Паразит

      Молодая женщина несильно прикусила нижнюю губу. Но стоящим позади неё детям отчётливо был слышен тихий выдох.       — Хорошо, — она неуверенно улыбнулась, пальцы не переставая теребили карамельные пряди волос. — Нет, конечно, ничего страшного. У нас вся вечность впереди. И я тебя.        Её муж первым прервал звонок, и теперь она смогла отчетливо разглядеть свои большие глаза в отражении смартфона. Ей приходится часто моргать, чтобы никто не заподозрил перемен в её состоянии, однако миссис Каллен, можно сказать, не повезло с семьёй в этом смысле.       Обхватив себя руками она всё же развернулась и ожидаемо наткнулась на глубокий взгляд её любимца. Она никому не говорит об этом, но этого и не нужно: Эдвард и сам прекрасно осведомлен о выборе матери. Для неё он старший. Он первенец.       — Отец никогда бы не стал… — юноша замолк на полуслове.       Конечно, и Эсми никогда бы не допустила такой мысли. Никогда. Но это первый раз, когда Карлайл пропускает их годовщину. Их.       — Эдвард прав, — согласился второй одаренный, от которого не скрылось тревожное состояние женщины. — Тебе не о чем переживать.       Эсми с благодарностью поцеловала каждого из них в лоб. Теперь ей было необходимо выбросить из головы назойливые мысли. Необходимо также оповестить и других детей.       — Рейс отменили из-за погоды, — пояснила она, встретив недоуменные взгляды дочерей. — Карлайл прилетит к полуночи. Всё равно получается быстрее, чем на своих.       — О, — Розали сделала глубокий вдох, чтобы продолжить свою мысль, только вот остановилась, стоило ей взглянуть на профиль брата.       Эдвард же любезно помог матери семейства спуститься вниз. Он поддерживает её не от страха, а скорее для того, чтобы она вновь не углублялась в размышления о пустующем месте: ведь в этот день её всегда сопровождал Карлайл.       — Всё в порядке, правда, — читая своих чад как открытую книгу, она мягко сжала предплечье Эдварда, и тот нехотя отпустил её.       Шёлковое платье не очень-то подходило для охоты, однако планы всё равно изменились. Эсми оказывается у двери одна, мысленно прося никого не ходить за ней. Сейчас её личное время.       Время, чтобы успокоить себя. Чтобы уверить себя в том, что ей просто послышалось. В том, что «Карлайл, скорее же!» звучало другому Карлайлу. В конце концов, какова вероятность, что в Лондоне живет ещё один мужчина с таким же именем и что он тоже присутствует на симпозиуме?       Эсми тут же достала телефон. Она никогда в жизни не делала такого. Никогда в жизни она не смела даже сомневаться. Но почему сейчас внутри неспокойно? Женское чутьё, твердившее ей о том, что вечная любовь — сказки, право?       Она уже занесла палец над поисковой строчкой участников медицинского съезда, но вдруг замерла.       — Бред какой-то, — Эсми помотала головой и заблокировала телефон.       Карлайл бы никогда не стал её обманывать. Поэтому и она не станет рушить их доверие.

***

      Мужчина поцеловал её: ласково, не по привычке. В такой поцелуй веришь каждый раз всем сердцем. Но сейчас Эсми в нерешительности заглядывала в глаза своему мужу.       — Что-то случилось? — он слегка подтолкнул её к кровати, но остановился. — Эсми?       Он нежно провёл по её щеке рукой. И тогда она поняла, что ей не показалось.       — Запах, — Эсми поморщила нос почти незаметно, чтобы не показаться грубой. Однако Карлайл заметил эту перемену.       — Я летел с двумя пересадками, не было времени привести себя в порядок, — он шагнул назад и виновато посмотрел на свою жену. — Прости, я должен был сам об этом подумать.       Он вновь поцеловал её и скрылся в ванной комнате.       Сама же Эсми принюхалась ещё раз. Аромат очень яркий и безумно приятный. Ей бы даже понравилось, найди она его в парфюмерном магазине, а не на коже и одежде своего мужа.       Теперь пропахла и её.       Она медленно стянула с себя тонкую накидку, почти как человек. Ей вдруг захотелось запомнить этот букет до того, как шлейф скроется за стиральным порошком и гелем для душа. Захотелось запомнить, чтобы однажды вечером рассказать о своей глупой мысли Карлайлу и чтобы они вместе посмеялись над тем, что у его жены случился приступ настоящей ревности.       Иначе как приступом это назвать и нельзя.       Она застыла на полпути по направлению к ванной комнате. На небольшом деревянном столике оставленный телефон Карлайла притягивал как магнит. Эсми потянула к нему руку, но тут же одёрнула её.       Об этом порыве она тоже расскажет своему мужу. Вот смеху-то будет. Ведь раньше за ней такого не наблюдалось.       Но экран загорелся совсем не вовремя и тревожные глаза пробежали по входящему сообщению:

«Спасибо за приглашение.

Я с удовольствием.

Встретимся завтра».

      Следом прилетают и розовые сердечки. Пошлые и вульгарные. Она никогда не отправляла такое своему мужу, предпочитая изъясняться на бумаге или же в постели.       — Эсми? — вопрос Карлайла достиг её совместно с теплым паром. Он прошёл мимо неё, оставив губами лёгкий след на полуоголенном плече.       — Тебе кто-то написал, вот я и отвлеклась, — она подошла к нему сзади, обвивая его торс руками. — Стоит волноваться?       Она прижалась щекой к широкой спине. Посмотреть за его плечо хочется безумно. Но она стойко вкладывает отношения в руки своего мужа.       — Пустяки, по работе, — Карлайл отбросил мобильный и обернулся к своей жене. — Меня волнуешь только ты.       Думать о чём-то совершенно неважном теперь не хочется. Он сейчас с ней. И это всего лишь дурацкое совпадение и её собственная неуверенность в себе. Карлайл её законный муж. И в мире людей, и в мире вампиров.       Поэтому она с лёгкостью отбросила тревогу вслед за оставшейся комбинацией и последовала за тем, кто смог обеспечить ей счастье.       Простое семейное счастье.