорта.
— Я не боюсь Люциуса, Цисси. Думаю, я немного переросла тот возраст, когда меня бы пугала угроза того, что ты нажалуешься на меня своему парню.
— Независимо от того, мой он парень или нет, он всё равно староста школы, — упрямо заявила Нарцисса. — Правила есть правила. Я не позволю тебе покинуть эту комнату.
Андромеда печально вздохнула, вытащив палочку из рукава кофты.
— Пожалуйста, Цисси, мне бы не хотелось подвергнуть сглазу члена моей собственной семьи.
— Посмотрим, как у тебя это получится, — предупредила Нарцисса с несвойственной ей напористостью, доставая свою собственную палочку. — Я больше не ребенок.
Андромеда прищурилась, стараясь сохранять внешнее спокойствие.
— Я тоже, и куда я иду посреди ночи, тебя не касается.
— Я знаю, куда ты ходишь посреди ночи, — прошипела Нарцисса. — Ты не так умна, как думаешь, сестра. Я всё знаю о том магле, с которым ты встречаешься.
Хватка Андромеды на своей палочке ослабла на долю секунды, когда она пошатнулась, застигнутая врасплох; Нарцисса молниеносно выкрикнула: "Экспеллиармус!" - и поймала палочку Андромеды, которая легко вылетела у той из руки.
— Нарцисса, не будь глупой, — тихо произнесла Андромеда.
— Я не думаю, что это я здесь глупая. Ты рискуешь всем ради... ради него?
Андромеда подумала о Теде, о его песочного цвета волосах, которые окрашивались в золото, когда к ним прикасался свет; о его ленивой улыбке и успокаивающем тепле, исходящем от него, как от нескончаемого солнца. Это манера Теда, жизнерадостного человека от природы; он ничего от неё не ожидает. Он не ожидает, что она будет Блэком или слизеринкой, он не станет судить о ней по её крови или по тому, за каким столом она сидит в большом зале, просто потому что так сказала дурацкая шляпа. Тед просто позволяет ей быть собой, и она любит его за это, действительно любит.
— Цисси, просто послушай...
— Нет, — сказала Нарцисса таким тоном, словно была на грани слез. — Как ты можешь? Что скажут матушка и отец?
— Они не узнают, — резко ответила Андромеда. — Во всяком случае, пока нет, и уж точно не от тебя.
Нарцисса издала короткий, холодный смешок.
— Они будут в ярости, когда узнают, что ты спала с грязнокровкой...
Рука Андромеды с громким звуком хлопнула Нарциссу прямо по щеке, отчего одна половина её лица сделалась ярко-красной, что резко контрастировало с бледным цветом другой. Нарцисса, подняв руку с аккуратным маникюром, коснулась того места, где её ударила сестра, и издала тихое шипение, словно кошка.
— Никогда больше не употребляй это слово при мне, — спокойным тоном произнесла Андромеда, хотя её руки дрожали. Она никогда в жизни не била свою сестру.
Нарцисса посмотрела на неё снизу вверх; светлые, прищуренные глаза выражали гнев, но Андромеда отвергла чувство жалости. Она шагнула к Нарциссе, вырвала свою палочку из рук сестры и, наконец, вышла из общей комнаты, не оглянувшись.
***
В карих глазах Теда читалось сильное беспокойство, когда она наконец встретила его на их месте, за теплицами. — Ты опоздала, — сказал он, когда Андромеда подошла ближе. — Я уже начал беспокоиться, думал, что... — Цисси знает, — заявила Андромеда без предисловий. — Оу. — Тед провёл рукой по волосам, искоса смотря на нее. — Ну, это... чёрт. Она ведь может ничего и не сказать, верно? Она ведь твоя сестра. "Какой оптимист", с нежностью подумала Андромеда. Истинный пуффендуец. Пожав плечами, она принялась рыться в карманах мантии, пока не нашла пачку сигарет, и торопливо прикурила одну от жёлтой зажигалки, которую Тед подарил ей на пятом курсе, когда они начали встречаться. Сначала она подумала, что это странная безделушка, от которой только возня и хлопоты; и к чему она нужна, если можно просто использовать магию, чтобы зажечь чёртову сигарету, но теперь она ни за какие драгоценности бы с ней не рассталась. Даже если она бросит курить — то, что Андромеда обещает себе сделать каждый год — она думает, что всё равно сохранит зажигалку; Тед сказал, что однажды наткнулся на неё в магловском магазине, и ему пришлось купить эту вещь, потому что та была в цветах Пуффендуя. Это заставляет Андромеду улыбаться с мыслью, что она таким образом выражает молчаливый протест, говоря идите нахуй своим родителям, их анти-магловщине и чушью о превосходстве Слизерина, каждый раз, когда она загорается в её руках. — Я не знаю, что она скажет, — честно призналась Андромеда. — Да, она моя сестра, но к сожалению, это также означает, что она — Блэк. — А мы все знаем, насколько вы, женщины семейства Блэк, непредсказуемы, — сказал Тед с серьёзным выражением лица, вставая у неё за спиной и обнимая за талию. Он наклонил голову к её шее, чуть приоткрыв плащ, чтобы поцеловать плечо. Андромеда издала невнятное бормотание, протестуя, но всё равно выгнула спину, прижимаясь к нему. — Это очень серьёзно, — еле слышно пробормотала она, когда его губы коснулись чувствительной кожи на шее; он слегка прикусил точку, где бился пульс, заставляя её ахнуть. Глаза девушки были закрыты, но она чувствовала, как тот улыбается. — Очень серьёзно, — согласился он. — Знаешь, ты могла бы сделать всё гораздо проще. — Что ты предлагаешь, — прошептала Андромеда; ей было трудно сосредоточиться на разговоре из-за того, что рука Теда в данный момент скользила вверх по её бедру, — чтобы я просто сбежала с тобой? Она сказала это в шутку, но рука Теда замерла; Андромеда открыла глаза, и он развернул её к себе, не прерывая объятия, так, что они оказались лицом к лицу, и серьёзно посмотрел на неё. В лунном свете его глаза казались очень тёмными, а взгляд — непоколебимым. Он не проронил ни слова, но Андромеда поняла, что его молчание — это вопрос. Ей не нужно было долго раздумывать. — Да. Да, хорошо.
